Размышления о Бытии

…Забавно… Этот мир напоминал мне миры людей, пафосно и напыщенно именующихся «Имперскими», принадлежащими Империуму Человечества. Но в то же время он сильно отличался от обычных имперских миров. Во-первых, это была так называемая «Святая Терра», и в местных примитивных электронных хранилищах стояла хронологическая метка второго тысячелетия, а не сорок второго. Во-вторых, Святой Террой она была только по координатам, причём каким-то образом именно по тем, где находилась реальная Святая Терра в том тысячелетии, в котором я пробудился от Вечного Сна. С небольшой разницей в пару-тройку лет. Две тысячи семьдесят восьмой год, если быть точным. И в-третьих, примитивные приматы, вовсю постигающие слияние плоти и механизмов, именовали этот мир Землёй. Очаровательно, не правда ли? Ещё оставляли вопросы их примитивные технологии, которыми, тем не менее, далёкие предки людей Империума уже научились делать единичные биопереносы, подобные тому, что совершила моя раса. По местному инфо-пространству то и дело ошивались скопления программ, подозрительно напоминающие человеческое сознание. Одно из таких, кстати, и изобрело сам способ оцифровки человеческой личности. Некоторые примитивы считали эту личность за божество в Сети. Конечно, в сравнении со мной это было всё равно что палки и камни на фоне фазового клинка, но всё равно подобные потуги в технологическом прогрессе были крайне любопытными. Если эти существа продолжат своё технологическое развитие, возможно, они смогут достичь немалых успехов в освоении своей родной галактики, как это сделали мы, когда на этом пыльном каменном шарике ещё бродили рептилоидные формы жизни. Сбежать из мира вечной войны, прихватив с собой все свои владения и полузабытую династию целиком, было определённо хорошей идеей. Какое дело всем тем биологическим видам до прекрасного, когда перед их лицом другие такие же виды, и все друг друга называют врагами? Как по мне, что люди, что аэльдари, что орки — все ничем не лучше тиранидов, которые просто хотят кушать. Прямо как Майнархи. Изучение гипер-пространства принесло свои плоды. Наша галактика была не то что не единственной галактикой в местном скоплении, она была не единственной реальностью на весьма тонких плоскостях многомерного пространства. И через эти мерности можно пройти насквозь, если знать, как. Я прошёл. Правда, я не знал, что окажусь в почти такой же галактике. Радовало только, что здесь не велись войны межзвёздного масштаба, как у нас. Не было божеств, создающих расы, как биологическое оружие, типа древних, создавших крорков и аэльдари. Не было К’Тан. Не было бушующего океана психической энергии в подпространстве меж мирами и, соответственно, Губительных Сил. Ни одна из моих самых совершенных сенсорных систем не зафиксировала искажений реальности и прорывов в Варп, когда я прибыл в эту Грань Бытия сквозь гипер. Всё это, вкупе с забавными попытками лысых обезьян развить свои технологии, открывало поистине безграничные возможности для изучения естественного процесса эволюции видов, не подгоняемого существами более высшего порядка, как это было с моим видом, или с аэльдари. Или с теми же людьми во главе с Императором, в нашей реальности. Как минимум, на этой планете войны велись чуть пореже, чем у нас. Разумеется, человечество — это хищный вид, и война для него действительно является двигателем прогресса. Но в процессе этого прогресса люди ещё пытались сохранить свои души, которых в своё время лишились мы. Тогда, ещё до Войны в Небесах, никто толком не понимал, что это такое — душа. Но мне открылось, что оно такое. Это… эмоции, чувства, генерируемые примитивными биологическими системами организмов разумных рас, и всё то, что вызывает эти чувства. Однако я сам был лишён органики, и в том числе той самой эссенции жизни, которую пожрали Звёздные Боги-паразиты, и теперь не мог испытать вновь то, что испытывают эти примитивные создания. Один этот факт порождал мысль, что, если сравнивать меня с человеком, из нас двоих не я — высшее существо. Мысль эта была тоже крайне забавной и смешной, однако я не испытывал ненависти к этим приматам, в отличие от остальных горделивых и заносчивых правителей нашего народа. Была и другая, более тревожная мысль. Казалось, что, даже если я совершу обратный биоперенос, это не вернёт мне душу. Да, конечно, мои программы станут управлять биологическим конструктом, но это будет не больше, чем сейчас такой же конструкт из некродермиса. И поэтому я должен был постичь, отчего у примитивных лысых обезьян есть души, если они мало чем отличаются от животных, а у меня и моего народа — нет. Однако изучение данного вопроса в Сети не дало мне точного и всеобъемлющего ответа. Где-то говорилось, что это лишь религиозное понятие, где-то — что это некая невещественная энергия, приводящая в движение человеческий организм, где-то — что это тоже энергия, но вполне материальная, и что её можно использовать, как то же электричество. Последнее упоминалось в источниках под грифом «фэнтези» и «фантастика» и считалось чистым вымыслом. Я бы посмеялся, если б умел. По всему выходило, что душа — это и правда некая энергия, использующая биохимию человеческого тела для воспроизведения своих внутренних возмущений и изменений, прямо как возникают вспышки на солнце из-за термоядерных реакций. И для точного оформления теорий в научный факт мне не хватало данных, а поступать, как Иллюминор Серас, мне было неинтересно. Какой толк от бесчисленных вскрытий примитивных организмов, если все знания об устройстве их биологических тел вот, прямо на виду? Конечно, проверка органики на прочность и износостойкость имеет смысл, но то в нашем мире, не здесь. Здесь, как гласит Интернет, все и так считают нормой поведение своих тел таким, какое оно уже есть. И потом, люди прекрасно справятся с такими тестами сами, без моего вмешательства. Однако было в этом мире то, что вызвало у меня ещё больше искреннего любопытства, чем вопрос, который занимает мой разум вот уже миллионы человеческих лет. Я быстро изучил Сеть и оставил в ней свои следящие программы по обе стороны Чёрного Заслона, чтобы местные недо-ИИ проинформировали меня, случись вдруг что-нибудь из ряда вон выходящее. Не прошло и года, как я получил отклик. В этом мире откуда ни возьмись появился прекраснейший образец самки аэльдари прямиком из моей реальности! Весьма молодой организм, только что прошедший стадию рождения и роста, и едва ли приблизившийся к стадии взросления. Я не собирал данные о ней дома, но слышал некоторые слухи о «самом музыкальном вааагх галактики», мол, во главе орочьей ватаги встала эльдарка, и они на каком-то космическом скитальце гастролировали по мирам Империума. И то, что начала творить эта самочка здесь, полностью подтвердило все эти слухи. Этот детёныш аэльдари в паре с человеческим комиссаром начала давать безволосым обезьянам рок-концерты, моментально завладев вниманием толпы и обретя безудержную страсть поклонников её певучего голоса. Должен согласиться с приматами — то, что она творит на сцене, имеет весьма гармоничную математическую составляющую, основанную на чистой интуиции, поскольку она не думала в процессе исполнения песен и музыки. Другой вопрос в том, как человеческий комиссар относился к ней, как к своей, а не как к «мерзкому ненавистному ксеносу»? Этих особых офицеров Человечества учат всем сердцем ненавидеть всё, что хоть немного отличается от них самих, и комиссары призваны поддерживать в воинских подразделениях должный уровень морали и дисциплины, поскольку людям не дано абсолютное повиновение солдат некронов. Периодически этот человек и правда вёл себя так, как его учили. Но только по отношению к другим людям, а не к ней. Записи с некоторых его операций по обезвреживанию беззаконных образований красноречиво показывали его опыт, приобретённый в «Астра Милитарум». И, насколько я помню, солдаты людей — куда более худшие образчики духовности, нежели даже местные простые бандиты. Но таким он был только в исключительных случаях, когда требовалось продемонстрировать отбросам общества военный авторитет и умение убивать, как воин, судья и палач. И эта демонстрация власти сильно давила на рассудок приматов, поскольку те привыкли к вседозволенности без неотвратимого возмездия. Однако это его необычное повседневное поведение понемногу заставляло меня думать, что это не просто комиссар или магистр дисциплины, а настолько выдающийся образец человека, что его мог в своё время поместить в стазис Тразин Неисчислимый у себя на Солемнейсе. В конце концов моё любопытство добило осторожность, и я решил пойти на контакт с примитивом. Всё из-за того, что он, спустя год своего пребывания в этом мире, начал активную деятельность по созданию своеобразного кружка любителей нашего мира, почему-то называемого им «Warhammer 40.000». И сайт этого кружка по интересам гласил, что в нём будут рады «всем странным фрикам, которым не по нраву жить в этом мире, кого отвращают корыстолюбие и жажда власти, кто стремиться быть творческим и крылатым, вопреки мнению общества». По крайней мере, если он не распознает во мне некрона, я определённо подхожу под данное описание. Мою династию предали забвению и едва не разобрали на запчасти мои же сородичи, когда я в открытую заявил им, что наше время тоже прошло, когда мы собирались в Долгий Сон. Если бы не Тразин, я бы исчез из Бытия вовсе, но главный архивист всей нашей расы надёжно сохранил моё наследие и по-дружески посоветовал впредь не высказывать таких мыслей в нашем обществе. А потом, когда он меня пробудил, чтобы я присоединился к его легионам, как верный вассал, я решил, что с меня хватит войн и раздоров, и сбежал, как только представилась возможность. Итак, узнать, где будет этот «клуб вахоёбов», не составило труда. Не составило труда и узнать, когда и как этот комиссар туда придёт, чтобы проконтролировать отделку выкупленного помещения под имперский мотив. Оказалось, что это будет нечто вроде общепита, бара и места для настольных игр в стиле нашего мира. Я как раз пришёл вовремя, когда над входом вешали внушительного двуглавого орла Империума, а этот человек в фуражке и чёрно-красной одежде командовал работами. Сенсоры зафиксировали чрезвычайно высокую энергонасыщенность всех его элементов одежды. Да, он точно родом из моей реальности, тут такие чудеса техно-магии не производят. Тут не знают даже, как управлять другими видами энергии, помимо электричества, не говоря об остальном. Весь комплект одежды состоял из чёрного пальто с красной подкладкой, внутренней красной куртки, белой рубашки под ней, военных чёрных брюк, красного пояса с символикой поедающей свой хвост змеи, красных перчаток, высокой фуражки с таким же орлом, как над входом в клуб, и солдатских сапог с высоким голенищем и наколенниками в виде стилизованных черепов. Всё это выполнено из композитных материалов, местами включая органику, подобную психо-кости аэльдари, и тканей из нано-материалов, способных к саморемонту, прямо как наш некродермис. Более тщательное сканирование показало, что многочисленные руны, выполненные на металлических частях (кстати, тоже по физическим характеристикам приближенных к нашим) формы, выполняют мощные защитные функции. В теории, такая одежда может защитить его даже от импульса наших простейших излучателей, поскольку эти руны собирают и перенаправляют фундаментальную энергию вселенной, а не электричество. То есть, поверх одежды был мощный энергетический барьер. Нет, фазовое оружие бы смогло его пробить, но вот обычные излучатели наших пехотинцев и, возможно, даже смертоуказателей, вряд ли пробьют это силовое поле. А вот о примитивном огнестрельном оружии, которым пользуются местные приматы, я такого не скажу. Помимо создания силового поля поверх слоёв одежды (которую и так повредить относительно сложно), некоторые комплексы рун на отдельных элементах этого комплекта доспехов (сложно называть одеждой нечто, способное остановить плазменный разряд) занимались сканированием окружающего пространства на предмет опасностей. То есть, огнестрельное оружие для него не просто не проблема, он мог в открытую смеяться над этими примитивами, потому что по нему ещё требовалось бы попасть. А эти комплексы рун с лёгкостью справятся с просчётом траекторий пуль, направляя результаты прямо ему в мозг. Плюс, весь этот комплект подразумевал своей конструкцией и конструкцией своих энерго-полей, что может соединяться с чем-то ещё, образуя мощный силовой доспех, при этом не приобретая массивных габаритов, как у космодесанта. И в этой усиленной форме данная вещь была способна на настоящие чудеса техно-магии, вполне способные впечатлить даже некоторых криптеков. Ну, из тех, что из династий победнее. Далее сканер проверил оружие этого человека. Меч с крайне практичной конструкцией и лезвием, состоящим из многократно спрессованного твёрдого света, с мономолекулярной заточкой. Лезвие могло раскрываться в настоящее пильное полотно, точнее, аж в два пильных полотна из ромбовидных зубьев по обе стороны клинка, с трёхлопастным лезвием на острие. Вращение полотен способно создавать разнонаправленные энерго-поля, режущие само пространство, и мечник, владеющий таким клинком, способен по желанию изменять масштаб поля. Сравнимо с нашим фазовым оружием ближнего боя. Неплохо. И револьвер, выполненный из сплава, схожего с нашим. С миниатюрным генератором возврата, искажающим кусочек пространства-времени в барабане под патроны. Казалось бы, простенький огнестрел, но, кроме фактически бесконечного боезапаса, в стволе этого ручного оружия были электро-магнитные ускорители, а другой комплекс техно-магических программ мог превращать выстреливаемые пули в нечто, напоминающее снаряды болтеров космодесанта. Примитивненько, но тоже сойдёт. Против подавляющего большинства местных приматов и этого уже много. Я подошёл к нему, прикрывшись обыкновенным маскировочным полем. Руны сигнала об опасности не дали. Значит, он не считает обычное приближение ксеноса за угрозу. В принципе, с таким снаряжением оно понятно, для него угрозой будет разве что космодесантник, и то не каждый, и то если будет думать о том, как его убить. Я о таком не думал, но на заметку взял, что защитный сканер меня не увидел… Ага, нет, увидел! Сигнала просто не подал. Оценил мои намерения? Может быть. Так или иначе, но я встал рядом с ним, возвышаясь над комиссаром (вернее, лордом-комиссаром, как минимум, учитывая снаряжение) на две-три головы, и тоже посмотрел за тем, как над входом в клуб вешают герб Империума. — Да, вот так! Во, идеально! Закрепляй! Рабочие и машины принялись закреплять массивную стальную птицу на стене. А я только сейчас обратил внимание, что комиссар разговаривает не на высоком готике, а на языке Древней Земли. На русском. И его понимают, потому что у рабочих есть авто-переводчик в их кибер-имплантах. Я слегка склонил голову набок и деактивировал маскировку. — Интересно, как следует понимать этот ход, комиссар? Он не вздрогнул от неожиданности. Значит, знал, что я подошёл. Но даже не оглянулся. — А так и понимай — создаю клуб любителей Вахи. А это — чтоб они знали, куда идти. Ты тоже по объявлению? Так, мои нано-скарабеи проникли в его дыхательные пути и оказались у него в мозгу. Подключились к высшей нервной деятельности. Теперь я знал его мысли… или мне так казалось. Внешний фон его разума был занят как раз мысленной работой по организации клуба по интересам. Но вот его память… И то, что его мозг не нёс на себе следов изменения памяти… Там был просто гигантский объём данных, которые нельзя было узнать без надлежащей команды от центрального процессора… — Что-то вроде. А ты… из какого полка будешь? — Мм? Вот теперь он оглянулся. И сразу же нахмурился, пройдясь взглядом по моей металлической обшивке. — Так… я, конечно, немного разбираюсь в косплее, но… Скарабеи спроецировали в мой интерфейс всё, что связано в его разуме с этим словом, и тут я понял, что наткнулся на превосходного собеседника! — …чтоб настолько качественном? Ты где успел себе склепать тело натурального фаэрона? Я ещё не раскрутил Ваху, как следует, чтобы кто-нибудь тут вообще знал о некронах… Тут, секунду спустя, до него дошёл смысл моего вопроса, и по его мозгу прокатилась крайне занимательная волна импульсов. И он осторожно спросил, желая подтвердить свою догадку, которую сперва отбросил, как безумную: — …А-а… в смысле, «из какого полка»? Я ответил правдой, так как заметил в его сознании конструкт, отвечающий за искусное распознание лжи: — В прямом. В каком подразделении Астра Милитарум ты служил? Догадка о том, что я — в самом деле некронский фаэрон, вновь вышла на первый план, едва не затмив собой все остальные мысли. Но с ней боролась мысль, что я сейчас как будто поддерживаю его собственную актёрскую игру. Это был не комиссар. Но он откуда-то знал, как себя вести, чтобы его принимали за такового, как это поначалу думал я. — А-а… э-э… Ну, допустим, 597-й Вальхальский. В его разуме тут же вспыхнуло лицо реального комиссара, который и впрямь там служил. Кажется, это та ещё эпическая личность, чьи приключения достойны обширной романтизации. Однако, когда я увидел это лицо и сравнил его с тем, кто был передо мной, то пришёл к очевидному выводу: — Ты не похож на Кайфаса Каина. Скорее, на сбежавший экспонат моего доброго друга Тразина. Разумеется, это тоже не являлось правдой, но именно эти слова и лёгкий ироничный тон заставили его догадку вспыхнуть в мозгу, точно свет сверхновой. Он моментально приготовился к бою, пусть и знал, что ничего не сможет мне сделать. Поэтому, хоть он и напрягся, но меча и пистолета не вытащил, заодно с крайне серьёзным лицом спросив: — Ты чё, реально некрон? — Да. А что? Человек довольно долго молчал, сканируя меня своими примитивными глазами, пока в его мозгу бушевала настоящая буря из мыслей и воспоминаний. Вот это скорость обработки информации! И так много данных тут же активизировалось, всплыв из глубин памяти на поверхность. Он ничего не предпринимал в реальности только потому, что мы сейчас спокойно разговаривали, у меня не было намерений убить его (или хуже, учитывая, что он помнит о самых известных представителях моей расы), и сейчас случилось нечто, чего он никак не ожидал в этом мире. Вопрос только начал формироваться у него в голове, как вдруг он его задал, не дожидаясь, пока я прочту эту мысль: — Пожалуйста, скажи мне что мы не у тебя дома. Что это не мир вечной войны. Такая скорость мыслей меня удивляла. Он думал, почти как машина. Я бы изобразил на лице улыбку, если бы у меня было лицо. — Нет, это не моя родная реальность. В разуме человека прокатилась волна облегчения, и сразу следующий, очевидный вопрос: — Тогда, извини конечно, но какого чёрта ты тут забыл? И, кстати, из какой ты династии? А то занесло тебя, мужик, совсем не в ту вселенную. — В твоих воспоминаниях моей династии нет, так что вряд ли моё имя тебе что-нибудь скажет. Снова волна мыслей, и выскочившее на первый план воспоминание о том же Тразине и наших мозговых нано-скарабеях. Человек в комиссарской форме закатил глаза. — Пожалуйста, можешь вывести своих жучков-мозгоклюев из моей головы? У людей… не принято контролировать друг друга посредством микромашин. — Я не человек. — Ну, это всё равно, как минимум, невежливо. Ты читаешь мои мысли и, если что, можешь перехватить контроль над моим телом. А я просто рядом с тобой постоял… У него вдруг по мозгу прошла другая волна мысленных импульсов. Он скрывал какую-то тайну, да так тщательно, что я этого даже увидеть не смог. Ионные связи в его мозгу старательно избегали соединяться с этим блоком данных в памяти. А он вдруг захотел попросить меня о чём-то. Любопытно… Я расширил спектр сканирования и прошёлся сенсорами скарабеев по всему его телу… — Ух ты, да ты тоже не так чтобы полностью человек. Где ты умудрился достать такой сложный конструкт для своего сознания? Отключена генетическая программа старости, повышенная плотность и прочность тканей, увеличенное число нейронных связей и площадь коры головного мозга… Выглядит, прямо как эксперимент Императора. — А ты зачем интересуешься? Такое же хочешь? — Не скрою, было бы занимательно жить в таком теле. Но… почему мне кажется, что у тебя есть какой-то критический изъян? Я тебя полностью просканировал, но не вижу ничего, что бы противоречило природным настройкам. Он замолчал. Даже в мыслях. Исключая редкие шепотки на грани сознания. У меня возникло ощущение, что передо мной нехилый такой псайкер стоит. Только они так учатся контролировать своё сознание. Я немного задумался и принялся искать этот самый изъян в его конструкции, но так и не нашёл. Всё работало идеально, как отлаженный биологический механизм. Человек оглянулся на рабочих, и в его мыслях возникло подозрение, что нас сейчас слушают. В принципе, ерунда, потому что я сам следил за этим, и ни у кого в области действия моих сенсорных систем не возникало мыслей, будто мы по-настоящему разговариваем, а не играем роли. Тут все тоже думали, будто мы оба — два косплеера, фанатеющих от вымышленной вселенной, о которой не так давно знал только этот рокер. — Пойдём-ка внутрь, присядем, чтоб тут у всех на виду не болтать. Я промолчал, а он направился в свой будущий клуб. Там внутри всё оказалось отделано в соответствии с мотивами моей вселенной. Место нашлось каждому виду, участвующему в бесконечной войне мрачного будущего. Псевдо-комиссар прошёл к дальним столам и, сев на полукруглое сидение, указал мне рукой на место напротив. По результатам сканирования, оно было способно выдержать мой вес, так что я тоже сел, и человек сразу спросил: — Так как ты попал сюда? — У меня аналогичный вопрос, человек. Он не сказал, он вспомнил. Воспоминание годичной давности. Он и его подруга-альтмерка (не аэльдари, высокая эльфийка из совсем другой реальности) создали на основе магии механизм, похожий на гипер-двигатель, собираясь посетить другой континент в том мире, где они жили в те времена. И парень не рассчитывал, что этот механизм будет способен на межзвёздные перелёты, он не рассчитывал, что его летательный аппарат сможет даже просто выйти в космос. Но, как только они включили двигатели на небольшой процент мощности, некие космические силы захлестнули его, как арканом, гипер-драйв вышел на максимум своего ресурса, и только уникальные способности эльфийки не дали им погибнуть, распавшись на атомы из-за прохождения сквозь пространственную сингулярность. Н-да, а у этого человека много загадок. Чтоб на основе ещё более примитивных технологий, чем здесь, и магии создать нечто, способное посоперничать с моим собственным генератором фазового смещения гипер-поля? Это… заставляло моё уважение к человеческой расе расти. А потом, когда они (неведомым мне и ему самому образом) перелетели сквозь случайный нестабильный гипер-тоннель в эту реальность из закрытой вселенной, разум его самолёта (на остатках полурасплавленного гипер-двигателя и с помощью своих знаний о магии) перекинул их по местной Сети Искривления в этот мир. И они жили тут целый год. Что ж… Это можно считать исчерпывающим ответом на вопрос о том, как тут оказался этот смертный. Значит, моя очередь отвечать: — Я решил, что с меня хватит войн, и активировал фазовый переход во время гипер-прыжка. В теории, меня должно было перекинуть на другую грань подпространственной изнанки реальности, и я вынырнул здесь. Мои сенсоры не зафиксировали привычных варп-искажений и отголосков воли К’Тан, так что моя теория подтвердилась практикой. Я попал в ту же галактику, но в другую её… ипостась. И очень рад, что здесь не ведутся войны межзвёздного масштаба. Человек улыбнулся. Интересно, он почувствовал, что я говорю правду, или же просто принял на веру? А то, насколько я могу судить по показаниям своих микромашин, это тот ещё параноик, похлеще некоторых моих знакомых, имевших дело с арлекинами. Плюс, эти его мысленные конструкты… Один их вид настраивал меня на желание говорить правду, а не пытаться обойти эту хитровыдуманную мозговую защиту. Конечно, я бы мог заставить его поверить во что угодно, воздействуя на его нейроны, но что-то мне казалось, что его программный код не так прост. Да и неинтересно это — взламывать биологический мозг. Никогда не понимал сородичей, так развлекавшихся с органиками. — А как ты умудрился создать на основе пси-энергии двигатель для смещения пространства в иные измерения в обход Варпа? Человек задумчиво почесал затылок, передвинув фуражку на лоб. Мысленные импульсы, мелькающие в его мозгу, намекали мне, что сделал он это скорее интуитивно, чем по известным технологиям. Так и не найдя вменяемого ответа в своей памяти, он сказал: — Ну, я подумал, что, раз технология существует в других мирах, то почему её нельзя повторить в этом? Тем более, что по большей части её заменяли изощрённые заклинания, магические материалы и руны. В теории, руны на языке, на котором, по сути, написан тот мир, должны были так работать. Ну… они и сработали. Я издал звук, похожий на смешок. — Не знаю, восхищаться ли мне твоим «гением», или смеяться над ним. А он пожал плечами, выразив на лице такое же недоумение, кое я вложил в свои слова. — Ну, у меня нет миллионов лет опыта в изучении космоса и тысячелетий Войны в Небесах за спиной. Я не общался со Звёздными Богами, эти самые звёзды кушающие, и о гипер-пространстве только наслышан… Был, по крайней мере. Теперь, побывав там лично, я бы собрал этот двигатель и его крылья иначе. Там не только прослойка из сталгрима требуется, там нужно что-то похолоднее, а то температуры, кажется, до плавления вольфрама поднимались… Я уточнил, подогнав его интуитивные расчёты под реальные цифры: — Температура термоядерных реакций. Про изоляцию, раз уж ты из органики, не забудь. Размер одного только отсека для твоего одноместного звездолёта под гипер-двигатель будет вдвое больше того, что уже есть. То есть, весь звездолёт увеличится в прогрессии до размеров космической яхты, и про атмосферные полёты придётся забыть. Он покачал головой, даже не подумав. — Маки не согласится. Она, может, и не конструктор, но она — Прирождённый Пилот. И именно она вывела нас в эту вселенную, а не в твою. Я целый год думал о том, куда же мы попали, пока ты мне не сказал, что мы не у тебя дома. Теперь осталось уточнить, в каком именно Киберпанке мы оказались, чтобы я понял, в какой точно вселенной мы находимся. — Ты… знаешь много вселенных. Должен признать, я… несколько потерял нить повествования в твоей памяти. А ведь я привык к очень сложным и продолжительным ментальным поединкам с некоторыми сородичами, пока меня пытались взломать. И я нахожу в твоём мозгу следы странных… я бы сказал, чертежей или схем для создания чего-то, что могло бы поразить моё воображение, если понятие ко мне можно применить. Человек усмехнулся. — А почему ты считаешь, что у тебя нет воображения? Разве можно без воображения додуматься, что можно уйти на более глубокие слои гипера, чем Варп, и оттуда поменять точку выхода в реальность на совсем другую вселенную? Ты вышел здесь только потому, что это — тоже Земля, и здесь тоже есть люди и эльфы. Плюс, некая Сеть Искривления, по которой мой механический друг перекинул нас с Маки сюда. Что-то… одновременно произошло сразу в нескольких гранях многомерного Балка, и грани на миг сомкнулись, позволив тебе перейти сюда, а мне — выжить при гипер-переходе. А для Маки… позволило поменяться местами с альтмеркой Анной. Он принял очень задумчивый вид, а я сопоставил вброшенные им догадки с реальными фактами, полученными мной при изучении гипер-пространства. Кажется, этот человек… или то существо, которое прячется за его лицом… кажется, что оно понимало иные измерения куда лучше, чем любой из некронов. И у меня самого вдруг возникла догадка, что в этой реальности тоже есть божества. Просто они могут вот так маскироваться… под смертных. Едва человек высказал свои догадки и задумался о том, что сам же и сказал, как мои нано-скарабеи подали сигнал о неавторизированной попытке доступа к управляющим протоколам. А псевдо-комиссар поднял на меня взгляд, оторвавшись от раздумий… которые я не мог прочесть, пусть и видел ионные сигналы в его синапсах. — Слушай… как к тебе обращаться? — Нэфт-Хотеп. — Нэфт, мне не кажется, что эта встреча произошла случайно. Даже если мы попробуем порассуждать об обратном, то придём к этому же выводу. Чего ты от меня хочешь? Просто так подошёл ко мне, руководствуясь моим внешним видом, знакомым тебе по предыдущей реальности, наверняка следил за мной всё то время, пока я жил в этом городе, сейчас пытаешься читать мои мысли, хотя я попросил так не делать… Скажи прямо, что тебе нужно, и я постараюсь подумать, как это сделать. Настала моя очередь молчать. Человек предлагал мне решить какие-либо мои проблемы. Мне! Фаэрону некронов! Да у меня в кармане сейчас лежит натуральное звёздное скопление в стазисе, со всеми армиями моей династии, с многочисленными мирами Империума, с ИХ армиями, с орочьим вааагх, и всё это под полем временного возврата на случай, если вдруг эти смертные идиоты задумают поубивать друг друга! А он вот так запросто предлагает мне свою помощь незнамо в чём, хотя знает меня едва ли полчаса и настолько параноидален, что даже сейчас предполагает, что я могу как-то использовать его, раз уж я подселил в него свои микромашины. Ну, поудивлялись, и хватит, пора подумать, чего бы я от него хотел. И, коротко подумав, я пришёл к выводу, что мной двигало лишь чистое любопытство. Человек выглядел, как комиссар, порой вёл себя, как комиссар, но при этом сильно надеялся на то, что оказался не там, где ему понадобились бы навыки комиссара. С ним была юная аэльдари, подозрительно похожая на варбосса самого музыкального вааагх моей галактики. И я. Фаэрон династии, забытой даже самими некронами. По чистой случайности оказавшийся в реальности куда более мирной, чем та, в которой я был рождён и превращён в бездушную машину смерти. Один из самых странных фаэронов, если посмотреть на крайне военизированное общество некронтир. Я всегда был за мир. За развитие, а не за геноцид. Я был одним из тех некронтир, которые всем сердцем не желали становиться бессмертными металлическими некронами. А тут человек вдруг предложил мне… Так… Вспыхнувшая среди моих процессоров идея чуть не была отброшена, как безумная. Но, если принять во внимание мою прошлую догадку о том, что божества в этом мире всё-таки есть, и что передо мной может быть лишь смертная оболочка, содержащая в себе частичку такого существа, то… вполне возможно, что… Проклятье на голову этого остроухого идиота! Наш весьма содержательный разговор был очень грубо прерван эльдарским арлекином, который, незаметно войдя в помещение, незамедлительно выстрелил из своего вполне технологичного оружия мне в голову, а в сторону моего собеседника метнул ближайший стул. Я-то телепортировался, и выстрел, способный уничтожить мой процессор, угодил в стену. Человека пришлось прикрыть силовым полем, чтобы проклятый аэльдари его не покалечил. Затем я был вынужден вступить в ближний бой. Тактические схемы мгновенно просчитывали его движения, и для меня этот танцор в рогатой маске Слаанеш был не быстрее любого моего пехотинца. Но ему доставало реакции уходить от взмахов моей фазовой глефы. Это раздражало. А превращать в руины с такой любовью к деталям отделанный в духе нашего мира зал, предназначенный для игр маленькими фигурками каждой из рас, мне не хотелось. Как минимум, это бы испортило отношение этого странного человека ко мне. Ведь именно он вложил в это произведение искусства немало своих человеческих сил и, как говорится у людей, сделал всё с душой. И столь же немало покопавшись в своей огромной памяти. Но я не успел применить генератор искажения пространства, чтобы выбросить наглого шута за пределы этой планеты, как он отскочил, приняв оборонительную стойку, и спросил на древнем языке аэльдари: — Как так получилось, что некронский фаэрон вот так запросто сидит с мон’кай-комиссаром за одним столом и мило так беседует с ним о своих технологиях? Я остановился за миг до пространственного перемещения и взял его местоположение под прицел ещё парочки устройств, способных распылить его на атомы, не навредив всему вокруг. Ещё с десяток возможных мест, куда этот шут мог уклониться, были взяты в координаты применения оружия попроще. Я ему ответил на родном языке, актуальным на момент Войны в Небесах: — Какое тебе дело, наглая ушастая блоха? К чести ушастой блохи, он худо-бедно понимал это древнейшее наречие, которое из его собственных уст, наверное, колыхало бы местную реальность. И он… медленно выйдя из боевой стойки, театрально сложил руки, убрав одну за спину, а другую прижав к груди, и поклонился мне, как истинный арлекин. — Не сочти за дерзость, великий враг древности. Я всего лишь хотел убедиться, что ты — настоящий враг наших создателей… Он выпрямился и опустил руки в состояние покоя. Человек бы точно обманулся этой расслабленной стойкой. Я же прекрасно знал, что этот поганец, одетый так уникально для любой из трупп ушастых последователей Цегораха, может за ничтожную долю секунды вновь превратиться в стремительный вихрь атак. А в его рукавах было скрыто оружие, на миллионы лет вперёд превосходящее человеческое. В принципе, у него мог быть шанс упокоить кого-нибудь из некронов навсегда. Но… Пока что этот солитёр покупал себе секунды жизни своей напускной вежливостью, а не испытывал моё терпение. И, если он слышал хотя бы часть нашего с человеком разговора, то должен уже знать, что это не комиссар. Либо он ничего не знает об этой привилегированной военной касте Человечества и считает, что комиссары и должны быть вот такими. — …И вы меня не разочаровали, древний некрон. Позволите вновь вступить с вами в доблестный поединок? Со стороны стола, за которым я только что сидел, раздался возмущённый возглас: — Эй! Вздумаете громить мне клуб — обоих пополам разрублю! Солитёр презрительно усмехнулся, явно сомневаясь в способности человека исполнить данную угрозу. А мои нано-скарабеи подали сигнал, что человек реально это может. В его распоряжении были техно-магические артефакты, которые я не заметил поначалу. Как минимум, в области его левой руки сенсоры зафиксировали скопление энергии, временно останавливающей общую энтропию вселенной в небольшой локальной области. Учитывая его меч и возможную остановку времени, ему хватит одной секунды, а то и меньше, чтобы претворить угрозу в жизнь. Не успел эльдар в солитёрской маске высказать своё презрительное отношение к примитивному дикарю, как тоже ощутил своим шестым чувством, что скоро здесь будет твориться магия. Почти незаметное движение головы подсказало мне, что эта прыгучая блоха задумала мгновенно убить человека. Но варп-сенсор зафиксировал очень короткий неслышимый пси-импульс, сошедший из иного пространства прямо в мозг аэльдари. Варп-конструкт, называемый этими ушастыми органиками божеством, вышел на связь со своим актёром, но что он передал ему, я узнать не смог. Однако, судя по вновь изменившейся позе, эта короткая мысль, услышанная им, была ничем иным, как простым «нет». Смеющийся бог, разумеется, слышал своего слугу. Даже здесь, в другой вселенной. И услышал, что тот собирается отнять жизнь кого-то, кто как-то влиял на планы этого сверхъестественного существа. Прямо почти как мой приказ, отданный кому-либо из моих воинов. Солитёр замер, задумался на несколько секунд, и приподнял руки, иронично спросив на чистом русском: — Скажи мне, мон’кай, кто же тебя учил сражаться, раз ты так смело грозишь Солитёру? Человек твёрдо ответил: — Истинно Крылатая под именем Макела Ану Элемис. В ДВУХ своих отражениях. Ложном, эльфийском. И истинном, родном, в котором жила в вашей реальности. Лично мне ни это имя, ни слова про отражения ничего не сказали. Но… аэльдари, имеющему свободный доступ в Чёрную Библиотеку, наоборот. Его руки медленно опустились, а поза выдала внутреннее напряжение. Он колебался перед тем, как снять свою маску. Но всё-таки решил показать нам своё лицо. На том было выражение предшокового состояния. — Ты не лжёшь, человек? Умоляю, скажи мне, что это ложь. Псевдо-комиссар поднялся и вышел из-под купола моего защитного поля. В ином случае я бы подумал, что это величайшая глупость для смертного в присутствии буквально проклятого аэльдари. Но он так же твёрдо ответил арлекину: — Нет. Нано-скарабеи фиксировали дикий каскад импульсов в его мозгу. А у солитёра, искусного ещё и в психических дисциплинах, широко раскрылись глаза. Он прочитал мысли человека, которых не увидел я. Человек не был псайкером, даже латентным, но он умело пользовался своими техно-магическими артефактами. Серьёзное лицо моего собеседника смягчилось, словно он перестал что-то говорить аэльдари в мыслях, и человек спросил: — И что в этом мире забыл арлекин-солитёр? Тебя что, дядюшка Шео решил спрятать от Голодной Суки здесь? Брови на эльдарском лице взлетели на лоб. Такое пренебрежительное выражение в адрес аж двух богов сразу он слышал впервые. Да ещё и подобное обращение со стороны какого-то абсолютно постороннего человека к его господину… Моя догадка о божественной природе смертного (или какой-то части его души, по крайней мере) росла и подкреплялась фактами, которые происходили при мне лично. Мало того, что он интуитивно понимал гипер-пространство и с лёгкостью выводил логические связи между, казалось бы, совершенно не связанными меж друг другом событиями аж в разных вселенных, так ещё и обращался по-семейному к божеству аэльдари (которого я старше буду лет так на тридцать-сорок миллионов) и презрительно именовал результат грехопадения последних. Либо это была актёрская игра на уровне того, кто предложил моей расе биоперенос, либо я прав, и этот смертный действительно таков, каким я начинаю его считать, невзирая на несовершенство его физической формы. Эльдарский шут чуть кивнул, всё ещё шокированный предыдущим известием. — Д-да. Да, мой господин успел выдернуть меня из пасти Той-Что-Жаждет. А-а… откуда тебе это известно? Человек… лишь снисходительно улыбнулся ему. Но промолчал. Солитёр понял, что его вопрос не имеет смысла. Тогда он задал другой: — А как тебя зовут? В мозгу человека возникла подозрительная тишина. Вместо него ответил я: — У него нет имени. Я просканировал всю его память и не нашёл ни единого упоминания об имени. Всю свою нынешнюю жизнь он называл себя чужими именами. Именами со значением. Неразим, по названию народа, созданного Зел’Нага, другими звёздными божествами, нежели наши К’Тан. Идущие Путём Тени, отсекшие себя от общей пси-связи их расы. Чеширский Кот, улыбчивый демон, похожий на джиринкса, умеющий растворяться в воздухе. Пьеро Джоплин, изобретатель, чьи произведения искусства он копировал. Но своего имени у него нет. Солитёр слабо улыбнулся. — Как и всегда у таких, как он. У Странников Бездны. Радует, что он не служит тому, кого отродья Хаоса именуют Анафемой. И что сам презирает Хаос… Человек добавил, перебив его: — И тех, кто создал Хаос своими войнами и потаканием порокам плоти. Эльдар пристыженно опустил глаза и согласно кивнул. Потом заинтересованно глянул на него. — Скажи, а Макела… Истинно Крылатая и правда сейчас с тобой? Смертный ответил риторическим вопросом: — А кто ещё может на обычной бас-гитаре играть, как Безумный Бард? Ушастый актёр улыбнулся. — Я рад. Было бы приятно пообщаться с ней за пределами места, где нас может услышать Голодная Сука. Ты не познакомишь нас, Странник Бездны? — А я бы не сказал, что она обрадуется такому нескромному вниманию солитёра. И… она несовершеннолетняя. Эльдар возразил: — Но вполне сформированная. Прямо как все её сёстры в её возрасте. — А это не ты ли спал с Тринией Ану Элемис? Судя по лицу ушастого, смертный попал в самую точку. Он обладал какой-то совершенно нечеловеческой интуицией. Либо знал. Просто знал. Лично я ни об этой Макеле, ни о её сёстрах ничего не слышал. Но, по совести, я и в Чёрной Библиотеке не бывал. В архивах Тразина — да, но те архивы были созданы ещё до Войны в Небесах и не содержали в себе информации про этих «Странников Бездны». Видимо, данный феномен возник уже после того, как мы, некроны, ушли в Долгий Сон. Выдержав театральную паузу, человек добил шута: — Имей в виду, если хочешь забрать себе девственность аж двух Его дочерей, то… А, впрочем, можешь попытаться. Но только без моего участия, а то Маки мне потом не простит. И не мне тебе говорить, что бывает, если такая девочка обижается. Всё ещё шокированный эльдар тупо кивнул. Моргнул, встряхнул головой и снова улыбнулся. — Ну, раз ты разрешаешь… — Я не разрешаю, я просто не препятствую. Даже больше, эльф — я желаю тебе удачи! — Это больше походит на сарказм, Странник, чем на искреннее пожелание. — Да не, Маки и впрямь уже сформированная девушка. И она уже затрахала мне мозг своими выходками, пока мы живём вместе. Знает же, что я и помыслить не могу о том, чтобы желать её тело, а ходит передо мной, как самая обычная девушка, и бьёт, если я на неё пялюсь. А там невозможно не пялиться, сам понимаешь. Тем более человеку, у чьего организма выкручена на максимум программа размножения. Солитёр согласно усмехнулся. Странник Бездны спросил у него: — Кстати, как тебя зовут-то? — Алариэль — моё имя, Странник. И я — один из любимейших актёров Смеющегося, скажу без ложной скромности. Когда-нибудь мой Бог-господин вернёт меня домой. Но до тех пор я живу здесь… среди ваших примитивных родственников. На лице человека возникло крайне ироничное сомнение. — Ой, мне-то не пизди. Если б тебе тут не нравилось, ты б давно уже местных эльфиек перетрахал. Если они тут есть, конечно. Как минимум, Сеть Искривления в этой галактике точно есть. Итак… Он взглянул на нас обоих. — Что вам обоим от меня нужно, гости мои? ***