Смерть

      Рассветало. Солнце уже осветило верхушку кроны Древа Жизни. Листва была настолько плотной и густой, что позволяла стоять на ней. Там были трое: Мэй, Джодах и Лололошка. Мэй стояла ближе к краю, а Джодах и Лололошка наоборот, дальше. Богиня посмотрела вниз. Высота была огромной. Любой бы разбился при падении. — Ты уверена, доченька? — спросил Джодах. — Да, — поворачиваясь, ответила Мэй. — Я всё решила. Это единственный выход. Это всё равно рано или поздно случилось бы. Уж лучше я сделаю это сейчас сама, чем всё время буду пугаться каждого шороха. — Всё же, это жестоко, — сказал Лололошка. — Они не лучше. Но зато это остановит все их попытки. Их души успокоятся. — А Люциус? — спросил Джодах. — Он совсем других убеждений. Его сломает это, он любит тебя. — Если бы любил, не стоял бы столбом, — строго сказала Мэй. — Тебе показалось, папа. Как ты мог ему поверить? Ты был прав с самого начала. Прости, что не послушала.       Солнце поднялось ещё выше. — Пора, — сказала Мэй. — Медлить больше нельзя. — Удачи, ангелок, — сказал на прощанье Джодах. — Если тебе так будет лучше, то действуй. — Пока, — сказал Лололошка. — В добрый путь.       Мэй помахала рукой и повернулась к краю. Сделав шаг, она могла бы упасть вниз. Мэй снова развернулась и улыбнулась папе и Лололошке. Они помахали ей руками. Мэй закрыла глаза и начала падать назад.

***

      Люциус резко проснулся и сел на кровати. По лицу стекал пот, руки дрожали, дыхание было частым. — Это кошмар. Это всего лишь кошмарный сон. Спокойно. Вдох, выдох.       Люциус сал приводить себя в норму, успокаиваться. Руки перестали дрожать, дыхание выровнялось. — Что, мать твою, за сон?! Какой ужас. Хорошо, что это не правда. С Мэй всё нормально, она жива и здорова.       Люциус заметил на тумбочке у кровати записку. — О нет-нет-нет. Хоть бы это была записка от Воланда, пожалуйста!       Но сознание Люциуса подсказывало, что это не так. Демон не стал бы писать записки, он сразу бы разбудил его.       Вновь дрожащими руками Люциус взял записку и развернул её. Сразу по подчерку он понял, что эта записка от Мэй. Перед глазами промелькнули кадры из сна. Люциус помотал головой, прогоняя страшные кадры и стал читать.       «Люциус,       Если ты читаешь это письмо, то знай, это моё прощание. Меня уже нет. Забавно, правда? Бессмертная, а мертва. Хах. Но если бог хочет умереть, он умрёт. Да, я знаю, в последнюю нашу встречу я многое наговорила. И ни о чём не жалею. Я понимаю, ты меня никогда не любил, а может всё это время и ненавидел, но я не могла не попрощаться. Несмотря на всю мою злость, я всё ещё люблю тебя, и мне от этого ещё больнее. К сожалению, сердце никак не заставить молчать. Мне было очень больно на церемонии. И даже во время разговора в моей комнате. Я говорила одно, а на сердце скребли кошки. Говорила уходить, но внутренне просила, чтобы ты остался. Чтобы доказал свою невиновность! Но я понимала, что это не случится. Я еле сдерживалась, чтобы снова не заплакать. Лололошка говорил, что ты изменился. Как оказалось, он ошибся. Но знаешь, несмотря на всё это, я хочу сказать тебе спасибо. Последние 9 месяцев моей жизни были самыми прекрасными из всех, благодаря тебе. Хоть и были пропитаны ложью. Не пытайся искать меня и мою семью, слышишь? В этом просто нет смысла, поверь мне. Забудь меня. Ты победил, поздравляю. А теперь прощай.

Со всей своей любовью и печалью,

Мэй Ави»

      Люциус несколько раз перечитал письмо. Ему казалось, что это сон. Сознание отчаянно не хотело воспринимать эту информацию.

Меня уже нет

Бессмертная, а мертва

Последние 9 месяцев моей жизни были самыми прекрасными

Говорила уходить, но внутренне просила, чтобы ты остался

— Господи, хоть бы это была шутка! — сказал Люциус. — Только бы ты была жива! Пусть это будет месть такому придурку как я, но, умоляю, будь жива!       Люциус посмотрел в окно. Был рассвет. Прямо как в его сне. — Неужели это был вещий сон? — спросил он сам у себя. — Тогда я ещё могу её спасти! Нельзя медлить!       Люциус сорвался с места и выбежал из замка. На ходу, магией, переоделся в свой образ. Воланд тоже вышел из своей комнаты и, видимо, ругался на друга. Но Люциус не слышал его. В голове смешались обрывки сна и строчки из письма.       Оказавшись на улице, он открыл портал и переместился на поляну Древа Жизни.       Солнце уже встало. Птицы низко летали и радостно щебетали. Природа цвела.       Люциус тут же посмотрел наверх. На кроне Древа никого не было. Тогда он стал подходить к дереву, попутно осматриваясь. Вдруг издалека он заметил белое пятнышко на земле. Он побежал к нему. Приближаясь, он понял, что это лежала Мэй. — МЭЙ!       Люциус тут же оказался около неё. Она лежала на спине, раскинув по земле крылья и руки, согнутые в локтях. Голова была чуть повёрнута вправо. Глаза были закрыты, на лице застыла лёгкая улыбка. Можно было подумать, что она спит, но на иное указывала кровь. Она была под телом Мэй. Часть белых перьев покрасилась в красный, как и кончики волос. Белое лёгкое платье тоже было испачкано.       Люциус сел около неё на колени. — Мэй, Мэй, Мэй, не бойся. Я рядом. Я спасу тебя!       Люциус схватил руку Мэй, которая лежала у головы, и приложил два пальца на запястье. Мир потерял краски. Всё вокруг резко стало серым. Пульса не было.       Сознание всё ещё отказывалось воспринимать происходящее. Казалось, что это сон. Продолжение кошмара. Но нет. Это была реальность. Страшная реальность.       На глазах выступили слёзы. Но появилась надежда! Вдруг ещё не всё потеряно?!       Люциус смахнул слёзы и стал открывать портал к дому Бастиана. — Потерпи, солнышко, я спасу тебя! Ты не можешь быть мертва! Это ошибка.       Оказавшись у Бастиана, он, не стучась, вбежал в дом. Старый волшебник только закончил переодеваться и готовил завтрак. — Люциус! — воскликнул Бастиан. — Ты чего так врываешься?!       Тут Бастиан заметил вид полубога. Слёзы на глазах, страх в них, дрожащие руки. — Что случилось? — спросил он. — Там… У древа… Мэй, — Люциус начал заикаться. Паника нахлынула на него. — Надо срочно помочь! — Тише, успокойся. Идём.       Бастиан телепортировал их обратно к древу. — Ну, где она? — спросил маг. — Там! — воскликнул Люциус и побежал. Бастиан за ним.       Как только маг увидел девушку, он прижал ладони к лицу. — Господи, Мэй! Что с ней?! — Не знаю. Ей нужна помощь! — Сейчас, я скоро вернусь. Будь с ней!       Бастиан снова телепортировался. Люциус снова сел около Мэй, взял её руку своими двумя и прижал к груди. — Держись, сейчас придёт помощь. Ты очнёшься, я уверен!       Спустя минуту Бастиан вернулся в сопровождении всех других магов ордена. Все с ужасом ахнули, увидев Мэй, а Беннет сел около неё и начал обследовать. — Люциус, отойди, — только сказал он. — У неё нет пульса. Беннет, её ещё можно спасти? Скажи, что можно! — Тихо.       Беннет осматривал Мэй. Казалось, время замедлилось. Томительное ожидание! Люциус, который всё же отошёл, видел, как Беннет прощупывал в разных местах пульс. И в итоге он склонил голову. — Ну?! — спросил Люциус. — Примите мои соболезнования, — сказал Беннет. — Она мертва. Я думаю, смерть наступила от падения с огромной высоты не больше получаса назад. И, вероятнее всего, это был суицид.       Мир почернел ещё сильнее. В глазах потемнело, ноги подкосились, но Люциус смог удержать равновесие. — К-как? Не спасти? — заикаясь спросил он.— Совсем?! Беннет, есть же шанс?!       Беннет помотал головой. Селести, Цесанна и Катрина начали тихо всхлипывать. На глазах мужчин тоже выступили слёзы. Некоторые из них отвернулись. — Нужно перенести тело, — дрожащим голосом сказал Беннет. — Бедная девочка, — сказал Аргус. — Нет. Нет-нет-нет! Это не может быть правдой! Это всё страшный сон! Сон! — отрицал Люциус, в то время как слёзы уже текли по его щекам. Он схватился руками за свои волосы и наклонил голову. — Люциус, — к нему повернулся Бастиан и поднял его голову. На его глазах тоже были слёзы. — Это правда. — Нет, нет, не правда! Этого не может быть! — слёзы уже неконтролируемо текли по щекам. — Что здесь происходит? — спросил только что пришедший Воланд.       Демон осмотрел всю картину и самодовольно улыбнулся. — Всё-таки она сдохла, отлично, — сказал он. — Что? — Люциус отпустил свои волосы и повернулся к демону. — Люциус! Что с тобой случилось? Не стоит так упиваться из-за какой-то Ави!       В глазах Люциуса зажёгся недобрый огонь. Печаль сменилась гневом. — Из-за какой-то Ави?! — гневно воскликнул он. — Это ты виноват в её смерти!       Люциус неконтролируемо запустил несколько огненных шаров во все стороны. Все увернулись от них, а после в Воланда полетели ещё шары. — Это ты виноват! — кричал Люциус. — Если бы не ты, она была бы жива! Наверняка даже ты убил её! Столкнул с высоты! — Успокойся, не делал я ничего! — ответил Воланд. — Сама спрыгнула, мучаться не хотела! — Лжец!       Люциус хотел запустить ещё несколько шаров, но Люк и Альберто подбежали к нему и подхватили под руки. Почувствовав чужие прикосновения, Люциус будто обмяк. Гнев пропал, на его месте появилась пустота. — Бастиан, ты же маг, скажи, что не всё потеряно! — дрожащим голосом говорил Люциус. — Умоляю! Может, обратиться к Кнефмтити? Она воскресит её? Да, она в другом мире, но вдруг получится? Или Джодах? Он тоже будет пытаться вернуть её к жизни! Бастиан! Не молчи, прошу. Я не смогу без неё.       Полубог опустил голову. Отпусти его сейчас Люк и Альберто, он бы упал на землю. А Бастиан молчал. Нечего было сказать. Люциус уже не пытался контролировать слёзы. Они, как две огромные реки, текли по щекам и падали на землю, смешиваясь с росой. Пришло осознание. Это не сон, не розыгрыш, а правда. Ничего уже не изменить, сколько бы он ни кричал и не плакал. — Пожалуйста, — заговорил Люциус безэмоциональным, тихим голосом. — Можно мне попрощаться с ней? — Конечно, — ответил Аргус. — Мы оставим тебя одного. Мы будем в ордене. Идёмте.       Маги отпустили Люциуса и ушли. Воланда тоже прогнали. Как и предсказывалось, Люциус упал на землю. Но он сразу же встал и посмотрел на Мэй.       Она была всё так же прекрасна. Птицы летали и пели, солнце освещало всю поляну. Всё равно казалось, что столь прекрасная поляна не может быть местом окончания жизни не менее прекрасной ангелицы. Люциус подошёл к ней и лёг рядом. Руку он положил так, чтобы она касалась руки Мэй. А затем он переплёл их пальцы. Он сжал ладонь девушки, а в ответ такого же сжатия не последовало. Лица были напротив. На глазах Люциуса вновь появились слёзы. Её лицо… Каким прекрасным оно было. Закрытые глаза, красивые брови, элегантные губы. Казалось, что она просто уснула и вот-вот проснётся. — Мэй, — тихо, почти шёпотом заговорил Люциус. — Солнышко моё. Зачем же ты оставила меня? Я же не смогу без тебя. Неужели ты была настолько зла на нас, что причинила такую боль? Или мы так ранили тебя, что ты не захотела жить? Это я виноват, да? Не Воланд, именно я. Прости, что не помог. Прости за всё. Каким же я идиотом был. Надеюсь, ты обрела покой. Но как этот покой найти мне?       Люциус замолчал. Второй рукой он погладил Мэй по щеке. — Ты писала, что всё ещё любишь меня. Что тебе тоже было трудно расставаться. Был бы у меня ещё один день, я бы всё исправил! Клянусь, я бы сделал всё, что угодно, чтобы оправдать твоё доверие. Да даже сейчас готов на всё, чтобы ты открыла глаза. Чтобы твоё сердечко снова застучало.       Вдруг он вспомнил из разговор в Мисре. — Ты чувствовала свой конец. Я так много не успел тебе сказать! Я обещал, если что вдруг случится, я верну тебя к жизни. Но хочешь ли ты этого? Будет ли тебе лучше, когда ты окажешься рядом со мной. С ненавистным мной. Я постараюсь, солнце.       Люциус вновь замолчал и рассмотрел её лицо. Неожиданно, у него на лице тоже появилась улыбка. Только самая грустная улыбка. — Ты улыбаешься. Ты счастлива? Или ты была счастлива закончить мучения? Представляешь, я видел во сне твои последние минуты жизни. Я был рядом. Интересно, где сейчас твоя душа? Сомневаюсь, что Кнефмтити сможет воскресить тебя через пустошь, — Люциус вздохнул. — Спи спокойно, милая.       Полубог всхлипнул. — Я люблю тебя.       Зачем он поцеловал Мэй в лоб. Смахнув слёзы костяшками пальцев, он пошёл в орден.

Конец III главы