Глава 3. «Море»

Первая неделя смены вышла трудной, но насыщенной: в отряде уже начали образовываться влюблённые пары, компании друзей, соперники и локальные шутки. Также кто-то из подростков пустил слушок о том, что вожатые втайне встречаются. Лера буквально на днях застала их в разгар обсуждений и еле сдержалась, чтобы не отвесить каждому по подзатыльнику. В первые дни им было необходимо определиться с названием и девизом отряда. Было много вариантов, но в тайном голосовании победили «Орлы». Как и величественные птицы, дети уже одержали ряд побед в игре в пионербол и двух танцевальных баттлах. Бывали и промахи, разумеется, но дети не особо расстраивались, ведь командный дух куда важнее победы. Их дружности с первых дней остальным отрядам оставалось лишь завидовать. Лера видела вожатых младших отрядов. Они всё время ходили измученные и нервные. Им девушка очень сочувствовала. Данил оказался прав: с подростками и правда проще, пусть иногда они и любят поиграть на нервах. И тогда Лера полностью осознала смысл фразы: «Всё, что не делается — всё к лучшему». — Даша, головной убор где? — грозно спросила вожатая, заметив девочку с непокрытыми волосами. Сегодня они собирались на пляж. На его посещение было составлено расписание от младших отрядов к старшим строго по часам. Наконец-то очередь дошла и до «Орлов», но они рисковали остаться без купаний в море из-за своей несобранности. — У меня шляпка в сумке честно-честно! — Даша попыталась показать вожатой внутренности пляжной сумки, но они были перекрыты серым махровым полотенцем. — И когда ты собираешься её надевать? Когда солнечный удар хватит? Мы никуда не пойдём, пока я не увижу надетый головной убор у каждого, — оставалась непреклонной вожатая. Даша стыдливо опустила голову и торопливым шагом пошла в сторону комнат. Вероятно, за шляпкой, что лежит в сумке. — Наш отряд первее всех, — начал кричать девиз только что вышедший из комнаты вожатых Данил. Взгляд Леры зацепился за облегающую футболку: она подчёркивала рельефные мышцы пресса и груди. Подумать только, и это он скрывал под оверсайз футболками и толстовками?! Когда Данил переодевался при ней в комнате, она неловко отводила стыдливый взгляд, но всё же иногда подсматривала. Как правило, парень стоял к ней спиной, поэтому глаза цеплялись только за мышцы вдоль поясницы. Она отмечала их накаченность и всё ловила себя на желании увидеть вид спереди. Почти получила, что хотела, и теперь не может отогнать жар от щёк. — Ведь путь «Орлов» стремится вверх! — закончили кричалку подростки. Когда Даша, наконец, вернулась с натянутой наспех шляпкой, «орлы» чётким строем двинулись к морю. Там уже отдыхало несколько отрядов: плескались в море, загорали на шезлонгах и перекидывали мяч через сетку. — Напоминаю: по территории не рассыпаться, не сбегать, в море за буйки не заплывать. Все солнцезащитным кремом намазались? — подростки активно закивали, отвечая на вопрос Леры. — Если вдруг станет плохо, обязательно сообщите мне или Данилу Викторовичу. — Кто со мной в волейбол? — спросил вожатый. Лера присела на шезлонг, наблюдая за разбежавшимися по оговорённой территории детьми. Они бросили рядом с ней свои вещи и всей гурьбой побежали к воде, проигнорировав вопрос вожатого. Данил заметно поник: он любил с ними играть, и они это прекрасно знали. — Они уже наигрались за эти дни, — заметила Лера. — На что ты рассчитывал? Они всю неделю только и делали, что ныли о том, как хотят к морю. — Хватит злорадствовать. Ты сегодня спала вообще? — Плохо выгляжу? — Выглядишь прекрасно. Просто слышал, как ты поздно вернулась с собрания. В конце каждого дня после отбоя вожатые должны были посещать руководство, чтобы отчитываться о результатах и готовиться к мероприятиям. В ближайшие дни им предстояла организация концерта, который требовал особой подготовки и организованности. По ночам вожатые посменно держали дозор, чтобы дети не сбегали из корпуса. Вчера была очередь Данила. Он был удивлён, когда Лера вернулась в четвёртом часу утра, валясь с ног от усталости, но не посмел задавать лишних вопросов. — Да, — будто в подтверждение этому девушка протяжно зевнула. — Этот концерт мне уже порядком надоел. Поскорее бы он закончился. Нужно ещё поспрашивать детей, с чем будем выступать. — Приляг, отдохни. Я прослежу за ними. — Уверен? Ты сам-то выспался? — Ну конечно. Я бы и не предложил, не будь я уверен. — Данил Викторович! Не хотите поиграть с нами? — вожатого позвал один из «орлов», сжимая в руках большой надувной мяч. — Сейчас приду! — с улыбкой ответил Данил. — Я не буду спать. Послежу отсюда. Иди уже, тебя ждут, — Лера ткнула напарника в плечо. Когда он побежал к воде, девушка откинулась назад, растянувшись на шезлонге. С него она отлично видела и детей, всем отрядом играющих в перебрасывание мяча в воде, и Данила, бегущего к ним. Он зашёл в воду по пояс, не переживая ни за шорты, ни за натянутую футболку. Лере нужно было следить за детьми, но отчего-то она с трудом отводила взгляд от напарника. Футболка намокла, прилипая к мышцам ещё сильнее. Тёмные кудри смешно торчали из-под кепки. Данил явно был не в её вкусе, но в чём-то дети были правы, распуская слухи: их действительно тянуло друг к другу. Дело даже не в том, как легко они общаются, подкалывают друг друга или забавно переглядываются. Между ними проскальзывало какое-то особое напряжение в воздухе, которое чувствовалось лишь подсознательно. Лера уже не раз ловила себя на мысли, чтобы обнять, коснуться, гадала, какими на вкус могут быть его губы. Ощущала, как сердце пропускало удар, когда она ловила на себе его взгляд из-под длинных ресниц, но резко отдёргивала себя, убеждая, что Данил совсем не её типаж. Ограничивалась порывистыми, будто случайными, касаниями и подглядываниями. Последним она занималась и сейчас. Лера решила всего на секунду прикрыть веки, которые весь день казались такими тяжёлыми, будто к ним привязали по булыжнику. Лица касались порывы тёплого ветра, слух ласкали волны, пребывающие к берегу и шумно откатывающие назад. Но шум этот был приятнее всего на свете… — Лера. Лера! — её идиллию прервал Некто, активно теребящий за плечо. Она резко распахнула глаза, вставая и попутно вытирая слюни, что успела пустить на подушку шезлонга. Перед ней сидел Данил, едва сдерживающий смех. Футболка на нём почти высохла, а кепка куда-то пропала, открывая взор на лохматые кудри. — Я, конечно, очень рад, что ты решила меня послушать, но нам уже пора уходить. — Что? Я что, заснула? Быть не может, — Лера взглянула на время на электронных наручных часах. — Нет, совсем нет. Просто прикемарила на пару часиков, — парень продемонстрировал ей фотографию, где девушка развалилась на шезлонге, широко разинув рот. — Ты с ума сошёл? — завопила она. — Удали! — Да ладно тебе. По-моему, довольно мило. Вставай, нам нужно вести орлят на ужин. Лера перевела гневный взгляд с напарника на детей, которые уже стояли в строю и, бросая будто случайные взгляды на вожатых, перешёптывались между собой и хихикали. Девушке захотелось взвыть от обиды. Дня на море она ждала не меньше, чем «орлята» и планы у неё были грандиозные. Хотелось и в бадминтон поиграть, и в воде ноги помочить, и позагорать. Судя по всему, справилась она только с последним: нижние конечности окрасились в алый цвет, больно покалывая. Мало этого, так ещё и выставила себя посмешищем перед детьми. Какой позор..! Чёртов концерт.