Часть 37, Дыхание Тьмы

Хогвартс. Начало шестого курса

Первый звонок на уроки разнёсся над замком, как набат. Пока за окнами Хогвартса звенели голоса первокурсников, заблудившихся в коридорах, в подземельях царила тишина, нарушаемая лишь шипением котла. Несс склонилась над зельем Альбуса, её пальцы, запачканные пеплом и корнем шиповника, дрожали от усталости. Амулет на груди мерцал в такт бурлению жидкости — золотистой, с искрами серебра, будто схваченное в колбу утреннее солнце. Свиток с инструкциями Снейпа лежал рядом, исписанный её пометками и его резкими комментариями на полях: «Не перелей крови дикобраза», «Шесть оборотов. Не семь. Ты не Долгопупс». Несс улыбнулась сквозь слёзы усталости, вспоминая, как он учил её варить зелье для Сириуса: «Зельеварение — не магия. Это доверие к ингредиентам». Где-то наверху, в классе Защиты от Тёмных Искусств, Снейп заставлял дрожащих первокурсников находить скрытые предметы с помощью «Ревелио». Его голос, хриплый и ледяной, долетал до детских ушей будто сквозь вату: — «Глупость делает вас слабыми. Попробуйте ещё раз, мисс Джонсонс, пока я не превратил вашу палочку в тряпку для мытья полов». Несс добавила последнюю каплю крови дикобраза, её амулет вспыхнул ярко, освещая трещину на стене — след от её собственного «Конфриго» в ту ночь, когда она рушила лабораторию, спасая Сириуса. Зелье в котле изменилось: из золотого, оно стало прозрачным, с едва заметным перламутровым мерцанием. Готово. Она осторожно перелила жидкость в хрустальный сосуд, запечатывая его руной «Sanguis Vinculum». Несс прибрала лабораторию, пряча следы своего присутствия. На столе осталась только записка для Северуса:

«Зелье Альбуса готово.

Теперь вся надежда на тебя... Вечером я отправлюсь домой,

чтобы проверить зелье Сириуса. На уроках появлюсь завтра. — В.»

Коридоры Хогвартса. Вечер

Когда она вошла в Большой зал, ужин уже подходил к концу. Гарри, Гермиона и Рон сидели за гриффиндорским столом, их глаза загорелись, увидев её. — Где ты пропадала? — воскликнул Рон, отодвигая тарелку с недоеденным пирогом. — Снейп сегодня превратил троих студентов в жаб за неверное произношение «Экспеллиармус». Мы думали, тебя нет в Школе! — Он учил их, — возразила Гермиона, но её глаза сияли от гордости за подругу. — Правильно учил. Несс улыбнулась, опускаясь на скамью. Её амулет, спрятанный под мантией, тихо пульсировал в такт шагам Снейпа, проходящего мимо к выходу из зала. Он не посмотрел в её сторону, но его широкая мантия слегка задела её по спине, вызвав легкие мурашки по телу. — Дела Ордена, ничего особенного, Рон. Возможно совсем скоро занятия у профессора Снейпа им покажутся теплыми посиделками, времена нынче неспокойные... Пусть учатся, пока есть время. А сейчас я хочу есть, двое суток ничего кроме булочек и чая не ела! Тем временем Северус уже читал её записку, готовое зелье Альбуса стояло на столе, настаиваясь. «Мерлин тебя задери, я же сказал без меня не выходить на улицу!», — сердито прошептал он, хотя знал: она никогда не была осторожной. Она была Несс. Свечи в Большом зале трепетали, отбрасывая на стены тени, похожие на пляшущих призраков. Последние тарелки с пудингом исчезали под волшебным воздействием, а ученики, смеясь и толкаясь, потянулись к выходу. Несс медленно сворачивала пергамент с конспектом урока Защиты, её амулет пульсировал под мантией — не тревожно, а настойчиво, будто напоминая: «Сириус ждёт. А его зелье не подождёт». Она уже встала, собираясь скользнуть к дверям незаметно, когда перед ней возник первокурсник-слизеринец, дрожащий как осиновый лист. В его руке дрожал свёрток пергамента, запечатанный чёрным воском. — П-п-профессор Снейп велел отдать вам, — прошептал он, пятясь к выходу. Несс развернула записку. Почерк Снейпа был резким, будто лезвие, но буквы слегка дрожали:

«Я же запретил покидать пределы Школы без меня. Пожиратели рыщут повсюду. Жду тебя у дверей подземелий через 10 минут. Не заставляй меня искать тебя — я знаю все твои пути лучше, чем ты сама. — С.С.»

Она сжала пергамент в кулаке. «Всё то он знает» — подумала она, но в груди разлилось тепло. Попрощавшись с друзьями, Несс смешалась с толпой и направилась к месту встречи с профессором. Несс шла быстро, но у входа в подземелья её уже ждал Снейп. Его мантия колыхалась в сквозняке, будто крылья нетопыря, готового к полёту. Он не приветствовал её. Не нужно было. — Вы опоздали, — бросил он, поворачиваясь к лестнице. — Надеюсь, когда-нибудь вы поймете цену времени. — Я могла бы и одна, — буркнула Несс, следуя за ним. — Добби дома. И Сириус... — Блэк — в стазисе, — оборвал Снейп, его голос стал ледяным. — А Пожиратели — нет. Волан-де-Морт приказал Лестрейнджам найти тебя. Они уже опустошили две лавки в Хогсмиде, ища след твоего амулета. Он резко обернулся. Их лица оказались близко, и Несс увидела в его глазах переживания. — Ты думаешь, я не знаю, ради чего ты рискуешь? — прошипел он. — Но если ты погибнешь, кто разбудит Блэка? Кто защитит Поттера? Кто... — он осёкся, сжимая челюсти. Несс коснулась его запястья. Амулет на её груди вспыхнул золотом, отражаясь в его зрачках. — Кто будет рядом с вами, когда война кончится? — закончила она тихо. Снейп не ответил. Взял её под локоть, и они шагнули в тень коридора. Его пальцы держали крепко, но не больно.

У ворот Хогвартса. Ночь

Луна освещала тропу к Хогсмиду, покрытую росой, но Снейп не спешил. Его палочка начертила в воздухе руны «Сокрытия», опутав их двоих туманом. — Смотри под ноги, — бросил он, но его рука всё ещё лежала на её спине, направляя её от корней, о которые она могла споткнуться. — И если увидишь чёрную мантию — не отходи от меня ни на шаг. Несс усмехнулась. — Вы забываете, профессор. Я всегда ослушиваюсь ваших приказов. — Именно поэтому я не сплю по ночам, — проворчал он, но в уголках губ дрогнула тень улыбки. Добби скакал вокруг котла с зельем Сириуса, когда они зашли в дом, приговаривая: — Добби добавил волос единорога! Как профессор Снейп велел! Снейп молча проверил зелье, его пальцы скользнули по краю котла, проверяя температуру. Его взгляд скользнул к Несс и в этом взгляде не было слабости. Только долг. Когда они собрались уходить, Снейп задержал Несс у двери. — Завтра на уроке Защиты, — начал он, голос стал строже. — Не поддавайся на провокации Драко. Если он снова скажет... — «Твоё место в ногах у Пожирателей», — закончила Несс. — Я знаю. Но я не та, кем он меня считает. — Нет, — согласился Снейп. Его пальцы коснулись её амулета, и тот вспыхнул, отбрасывая на стены тени, похожие на крылья феникса. — Ты та, кем я тебя вижу. Она поправила мантию, собираясь выйти первой, но амулет вдруг запульсировал тревожно, предупреждая об опасности. За окном мелькнула тень — человек в чёрной мантии следил за её домом в Хогсмиде. Точнее за тем местом, где она когда-то была. Сейчас же посторонние люди могли видеть только развалины. Несс замерла, ее напряженный взгляд скользнул к Северусу. Снейп схватил девушку за плечо так резко, что она вздрогнула. Его лицо было каменным, но глаза горели, как угли в пепле. — Не двигайся, — приказал он, палочка уже в руке. — «Homenum Revelio». Заклинание рассекло тишину, но за окном больше никого не было. Только следы на земле — глубокие, как шрамы, ведущие ко входу в дом. — Он ушёл, — прошептала Несс, но пальцы её дрожали. Снейп подошёл к окну, провёл ладонью по стеклу. На месте, где стоял Пожиратель, остался символ — выжженная руна в форме змеи, обвивающей череп. — Он пометил это место, — хрипло сказал он. — Это предупреждение. Волан-де-Морт знает, что ты здесь бываешь. Они ждут, когда ты ослабеешь. Когда пойдёшь одна. Он резко развернулся, бросая на ходу и направляясь в подвал: — Мы остаёмся на ночь. Они могут вернуться... Завтра уйдём на рассвете. — Но зелье... — начала Несс. — Законсервируем его, — перебил Снейп. Его пальцы уже смешивали «Корень мандрагоры» с «Кровью дракона», создавая густую субстанцию цвета заходящего солнца. — Этого хватит, чтобы сохранить свойства до завтрашнего вечера. Несс кивнула, её руки двигались в такт его указаниям. В голове крутилась только одна мысль: «Они нашли нас». — А как же Сириус? Что если они нападут на дом? — Дом хорошо защищен, Альбус постарался. Но я наложу дополнительные чары на дом. Они темные... если ты не против..? — Делай всё что нужно. Они не должны пробить защиту, иначе весь план пойдет гиппогрифу под хвост! Котёл с зельем для Сириуса был герметично запечатан руной «Tempus Suspendo» — временное заклинание, замедляющее процессы в жидкости. Снейп уложил сосуд в волшебный кошель Несс, где уже лежали амулеты Элоизы и книга с рецептами. Добби дрожал у двери подвала: — Добби защитит дом от Пожирателей! — Добби, — строго сказал Снейп. — Ты останешься с Сириусом. Если почувствуешь чужое присутствие — сразу трансгрессируй с Блэком в Хогвартс. Прямо в мой личный кабинет. Эльф кивнул, прижимая к груди метлу. Снейп обвёл взглядом комнату — гостиную, где Несс читала книгу матери, кухню, где она варила ему кофе, окно, за которым теперь таилась Тьма. — Приходить сюда каждый вечер небезопасно , — тихо сказал он, обращаясь к Несс. — Ты рискуешь не только собой. Но и Блэком. Несс подошла к нему, её амулет пульсировал в такт его сердцу. — Что ты предлагаешь? Куда мы пойдём? — В мои подземелья, — ответил он. — Доваривать зелье будем у меня в лаборатории. Несс прикоснулась к шраму на его шее — следу Круциатуса от Волан-де-Морта. Снейп отвернулся к камину, где догорали дрова. Его тень на стене была похожа на крылья падшего ангела. Они спали в разных комнатах, но двери оставили приоткрытыми. Несс лежала у себя на кровати, а Снейп чутко спал в гостевой комнате. В полночь Несс всё же встала. Её амулет мерцал тревожно, но не от опасности — от его присутствия. Снейп не спал, а сидел у камина в гостиной, перечитывая записи Элоизы. Его пальцы перелистывали страницу, где мать Несс описывала ритуал «Vinculum Fiduciae» — заклинания, призывающего души. На полях ее почерк: «Слишком опасно. Не для неё». — Почему она написала это? — тихо спросила Несс, подходя ближе. Снейп вздрогнул, но не оторвался от книги. — Потому что твоя мать была глупа. Она верила, что любовь может победить даже смерть. — А ты? — Несс села рядом, её колено коснулось его. Он замолчал. За окном завыл ветер, напоминая о том, что их время здесь истекает. — Я верю, что завтра ты будешь жива, — наконец сказал он. — Этого достаточно. Несс взяла его руку. Его пальцы, обычно такие холодные, отозвались теплом. — Остаёмся здесь ещё на час, — попросила она. — Просто... сидим. Снейп кивнул. Он не отпустил её руку, даже когда первые лучи рассвета коснулись окон. Они покидали дом на рассвете молча, предварительно проверив улицу на наличие Пожирателей. Снейп нёс котел с законсервированным зельем, Несс — книги матери. Добби стоял у двери, его глаза блестели от слёз: — Добби будет ждать! Добби защитит дом! — Ты не один, — бросил Снейп через плечо. — Если что-то случится — ты знаешь что делать. Когда они вышли на тропу к Хогвартсу, Несс оглянулась. Дом, который был виден только нескольким людям, сливался с утренним туманом, а в окне, будто отражение, мелькнула тень Сириуса — не в стазисе, а живого, смеющегося. Снейп сжал её локоть: — Он вернётся. Когда станет нужным этому миру. Несс кивнула, прижимая амулет к сердцу. Снейп уже накинул на них скрывающие чары, и золотой щит окутал их двоих.

Класс Защиты от Тёмных Искусств. Октябрь

Снейп вернулся к своей обычной роли — ледяного деспота, чьи слова резали острее «Сектумсемпры». Его мантия вздымалась, как чёрные крылья, когда он шёл между рядами, сжигая работы студентов одним взглядом. Но Несс и Гарри получали особое внимание. Несс после ночной прогулки проспала и опоздала на урок Защиты от Тёмных Искусств. Мантия мужчины, как всегда, колыхалась, будто крылья разъярённого ворона, а голос резал воздух: — Вижу вы, мисс Вейн, не только опоздали на мой урок, но и забыли, как правильно произносить Protego. Покажите классу, как не нужно защищаться. Несс вздохнула, поднимая палочку. Она знала: его яд — маска для всех, скрывающая за собой многое. Страх за неё. За Гарри, которого Снейп заставлял отражать Империус до тех пор, пока у парня не посинели губы от усталости. — Protego Maxima! — твердо сказала она, и щит вспыхнул небесно-голубым цветом, отразив заклинание Снейпа так резко, что полки с учебниками затряслись. — Все еще медленно, — бросил он, но в уголках губ дрогнула тень одобрения. — Если Темный Лорд нападёт, он не будет таким вежливым, как я. Несс сжала палочку, её амулет под мантией вспыхнул тревожно. — Я подумаю о том, как не умереть к Рождеству, профессор. Снейп прищурился, но в уголках губ дрогнула тень улыбки. — Тогда думайте быстрее. «Protego Totalum» — следующее задание. И если ваш щит развалится как котёл Уизли — весь класс будет писать 10 свитков эссе на тему боевых заклинаний. Гарри фыркнул, но Снейп тут же обернулся: — Поттер, ваш «Expelliarmus» слаб, как и ваше понимание теории. Десять свитков к завтрашнему уроку: «Как блокировать боевые заклинания». — Сэр, но... — попытался возразить Гарри. — Будете спорить и ваш факультет лишится очков, — оборвал Снейп. Несс знала: Снейп не учил их защите. Он учил их выживать. Холод каменных стен впитывал голоса учеников, превращая их в шёпот теней. Снейп стоял у доски, начертавшейся рунами «Щитов от неотвратимого», его мантия, как всегда, колыхалась даже без ветра. Голос, точный и ледяной, разрезал воздух: — Встаньте в пары. Тренируйте «Protego» и «Expelliarmus». Кто попробует «Круциатус» — отправится в Азкабан быстрее, чем мистер Долгопупс сварит зелье славы. Несс не удивилась, увидев Драко напротив. Его губы растянулись в гаденькой усмешке. — Готова проиграть, Вейн? Или твой амулет спасёт тебя, как мамину куклу? Она не ответила. Её пальцы сжали палочку, амулет на груди пульсировал тревожно. Сначала Драко играл по правилам: «Protego» отражал её «Expelliarmus», их заклинания сталкивались в воздухе, создавая вспышки света. Но чем дольше длилась тренировка, тем жёстче становились его атаки. «Конфриго» прогнуло щит Несс, пошатнув её равновесие. Класс застыл. Снейп не шелохнулся, лишь его глаза следили за каждым движением, как у змеи, готовящейся к укусу. — Ты учишься слишком медленно для дочери Темного Лорда, — прошипел Драко, его голос дрожал от ярости и страха — того самого, что подбивал его на преступление. Несс вернулась в стойку. Она вспомнила слова Снейпа: «Сила — не в смерти. В выборе». Но иногда выбор — это удар в лицо тому, кто уже сломлен. — «Остолбеней», — выдохнула она. Заклинание вырвалось из её палочки как змея из норы. Драко не успел среагировать. Синяя волна накрыла его с головой, отбросив к столу Снейпа. Мальчик упал на спину, палочка отлетела в угол. Наступила гробовая тишина. Класс затаил дыхание. Снейп медленно подошёл к Драко, его ботинки громко стучали по камню. Он не помог мальчику встать. Лишь бросил взгляд на Несс — не гневный, а изучающий. И снял заклятие. — Десять очков с Гриффиндора, — произнёс он равнодушно. — И пять — со Слизерина. Оба нарушили правила. Драко вскинул голову, глаза полные слёз гнева: — Она применила «Остолбеней»! — А ты — «Конфриго», — отрезал Снейп. — В следующий раз, мистер Малфой, вспомните: «Кто играет с огнём, тот обжигается первым». Он повернулся к классу, его мантия взметнулась, как чёрные крылья: — Урок окончен. Все — вон. Кроме вас двоих. Когда дверь закрылась, Снейп подошёл к Несс. — Ты знаешь, что можешь убить его таким заклинанием? — раздался мужской голос в её голове. — Он начал первым, — также про себя ответила она. Её амулет вспыхнул золотом, отбрасывая на его лицо тени, похожие на крылья феникса. Снейп вздохнул. Он отпустил её, подошёл к окну, где за стеклом лил дождь. — Драко плачет по ночам. Говорит, что Темный Лорд прикажет убить его мать, если он не убьёт Альбуса. Каждый удар, который он наносит другим — это попытка доказать, что он сильнее своей боли. Несс сжала кулаки. — Это не оправдание. — Нет, — согласился Снейп. — Но это правда. И если ты хочешь спасти его — не бей сильнее. Покажи, что есть другой путь. Он достал из кармана два флакона с «Зельем бодрости», протянул один Драко, второй — Несс. — Пейте. Сегодня ночью жду вас на отработке. Обоих. — это Северус сказал уже вслух. Драко не взял зелье. — Вы защищаете её, — обвиняюще сказал он. — Почему? Снейп резко обернулся. В его глазах, обычно холодных как лёд, пылал огонь. — Вы знаете по какой причине. Вы оба сегодня поступили глупо и я очень надеюсь, что впредь вы будете держать свои эмоции под контролем! Мальчик вздрогнул, как от удара. Несс протянула ему флакон, их пальцы соприкоснулись. Драко схватил зелье и бросился вон из кабинета. Снейп проводил его взглядом, потом повернулся к Несс. — Ты рисковала, — тихо сказал он. — «Остолбеней» мог убить его. — Но он не убил, — парировала она, приближаясь. Её амулет коснулся его груди, золотой свет заполнил комнату. — Я контролирую свою силу. Как вы учили. Снейп не отстранился. Его пальцы легли на её щеку, стирая пыль от взрыва. — Ты слишком много берёшь на себя. — В голосе нет яда. Только усталость. — Не больше чем вы, сэр, — улыбнулась Несс. Он не ответил. Но в уголках губ дрогнула тень улыбки.

Коридоры Хогвартса. После уроков

Драко Малфой поджидал её у статуи старого Гоблина в компании Крэбба и Гойла. Его лицо было бледным, но в глазах плясала ярость — отец, сломленный в Министерстве, а мать, сжигающая ночи в молитвах за сына, сделали его опаснее змеи. — Слышал, ты якшаешься с Поттером, вонючей грязнокровкой и этими жалкими осквернителями крови, — прошипел он, оттесняя Несс к стене. — Но ты же дочь Тёмного Лорда. Твоё место — не среди этих отбросов. Мои отец и дядя придут за тобой и отведут к Нему. Заставят стоять на коленях, пока Он не простит твою измену. Если простит... Несс не дрогнула. Её амулет вспыхнул алым, отбрасывая на лица слизеринцев тени, похожие на клыки. — Твой отец сейчас в Азкабане, Драко, сомневаюсь, что он выйдет оттуда. — сказала она тихо. — А твоя мать плачет над своим несчастным сыночком, который отдувается за промах своего никчемного папаши. Хочешь, чтобы я напомнила тебе, чьё имя спасает твою семью? Все еще думаешь, что я испугаюсь Волан-де-Морта? Драко вздрогнул. Его пальцы сжались в кулаки, но он отступил. — Это не конец, — бросил он через плечо. — Волан-де-Морт не прощает предателей. Даже тех, кто прячется за юбкой Дамблдора. Он придет за тобой, и ты будешь валяться у меня в ногах.

Подземелья Хогвартса. Ночь 4 октября

Второй этап «Lacryma Spes» требовал крови — не любой, а крови того, кто верит в пробуждение. Снейп стоял у котла, его пальцы держали ритуальный нож. — Моей хватит, — сказал девушка, забирая нож и делая надрез на ладони. Алая кровь капала в зелье, превращая его в живое пламя. Когда кровь Несс коснулась зелья, оно вспыхнуло золотом, отражаясь в его глазах — не холодных, а живых. — Драко угрожал тебе сегодня, — внезапно сказал он, перемешивая состав. — Он знает больше, чем говорит. — Он считает, что его отец выберется из Азкабана, — возразила Несс. — А еще он понимает, что вы теперь ближе к Темному Лорду, чем его семейка. Снейп замер. Его взгляд скользнул к двери, будто проверяя, нет ли подслушивающих теней. — Если он скажет Волан-де-Морту о нас... — Не скажет, — перебила Несс. — Он ничего не знает. Да и не до нас ему. Он думает как убить Альбуса. Кстати о нем, вам удалось запечатать проклятье в руке? Снейп кивнул, но его пальцы сжали её запястье крепче прежнего. — На полгода, от силы год хватит... Несс улыбнулась сквозь боль в сердце. Её амулет пульсировал в такт его обещанию. — Мы справимся, Северус. Я не дам нести тебе это бремя в одиночку. — Несс осторожно приблизилась и поцеловала его в подбородок, смотря снизу вверх. Северус зарылся в ее волосы, вдыхая сладкий аромат миндаля и приобнимая девушку. Рядом с ней ему становилось спокойнее. Война отходила на задний план в такие редкие моменты. И это его начинало пугать...

***

Пар от «Напитка живой смерти» клубился над котлами, превращая класс в туманную пещеру алхимиков. Гораций Слизнорт, устроившись в кресле с бокалом тыквенного сока, поглядывал на Несс с восхищением, достойным королевского двора. — «Восхитительно! — воскликнул он, наблюдая, как её палочка вычерчивает идеальные круги над котлом. — Северус не преувеличивал! Говорил, у вас рука «прирождённого зельевара»! Несс украдкой вздохнула. Амулет на её груди пульсировал от нетерпения — она мысленно уже считала минуты до вечера, когда Северус и она продолжат варить зелье для Сириуса. Её пальцы механически добавляли червячный корень, но взгляд блуждал за окном, где вороны кружили над Астрономической башней — символом надвигающейся Тьмы. — Мисс Вейн, — Слизнорт наклонился ближе, его кольца звякнули о край стола, — вы просто обязаны посетить мой клуб Слизней! А на Рождественский приём я приглашаю только самых талантливых! Представляете, какой подарок я приготовил для вас? Несс вежливо улыбнулась, но в памяти всплыли слова Северуса: «Он не заинтересован в тебе как в ученице. Он взвешивает, сколько золота принесёт твоя связь с Темным Лордом». — Большое спасибо, профессор, — сказала она, отворачиваясь к котлу, — но у меня... особые обязательства. Слизнорт фыркнул, но в глазах мелькнуло разочарование. Он не понимал: для него мир вращался вокруг влияния и роскоши. Для неё — вокруг друзей и близких, которых она не могла потерять.

Кабинет директора. Тот же день. Вечер

Солнечные лучи, пробиваясь сквозь витражи, рисовали на столе Альбуса золотые узоры, похожие на руны из её амулета. Старик сидел за столом, его почерневшая рука лежала поверх книги в потрёпанном переплёте — «Сказки Барда Бидля». — Присаживайся, Ванесса, — мягко сказал он. — Я попросил тебя прийти не только для того, чтобы поздравить с отличным «Напитком живой смерти». Несс опустилась на стул. — О, так ты в курсе, что профессор Слизнорт вербует меня в свой клуб? — улыбнулась Несс. — Он поделился со мной за ужином, что мисс Вейн старательно игнорирует его просьбу присоединиться к клубу. — Альбус хитро улыбнулся. — Я бы на твоем месте не отказывался, никогда не знаешь, какие знакомства пригодятся. — Я подумаю над твоими словами, но если честно у меня совсем нет времени на эти детские развлечения. Как твоя рука? — Несс сморщилась, когда представила себя в компании в клубе Слизней. — Ты говоришь как Северус. Общение с ним губительно сказывается на твоей коммуникабельности. Все не так страшно, профессор Снейп сделал всё что мог. — Дамблдор ухмыльнулся, а Ванесса только закатила глаза. — Но я позвал тебя не за тем, чтобы читать нотации... — А что же ты хотел от меня? — Я хочу, чтобы после моей смерти ты владела моей палочкой, — неожиданно сказал Альбус. — И о том, что тут произойдет, будем знать только мы вдвоем. Не нужно никому об этом говорить, даже Северусу. Особенно ему. Ты поняла меня, Несс?? Несс замерла. — Но... зачем? Она же перестанет слушаться тебя... И перейдёт к тому, кто тебя победит. Зачем всё так усложнять? — В точку, — улыбнулся Дамблдор, и в этой улыбке читался весь его замысел. Он протянул ей книгу: — Ответ кроется здесь. В сказке о «Трех братьях». Прочитай её. Несс раскрыла страницы. На первой же — история о трёх братьях, перехитривших Смерть: старшему дали палочку, способную победить любого врага, среднему — Камень воскрешения, а младшему Плащ-невидимку... — Это же просто... сказка, да? — прошептала она. — Что это за символ нарисован? — Да, сказка. Это символ Даров смерти. И я хочу, чтобы ты перехитрила Смерть, — поправил Альбус. — Эта палочка — ключ. Но пока... нужно убедиться, что она признает тебя. Он встал, опираясь на стол. Его мантия шуршала, как сухие листья под ветром. — Обезоружь меня. — Что? — Несс вскочила. — Но я не могу... — Простой Expelliarmus, — спокойно сказал он. — Сделай это. Её палочка дрожала в руке. Она вспомнила Сириуса в стазисе, Северуса с его шрамами, Пожирателей у дома. «Он просит меня пережить его», — поняла она. — Expelliarmus! Палочка Альбуса вылетела из его руки, но не упала на пол. Она взмыла в воздух, описав дугу, и послушно легла в ладонь Несс. Вихрь. Сияние взорвалось вокруг неё, отбрасывая на стены тени, похожие на крылья феникса. Книги на полках задрожали, портреты закричали: «Невероятно!», «Это удивительно!». Амулет на её груди раскалённым металлом прилип к коже, сливаясь с магией палочки. Когда свет померк, Альбус смотрел на неё с лёгким изумлением. — Видишь? — довольно улыбаясь в бороду, сказал старик. — Она признала тебя. Несс сжимала палочку, чувствуя её пульс — живой, как у сердца. — Почему именно я? — Потому что ты единственная, кто сможет остановить Волан-де-Морта, когда придет время, — ответил Альбус. — И единственная, кто сможет остановить себя, когда Волан-де-Морт предложит тебе власть. А он обязательно это сделает. Он вернул палочку, но в его глазах остался отблеск будущего — не победы, а выбора. — Дед, я не понимаю. Твоя палочка, она очень сильная... неужели это то, о чем я думаю? Но это же сказка. — Сказка? Но ведь вы гуляли с Гарри под мантией невидимости? — Альбус хитро прищурил глаза, как бы намекая, что в каждой сказке есть своя правда. — Ты хочешь сказать... что это не выдумка, и Дары смерти существуют..? И что мантия Гарри, и твоя палочка — это и есть Дары Смерти? Альбус тихо кивнул, подтверждая её слова. — Твоя сила не в палочке, Несс. Она в тебе. И ты сама почувствовала мощь магии, что таится в тебе... Палочка лишь направляет ее поток. — И что мне теперь делать? — Пока ничего. Но когда меня не станет, — слезы подступили к глазам девушки на этих словах, — ты станешь полноправной владелицей Бузиной палочки. Она признала в тебе хозяйку. Темный Лорд попытается заполучить её, но ты не должна никому раскрывать свой секрет, иначе тебя убьют... Защищай свои мысли. — Я никому не скажу, — прошептала Несс. — Но если Он заберет её, все будет напрасно... — Даже если такое случится, она не будет слушаться его так, как тебя. Палочка не сможет причинить тебе вреда! Не сможет убить... — Я поняла тебя, дед... Я пойду, мне нужно подумать... Доброй ночи. — Ступай, доброй ночи. И Несс... передай Северусу, чтобы он не забывал о школьных правилах и что он является твоим преподавателем. — Альбус подмигнул внучке на прощание, а Несс зарделась как спелый томат и вылетела из кабинета директора. Уж что что, а этого она ему точно не станет говорить!

***

Два месяца пролетели, как дым из котла — стремительно и незаметно. Каждую ночь после уроков Несс спускалась в подземелья, где магический огонь не угасал даже под утро. Зелье для Сириуса булькало в медном котле, источая аромат полыни и горьких воспоминаний. Амулет на её груди пульсировал в такт заклинаниям, отбрасывая на стены тени, похожие на волчьи силуэты. Снейп, обычно молчаливый, иногда позволял себе рассказать о том, что скрывал двадцать лет. Его голос звучал особенно тихо, когда он говорил о матери: — Она была из рода Принц, — шептал он, перемешивая зелье длинной деревянной ложкой. — Чистокровная аристократка, которая вышла замуж за магла Тобиаса Снейпа. Мой отец бил её за то, что она колдовала. А она всё равно варила зелья на кухне, пряча котёл под половицами. Несс наблюдала, как его пальцы сжимают ложку так, что костяшки белеют. Она никогда не прерывала его, только кивала, добавляя «Слёзы грифона» в нужный момент. Но однажды, когда Снейп вспомнил, как выкапывал корень шиповника из-под снега, чтобы купить матери лекарство, Несс не выдержала: — Ты не обязан мне это рассказывать, — тихо сказала она. — Я обязан, — возразил он. — Ты единственная видишь меня в моменты слабости. Справедливо показать, откуда они берутся. Зелье для Сириуса требовало «Слезы феникса», и пока оно настаивалось, Несс листала учебник Гарри по зельям. Странные пометки на полях — советы вроде «добавляй волчий корень в конце, иначе взорвётся» — заставили её задуматься. Почерк был знакомым. — Это твой учебник? — спросила она вдруг, поднимая потрёпанную книгу. Снейп замер, его палочка дрогнула над котлом. — С чего ты так решила? — он уже заметил свои записи на полях этой книги. Несс усмехнулась, отодвигая книгу. — Почерк твой. Гарри нашел его. Он носит этот учебник с собой, будто священную реликвию. Говорит, что «Принц-полукровка» спас ему жизнь на уроке Слизнорта. Снейп побледнел. Его пальцы сжали край стола так, что костяшки посинели. — Он... что? — Да. Особенно ценит твои заметки. Он теперь смеётся над Слизнортом, который пытается повторить твои рецепты. Снейп сжал челюсти. Его лицо исказилось, будто он проглотил лимон. — Это не учебник для Поттера, — хрипло сказал он. — Это мусор. Напоминание о том, каким я был глупцом. — Зато он теперь лучший в классе по зельям, — парировала Несс, насыпая в котёл сверкающий порошок. — Даже Слизнорт хвалит его. — Он хвалит мои пометки! — фыркнул Снейп, но в голосе не было привычной ярости. Он подошёл к столу, взял учебник и провёл пальцем по своей подписи — «Принц-полукровка». — Почему ты так ненавидишь эти слова? — тихо спросила Несс. — Потому что они правда, — ответил он, не поднимая глаз. — Я не был ни тем, ни другим. Не чистокровный Принц. Полукровка. Просто... тень. — Гарри обнимает твой учебник каждую ночь, как плюшевого дракона. Если хочешь, я сфотографирую и повешу в рамку над твоим столом. Снейп хмыкнул, но в уголках глаз залегли морщинки — редкие следы смеха за двадцать лет. — Твоё чувство юмора — чистая отрава. Даже «Зелье смертельного удушья» не сравнится. — Зато оно спасает тебе жизнь, — парировала она, целуя его в щеку. — Представь, как бы ты скучал без моих шуток в подземельях. Несс подошла ближе, её амулет коснулся его спины. Золотой свет заполнил комнату. — Гарри не видит тени, — сказала она. — Он видит человека, который научил его спасать друзей. Даже если тот притворялся худшим человеком. Снейп бросил учебник на стол. Его пальцы сжали край, будто боясь, что книга исчезнет. — Он не должен меня... уважать, — прошептал он. — Я предал его мать. Я... — Ты спас его, — перебила Несс. — Каждый раз, когда Волан-де-Морт приказывал убить его, ты находил способ саботировать это. Не твоя вина, что Поттеры доверились не тому человеку и погибли. Тишина. Снейп вздохнул, проводя ладонью по странице с рецептом «Зелья мирного сна». — Ты слишком добра ко мне. Если ещё раз замечу этот учебник в руках мальчишки, — хрипло сказал он, — я превращу Поттера в тыкву и подарю на Хэллоуин Слизнорту. Несс рассмеялась, целуя его в щеку. — Он уже мечтает назвать свою новую метлу «Принц-полукровка». — Ванесса, — предупредил он, но пальцы уже рисовали в воздухе руны защиты для следующего этапа зелья. Когда зелье наконец перешло во второй этап, Снейп разрешил себе передохнуть. Он сидел у камина, его ноги вытянулись к огню, а Несс устроилась рядом, листая книгу — «Сказки Барда Бидля», данную Альбусом. — Ты когда-нибудь читал сказку о братьях Певереллах? — спросила она, показывая иллюстрацию трёх магов перед Смертью. Снейп кивнул. — Альбус верит, что эти сказки — ключ. Но он никогда не расскажет, почему. — А ты? — Несс повернулась к нему. Её амулет отбрасывал на его лицо золотые тени, смягчая шрамы. — Во что ты веришь? Снейп помолчал, глядя в огонь. Пламя отражалось в его глазах — не как у Тёмного Лорда, а как у человека, который ещё помнит тепло. — Я верю, что иногда мифы становятся правдой, — медленно сказал он. Несс опустила книгу. Её пальцы коснулись его запястья, где пульс бился в такт трещащим в камине дровам. — Скажи правду: ты гордишься Гарри? Снейп не ответил сразу. Он поднял руку, поправляя выбившуюся прядь её волос. Его прикосновение было неуверенным, будто боялось сломать что-то хрупкое. — Он напоминает мне того, кем я мог бы быть, — прошептал он. — Если бы выбрал другой путь.

***

Хогвартс. Кабинет Горация Слизнорта. 24 декабря

Кабинет, обычно пахнущий старыми книгами и воском, сегодня дышал праздником. Серебряные гирлянды обвивали полки с редкими зельями, фонари в форме драконьих яиц рассыпали по стенам танцующий свет, а в углу, на столе из чёрного дерева, гора «Шоколадных лягушек» соседствовала с бутылкой эльфийского вина, которую Альбус подарил Слизнорту ещё в их студенческие годы. Но самого Дамблдора не было. Несс сжимала бокал с тыквенным соком, её амулет мерцал тускло — не от магии, а от тревоги. «Он ищет крестражи. Один на один с Тьмой». Гермиона, в пурпурном платье, натягивала улыбку от очередной шутки Кормака Маклагена, но в её глазах читалась усталость. Гарри, в строгом костюме, что контрастировало с пёстрым платьем Луны Лавгуд, пытался увлечь её историей о нюхлерах, но пальцы его нервно постукивали по бокалу. «Он чувствует отсутствие Альбуса больше всех», — подумала про себя Несс. — Ванесса! — Слизнорт подбежал к ней, разбрызгивая эль из бокала. — Где же твой кавалер? — Где-то потерялся, — сказала она, улыбаясь через силу. — Но мне и одной хорошо, сэр. У вас чудесный праздник. Слизнорт помрачнел. Он вздохнул, поправляя алмазные запонки: — Что ж, ваше присутствие — самое главное украшение в этом зале. Я уже и не надеялся, что вы придете, мисс Вейн. О вас ходит столько слухов, поговаривают, что Вы дочь Темного Лорда! Вот ведь вздор! — Слизнорт рассмеялся. — Отчего же вздор, он действительно мой отец, профессор... — медленно произнесла Несс, наблюдая за целым спектром эмоций на лице Слизнорта: от удивления до страха. — Но это не значит, что мы с ним одинаковые. — Так это правда?! — шепотом спросил старый волшебник. — Но как же так произошло? — Он изнасиловал мою мать, сэр, а после приказал избавиться от неё, — также спокойно ответила девушка, — поэтому его сложно назвать отцом в полном смысле этого слова. Отец не будет пытаться убить своего собственного ребенка. Профессор все еще выглядел шокировано, когда рядом с ними возник Северус. — Мисс Вейн, мне кажется или вы повергли профессора Слизнорта в шок своими откровениями? — бровь темноволосого мужчины взлетела вверх. — Я всего лишь сказала как все есть на самом деле, сэр, — Несс посмотрела на Снейпа, — Вы тоже решили присоединиться к празднику, профессор? Северуса перекосило от ее предположения. — Нет, я искал мистера Поттера, у меня был к нему разговор. Вам бы следовало учить защиту от Темных сил, а не прохлаждаться на праздниках. — Будет вам, Северус, девочке надо отдохнуть, у нее и так самые высокие баллы в классе. Будьте к ней снисходительны. — Да, сэр, будьте ко мне чуточку снисходительней. — в глазах Несс плясали озорные чертики. — Может вы отмените мои отработки на каникулах? Видите ли, меня на Рождество пригласили мистер и миссис Уизли и я хотела бы провести его у них... — Северус, вы же не лишите девушку праздника?! — Слизнорт театрально схватился за сердце, а Северус поняв игру, закатил глаза. — Мерлин с вами, Вейн, сам справлюсь. Можете отдохнуть со своими друзьями. — Спасибо, профессор! — Несс радостная ускакала к Гарри и Гермионе, сообщить, что она поедет с ними в Нору. Северус же проводил её тяжелым взглядом. Это было слишком опасно, несмотря на то, что дом Уизли под присмотром Ордена. В дверях возник Филч, его лицо, обычно мрачное, светилось злорадством. В руках он держал за воротник Драко Малфоя, чья мантия была измята, а лицо бледно, как пергамент. — Я нашёл этого мальчишку! — прошипел он. — Шнырял в коридорах, будто выискивал что-то! Сказал, что он приглашен на ваш ужин. Гости замерли. Слизнорт попытался рассмеяться: — Ааа, мистер Малфой! — Убери свои руки, грязный сквиб! Да не приглашали меня! Его глаза, красные от слёз, смотрели мимо всех — в пустоту. Именно в этот момент из толпы вышел Снейп. Его мантия развевалась, как крылья вороны в бурю, а лицо было каменным. — Я отведу мистера Малфоя в его комнату, — коротко сказал он, кивнув Слизнорту. Гарри вскочил с места, но Снейп уже вёл Драко к выходу. Несс видела, как её друг кинулся следом, растворившись в тени за дверью. Гарри вернулся с бледным от шока лицом через 10 минут. Он схватил Несс и Гермиону за руки, увлекая в угол за статую Брута Пуффендуя. — Снейп... он дал Непреложный обет Нарциссе Малфой! — выдохнул он. — Обещал защитить Драко! Как он мог?! Это же означает, что... — Что он будет защищать Драко ценой своей жизни, — закончила Несс, её голос был ледяным. Она опустила взгляд, будто впервые слышала это. На самом деле, каждый её мускул напрягся от ярости. «Северус, зачем ты сказал это вслух при Гарри?». — Драко стал Пожирателем смерти! — Ты не понимаешь, — прошептала она, глядя в его испуганные глаза. — Непреложный обет... он убивает того, кто нарушает клятву. Снейп просто пытается спасти Малфоя. Но внутри она кричала: «Он не должен рисковать! Не сейчас! Не ради Драко!». — Несс, ты все еще веришь этим двоим!? Они водят Дамблдора за нос! — Это не так, Гарри. Я верю Дамблдору. Альбус умнее нас всех вместе взятых. Он не даст себя обмануть. И он хорошо владеет легилименцией, чтобы допустить подобное...

***

На следующий день за ужином в Большом зале Несс сидела между Джинни и Гермионой, но её мысли были в подземельях. Она развернула пергамент Снейпа — внутри, помимо заклинания, было написано:

«Зелье Сириуса на втором этапе.. Береги себя. — С.С.»

Несс прижала записку к груди. Утром, когда студенты толпились на платформе в Хогсмиде ожидая поезда, Несс разглядела в толпе темную фигуру профессора Снейпа. Он тоже внимательно смотрел на нее. — Будь осторожна в Норе, — раздалось в голове девушки. — Волан-де-Морт знает, что Дамблдор ушёл. Он будет искать слабые места. — Вы слишком много за меня переживаете, профессор, — улыбнулась она, но в глазах читалась тревога. — Не совсем, — возразил он, и в его голосе прозвучала боль. — Скорее за всех нас. Если ты попадешь к Нему в руки, нам всем придет конец... Когда поезд тронулся, Несс видела, как он стоит на перроне, одинокий, будто ворон на снегу. В кармане лежал его пергамент, а в сердце — страх, что Рождество станет последним праздником перед бурей. Дверь Норы распахнулась, обдавая Несс теплом и запахом пирогов с корицей. Миссис Уизли обняла её так крепко, будто боялась, что та исчезнет, как дым из камина. Фред и Джордж уже демонстрировали Рону фейерверк, поющий «Колыбельную для гиппогрифа», а Гарри, прячась за креслом, шептался с мистером Уизли о каком-то магическом шкафе. Но взгляд Несс сразу нашёл их — Римуса Люпина и Тонкс. Она стояла у окна, её когда-то розовые волосы, теперь были мышиного цвета и отливали золотом в свете свечей. Руки сжимали кружку с глинтвейном, но глаза были прикованы к Римусу, который, сидя в углу, перелистывал старую книгу с таким видом, будто каждая страница — приговор. Он не смотрел на неё. Не улыбался её шуткам про метаморфные носы. Но Несс заметила: когда Тонкс прошла мимо него, его пальцы дрогнули на странице, а линия плеч напряглась, будто он сдерживался от того, чтобы коснуться её. Холодный воздух обжёг лёгкие, когда Тонкс схватила Несс за рукав и вывела на улицу. Ужин был еще не готов и девушки решили побеседовать без лишних ушей. Снег хрустел под ногами, а луна, практически полная и бледная, освещала сугробы, словно посыпанные серебряной пылью. — Ты влюблена в него, — сказала Несс, не вопрос, а констатация. Тонкс фыркнула, поправляя шапку. — Это так заметно? Он оборотень, Несс! Люди бегут от него, как от заразы. А я... я вижу, как он смеётся с ребятами, как терпеливо разговаривает с Гарри. Он добрый. Даже когда думает, что этого никто не видит. Несс подошла ближе, её дыхание создавало туман в морозном воздухе. — Он отталкивает тебя, потому что боится. Боится, что ты увидишь его волчью сущность и уйдёшь. Боится, что не сможет дать тебе дом, что может навредить тебе... Считает, что ты заслуживаешь лучшего... Тонкс опустила голову, тусклые волосы рассыпались по плечам. — А если он никогда не решится? Если я буду ждать, а он так и останется в своей тени? — Тогда ты войдёшь в эту тень, — твёрдо сказала Несс, кладя руку на её ладонь. — Он смотрит на тебя с теплом. Помнишь, как он помог тебе с плащом в Хогсмиде? Или как всегда оставляет тебе последний сэндвич с курицей? Он хочет быть рядом. Просто не верит, что достоин тебя. Тонкс улыбнулась сквозь слёзы, которые тут же превратились в крошечные льдинки на ресницах. — Ты слишком много знаешь о любви для девчонки, которая сама прячется за книгами и зельями. Она прищурилась, изучающе глядя на Несс: — Или... у тебя есть кто-то? Несс отвернулась к лесу, где ветви елей шептались с ветром. Амулет на её груди пульсировал тускло, будто сердце, застывшее в ожидании. — Да, — прошептала она. — Но он тоже прячется. Думает, что его тень слишком тёмная для моего света. — Это ... Снейп? — резко спросила Тонкс, и Несс резко обернулась — не от гнева, а от удивления, что её так легко прочли. Тонкс рассмеялась, но в смехе не было насмешки. — Вот это да! Он смотрит на тебя так, будто ты последний луч надежды перед концом света. Даже на собраниях Ордена он вечно талдычит профессору Дамблдору, чтобы он не впутывал тебя в их игру с Темным Лордом. Мракоборцы сказали, что видели как он ходил за тобой как тень по Школе. Несс опустила глаза. Снег под ногами скрипел, как старая книга. — Он действительно дал Непреложный обет Нарциссе. И может умереть из-за Драко. Как он может любить, если готов разбить свою душу ради долга? — А как Римус может любить, если боится своей крови? — парировала Тонкс. — Иногда люди думают, что, жертвуя собой, они спасают других. Но на самом деле они просто боятся юыть счастливыми. Несс кивнула. Где-то вдалеке завыл ветер. — Ты права, — сказала она, сжимая руку Тонкс. — Мы не должны сдаваться. Люпин рано или поздно поймёт: его тьма не страшна тому, кто знает, как в ней горит его сердце. А Северус... он слишком многое на себе несет, его шпионаж у Пожирателей действительно может сказаться на тебе плохо... Когда они вернулись, Римус как раз подкладывал поленья в камин. Его взгляд скользнул к Тонкс — мимолётный, но полный боли. Несс подмигнула Тонкс, и та, улыбаясь сквозь слёзы, подошла к нему, украдкой поправляя его воротник. Несс уселась у окна, глядя на снег. В кармане лежал пергамент от Снейпа, но она не решалась его развернуть. «Он думает, что его любовь — это ещё один шрам, которым он меня ранит», — думала она. «Но я знаю: его сердце бьётся в такт моему амулету. Даже когда он молчит». Джинни подсела рядом, протягивая кружку с какао. — Ты последнее время сама не своя. Тебя что-то тревожит? Несс улыбнулась, поправляя цепочку амулета. — Не могу разобраться в своих чувствах к одному человеку, Джин... Джинни улыбнулась, но в её глазах читалось понимание. — Он боится, что не сможет защитить тебя от Волан-де-Морта. — О ком ты? — О профессоре Снейпе, если я правильно поняла, — прошептала рыжеволосая. Глаза Несс расширились от удивления. Неужели она плохо скрывает свои чувства к нему? — Джин, не говори никому, пожалуйста... — также тихо прошептала Ванесса. — Я не скажу. Но тебе стоит перестать так преданно на него смотреть. Хотя, ему бы тоже стоило быть осторожнее и не смотреть таким ревнивым взглядом на тебя. — Джинни улыбнулась. — Я боюсь, что он не позволит мне быть рядом, — тихо ответила Несс. — Я для него очередная девчонка, которую Альбус доверил ему охранять... — Не думаю, что это так. На балу на четвертом курсе он не отрывал взгляда от тебя, я думала, что он оторвет руку Оливеру, которой тот держал тебя за талию. — в глазах юной Уизли плясали озорные чертики. — Он отдаст жизнь за тебя, Несс. Если честно, я не вижу тебя с кем-то из ровесников, ты слишком умна и способна для сверстников, а Снейп именно тот тип мужчин, что тебе подходят... — Спасибо, Джинни, — Несс осторожно вытерла слезинку с ресниц. — Ты и Тонкс единственные, с кем я могу поговорить об этом... Гарри, Рон и Гермиона не поймут меня, они считают Северуса врагом... — Если захочешь поговорить об этом, мои уши всегда к твоим услугам, — ответила Джинни шутливо. Они обнялись и услышали как Молли позвала всех к столу. Рождественский ужин подошел к концу и Римус с Тонкс собрались уходить. Несс, мистер и миссис Уизли вышли проводить членов Ордена. Последний кусок индейки ещё дымился на столе, когда Римус Люпин поднялся, поправляя потрёпанную мантию. Ребята уже разбрелись по комнатам. — Спасибо за ужин, Молли, всё было очень вкусно, — тихо сказал он, а Тонкс стояла у двери, её волосы колыхались от ветра из открытого рядом окна. — Но Орден ждёт отчёта о... Он замолк. Его ноздри дрогнули, как у зверя, почуявшего опасность. — Волчий запах, — прошептал он. — Оборотень рядом. Все высыпали на крыльцо. Снег под ногами хрустел, но вместо тишины — треск адского пламени, очертившего Нору в чёрно-алый круг. Воздух пах серой и кровью. Белла, появившаяся из черного дыма, дико хохотала. — Сириус Блэк мёртв! — закричала она, голос её дрожал от безумия. — Я убила его! Гарри рванулся вперёд, лицо парня было искажено яростью. — Ты тварь, я убью тебя! — Гарри, нет! — крикнула Несс, бросаясь за ним, но он уже проскочил сквозь пламя, будто оно было лишь тенью. Джинни первой бросилась за ним, её рыжие волосы вспыхнули в свете костра. — Дети! — закричал мистер Уизли, но Несс уже действовала. Её палочка взметнулась в небо, амулет на груди вспыхнул ослепительно: — Vinculum Ignis! Пламя послушалось. Оно сжалось в шар, который она втянула в палочку, оставив узкий проход. — Скорее! — бросила она Римусу и Тонкс. Несс уже скрылась за высокими камышами. Холодный ветер хлестал по лицу, пока Несс неслась сквозь заросли. Голос Беллатрисы эхом звучал в голове: «Сириус мёртв». «Ложь», — шептал её амулет, пульсируя в такт сердцу. «Он дышит. Он ждёт своего часа». На островке Гарри и Джинни стояли спиной друг к другу, палочки направлены во тьму. Фенрир Сивый вышел из-за кустов камыша в своей звериной форме — огромный, с пастью, полной кинжальных клыков. В человеческом обличии ей не выстоять против оборотня... — Несс, иди к нам! Не делай этого! — крикнул Гарри, но было поздно. Она обратилась. Серебристо-серая волчица, глаза — в цвет луны — искрили в темноте, встала между друзьями и волком. Рык Сивого слился с её собственным, когда она оттесняла его подальше от острова, к трясине. Она кусала его за лапы и старалась вцепиться в горло, но Фенрир ловко уворачивался от её клыков. Красная вспышка из ниоткуда резко ударила её в бок. Боль — острая, как тысяча игл — пронзила тело. Волчица завыла, отлетая к камышам. Последнее, что она увидела, прежде чем тьма накрыла сознание: рука Пожирателя в чёрной перчатке схватила её за шкирку, в воздухе запахло трансгрессией и весь мир сжался...