Глава 2

Сегодняшний день в Склифе проходил на удивление спокойно. Пациентов было немного, а те, которые и поступали, были с незначительными травами. Именно поэтому большая часть медперсонала в данный момент гоняла чаи в ординаторской. —Марина Владимировна, хотите кофе? Я могу поделиться, — Константин Георгиевич — молодой, перспективный врач отделения неотложной хирургии. Уже как неделю пытается проявлять ухаживания в сторону Нарочинской, несмотря на немаленькую разницу в возрасте. —Не твой уровень, Константин! Смеясь, из-за ширмы выглянул отдыхающий Куликов, наблюдавший уже который день за этим безобразием. Марина действительно выглядела не на свои годы. Осиная талия, стороны ноги, красивая грудь — все было при ней. На вид ей было лет 26, не больше, и к вниманию со стороны мужского пола она относилась более чем спокойно. За все 30 лет его было немало. —Благодарю, но вынуждена отказаться. Предложите Олегу Михайловичу, а то он скоро прям за столом уснёт. Может, приляжите, Олег Михайлович? Деликатно от казавшиеся, Марина обратила внимание на засыпающего за столом Олега, который усиленно боролся со сном. Способ он выбрал, конечно, не из лучших. —Ты в следующий раз, Костик, кофе без молока предлагай. У Марины Владимировны непереносимость. Убьешь, не дай Бог, нашу Американскую докторшу, не отмоешься потом, — Брагин вновь был в своем репертуаре. Заполняя бумажки. Тот даже не поднял глаз, ощущая на себе взгляд, пожирающий его. —По-моему это не ваше дело, Олег Михайлович. Нарочинской в край не понравилось, что какой-то хмырь влез в ее личное, так еще и выложил это на всеобщее обозрение. Казалось, такая мелочь, а цепляет. —Не обращай внимание, Марин. Брагин у нас всея Руси, знает все и обо всех. Тот факт, что Олег был в курсе всего, связанного не только с работой своих коллег, но и с личной жизни, напрягал всех поголовно, в то время, как о нем им было неизвестно ничего. Наверное, именно на этом строились все сплетни вокруг невозмутимого мужчины и именно поэтому в глазах молодых медсестер, которые мечтали заполучить каплю мужского внимания, Брагин выглядел так чарующей. —Странно. Всегда думала, что к роботам в комплекте идёт описание с инструкцией. Что, совсем ничего не положили, Олег Михайлович? , — В ординаторской послышалось дружное хихиканье. Присутствующие были полностью согласны с предоставленной характеристикой Брагина. Что есть, то есть, на робота он проходил больше всего. — Всегда думал, что жертвы домашнего насилия, обращаются в органы, а не сбегают от мужей в другие города. Ошибался, представляете? , — Поднявшись с места, тот навис над Мариной, шепча ей на ухо. Обжигая горячим дыханием длинную шею. Лёгкая ухмылка моментально слетела с лица блондинки, а в небесно-голубых глазах свернули слёзы, но та быстро опомнилась. Он знал чем зацепить. Хотел сделать поболее. Получилось. Оба прекрасно поняли друг друга. Никто не знал, но не однократно будучи замужем Марина подвергалась тому самому насилию, о котором и говорил Брагин. Вечная груда косметики, скрывающая под собой бордовые синяки, кофты обязательно с длинным рукавом и горлом, куча самых нелепых оправданий. И множество вопросов со стороны отца, коллег и подруг. Воспоминания о которых раздирают душу в клочья. —Всего доброго, Марина Владимировна., — И снова этот леденящий, полный ненависти взгляд, злобная ухмылка и каменное лицо, не выражающее больше нечего. **** Как известно, врачи — не боги, и далеко не все операции имеют благоприятный исход. Но только не у Брагина. Олег Михайлович, боящийся за жизнь каждого своего пациента, сейчас находится в бешенстве. {-я не буду работать без сосудистого Брагин! } {-Останови операцию Олег! } {Ты его убьешь! } {Время смерти 01:17} Слова, крутящийся у того в голове, не давали покоя. Чтобы лучший хирург отделения не справился с обычным кровотечением? Да никогда! От одной только мысли идущий по темному коридору мужчина, готов был уничтожить всех, в частности и себя. Олег, будучи по своей натуре человеком больше ригидным, придерживался везде своего порядка, как в операционной, так и в обычной жизни, и терпеть не мог, когда этот порядок удавалось кому-то пошатнуть. Марины была именно таким человеком. Ее разговоры, действия, да просто нахождение по близости выводили его из себя, нарушая все, что только можно нарушить. Что будет дальше, в данный момент интересовало его меньше всего. Впереди у него 2 выходных, в которые он снова будет вне зоны действия для всех или почти для всех.