Драма и комедия ( моря/океаны)

Если бы она знала, что море может прийти к ней иначе, она бы не пряталась всю жизнь. Фурину море пугало. Оно бесконтрольное и непонятное, его нельзя запереть на ключи и ограничить бетоном. Море ни ручей, ни река и ни озеро, море не боится даже суши, ведь всегда может поглотить её. Да и в конце концов, воды на Земле просто больше. Море — это стихия, и оно огромное и давит на Фурину самим фактом своего существования. Фурина живёт в прибрежном городке и до ужаса боится воды. Это могло бы быть дурацкой шуткой, но ей не весело, ей страшно, действительно страшно, так, что хочется кричать, выдирать на себе волосы и молиться всем архонтам. Фурина ничего не может с собой поделать. Фурина видит море в года три, и оно ей даже нравится. Заходящее Солнце слилось с волнами и они словно обнимаются друг с другом. Девочка так же обнимается с сестрой. У Фокалорс было маленькое голубое платьице с белыми пуговичками и любимая игрушка — морской конёк. Фокалорс хотела заниматься в балетной студии, учится на пятерки и посещать художественный кружок, чтобы нарисовать море. Фокалорс и Фурина были двойняшками и лучшими подругами. Они всегда были именно «они», никак не поодиночке, и не было никого роднее и милее в целом свете. Им было по семь лет, когда привычный мир утонул Атлантидой, а «мы» превратились в жалкий огрызок «я». Море забрало её. Её милую, любимую, смышлёную сестрёнку. Её девочку, у которой было столько планов, у которой вся жизнь была впереди. Трагическая случайность, порванный нарукавник, высокие волны. Конец один — море забрало причитающуюся ему жертву. Фурина помнит, что сестру хоронили в закрытом гробу, что когда тело выловили, это был даже не труп, это был скелет с отслоившейся кожей. Фурина знает, что никому не расскажет, как пробралась в морг, пока все носились с бабушкиным инсультом в соседней комнате. Девочка отдала бы всё чтобы не видеть это в зеркале. У них с Фокалорс было одно лицо, и если море решит вернуться за ней, её труп будет выглядеть так же. Фурину тошнит от этого. Нет, натурально, её вырывает несколько раз прямо на кафельный пол и это, мягко сказать, неприятный опыт. Фурина помнит, что на похоронах шёл дождь, словно Гидро Дракон скорбел. Но маленькая девочка до закрытых ушек и прищуренных глазок не хочет о нём думать. По легенде именно Гидро Дракон создал все моря на Земле. Это делает его убийцей всех когда-либо утонувших? Море само по себе убийца. Только на него не подашь в суд и не ограничишь свободу. Море людей кормит и даёт жизнь, море капризничает и топит корабли. Море амбивалентно, как и всё в этом мире, но Фурина не хочет забивать красивую голову сложными словами, Фурина забивает её круассанами и макарунами, вечно сидит в своей комнате одна. Де Фонтейн не ходит на пляж, Де Фонтейн всю жизнь ждёт, что море придёт за ней. Море ждать умеет. Море оно разное вообще: чёрненькое, синенькое и зелёненькое; буйное и спокойное. Но для Фурины на первом месте красными буквами нацарапано слово: «Опасность». Девушке плевать: красивое до опасности или опасное в своей красоте. Фурина не помнит, каким было море в тот день, когда умерла Фокалорс. Только помнит, как сидела на пляже и лепила куличики, а потом отец закричал, и этот крик разорвал их жизнь на до и после. Море разлилось между ними. Фурина даже в бассейне боится плавать. Фурина периодически сидит на таблетках, и улыбается, как законченный токсичный оптимист. Вечный страх, вечный враг под боком. Деваться из города некуда, море окружила ее со всех сторон. Море — стихия. Нет там ни чувств, ни замысла. Оно не живое, потому и бесконтрольное. Это не значит, что толща воды не станет вашей могилой. Фурина просит похоронить её в открытом гробу, даже если она утонет. Ей крутят пальцем у виска и советуют обратиться к психологу. Она уже, но ей не помогает. Иногда Фурине кажется, что в том далеком детстве утонула именно она и попала в свой личный Ад. Тот, в котором снятся кошмары и вечный шёпот волн. Тот, где чайки издевательски кричат над самым ухом. Тот, в котором она обязана жить. Девушка изучает план города. Везде на этих картах чёртова голубая вода, Фурина не ленится, закрашивает её чёрной краской. Фурина выбирает наивысший точки на случай затопления, Фурина хочет убежать куда глаза глядят. У Де Фонтейн бледная кожа, она почти не бывает под солнцем. У Де Фонтейн вечный запах йода, который не вымывается никакими средствами. Фурина занимается в любительском театре, меняет маски трагедии и комедии между собой. Все поступают так в жизни, даже море, а оно ведь неживое. Театр был бы полноценной отдушиной, только городок у них всё ещё курортный и пьесы там сплошь морские. Море постоянно настигает её. Во снах, в разговорах, в бредовых мыслях. Фурина человек, не ей бороться со стихией. Она, чёрт возьми, восемнадцатилетняя девушка. Ей нужно купаться и загорать на пляже, а не смотреть на полоску голубой ленты на горизонте. Человек не должен постоянно боятся, что толща воды придёт и раздавить его давлением со всех сторон. У Фурины повышенная тревожность, у Фурины кошмары, стресс у неё. Она мониторит все новости об утонувших в их море. Их до пугающего много. Все мы вышли из воды, все мы туда вернёмся. Это круг жизни, против него не попрёшь. Смерть придёт за каждым, море тут совершенно ни при чём. Но у Фурины на подкорке головного мозга связаны слова страх и море. Главная ассоциация, главная трагедия, главная боль. Ужас комедии, весёлости драмы. В Фурине концентрации соли больше, чем в Мёртвом море, не должно быть в человеке столько таблеток. Море вечно свободно: вбивается в берег и помнить не помнит о какой-то Фурине, сестра которой не умела дышать, как рыба. Море делает что хочет, всё равно ему, что одна дура скупает весь запас круассанов и надувных матрасов. Фурина вечно боялась что море придёт за ней, захочет получить вторую дань. Девушка даже устроилась секретарём в суд. Никаких амбиций и планов на будущее, здание суда просто выше всех над уровнем моря, девушка лично пересчитывала. Фурина никогда не думала, что море может прийти к ней иначе. Коварные волны яростно вбивались в разметавшийся песчаный берег. Передавали штормовое предупреждение, но у месье Нёвиллета ожидается слушание, поэтому Фурина тоже остаётся в здании. Хотя лучше бы побежала под тропическим ливнем прямо к морю и кинулась в него. Море всё же ограниченно, думает Фурина. Она никогда не думала, что оно посмеет прийти к ней так. Прийти и поглотить все мысли, убить одним взглядом, заставить задыхаться. У Фурины жжёт лёгкие, у Фурины сухие глаза, у Фурины соль на губах. Она не думала, что любовь приходит, как цунами. Море на зимнем рассвете плещется в глазах месье Нёвиллета. Он старше Фурины на двенадцать лет, невероятно серьёзен и счастливо и безнадёжно женат. Он красив и холоден, скуп на похвалу и комплименты, издевательски вежлив. У Фурины подкашиваются колени. Фокалорс погрузилась на самое дно, к морским течениям, и её раздирали изнутри, пока не наигрался и не отдали рыбкам. Фурина всегда боялась повторения истории, хотелось залить море бетоном, выжечь его на всех картах мира, улететь на Марс. Фокалорс была мученицей, погибшим дитем. Смотря в сирень глаз господина Нёвилета, Фурина впервые отчаянно завидует сестре. Это не море уже, это океан, слезы Гидро Дракона. Де Фонтейн уже не выбраться. Море поставила ей мат. Месье Нёвиллет, верховный судья фонтейнского суда, невероятно серьёзный и счастливо и безнадёжно женатый, просто обожающий море, разглядывал свою помощницу. Откуда ему было знать, что перед ним теряет свой последний воздух живая утопленница.