Часть 38, Жестокий выбор

Нора. Спустя минуту

Огонь пожирал стены, как голодный зверь. Обугленные балки падали как спички, когда Снейп трансгрессировал возле дома Уизли — его чёрная мантия колыхалась в дыму, а глаза, обычно ледяные, пылали яростью. Гарри смотрел на догорающий дом и сжимал в руках палочку Несс, его лицо было мокрым от слёз и копоти. Рядом, прислонившись к отцу, стояла Джинни, её рыжие волосы спутались и были все в пепле. — Где она? — голос Снейпа рассёк тишину, как клинок. Он схватил Гарри за воротник, приподняв над землей. — Где мисс Вейн? Гарри не сопротивлялся. Его глаза, обычно такие зелёные, потемнели от боли: — Пожиратели... они забрали её. Беллатриса сказала, что Сириус... — Северус, отпусти парня! — промолвил мистер Уизли. — Молчи! — рявкнул Снейп Артуру, отбрасывая Гарри от себя. Его пальцы дрожали, сжимая выдернутую из рук мальчишки палочку. — Ты бросился за ней, как щенок, потерявший кость! Ты знал, что это ловушка! — Я должен был отомстить! — выкрикнул Гарри, поднимаясь. — Несс пошла за мной! — Отомстить? — Снейп рассмеялся — коротко, безрадостно. — Ты сделал им одолжение, вытащив мисс Вейн из под защиты! Волан-де-Морт знал, что ты помчишься за Беллатрисой. Он знал, что ты не устоишь перед местью. А ты знал, что Вейн пойдет за тобой! И ты подарил ему Ванессу! Мистер Уизли попытался вмешаться: — Северус, хватит! Мы должны собрать Орден, искать её... — Вы не найдёте её! — оборвал его Снейп. Его голос упал до шёпота, но в каждой ноте звенела ярость: — Потому что я не могу пойти за ней. Если я появлюсь в логове Темного Лорда, они раскроют меня. А мисс Вейн убьют первой. Гарри опустил голову. Его кулаки сжались так, что костяшки побелели. — Это моя вина... — Да, — отрезал Снейп. — Это только твоя вина. Но сейчас важнее, чтобы ты выжил. Она борется за тебя каждый день. А ты подставил её своей глупостью и безрассудством. Он резко развернулся, но остановился. Его взгляд скользнул по обгоревшему дому семьи Уизли. — Запомни этот момент, Поттер, — хрипло сказал он. — Когда Тьма ломает тебя — она сначала разделяет. И молись, чтобы мисс Вейн еще была жива! С этими словами он трансгрессировал. Снейп влетел в свой кабинет, хлопнув дверью и бросил мантию на стул, не обращая внимания на искры, всё ещё тлеющие на ткани. Там царил хаос: опрокинутые колбы, вырванные страницы из книг, а на полу — лужа от зелья бодрости. В руке он сжимал её палочку, что хранила тепло родовой магии. Он опустился на колени, прижимая древко к губам. Голос, обычно такой твёрдый, дрожал: — Прости меня, — прошептал он. — Я не могу прийти сейчас. Не могу помочь тебе... А в логове Тёмного Лорда, Несс открыла глаза, чувствуя спиной холод каменного пола. Её амулет, спрятанный под рубашкой, пульсировал в такт сердцу — тихо, но упорно, как напоминание: «Он не бросит её. Он придёт. Когда сможет».

В поместье Малфоев

Холод каменного пола впивался в кожу, как тысяча игл. Несс очнулась от запаха сырости и тлена, её амулет, спрятанный под рубашкой, пульсировал тускло — трезво, но упорно, как сердце, отсчитывающее время до рассвета. За решёткой подвала мелькнул огонёк факела, и в дверном проёме возник Питер Петтигрю. Его серебряная рука блеснула в свете, схватив Несс за воротник так, что цепочка амулета впилась в шею. Девушка пискнула от боли в шее. — Тихо, — прошипел он, таща её по лестнице. — Господин ждёт. Каждый шаг гремел эхом в каменных коридорах. Воздух становился плотнее, пропитанный ядом змеи и горечью Круциатуса, отголоски которого ещё висели в воздухе. Огромный зал, убранный серым мрамором и шёлковыми драпировками, дышал тишиной, похожей на паутину. Во главе стола, вытянувшись как змея перед броском, сидел Волан-де-Морт. Его пальцы, длинные и костлявые, поглаживали голову Нагайны, чьи чешуйки отливали изумрудом в свете факелов. По обе стороны — Люциус Малфой в потрёпанном плаще Пожирателя, Нарцисса с идеальной бледной кожей, дрожащий Драко, Беллатриса, улыбающаяся как кошка, играющая с добычей, и Рудольфус Лестрейндж с ножом в руке. Нагайна подняла голову, шипя, когда Хвост бросил Несс к ногам Тёмного Лорда. Её колени ударились о камень, но она не вскрикнула. Она не могла позволить себе эту слабость. Ванесса подняла взгляд на своего кровного врага — прямой, немигающий. — Дочь моя, — прошипел Волан-де-Морт, голос его змеиный шёпот резал тишину. — Наконец-то ты дома. Несс вытерла кровь с губы, амулет на груди вспыхнул алым — не от страха, а от гнева. — Это не дом. Это могила. Беллатриса засмеялась, хлопнув в ладоши: — О, она восхитительна, мой Повелитель! Такая же дерзкая, как её мать! Волан-де-Морт не улыбнулся. Его красные глаза впились в Несс, будто пытаясь проникнуть в её душу. — Ты думаешь, я не знаю, через что ты прошла? — спросил он мягко, почти ласково. — Одиночество в магловском приюте. Предательство. Любовь к тем, кто обречён на гибель. Но я могу предложить тебе намного больше. Я дам тебе власть, могущество над теми, кто отверг тебя. Над самой Смертью. Если ты признаешь меня и присоединишься к нашему делу. Он протянул руку. — Прими меня, — шепнул он. — Стань той, кем рождена быть: моей дочерью. Моим огнём. Моей Тьмой. Несс медленно осмотрела всех присутствующих, игнорируя боль в боку. Её пальцы сжались в кулаки, ногти впились в ладони, но голос звучал ровно, как клинок: — Я — дочь Элоизы Вейн. Не твоя. Её жизнь, отданная взамен моей — не слабость. Она умерла, чтобы я выбрала свет. Чтобы не стала такой же как ты. Нагайна зашипела, поднимаясь, но Волан-де-Морт остановил её жестом. В его глазах мелькнуло нечто похожее на уважение — холодное, ядовитое, но настоящее. — Ты ошибаешься, — прошелестел он. — Её любовь к тебе — это цепь. Она могла бы жить, если бы не доверилась Ордену. Я дам тебе свободу. Свободу от боли. От бессилия перед Дамблдором, который скрывает от тебя правду о твоем происхождении. Несс вздрогнула. — Он не лжёт мне, — бросила она. — Дамблдор защищает меня. — Защищает? — Беллатриса подскочила к ней, палочка уже в руке. — Он умрёт от руки Драко Малфоя! А ты будешь смотреть, как его тело разлетится на осколки! Несс резко обернулась к ней: — Лучше разлететься на осколки, чем стать полоумной фанатичной убийцей. — Маленькая дрянь! Красная вспышка Круциатуса от Беллатрисы ударила Несс в грудь. Она упала на колени, выгибаясь от боли. В голове пронеслось: «Как же больно...». Амулет раскалённым углём прилип к коже, и в этом огне она нашла опору. — Хватит, Беллатриса! Я запрещаю вам её трогать. Девчонка нужна мне! — приказал Волан-де-Морт. Нагайна обвила его шею, как живой воротник. — Она сильна. Её боль — не слабость. Она — её источник. Он встал, чёрная мантия развилась, как крылья хищника. — Дай ей время, — сказал он, глядя на Несс сквозь прищуренные глаза. — Пусть увидит, как рушится мир, в который она так верит. Пусть поймёт, что любовь — это ложь, которую старик вбил ей в голову. Она будет сидеть в темнице, пока не примет правильное решение. И не смейте к ней прикасаться, пока меня не будет! — Девчонка под влиянием старика, её нужно проучить, мой Лорд... Когда Хвост потащил её обратно в подвал, Несс бросила взгляд через плечо. Женские крики наполнили зал. Волан-де-Морт держал в руке палочку, наказывая Беллу Круциатусом за её дерзость. Несс про себя позлорадствовала над этой безумной дрянью.

Поместье Малфоев. Подвал. Третья неделя плена

Время в подвале слилось в серую массу: капли воды с потолка, шуршание крыс по углам, шипение Нагайны за стеной. Несс сидела в углу, прислонившись к сырой каменной плите. Её мантия превратилась в лохмотья, а кожа под ней покрылась синяками и кровоподтеками от пыток. Но глаза — небесно-голубые, как у волчицы — не угасли. Волан-де-Морт приходил каждую ночь. Его пальцы, холодные, как змеи, впивались в её виски, пытаясь разорвать ментальные щиты. Но Несс научилась обманывать. Воспоминания о Сириусе она прятала за образом горящей Арки, сцены с Северусом — за стеной из уроков, оскорблений и унижений. А когда Тёмный Лорд рылся в её разуме, она подсовывала ему ложные видения: себя в приюте, в Школе, с друзьями на ужине в Большом зале. Негодование Дамблдора за нарушение ею школьных правил и неуважительное отношение к некоторым профессорам. — Ты играешь в игры, девочка, — прошипел он вчера, отбрасывая её к стене. — Я доберусь до правды. После неудачных попыток проникнуть в сознание Несс следовало наказание, изощренное, изматывающее. Мышцы сводило судорогой, девичьи пальцы в кровь стесались от скрежетания по камням, ногти потрескались. Но он не знал: каждый щит Несс строила не из страха, а из любви. Той самой, что Северус называл «заклятием, которое даже смерть не сможет разорвать».

***

Очередной звук шагов за решёткой заставил Несс напрячься. Это были не тяжёлые сапоги Хвоста, не скрип змеиных чешуек. Лёгкие, почти невесомые — шаги Нарциссы Малфой. Дверь открылась с тихим скрипом. Нарцисса вошла, держа в руках чистую одежду. Её лицо было прикрыто маской спокойствия, но в глазах — страх. — Господин велел привести тебя в порядок, — сказала она, голос ровный, но в нём дрожала нотка, которую Несс уловила. — Идем, и не вздумай делать глупости, ты отсюда все равно не выберешься. Несс не двинулась. — Он хочет, чтобы я выглядела прилично перед тем, как убьёт меня? — издевательски спросила Несс осипшим голосом. Нарцисса опустилась на корточки, не касаясь её. — Он хочет, чтобы ты видела, как он сломит твою волю. Рука Нарциссы протянулась к её руке, закованной в цепь, но Несс отшатнулась. — Не трогайте меня. — Ты думаешь, я хочу этого? — в голосе Нарциссы прорезалась сталь. — Каждый день я смотрю, как он губит моего сына. Ты — единственная, кто может спасти его. Несс замерла. — Почему вы решили, что я стану помогать Драко? — прошептала Несс. Нарцисса быстро оглянулась, затем наклонилась ближе. Её пальцы коснулись цепочки на шее Несс — там, где висел амулет. — Волан-де-Морт... он придумал для тебя вариант похуже смерти... Он хочет, чтобы ты стала женой Драко. Это позор для нашей семьи. Даже несмотря на то, что ты его дочь... Идем, не нужно гневить Повелителя. Тёплая вода обжигала кожу, смывая грязь и кровь. Нарцисса молча подала Несс полотенце, её пальцы дрожали, когда она расчёсывала спутанные волосы. Серебристое платье обвивалось вокруг Несс, словно сеть, сплетённая из лунного света и лжи. Нарцисса сделала всё идеально: волосы уложены в аккуратную прическу, лицо очищено от грязи, но следы пыток невозможно было скрыть, раны на руках размякли и снова начали кровоточить. Но внутри девушки бушевал ледяной ужас. Неужели её действительно сейчас выдадут замуж за Драко Малфоя? Она уже свыклась с ежедневной болью, но стать женой одного из Пожирателей... Это действительно извращенная пытка для неё. — Он хочет показать тебя Пожирателям сегодня вечером, — тихо сказала она, поправляя идеально сидящее на ней платье с изящной вышивкой. — Как трофей. Несс не ответила. Она смотрела в зеркало, где отражение — худое, с тёмными кругами под глазами и ранами на лице — казалось чужим. Но в глубине зрачков горел знакомый огонь: амулет. Он пульсировал под рубашкой, будто напоминая: «Ты не одна». — Почему вы помогаете мне? — вдруг спросила Несс. — Ваш сын... ваш обет профессору Снейпу... Нарцисса резко обернулась. В её глазах вспыхнула ярость, но не к Несс. — Молчи! Никто не должен знать об этом! Я помогаю не тебе. Я выживаю. Но... — она замолчала, доставая из кармана маленький флакон с зельем. — Это «Восстанавливающее». Северус передал его тебе. Несс схватила флакон. — Почему? — прошептала она, откупоривая флакон. — Потому что мой сын тоже в его руках, — ответила Нарцисса, голос дрогнул. — И потому что... однажды Элоиза Вейн спасла мою сестру Андромеду от проклятия в Школе. Она поправила вышивку платья на груди, и в этот миг её пальцы коснулись амулета. — Выпей это, — шепнула она, указывая на флакон. — И помни: он боится твоей силы. Не твоей крови. Твоей любви и преданности. Я буду снаружи, как будешь готова — выходи. Когда дверь закрылась, Несс прижала флакон к губам и залпом выпила зелье. Приятное тепло прошлось по венам и вернуло силы. В голове всплыли слова Снейпа: «Когда станет больно, дыши. Дыши ровно, глубоко».

***

Когда дверь зала распахнулась, её взгляд сразу нашёл его — Северус сидел спиной ко входу. Волан-де-Морт поднялся с трона, Нагайна шипела у его ног. — Мои верные слуги, — прошипел он, — сегодня мы очистим нашу кровь от позора. Ванесса Вейн, моя дочь, дружила с грязнокровками. Она отвергла мою власть. Но я дарую ей шанс быть прощенной — стать женой одного из вас, кто научит её подчиняться. Глаза Пожирателей, голодные и хищные, приковались к Несс. На мгновение ей стало дурно — от запаха их дыхания, от блеска голодных похотливых глаз, от мысли, что через какое-то мгновение один из них будет прикасаться к ней. — Люциус, — продолжил Волан-де-Морт, — твой сын провалил своё задание. Но я милостив. Я нашел вашей семье подходящее наказание. Драко Малфой станет мужем этой девочки. Драко подпрыгнул на стуле, лицо его стало синюшно-бледным. — Но... Господин...она же не чистокровная... наш род... — выдавил Люциус. Несс рассмеялась — коротко, презрительно. — Лучше вскрыть себе жилы, чем связываться с сопливым мальчишкой, который дрожит от собственной тени. — послышались смешки от Пожирателей. — Слышал, Люциус, моя дочь отвергла его кандидатуру. Зал взорвался хохотом. Беллатриса с нескрываемой ненавистью смотрела на девушку, которая прилюдно унизили её семью. Волан-де-Морт улыбнулся — без губ, без души. — Строптивая девочка, — прошипел он. — Хорошо. Северус. Ты просил меня оставить в живых Лили Поттер, ту, что родила великого Гарри Поттера. Но она умерла. Ты был предан мне все эти годы и поэтому я дарю тебе свою дочь. Она станет ТВОЕЙ женой. Сердце Несс замерло. «Нет. Только не так». Она посмотрела на Снейпа — и тут же изобразила испуг, широко раскрыв глаза. — Только не он! — пискнула она, голос задрожал, но в нём слышалась не боль, а расчёт. — Н-ннет! Я не хочу! — Ты боишься моего верного слугу, не так ли, дочь моя? Значит мой выбор верен... — Мой Лорд, я её учитель. Волан-де-Морт засмеялся — звук, похожий на треск разрываемых костей. Кажется ему пришелся по вкусу ее испуг. — Именно поэтому, — прошипел он. — Пусть её страх станет твоей наградой, Северус. Ты единственный, кому она не сможет перечить. Лицо Северуса оставалось бесстрастным, но в глазах, на миг, мелькнула боль. Он повернулся к Темному Лорду. — Мой Повелитель, — начал он, голос хриплый, но спокойный, — если я женюсь на ней сейчас, Дамблдор сдаст меня в Азкабан за связь с несовершеннолетней, а Вы лишитесь своего шпиона. Тишина повисла над залом. Волан-де-Морт прищурился, пальцы погладили голову Нагайны. — Я так решил и это не обсуждается. Ты сам найдешь способ не отправиться в Азкабан. Я лично скреплю ваш брак. Подойди ко мне, Северус-с-с, — прошипел он. Волан-де-Морт схватил Ванессу за руку и резко дернул, заставляя подойти ближе. Снейп медленно подошёл к Повелителю, его рука — та самая, что мешала зелья и вытирала её слёзы в подземельях — сжала её ладонь. Холодная. Твёрдая. Защищающая. Палочка Темного Лорда описала в воздухе непонятные руны и заклинание обрушилось на них, как удар молнии. На безымянных пальцах вспыхнули кольца — золотые, с выгравированным змеиным узором. Несс почувствовала, как магия впивается в плоть, сжигая кожу, но амулет под платьем вспыхнул — не от боли, а от признания магии брачного союза. — Закрепите свой брак этой ночью, — приказал Волан-де-Морт, наслаждаясь её дрожью. Снейп поклонился, но в его голосе звучала сталь: — Позвольте отложить это до её совершеннолетия, Повелитель. Иначе я не смогу служить вам в Хогвартсе. Пусть она станет моей женой по закону — когда достигнет семнадцати. Все случится совсем скоро, в апреле. Волан-де-Морт постучал пальцем по руке. Глаза его сузились от недовольства, изучая Снейпа — не как слугу, а как пешку. — Попробуй противостоять магии, что соединила вас, — наконец прошипел он. — Но знай, если девчонка не родит тебе ребёнка к восемнадцати годам, я отдам её Фенриру на растерзание. Снейп кивнул, сжимая пальцы Несс сильнее. В этом сжатии было всё: извинение, обещание, надежда. Когда церемония закончилась, Волан-де-Морт устроил пир. Несс сидела между Снейпом и Люциусом Малфоем, её рука лежала на колене Северуса — по приказу Темного Лорда. Но его пальцы, незаметно для всех, коснулись её запястья. Едва ощутимое поглаживание в знак поддержки. «Потерпи. Скоро все закончится». Когда пир подошёл к концу, Снейп поднялся, кланяясь Волан-де-Морту. — Разрешите забрать мою жену в Школу, Господин. Завтра я должен быть в Хогвартсе к первому уроку. — Ступайте, — милостиво разрешил Темный Лорд. Тёмный Лорд кивнул, наблюдая, как Снейп уводит Несс. Его смех преследовал их до самых дверей: — Я буду первым, кто узнает о скреплении брака, ты не сможешь долго терпеть! Помни, Северус: если она сбежит — я убью Драко. Если она умрёт — я убью тебя. Пусть ваш брак станет вашей клеткой. Снейп шёл быстро, не смотря на Несс. Только у ворот из поместья, где не было слуг, он остановился, развернув её к себе. Его глаза, обычно такие холодные, горели яростью. — Почему ты сопротивлялась кандидатуре Драко? — прошипел он. — Он бы не тронул тебя. Я договорился с Нарциссой... — Я сказала правду, я не хочу быть его женой, Северус, — перебила Несс, голос дрожал от усталости и пережитого стресса. — Я люблю тебя... Снейп резко отвернулся, сжимая кулаки. — Я привязал тебя к себе навеки. Эти кольца... они связаны с моей Меткой и с Повелителем. Это не обычный брак, Ванесса. Он завязан на темной магии. Если я умру — ты умрёшь. Если я предам его — ты умрёшь. Несс коснулась его запястья, под пальцами она почувствовала его бешеный пульс. — Лучше умереть с тобой, чем жить с Малфоями. Снейп закрыл глаза. Когда он открыл их, в них больше не было боли, а только решимость. — Нужно все рассказать Альбусу. Он найдёт способ разорвать эти узы. — Он не сможет, — прошептала Несс. — Магия брачных уз сильнее. — Ты еще не поняла? Я не смогу долго терпеть зов своего тела и могу причинить тебе физический вред, а я не хочу сидеть в Азкабане за изнасилование студентки! — сказал Снейп, его голос стал ледяным. — Не студентки, жены... — тихо поправила его Несс. Он провёл пальцем по её обручальному кольцу. В свете факелов металл отразил их двоих — не супругов, а союзников в клетке. — Идем отсюда, — продолжил он, — Тебе нужно восстановиться, а мне поговорить с Альбусом... — А если он прикажет мне... выполнить супружеский долг и родить ребенка? — Значит сделаем это. Когда ты будешь готова... Он прикоснулся к её щеке — впервые за долгие годы без маски, без страха. Его пальцы были тёплыми. — Прости меня, — прошептал он. — Я не хотел, чтобы всё так произошло... Несс положила свою руку на его. Их кольца соприкоснулись, и в этом прикосновении не было любви — была клятва. — Я хочу, чтобы моим первым мужчиной был именно ты, Северус. В их сердцах, под тяжестью колец и лжи, горел огонь, который даже Тьма не могла поглотить: «Мы выживем. Мы сбежим. Мы станем свободными. Вместе».

Хогвартс. Кабинет директора. Поздняя ночь

Огонь в камине трещал, разгоняя зимнюю тьму, когда Снейп и Несс вошли в кабинет. Альбус Дамблдор стоял у окна, его почерневшая рука покоилась на подоконнике. Услышав шаги, он обернулся — и впервые за долгие годы его лицо осветилось не улыбкой, а облегчением. — Ванесса, — прошептал он, и его голос дрогнул. Он обнял её так крепко, что кольца на его пальцах звякнули в такт удару сердца. — Я боялся... — Я вернулась, Альбус, — сказала Несс, прижимаясь к его плечу. Его мантия пахла фениксом и лимонными леденцами — безопасностью. Снейп стоял в тени, его чёрная мантия сливались со стенами,а пальцы сжимались в кулаки так, что костяшки побелели. — Что произошло, Северус? Как тебе удалось её вытащить? — мягко спросил Альбус, отпуская Несс. Снейп рассказал всё: пир в поместье Малфоев, извращенное наказание Волан-де-Морта, брачные узы, скреплённые лично Темным Лордом. Его голос был ровным, но в конце он сорвался: — Кольца невозможно замаскировать. Любое защитное заклинание рассеивается тут же... Дамблдор подошёл к столу, его пальцы быстро перебирали пергаменты. Наконец, он поднял глаза: — Это магия древняя. Рунические узы, связанные с Меткой. Волан-де-Морт хотел не просто наказать вас. Он хотел заменить вашу связь его собственной тьмой. Боюсь тут я бессилен... Несс опустила взгляд на кольцо — золотое, с узором змеи, сжимающей сердце. Оно пульсировало в такт метке Снейпа под мантией. — Что теперь? — спросила она. — Если кто-то заметит... — Обязательно заметят, — перебил Снейп. — Особенно Поттер. Он уже подозревает, что я что-то скрываю. Альбус вздохнул, поправляя очки. — Нужна легенда. Правдоподобная. Такая, чтобы объяснить и кольца, и вашу внезапную связь. Тишина повисла над кабинетом. За окном вороны каркали, предвещая метель. — Нет. Скажем как есть, что я вышла замуж, — вдруг сказала Несс. Она подняла глаза, и в них горел огонь. — А личность моего мужа не будем раскрывать. Снейп фыркнул. — Ты хочешь, чтобы все знали, что мы с тобой муж и жена? — Мне без разницы кто и что будет говорить, — перебила Несс. — Я никому не скажу, что это ты. Об этом будем знать только мы втроем. Ну и членов Ордена стоит предупредить, чтобы не сболтнули лишнего... Дамблдор задумался, барабаня пальцами по столу. — Придётся это держать в секрете от Гарри. Снейп шагнул вперёд, его голос стал ледяным: — А если Волан-де-Морт проверит? Если пошлёт Драко или кого-то из Слизерина расспросить учеников? — Они будут знать правду, — тихо сказала Несс. — А то, что ты мой муж — более никого не касается. — Есть еще одна проблема, — оборвал Снейп. Он снял свою чёрную перчатку, обнажая метку. Руна пульсировала в такт кольцу Несс, и в этом ритме читалась связь, которую нельзя разорвать ложью. — Наш брак не закреплен. И я не знаю, насколько сильно брачная магия будет призывать нас сделать это... Дамблдор встал, подойдя к Фоуксу. Феникс запел — коротко, но так чисто, что даже портреты замолчали. — Северус, я прошу терпеть тебя как можно дольше, — решил он. — Ванесса еще слишком юная для этого. Несс кивнула, но её пальцы коснулись кольца Снейпа. — А как же ребенок, которого требовал от меня Темный Лорд до восемнадцатилетия? — Ты сама еще ребенок, — поправил Снейп, но в его голосе не было прежней ярости. — Я смогу оттянуть этот вопрос, не переживай. Альбус подошёл к ним, его почерневшая рука легла на их скрещённые запястья. — Храните этот секрет. Особенно от Поттера. Если он узнает о браке, его гнев и вина разрушат всё. И будьте благоразумны оба! Несс сжала пальцы Снейпа. Снейп посмотрел на неё — впервые без маски. В его глазах читалась нежность вперемешку с безысходностью. — Мы найдем выход... А теперь нам всем нужно отдохнуть, это была слишком напряженная ночь... — Ступайте, вам понадобятся силы, чтобы бороться с Тьмой и с собой... Альбус знал, что магия Темного Лорда рано или поздно соединит их, и он не в силах этому помешать.

Завтрак в Большом зале

Слухи разнеслись быстрее сов. Когда Несс вошла в зал, завтрак замер. Гермиона вскочила первой, обнимая её так крепко, что кости затрещали. — Где ты была?! — кричала она. — Мы думали, Пожиратели... — Профессор Снейп вытащил меня... Я была у Альбуса, — спокойно сказала Несс, указывая на Дамблдора, который кивнул ей из-за стола преподавателей. Рон хмыкнул, разглядывая блестящее кольцо на ее руке: — Это что, обручальное кольцо, Несс?! — рыжеволосый ошарашенно уставился на Ванессу. Снейп, проходя мимо, остановился. Его голос, обычно хриплый, звучал громко, чтобы слышали все: — Да, это обручальное кольцо. Не задавайте лишних вопросов, тем более, если вас они не касаются, Уизли, — он замолчал, но его взгляд скользнул по Драко, сидящему за столом Слизерина. Драко побледнел, опустив глаза в тарелку. Гарри не спускал глаз с Несс. Его пальцы сжимали вилку так, что металл погнулся. — Несс, прости меня... Ты вышла замуж, за кого? Несс улыбнулась, но в её глазах не было тепла: — Я не злюсь на тебя, Гарри. Но некоторые тайны лучше хранить ради всех нас. Я не могу сказать вам имени своего супруга, ради моей безопасности... Когда они вышли из зала, Снейп задержал Несс у портрета Брута Пуффендуя. — Не сболтни лишнего своим друзьям, — тихо сказал он. — Если магия заставит меня прикоснуться к тебе в школе... как мужу... — Я не стану сопротивляться, — шепотом перебила Несс. — Мы закрепим этот брак. Я не хочу, чтобы тебя убили из-за моего страха... Снейп прикрыл глаза на мгновение. Он не хотел принуждать её к этой близости, но если его вынудит магия, им придется это сделать. — Я скорее сам умру, чем позволю себе причинить тебе вред. Их пальцы соприкоснулись — учителя и ученицы, шпиона и спасительницы, мужа и жены в клетке Тьмы.

Хогвартс. Февраль. Уроки и тени

Несс сидела в библиотеке, перо скрипело по пергаменту, но мысли были далеко. Перед её глазами стоял образ Снейпа — не профессора, а мужчины, чьи пальцы сжали её ладонь в зале Малфоев. Его кольцо на её безымянном пальце тяжелело с каждым днём, как напоминание о том, что между ними больше нет границ. «Закрепите брак соитием», — слова Волан-де-Морта то и дело всплывали в голове у мужчины. Но Снейп оттягивал это как мог, несмотря на свою проснувшуюся мужскую заинтересованность. «Она пока несовершеннолетняя». Он готов терпеть пытки и издевательства до тех пор, пока она сама не будет готова принять его как своего мужа. Несс вздрогнула, когда тень упала на страницу. Снейп стоял у стола, его мантия пахла полынью и старыми книгами. — Ты пропустила три урока «Продвинутого зельеварения», — сказал он, голос ровный, но в глазах читалась тревога. — Гораций спрашивает, не заболела ли ты моими методами преподавания. Несс попыталась улыбнуться, но кольцо на пальце впилось в кожу. — Я навёрстываю пропущенные уроки с Гермионой. Снейп кивнул, но не ушёл. Его взгляд скользнул к её руке, лежащей на столе, и пальцы дрогнули — будто хотел коснуться её кольца. — Драко следит за тобой, — тихо предупредил он. — Волан-де-Морт приказал ему проверить, правда ли мы... связаны. Несс прищурилась: — Ты хочешь, чтобы я играла роль? Чтобы он видел, как я влюбленно смотрю на своего учителя? — Я хочу, чтобы ты была жива, — резко ответил Снейп. Но в его голосе не было ярости. Только усталость. Он развернулся, собираясь уйти, но Несс схватила его за запястье. Её пальцы коснулись его собственного кольца — золотого, со змеёй, сжимающей сердце. — А ты? — шепнула она. — Ты хочешь чтобы я была целиком и полностью твоей? Снейп замер. За их спинами Филч ругал первокурсника за магические снежки, но в этом уголке библиотеки время остановилось. — Я не могу позволить себе чувствовать тебя как мужчина, — хрипло сказал он, чувствуя свое пробуждающееся рядом с этой молодой ведьмой возбуждение. — Не сейчас. Пока Волан-де-Морт жив, моя любовь — это клинок, направленный в твоё сердце. Несс отпустила его руку. Её амулет вспыхнул под мантией — не тревожно, а грустно. — Я не против быть твоей женой, Северус. Я против того, чтобы ты боялся этого. Он резко обернулся, и в его глазах вспыхнуло то, чего она не видела годами: боль. — Ты не понимаешь! — вырвалось у него. — Если он узнает, что я люблю тебя... он заставит меня пить «Veritaserum», пока я не выдам все свои секреты. Пока не расскажу обо всех секретах Альбуса. Где находится Орден. Где Драко плакал в подземельях, умоляя о помощи. Слишком многое стоит на кону. Несс встала, подошла ближе. Их дыхание смешалось, как пар от зелий в его лаборатории. — Тогда научи меня лгать так, чтобы он не увидел правду, — прошептала она. — Научи меня быть твоей женой в его глазах. Но помни: когда мы одни... я не хочу ролей. Снейп смотрел на неё, будто пытался запомнить каждую черту. Потом его пальцы осторожно коснулись её щеки — не как учителя, а как человека, который слишком долго жил в одиночестве. Сердце девушки начало бешено биться от этой нежной ласки. — Ты представляла всё иначе, — сказал он. — Без лжи. Без страха, что я разобью твоё сердце своей тенью. — Я представляла тебя, — возразила Несс. — Не учителя. Не шпиона. Северуса. Что ты сам решишь сделать меня своей женой. Он отстранился, поправляя мантию. Голос снова стал ледяным, но в нём дрожала нота чего-то большего. — Возвращайтесь к урокам, мисс Вейн. И помните: завтра у нас практическое занятие по невербальным чарам. Не опаздывайте. Но на пороге он остановился, не оборачиваясь: — Ты не одна в этом. Даже когда я кажусь камнем — знай: я дышу только тогда, когда ты рядом.

Начало марта. Хогвартс

Холодный камень подземелий не мог остудить жар, пожиравший Снейпа изнутри. Он стоял у умывальника, сжимая край раковины так, что костяшки пальцев побелели. В зеркале отражалось лицо — бледное, с тёмными кругами под глазами, будто он провёл ночь не над зельями, а в аду собственных желаний. Его тело предавало его: плоть под чёрной мантией натягивалась болезненно, требуя того, чего он не мог дать. «Concentrate», — шептал он сам себе, но память возвращала запах её волос — мед и миндаль — и его пальцы сами тянулись к застёжке брюк. Магия брака не ждёт. Кольцо на безымянном пальце пульсировало, напоминая: «Она твоя. Возьми её». Но он не мог. Не здесь. Не сейчас. Несс была в гостиной Гриффиндора, делая домашнее задание по трансфигурации, а он — её учитель. Её муж. Два статуса, раздирающих его на части.

Урок Защиты от Тёмных Искусств

Класс гудел от шепота. Снейп ходил между рядами, его мантия развевалась, как крылья вороны, но взгляд избегал третьего ряда. Не смотри на неё. Она сидела с Гермионой, перо скрипело по пергаменту, а локон шоколадных волос упал на воротник рубашки. Запах её духов — тонкий, мускусный — пробился сквозь запах драконьих чешуек и пепла в воздухе. «Expelliarmus!» — крикнул он, демонстрируя заклинание на Лаванде Браун. Палочка вылетела из её руки, но Снейп не отреагировал на смех класса. Его внимание было приковано к Несс, которая медленно поднимает руку, чтобы задать вопрос. — Профессор, — её голос звучал спокойно, но в глазах читалось понимание, — как усилить «Щит от Империуса», если противник использует не только магию, но и... эмоции? Снейп замер. Эмоции. Её нога случайно коснулась его при ходьбе к доске. Тепло этой секунды пронзило его, как Сектумсемпра. Он отвернулся к окну, пряча дрожь в руках. — Эмоции — слабость, мисс Вейн, — бросил он, голос сорвался в хриплый шёпот. — Только оцепенение спасёт вас от падения. Рон фыркнул: — Вы же сами говорили, что «надежда — сильнее любой магии» на прошлой неделе... — Пятьдесят очков с Гриффиндора! — рявкнул Снейп, не в силах контролировать гнев. В кармане мантии кольцо на пальце обожгло кожу — магия требовала прикоснуться к ней. Сейчас. Здесь. Гарри встал, его зелёные глаза сверкали: — Вы не имеете права так с ней обращаться! Снейп резко обернулся. В его взгляде было не гнев, а боль. — Я могу обращаться со студентами так, как посчитаю нужным, Поттер. Тишина повисла над классом. Несс опустила голову, но Снейп видел, как её пальцы сжали перо. Она понимает. Понимает, что он отталкивает её, чтобы защитить. Но магия брака не знает границ между защитой и разрушением.

Класс трансфигурации

Несс старалась конспектировать лекцию на пергаменте, но буквы плыли перед глазами, сливаясь в чёрные пятна. Профессор МакГонагалл что-то говорила о превращении свечей в цветы, но в ушах Несс звенел только голос Снейпа с утреннего урока Защиты: «Эмоции — слабость, мисс Вейн». Она сжала колени под столом, чувствуя, как амулет на груди пульсирует в ответ на воспоминание о его взгляде — тёмном, голодном, скользнувшем по её шее, когда он думал, что она не видит. — Ванесса? — Гермиона толкнула её локтем. — Твой цветок горит. Несс вздрогнула. В её руках вместо белой розы дымилась чёрная пепельница. МакГонагалл вздохнула, поправляя очки: — Десять очков с Гриффиндора за отсутствие концентрации. Несс кивнула, но мысли уже бежали к подземельям. «Он сегодня не подошёл ко мне у доски. Он даже не посмотрел в мою сторону». Её губы помнили вкус его поцелуя — горький, как полынь, но сладкий от обещания. «Он отталкивает меня, чтобы защитить. А я хочу, чтобы он сжёг со мной этот проклятый мир».

Большой зал. Ужин

Снейп сидел за столом учителей, его мантия безупречно застёгнута, лицо — маска холодной ясности. Но пальцы, обхватившие бокал с водой, дрожали. Каждый раз, когда Несс смеялась с Гарри, его кольцо жгло кожу, будто раскалённое железо. Альбус, разрезая индейку, улыбнулся: — Северус, вы сегодня были особенно строги к Гарри Поттеру. Минерва просила меня поговорить с вами о его оценке за «Щит от Империуса». Снейп не поднял глаз: — Поттер заслуживает строгости, директор. Его самоуверенность убьёт его раньше, чем Волан-де-Морт. — Возможно, — мягко возразил Альбус, — но не стоит переносить личные переживания на учеников. Даже если вы... обеспокоены личными делами. Остальные учителя заёрзали на местах. Снейп медленно поставил бокал. Вода плеснулась через край, оставляя следы, похожие на слёзы. — Мои личные дела вас не касаются, директор. Альбус кивнул, но его взгляд скользнул к Несс. Она сидела за гриффиндорским столом, лицо освещено огнём свечей, а в глазах — отражение того же огня, что пылал в Снейпе. Альбус вздохнул, откладывая вилку: — Иногда, Северус, люди путают защиту с тюрьмой. Снейп резко встал. Стул громко скрипнул по каменному полу. — Разрешите удалиться. Одно зелье требует моего внимания. Когда он проходил мимо гриффиндорского стола, Несс подняла голову. Их взгляды встретились — миг, в котором не было ученика и учителя, мужа и жены. Только два сердца, разрываемых на части магией и долгом. Снейп кивнул едва заметно. «Потерпи», — читала она в его глазах.

***

Конец марта. Поздний вечер. Подземелья

Несс пришла в лабораторию, держа в руках свиток со списком необходимых ингредиентов для третьего этапа зелья Сириуса. Снейп стоял у котла, его плечи напряжены, будто он несёт на себе груз всех проблем мира. — Я принесла список, — сказала она, кладя пергамент на стол. Снейп кивнул, не глядя на неё. Его руки двигались механически, добавляя листья терновника, но пальцы дрожали. Ванесса присела на стул, скрестив ноги, и пыталась найти слова, которые могли бы выразить всю сложность их ситуации. Сердце её колотилось, как будто оно пыталось вырваться из груди, и она знала, что этот разговор будет нелегким. — Северус, — начала она, стараясь сохранить спокойствие в голосе, — мне кажется, мы должны поговорить о нашем браке. Снейп, стоя у стола и перебирая свои зелья, посмотрел на неё с той самой холодной, проницательной настороженностью, которую она так хорошо знала. — О каком именно аспекте ты хочешь поговорить? — его голос был низким и ровным, но в нём проскальзывала нотка напряжения. — О консумации, — произнесла Ванесса, чувствуя, как её щеки заливает жар. — Я понимаю, что это не то, о чем мы мечтали, но... магия брака требует этого. И мы оба больше не силах терпеть это притяжение. Я вижу твой голодный взгляд, и сама не могу сконцентрироваться на учебе, мои мысли летают только вокруг тебя... Северус вздохнул, его глаза стали темнее, как если бы они погружались в бездну. Он подошёл ближе и сел напротив неё, его руки скрестились на столе. — Ты не должна чувствовать себя вынужденной, Ванесса. Я никогда не хотел, чтобы ты делала что-то против своей воли. Это не то, что должно связывать нас. — Но это уже произошло, — прервала она его, глядя в глаза. — Мы связаны этой магией, и я не могу игнорировать её. Но я не хочу, чтобы ты чувствовала себя жертвой. — Я не жертва, — ответила она, и в голосе её звучала решимость. — Я выбрала тебя, даже если это был не мой выбор в начале. Я вижу в тебе больше, чем просто профессора. Ты — моя защита, моя опора. Но я также боюсь, что эта магия может нас сломать. Снейп наклонился ближе, его голос стал тише, почти шёпотом: — Я тоже боюсь. Я боюсь, что моя тёмная сторона может затмить то, что я чувствую к тебе. Я не хочу, чтобы ты страдала из-за меня. Ванесса, почувствовав его искренность, протянула руку и коснулась его. Их пальцы встретились, и в этот момент она ощутила, как магия между ними начинает пульсировать. — Мы можем пройти через это вместе, — произнесла она, её голос был полон надежды. — Я верю, что мы сможем найти силу в этом. Мы можем создать что-то новое, что-то, что будет только нашим. Северус посмотрел на неё, и в его глазах отразилась борьба. Он знал, что их путь будет тернистым, но в её словах он почувствовал искру, которую давно не ощущал. — Если ты готова, я тоже, — произнес он, и в его голосе прозвучала решимость. — Но только если ты действительно этого хочешь. Ванесса кивнула, её сердце наполнилось теплом. Они были на грани чего-то нового, и, несмотря на страхи, она знала, что вместе они смогут преодолеть любые преграды. Северус вернулся к котлу и начал отмерять необходимое количество ингредиентов. — Мы могли бы сделать это и до моего совершеннолетия, но есть одна маленькая проблемка... Я... никогда не была с мужчиной, — Несс смущенно прикрыла глаза, чувствуя как щеки медленно заливаются краской. Снейп замер. Ложка для перемешивания застыла в воздухе. Он медленно обернулся, его чёрные глаза изучали её лицо, будто пытаясь прочесть скрытый текст за румянцем на щеках. — Твои книги по зельеварению не включают главу «Теория и практика плоти», — сухо заметил он, но в уголках губ дрогнула тень улыбки. — Хотя, учитывая твою одержимость библиотекой, я удивлён. Несс опустила взгляд на свои руки — сильные, покрытые шрамами от зелий, но дрожащие сейчас от смущения. — Я читала о «Возбуждающем эликсире» и «Зелье вечной молодости», — тихо сказала она. — Но не о том, как... как быть женщиной с мужчиной. Особенно с таким, как ты. Снейп подошёл ближе. Его мантия шуршала, как листы древних книг. Он остановился в шаге от неё, пальцы сложил в замок за спиной — жест, который Гарри называл «поза разгневанного совы», но Несс знала: так Снейп сдерживал дрожь. — «Такой, как я», — повторил он, голос глухой. — Бывший Пожиратель Смерти. Мастер зелий. Человек с душой, изъеденной ядом. Ты хочешь, чтобы он учил тебя? — Я хочу, чтобы Северус учил меня, — возразила Несс, поднимая на него глаза. — Тот, кто читает стихи по ночам. Тот, кто рисует цветы на полях своих учебников, когда думает, что никто не видит. Снейп вздрогнул. Никто не знал о цветах в его записях. Никто, кроме неё. — Ты слишком много видишь, — прошептал он. — Это опасно. — А ты слишком много скрываешь, — парировала она. — Даже от себя. Он резко отвернулся к окну, где за стеклом вода озера отражала луну. — Если начнём этот путь, — тихо сказал он, — я не смогу остановиться. Магия брака... она требует консумации. И если я прикоснусь к тебе — не как к ученице, не как к долгу... — он замолчал, сжимая кулаки так, что костяшки побелели. — Ты сбежишь. — Я не сбегу, Северус, — возразила Несс, подходя ближе. Её амулет коснулся его спины, золотой свет растаял на чёрной ткани мантии. — Я знаю, что магия брака — не единственное, что связывает нас. Но я хочу этого. Хочу чувствовать, как ты дышишь, когда целуешь меня в темноте. Видеть, как ты испытываешь возбуждение. Снейп резко обернулся. Его пальцы коснулись её щеки — не грубо, а осторожно, будто боялся сломать хрустальный сосуд. — Ты действительно хочешь этого? — спросил он, голос хриплый от подавленных чувств. — Не из-за долга? Не из-за Волан-де-Морта? А потому что хочешь меня? Несс кивнула. Её сердце колотилось так громко, что, казалось, слышно в соседних коридорах. — Тогда слушай внимательно, — Снейп отступил на шаг, его лицо снова стало маской профессора, но в глазах горел огонь. — Секс — это не «Экспеллиармус». Не заклинание, которое можно выучить за ночь. Это как зелье: требует терпения. Тепла. Доверия. Он взял её руку, приложил к своей груди, где билось сердце. — Вот здесь, — прошептал он, — живёт страх. Страх, что я сломаю тебя своей тьмой. Но если ты позволишь мне... я научу тебя видеть красоту даже в моих шрамах. Несс сжала его ладонь. — А если я испугаюсь? — Тогда я остановлюсь, — твёрдо сказал Снейп. — Я не тот, кто берёт силой. Даже магия не заставит меня быть чудовищем для тебя. Несс улыбнулась — робко, но искренне. — А если я захочу... большего? Снейп рассмеялся — впервые за многие годы без горечи. Этот смех был похож на звон разбитого стекла, но в нём звучала надежда. — Тогда я покажу тебе то, чего нет в книгах школьной библиотеки, — сказал он, наклоняясь ближе. Его дыхание касалось её губ. — Расскажу, как читать тело, как строки. Как находить магию в каждом прикосновении. Но только если ты пообещаешь: когда станет больно — скажешь «Стоп». — «Стоп», — повторила Несс, её голос дрожал. — Хорошо, — Снейп целовал её в лоб, медленно, будто печатая заклинание. — Тогда с сегодняшнего вечера... урок первый. Личная спальня Северуса была погружена в полумрак. На столе горела одна свеча, отбрасывая на стены тени, похожие на танцующих духов. Снейп сидел в кресле, его рубашка распахнута, обнажая шрамы на груди — следы войн, которые он вёл не только с Тёмным Лордом. Несс вошла в его спальню, осторожно осматривая большую двуспальную кровать, застланную черными шелковыми простынями. — Ты уверена? — спросил он, не поднимая глаз. — Нет, — честно ответила Несс. — Но я доверяю тебе. Северус поднялся и подошел к девушке. Его руки медленно, почти священно, коснулись её запястий. — Первое правило, — прошептал он, — слушать. Не только мои слова. Но и своё тело. Своё дыхание. Свой голос, даже когда он молчит. Он помог ей снять мантию. Пальцы его скользили по её плечам, избегая спешки, будто исследуя редкий ингредиент. — Второе правило, — продолжил он, целуя её шею, — доверять. Не магии брака. Не Альбусу. Не даже мне. Доверять себе. Несс прижалась к нему, её сердце билось в такт его пульсу. — А третье? Снейп улыбнулся — не маской профессора, а человека, который наконец позволил себе быть светом. — Третье правило, — прошептал он, целуя её губы, — наслаждаться. Потому что даже в мире, полном тьмы, есть моменты, когда мы можем быть просто живыми. Свет свечи дрожал на стенах, превращая тени в живых существ, танцующих под ритм их сердец. Снейп медленно расстегивал пуговицы её рубашки — не спеша, будто разворачивал свиток с древним заклинанием. Каждый сантиметр обнажённой кожи становился откровением: тонкая линия от ожога зельем на плече, родинка на груди — маленькая, как капля лунного света. — Ты вся в историях, — прошептал он, касаясь родинки кончиком языка. Его губы скользили ниже, целуя нежную кожу, словно выцеловывая боль из её плоти. — Каждая царапина — строчка в книге, которую я только начинаю читать. Несс дрожала и стонала под его прикосновениями, её пальцы впились в его плечи — не от страха, а от желания чувствовать больше. Снейп остановился, подняв на неё взгляд: — «Стоп», — напомнил он. — В любой момент. — Я хочу... хочу потрогать тебя. Ты позволишь мне? Северус лег на спину, его грудь вздымалась от учащённого дыхания, а чёрные волосы рассыпались по подушке, обрамляя лицо, лишённое привычной маски. Несс склонилась над ним, её пальцы — осторожные, но настойчивые — плясали по шрамам на его теле, будто пытаясь расшифровать карту его боли. — Это от Круциатуса, — прошептала она, касаясь извилистого рубца на рёбрах. Снейп кивнул, но не открыл глаз. Его пальцы сжали простыню так, что костяшки побелели. — Волан-де-Морт считал, что боль научит меня верности, — хрипло ответил он. — Но она научила лишь скрывать крики за стенами подземелий. Несс наклонилась, целуя шрам — не как исцеление, а как признание. Она склонилась ниже, её волосы рассыпались по его груди, смешиваясь с его чёрными прядями. Её губы нашли его сосок — не страстно, а нежно, как пробуют на вкус новый ингредиент. Снейп вздохнул, его тело выгнулось в ответ, будто струна, настроенная на её частоту. — Ванесса... — хрипло произнёс он, но это было не имя. Это было заклинание. Мольба. Предупреждение. Её пальцы скользнули по его ключицам, к плечам, к запястьям — местам, где пульс бился чаще всего. Её губы скользнули ниже, к его животу, к шраму от кинжала. Снейп задрожал, его пальцы впились в простыню, но не от боли — от желания. — Ты сводишь меня с ума, — прохрипел он, когда её дыхание коснулось его бёдер. Он жадно смотрел на свою новоиспеченную супругу, а девичьи руки уже расстегивали пряжку его пояса. — Хорошо, — сладко выдохнула Несс. — Научи меня доставлять тебе удовольствие... Её прикосновения стали ещё смелее. Снейп перестал дышать, когда её губы нашли его в пульсирующей тьме. Его тело ответило — не как учителя, не как шпиона, а как мужчины, который слишком долго ждал этого момента. Его руки, обычно такие сильные, нежно касались её волос, будто боясь разбить хрустальный сосуд. — Ванесса... — выдохнул он снова, и в этом имени не было команды. Была молитва. Когда она подняла на него глаза, он увидел в них отражение себя — не искажённого ложью, не покрытого шрамами, а целого. — Смотри на меня, — попросила она, укладываясь рядом. Когда их тела слились в танце, где кожа становилась пергаментом, а дыхание — чернилами, Северус двигался не как мужчина, а как алхимик, превращающий свинец в золото. Его губы изучали её шею, плечи, изгибы талии — будто записывая в память каждую деталь для будущих эликсиров. — Ты пахнешь медом и миндалем, — хрипло сказал он, целуя её соски. — Ты... ты взрываешь мою душу медленно. Так, что я успеваю запомнить каждый миг. Несс прижала его лицо к своей груди, чувствуя, как его дыхание учащается. — Не останавливайся, — прошептала она. — Пожалуйста. Снейп посмотрел ей в глаза — не чёрные, а огненные: — Я ждал тебя. Двадцать лет. И теперь не остановлюсь. Его пальцы скользнули ниже, исследуя, как учёный, впервые видящий новый континент. Он находил места, о которых она и не подозревала: точку под коленом, где её тело вздрагивало от лёгкого касания, впадину у основания позвоночника, где пульс учащался до боли, сладкое местечко на внутренней стороне бедер. — Здесь, — прошептал он, целуя эту точку. — Здесь твоя душа ближе всего к коже. Несс запрокинула голову, её амулет засветился, отбрасывая на потолок узоры, похожие на крылья феникса. Кольца на их пальцах сияли в такт — не магией брака, а жизнью. Когда он вошёл в неё, это было не вторжение, а обещание. Медленно. Терпеливо. Его ладони держали её бёдра, не для контроля, а чтобы чувствовать дрожь её тела. Маленькая слезинка скатилась из под ее прикрытых ресницами глаз. — Посмотри на меня, — попросил он. — Я хочу видеть, как ты смотришь на меня не как на учителя, а как на своего мужа. Несс открыла глаза. В её взгляде не было страха. Только доверие — глубокое, как озеро Хогвартса в полночь. — Северус, — выдохнула она, и это имя стало заклинанием, срывающим последние маски с его души. Его движения стали смелыми, страстными с нотками нежности. Каждый толчок — признание. Каждый поцелуй — клятва. Когда Несс закричала от удовольствия, это был не стон боли, а вздох освобождения — будто душа, наконец, нашла путь из лабиринта. Северус не скрывал своих стонов — низких, хриплых, почти звериных. Но в них не было агрессии. Только искреннее желание этой молодой женщины. Когда он кончил, его лицо скрылось у неё на шее, слёзы смешались с потом. Магия их колец осветила комнату алым цветом, подтверждая законность их брака. — Прости, — прошептал он. — Я не хотел... — Не извиняйся, — перебила Несс, проводя пальцами по его виску. — Сегодня ты стал моим первым мужчиной. Моим мужем. Я люблю тебя, Северус... Снейп поднял голову. В его глазах не было слёз. Была тишина — та самая, которой он боялся больше смерти. — Ты научила меня тому, чего не могли научить другие, — тихо сказал он. — Доверять себе. Любить через боль... Он прижал её к себе, их сердца бились в одном ритме — не под диктовку колец, а по собственной воле. Когда солнце коснулось озера, Несс спала, прижавшись к его груди. Снейп не спал. Его пальцы перебирали её волосы, будто считая победы в этой маленькой, личной войне.