Глава 7 «Белый шрам на чёрной шерсти»

«Чтобы ещё хоть раз мне пришла в голову идея стать анимагом! Пропустим тот момент, что я своего добилась.

Привкус мандрагоры, лист который был в моём рту целый месяц до сих пор никуда не делся. Это мне ещё повезло, что не пришлось томиться в мучительном ожидании грозы. А тот глоток кроваво-красного зелья... Как вспомню, так будто адским пламенем обдало. Так как я знала, что в первую трансформацию можно было перепугаться (чего категорически нельзя было допустить!) из-за того, что одежда сливается с шерстью, то я решила быть нагишом.

И не пожалела об этом: ощущения итак переполняли меня с головой.

Когда я, превратившись, посмотрела в зеркало и увидела свою анимагическую форму, то была готова пищать от восторга. Она определённо отражала меня как внутренне, так и внешне: полностью чёрная, лишь белое пятнышко на животе, которое повторяло мой шрам.

Чернобурка — морфа обыкновенной лисицы, отличающаяся цветом шерсти; я — морфа семейства Блэк, непохожая на них ни чем кроме цвета волос.

Кастория Блэк.»

Лето перед четвёртым курсом черноволосая смело могла назвать лучшим в своей жизни. Июль запомнился ей первым совместным походом в Косой переулок с Вудом, после которого друга посадили под домашний арест, но он не переставал заваливать её письмами. Ещё в первом Оливер писал, что ни о чём не жалеет, потому что в скромной хогсмидской лавке «Круголётка» нет такого ассортимента мётел как в магазине «Всё для квиддича», где они зависли на добрых минут сорок, обсуждая разные модели спортивных гоночных мётел и мечтая, что когда-нибудь их мётлы обновятся. Кастория могла себе позволить купить любую метлу из ассортимента и забыть про полёты на школьных мётлах, но решила поддержать друга, которому родители обещали сделать такой подарок на окончание четвёртого курса. «Отец сказал, что мой побег никак не отразился на данном им обещании. Нужно лишь хорошо закончить год по учёбе и пропустить как можно меньше квоффлов, чтобы подтвердить мой талант и тягу к спорту» — сообщил Вуд девушке в третьем письме. Остаток июля она посвятила изучению теоретической части анимагии, а большую часть августа на сам процесс. Ровно за полторы недели до окончания каникул произошла её первая трансформация. Пусть она была непродолжительная (всего три минуты), но Кастория и не думала, что сможет сразу же пуститься в леса в своём новом облике. Собственная спальня в школе позволит ей продолжить тренировки в течение года и не растерять этот навык. В целом, кроме этих двух событий лето ничем не отличалось от предыдущих: Кастория была погружена в изучение будущей школьной программы, особенно налегая на зельеварение. Скатываться с «Превосходно» обратно на «Выше ожидаемого» не хотелось. Тёплый осенний ветер наводил хаос в её волосах, когда когтевранка стояла на платформе 9¾ и всматривалась в лица студентов и их провожающих. В этом году в поезд уже не сядут школьный староста прошлого года Билл Уизли с Гриффиндора и когтевранский охотник Робби Клеймптон, остальных выпустившихся семикурсников Кастория не знала поимённо. На её талию сзади легли чьи-то руки, заставив девушку вздрогнуть от неожиданности. Она резко развернулась и встретилась глазами с подбородком Оливера. — Ты напугал меня, — оповестила друга Кастория, выпутываясь из его рук. — О, мне казалось, ты любишь сюрпризы, — парень широко улыбнулся и невинно похлопал глазами. — Приятные сюрпризы, — уточнила Блэк. — А встреча с лучшим другом не попадает в эту категорию? — ахнул гриффиндорец и помахал кому-то вдалеке. Когтевранка недовольно закатила глаза и, пробираясь через оживлённую толпу, поспешила зайти в вагон, чтобы занять свободное купе, а не подсаживаться к кому-то. В коридоре они столкнулись с Пенелопой, которая оглядела их с ног до головы, недовольно фыркнула и поспешила скрыться за первыми открытыми дверьми, оказавшись с пуффендуйцами их курса. Найти себе место ребятам удалось лишь через пятнадцать минут в четвёртом вагоне, а побыть в нём без посторонних ушей в три раза меньше. Две рыжие макушки заглянули к ним и бесцеремонно плюхнулись к каждому из них. — Ты же Блэк? — уточняюще спросил один из них, но пристально на девушку смотрели оба близнеца. Кастория молча кивнула, переводя вопросительный взгляд на Оливера, надеясь, что тот сможет повлиять на Уизли и те пойдут дальше, искать своих друзей например. — Мы следили за вами тот год, — объявил второй, а когтевранка чуть не подавилась воздухом от такой наглости. В чём конкретно была наглость она ещё не определилась: в том, что они за ними по неизвестным причинам следили или в том, что сейчас близнецы сообщают им об этом прямо в лоб, широко улыбаясь. — Вы прям неразлучники, — снова заговорил первый. — Поэтому мы с Дредом придумали для вас... — Общее прозвище! Мы с Форджем, уверены, что вам понравится. Раз, два... — Блэковуды, — воскликнул тот, что был в оранжевом свитере, Фордж. — Вудоблэки, — одновременно с ним прокричал так называемый Дред в красном свитере с закатанными рукавами. Брови Кастории взлетели вверх, а Оливер с трудом сдерживал смешки, прикрывая рот ладонью. Близнецы же свои эмоции не скрывали и разразились заливистым смехом. Они по очереди смотрели то на гриффиндорца, то на когтевранку, ожидая хоть какой-то реакции на свою потрясающую выдумку. Их даже не волновало, что они так и не пришли к единому мнению и озвучили два разных варианта. — Вы близки к истине, — с видом знатока начал Оливер, скрещивая руки на груди. — В пятнадцатом веке действительно был союз семей Блэк и Вуд, их фамилия была проста и лаконична: Блэквуды. В наши дни, к сожалению... Двери купе захлопнулись за рыжеволосыми второкурсниками, которые явно не нуждались в этом экскурсе в историю. Черноволосая заинтересованно рассматривала друга, будто он только что умудрился ответить на все дополнительные вопросы от Снейпа. — Никогда за тобой не замечала тяги к истории. — Ты же помнишь про моего дедушку, — начал объясняться Оливер. — Он неустанно рассказывал мне про Артемизию Блэк и Юноне Вуд. Несмотря на то, что от первой отреклась её семья из-за чистоты крови, а второй был представителем немагической ветви моей семьи, дедушка всё равно гордится, что Вуды состоят в родстве с Блэками. — Получается, твой дедушка точно не будет против нашей дружбы, — довольна хмыкнула Кастория. — Сколько раз повторять, мои родители ничего не имеют против, — устало сказал Оливер. — Если я скажу твою фамилию дедушке, он будет в неописуемом восторге и начнёт нас сватать, приговаривая, что даже не смел о таком мечтать.

━━━━━━━◌•◌━━━━━━━

— Сборные двух факультетов в этом году сильно обновились. Мы и пуффендуйцы будем самыми слаженными командами. У них ни одного нового игрока, у нас же сменился лишь один охотник, — Лиам посмотрел на новичка и показал ему большой палец. Второкурсник Роджер Дэвис блистательно проявил себя на отборах и получил место охотника сразу в основе команды, а не в запасе. Уже после того как капитан команды объявил о своём решении, новичок радостно воскликнул, что не зря отец водил его на занятия по квиддичу для дошкольников. Кастория тогда сильно удивилась: как Вуд, влюблённый в этот спорт, не уговорил своих родителей в надобности этой секции ещё до Хогвартса. Гриффиндорская команда обновилась сразу на четырёх позициях: близнецы Уизли в качестве загонщиков, а девочки Анджелина Джонсон и Алисия Спиннет стали новыми охотницами львиной команды. Слизеринская сборная тоже претерпела изменения, пополнившись четырьмя игроками со второго курса: Эдриан Пьюси в качестве охотника, Люциан Боул стал новым вторым загонщиком, кольца теперь защищал Майлз Блетчли, а на позицию ловца слизеринцы взяли Теренса Хиггса. — Как и всегда, первый матч в сезоне играют львы со змеями в начале ноября. Для нас это огромная удача: мы сможем проанализировать их игру и новые тактики обеих команд. Уверен, что старожилы Слизерина будут натаскивать своих новичков, чтобы те сразу учились играть грубо и грязно, — продолжал Оверклифф. — Но даже за год они не достигнут нужной сплочённости. Поэтому, в этом году у нас есть все шансы занять первое место в турнирной таблице.

━━━━━━━◌•◌━━━━━━━

Кастория старалась не забывать про учёбу из-за квиддичных тренировок. Несмотря на то, что их команда была явным фаворитом в этом году, Лиам не давал им расслабиться. Две тренировки в неделю, на которых он гонял их так, будто это у них почти полностью обновился состав, выматывали. Но радовало то, что отдельная тренировка для ловца ей уже была не нужна. Оверклифф освободил Касторию от неё, сказав, что девушке хватает общих тренировок с командой. Чего не сказать про Оливера. То ли Чарли его так гонял, то ли Вуд сам с этим справлялся, но девушке стало гораздо сложнее вклиниваться в его расписанный график. Вуд приходил на поле первый, а уходил последний; по его же словам пристально следил за успехами новичков. А если верить Перси, то в гостиной Гриффиндора, Оливер не отлипал от Чарли, расспрашивая того, чего ему не хватает для должности капитана («Вуд, лучше тебя с этой должностью никто не справится после меня», заверял его старший Уизли), видит ли текущий капитан сборной замену на позицию ловца и многое другое. — На месте Чарли я бы уже взорвался от этих однотипных вопросов про различия тактик, — буркнул Перси, дописывая предложение в своём эссе по нумерологии. — Это тебе они кажутся такими, — меланхолично заметила Кастория, перелистывая страницу учебника. — Квиддичное поле во время вашего матча со слизеринцами превращается в настоящее поле боя, поэтому тактика должна соответствовать. У капитана, придумывающего стратегию для команды, точно также бурлит мозговая активность как у тебя, пишущего эссе по нумерологии или древним рунам. — Так не лучше было бы направить эту мозговую активность на что-то более важное. Например, учёбу, — если бы Перси Уизли носил очки, то сейчас с умным видом непременно бы поправил их на носу. — А почему ты на первом курсе не брал дополнительные занятия по полётам? — Блэк прикусила нижнюю губу, надеясь, что рыжеволосый сможет решить эту логическую задачку самостоятельно. — Это здесь при чём? — Уизли чуть нахмурился. — Мне они никак не пригодятся в дальнейшей жизни. Спустя несколько минут, когда на Перси снизошло озарение, Кастория победно улыбнулась. — Все люди разные. Иногда полезно перестать судить по себе, — когтевранка, закончив со всеми заданиями, начала собирать свои вещи со стола. — Если твой брат и Оливер сейчас сделали упор на квиддиче, это не значит, что они не блещут интеллектом.

━━━━━━━◌•◌━━━━━━━

— Касси, ты не пожалеешь! Едва закончился последний урок в среду, Оливер схватил подругу за руку и помчался на выход из класса, заслужив строгий взгляд своего декана в спину. Блэк с Вудом неслись по коридорам школы как безумные. Когтевранка не имела ни единого представления о том, куда мог тащить её гриффиндорец, а кричать во всё горло ей не хотелось. Оставалось лишь молча повиноваться и успевать за ним, чтобы не распластаться на полу. Когда они оказались на первом этаже и сделали очередной поворот направо, Кастория поняла куда ведёт её Оливер и сделала безуспешную попытку вырвать свою руку из его крепкой хватки. — Знаю, ты не в восторге с профессора, но поверь, этот тебе понравится, — Оливера практически разрывало от нетерпения. Сильванус Кеттлберн занимал должность преподавателя по уходу за магическими существами на протяжении почти семидесяти лет и о нём уже ходили легенды среди студентов. За время работы в школе Сильванус «добился» не менее шестидесяти двух испытательных сроков во времена, когда пост директора занимал Армандо Диппет. Однажды в Большом зале по вине Кеттлберна пришлось тушить пожар: гигантский змей, предоставленный профессором для рождественской постановки пьесы «Фонтан феи Фортуны», на деле оказался заколдованной огневицей. Профессор явно недооценивал риск, связанный с уходом за опасными существами, о чём свидетельствовали оставшиеся целыми одна рука и половина ноги. Но студенты, выбравшие его факультатив, просто обожали этого старика. Кастория к таким не относилась, считая профессора Кеттлберна безрассудным человеком. Чего только стоило знакомство третьекурсников с саламандрами в том году, когда они только-только освоили замораживающее заклинание с Флитвиком. Оливер тогда получил ожог, а Блэк долго причитала о том, что саламандры это программа четвёртого курса. — И вообще, не понимаю, чего ты бесишься так! Не тебя же опалила саламандра, — Вуд постучал в класс и, услышав голос профессора, зашёл внутрь. — Ты забыл про мои опалённые волосы, когда ты решил меня познакомить со своей подопечной?! — воскликнула Блэк и тут же огляделась по сторонам в помещении. Экстравагантного профессора нигде не было видно, а за преподавательским столом сидела Граббли-Дёрг, иногда проводившая уроки по этому предмету. — Добрый день, профессор, — учтиво поздоровался Вуд. — Профессор Кеттлберн разрешил заходить к малышам, чтобы тренировать их. — Да, мистер Вуд, — женщина поспешила достать какой-то журнал из ящика стола. — Дата, фамилия и кличка существа, к которому пришли. Оливер послушно вписал всё необходимое, взял ключик от кладовой и кивком головы показал Кастории идти за ним. Когтевранке оставалось лишь надеяться, что за дверью не будет какого-нибудь огнедышащего дракона, окками или кого-нибудь похуже. К её облегчению в помещении не было ни одного намёка на столько опасных существ. Девушка огляделась вокруг, пытаясь найти виновника происходящего. Несмотря на возможность получить различные травмы, домашние задания по этой дисциплине казались Кастории весьма увлекательными. Профессор Кеттлберн задавал своим студентам следить за особью в течение семестра, делать заметки своих наблюдений. Со стороны действительно такой подход казался более результативным, чем штудирование учебников. Вспомнив случай с саламандрой и волосами, Блэк фыркнула своим мыслям. Уж лучше делать переводы объёмных текстов по древним рунам, чем случайно лишиться какой-нибудь из своих конечностей и обзавестись протезом как энтузиаст Кеттлберн. Из угла помещения, где была яма в полу донёсся какой-то шорох. — Кеттлберн специально так обустроил комнату для малышей, наколдовав им эту нору, — пояснил Вуд, присаживаясь на корточки. — Ну же, малышня, выползаем, — он несколько раз постучал пальцами по полу, и это привело к нужному результату. Сначала из отверстия в полу показались две мордочки взрослых особей, а затем, один за одним, выползло семь малышей. Мохнатые длинноносые чёрные зверьки с плоскими как лопаты передними лапами устремились к своим гостям. Малышня бежала, путаясь в своих лапках и врезаясь друг в друга. — Они такие...милые? — замялась Блэк, но присела рядом с Оливером. — Лучше застегни воротник рубашки, — посоветовал Вуд, не отрывая взгляд от зверьков. — Хоть они ещё и маленькие, но уже пытаются делать то, в чём их родители настоящие профи. Кастория, не задавая лишних вопросов, застегнула две верхние пуговицы так, что теперь не было видно цепочки и кулона на нём. Нюхлеры, а это были именно они, облепили ладони Вуда, но гриффиндорец выцепил лишь одного малыша из этой толпы и передал его подруге. — Это Сикли, я слежу именно за ней в этом семестре. А ещё я должен её натренировать для соревнований в день сдачи нашей письменной проектной работы. Профессор Кеттлберн обещал дополнительный балл к работе тому, чей нюхлер быстрее отыщет спрятанное под землёй лепреконское золото. — Видимо, у тебя появилась любимая дисциплина, — Блэк хохотнула, продолжая слушать восторженные речи друга про этих зверьков.

━━━━━━━◌•◌━━━━━━━

В середине недели, после сдвоенной травологии, Касторию догнала Одри и, смущенно поглядывая в спину уходящему с Вудом Перси, попросила когтевранку задержаться на пару слов. Блэк скрестила пальцы на правой руке, мысленно моля Кандиду, чтобы речь не пошла о бубонтюрах и их гное, потому что именно это растение четверокурсники начали изучать на сегодняшнем занятии. Всё оказалось куда проще: Ньюман пригласила её прогуляться в Хогсмиде в какой-нибудь из выходных, оставляя выбор за Касторией. Блэк с трудом сдержалась, чтобы не спросить про двойняшек Адамс, почему Одри предпочла провести время со старой подругой. Или их уже можно было называть знакомыми? Все оставшиеся дни до прогулки когтевранка старательно пыталась вспомнить, когда они последний раз гуляли с Одри вдвоём. Если память её не обманывала, то где-то в начале второго курса. — Я ведь всё ещё могу тебе доверять? — робко спросила Ньюман, открывая бутылочку сливочного пива. Воскресенье было прохладным, как раз для того, чтобы сидеть в чайной лавке и неспеша попивать горячие напитки, но Кастория считала «Чайный пакетик Розы Ли» исключительно их с Оливером местом, поэтому с Одри они пришли в паб «Три метлы». С Вудом как-то несколько раз они заглянули сюда на третьем курсе, но от шумных разговоров в наиболее популярном заведении Хогсмида у Кастории разболелась голова, поэтому ребята предпочитали обходить паб стороной. Сейчас большая часть столиков пустовала, поэтому девочки даже смогли выбрать местечко вдалеке от посторонних глаз и громкого смеха, которым выделялась компания старшекурсников со Слизерина, сидящая у окна. Ньюман заказала себе сливочное пиво и картофельные шарики, а Блэк пришлось довольствоваться содовой с мятным сиропом (чай здесь был безвкусный!) и двумя сэндвичами с индейкой, так как завтрак в школе она успешно проспала и была дико голодна. — А ты сама как думаешь? — не выдавая своих эмоций, ответила вопросом на вопрос Кастория. Пусть они уже давно не общались на личные темы; пусть Одри уже не ей в подробностях рассказывала, как провела лето и ещё множество таких «пусть». Но разве Блэк заслужила потерять из-за этого её доверие? Когтевранка никогда критиковала действия Ньюман, не обсуждала ни с кем тайны девочки (даже пустяковые). Поэтому этот вопрос оскорбил Касторию, но она приложила максимум усилий, чтобы не выдать себя. — Ну, вдруг между нами что-то изменилось... — Одри запнулась, моментально поняв, что сморозила глупость. Конечно же изменилось. И Одри сама была инициатором. На втором курсе, когда Оливер и Кастория поступили в квиддичные команды своих факультетов, они стали меньше времени уделять Перси и Ньюман, а в каждую встречу минут по десять обсуждали прошедшие или текущие матчи, не замечая, что друзьям это неинтересно. Точнее, именно Одри это жутко не нравилось, а Уизли мог спокойно абстрагироваться во время такого разговора. Ньюман не хотела вникать в их хобби. Иногда, в те моменты, когда Блэк задавала ей уточняющие вопросы по травологии, мечтая поскорее разобраться с пройденным материалом, Одри винила себя в этом. Кастория с неподдельным интересом общалась с ней про дисциплину, в которой особо ничего не смыслила, а сама Ньюман не могла задать ни одного вопроса про квиддич. Однако, пуффендуйка быстро убедила себя, что это разное: травология это обязательная учёба, а квиддич всего лишь увлечение, которое у всех разное. С двойняшками Адамс всё было гораздо проще. С ними можно было обсудить отличия магловских школ и Хогвартса, вспомнить летний поход в парк аттракционов, восхищаться красавчиком Патриком Суэйзи в фильме «Привидение» и помечтать о концерте группы Blur. Общаясь с гриффиндорками, Одри вспоминала, что она не только волшебница, но и обычный человек, которому комфортно в каждом из миров Британии. Были и минусы в этой дружбе. Амелия и Амалия оказались теми ещё сплетницами, которые без зазрения совести обсуждали все новости замка. Если бы это были нейтральные разговоры, то Одри даже не обращала бы на это внимания, но девочки не скупились на негатив. Адамс без труда находили в каждом человеке изъян, будь то студент или преподаватель. Робкого профессора Квиррела, что вёл у них магловедение, девочки раз за разом заваливали уточняющими вопросами про их родной мир до тех пор, пока не выдержал Вуд и не объяснил им, что дисциплина изучает поведение и быт маглов с точки зрения волшебников, а не даёт достоверные знания про мир немагов. Внешность Северуса Снейпа не раз подвергалась критики с их стороны, сёстры даже хотели сделать ему анонимный подарок набора магловских средств по уходу за волосами. Мальчиков пуффендуйцев, которые учились с ними на одном курсе, они считали простаками за то, что те говорили то, что думают. По поводу слизеринцев Одри сходилась с ними во мнении. Пенелопа Кристал казалась им классной, но дружить с ней гриффиндорки не спешили. Роберт Хиллиард получил прозвище нелепый, а Кастория с этого года стала для них выскочкой. — Я не буду тебя ни в чём уверять, Одри, — когтевранка расправилась с первым сэндвичем и запила его содовой. — Но позволю себе заметить, что это ты пригласила меня на прогулку, значит, ты всё ещё считаешь нас подругами. Моё мнение никак не менялось. — Хотела убедиться, что ты на меня не обижена, — на её щеках выступил лёгкий румянец. — Одри, нам ведь не по шесть лет, — заявила Кастория, закатывая глаза. — Я отношу себя к понимающим людям и знаю, что человек с возрастом может менять не только интересы, но и круг общения. — Ты слишком мудрая для нашего возраста, — буркнула Ньюман. — На меня так факультет действует, — отшутилась Блэк и мягко улыбнулась. — Ну, что там у тебя? Пуффендуйка долгое время не могла признать, что ей нравится однокурсник. Говорить о каких-то глубоких романтических чувствах было рано, но он однозначно был ей симпатичен, не взирая на все его... причуды. Делиться настолько сокровенным с двойняшками Адамас не хотелось. Во-первых, велик риск, что эта тайна за считанные дни станет достоянием Хогвартса. А во-вторых, они бы точно подняли на смех её признание, потому что прозвище Перси Уизли было занудливый чудак. — Мне кое-кто нравится, — начала Одри, но из-за удивлённого взгляда Кастории сразу остановилась. — Думаю, я тут не лучший советчик. У девочек явно больше компетенции в этом вопросе, — Блэк протёрла уголок губ салфеткой, сложила её в несколько раз и положила под тарелку. — Или это кто-то с моего факультета и вас нужно познакомить? — Нет-нет-нет, — громче нужного затараторила Одри, привлекая к ним лишнее внимание. — Он с нашего курса, мы знакомы. — Молю, не заставляй меня гадать, — Кастория сложила руки в соответствующем жесте и потрясла ими несколько раз. — Или объект твоих симпатий остался прежним? Ответом послужило красное смущённое лицо Ньюман. — Я же никогда тебе не говорила! — едва слышно пролепетала пуффендуйка, оглядываясь по сторонам. — Но смотреть и делать свои выводы ты мне не запрещала, — черноволосая невозмутимо пожала плечами. — Это так заметно? — Одри с ужасом ахнула и приложила руки к щекам. — Что мне теперь делать... — Я не была уверена, но подозрения были. С Оливером я ими не делилась, — отметила Блэк. — На счёт остальных не знаю, но Перси... — Тише ты! — шикнула на неё русоволосая. — Явно не в курсе, — всё-таки закончила Кастория, и за их столиком повисла тишина. Давая подруге собраться с мыслями, Блэк принялась разглядывать свои ногти, отмечая про себя, что пора бы их укоротить и обновить бесцветных лак, защищающий ногтевую пластину от поломки. Одри же уныло накалывала очередной картофельный шарик и отправляла его в рот. Пуффендуйка знала, что доверять сплетням Амелии и Амалии неразумно, но не смогла сдержать любопытство и спросила: — Вы вот с Вудом ведь нравитесь друг другу. Разве вы ещё не признались... — Стоп-стоп, — Кастория нервно замахала руками. — Мы с Оливером просто друзья. Ладно, лучшие друзья, но не более. Амелия Адамс в этом сомневалась, а сестра её всячески поддерживала. Несмотря на то, что Одри интересовал Перси, она не могла отрицать, что Вуд с каждым годом становился краше. За лето он заметно прибавлял в росте, а результаты постоянных тренировок уже проглядывали через облегающие водолазки, которые он носил по выходным. Спорить было бессмысленно — Оливер Вуд становился настоящим красавчиком-спортсменом из типичного магловского сериала про старшекурсников. Это не скрылось и от Амелии, которая почти каждый вечер щебетала о прекрасном Вуде и недоразумении по фамилии Блэк. — ...поэтому, не знаю, откуда у тебя в голове такие мысли. Тем более, не понимаю, как я смогу тебе помочь, — голос Кастории вывел её из размышлений. — Просто вы вечно вдвоём и, — Одри запнулась, стушевавшись под тяжёлым взглядом когтевранки. — Поняла-поняла, просто дружите. А мы с Перси практически перестали общаться. — Перси сейчас трудно вырвать из библиотеки, но я могу что-нибудь придумать, чтобы мы снова начали проводить время вчетвером. У тебя будет возможность напомнить ему о себе, — объявила Кастория, с трудом представляя себя, чем можно выманить Уизли из любимого помещения в замке. — Правда? — Мерлин свидетель, что у Одри даже выступили слёзы радости на глазах. — Сделаю всё, что в моих силах, — кивнула когтевранка.

━━━━━━━◌•◌━━━━━━━

После первого матча в сезоне, Кастория поняла, как сильно заблуждался Лиам по поводу обновлённой слизеринской сборной. Их охотники с двух сторон зажимали новых девочек в команде Гриффиндора, не давая тем выполнить качественную передачу квоффла; их загонщики слаженно отбивали бладжеры через всё поле, не давая близнецам Уизли проявить себя во всей красе и показать, чему те научились за два месяца тренировок. На десятой минуте матча, когда болельщикам стало ясно, что новый ловец в зелёной мантии не только выглядит потерянным, но и является таковым, капитан команды одолжил биту у Пьюси и по очереди отбил два бладжера в гриффиндорских игроков. Чарли вовремя успел увернуться и показал тому средний палец; Оливеру же не повезло. Вуд отбивал квоффл, брошенный Флинтом, и сразу после удачной защиты колец прямо в плечо ему врезался бладжер, сбив с метлы вниз. Касторию мало заботило то, что слизеринцы один за одним забивали квоффлы в пустые гриффиндорские кольца. Когтевранка вся извилась, сидя на трибунах и не сводя глаз с бессознательного Вуда, распластавшегося по земле. Когда Уизли поймал снитч и комментатор объявил о победе Гриффиндора с преимуществом в двадцать очков, Блэк подскочила со своего места и, расталкивая толпу, побежала вниз. К моменту, когда она добежала до Оливера, его уже положили на левитирующие носилки. Мадам Трюк повысила голос, чтобы пыхтящие от злости гриффиндорцы разошлись, освободив ей дорогу с поля, в больничное крыло. — Мы будем навещать его каждый день, — донёсся до ушей Кастории приторный голос одной из сестёр Адамс, который заставил её поморщиться. Когтевранка мельком обернулась и увидела, как одна утешает вторую. — Начнём прямо сейчас! В палате Оливера было не протолкнуться. Его больничную кровать облепила вся гриффиндорская команда, в ногах по краям уселись Амелия и Амалия, а троица в лице Перси, Одри и Кастории скромно сидела на соседней койке. Блэк нервно заламывала пальцы и кусала губы. — Когда ты говорила, что мы будем проводить время вчетвером, то я не думала, что ты провернёшь такое, — глупо пошутила Ньюман ей на ухо, чтобы Уизли ничего не услышал. В обычное время Блэк выдала бы что-нибудь аналогичное, но сейчас её начало потряхивать от переживаний за друга. — Очнулся! — хором завопили близнецы, оглушая всех присутствующих. — Как ты себя чувствуешь? — спросила то ли Анджелина, то ли Алисия. — Тебе что-нибудь нужно? — заботливо поинтересовалась Амелия, поглаживая его голень через одеяло, отчего Кастория аж вздрогнула. — Ему нужно знать, что мы победили этих гадюк, — усмехнулся Чарли, действительно сообщая то, что Вуд хотел услышать. Заметив, что вратарь его команды хочет что-то сказать, Уизли старший подал всем знак замолчать, приложив указательный палец к губам. — Здесь есть Кастория? — с трудом спросил Оливер севшим голосом. Ньюман быстро подтолкнула подругу в спину, заодно приводя её в чувство. На ватных ногах Блэк подошла к толпе, а Чарли помог ей протиснуться к пострадавшему. Кастория аккуратно присела на кровать в районе его плеч и двумя руками сжала протянутую ладонь Оливера. Гриффиндорец был болезненно бледным, но при посторонних Блэк не стала никак шутить на этот счёт. Вуд свободной рукой показал ей, что хочет и девушка наклонилась ухом к его губам. — Пока я буду здесь, присмотри за Сикли; со дня на день она должна... Оливер провалился в сон, а когтевранка выразительно выругалась в своей голове. В её планы никак не входило изучение нюхлеров, но теперь придётся полистать учебник четвёртого курса по уходу за магическими существами, чтобы узнать, что со дня на день должно произойти с Сикли и зафиксировать это в записях Вуда. Через два дня шёрстка малышей нюхлеров поменяла свой цвет, и теперь их можно было различать и без помощи разноцветных. На спине у Сикли появилась длинная горизонтальная полоска тёмно-коричневого цвета. Кастория ответственно подошла к этому событию. Одолжила колдокамеру у школьного фотографа (и подумала о том, что пора бы приобрести свою собственную), отложила конспектирование главы по истории магии на выходные и, захватив с собой Одри, пришла к семейству зверьков, чтобы сделать кучу колдографий. Рассматривая одну за одной, Вуд счастливо улыбался и неустанно благодарил подругу за помощь. Оливера продержали в больничном крыле почти неделю, каждый день которой Кастория сталкивалась с двойняшками Адамс, когда приходила навестить друга. Девочки при виде неё начинали перешёптываться и ехидно посмеиваться. Вуд неловко оправдывался, что не просит их приходить, на что Блэк хмурилась и качала головой, не понимая, к чему он это говорит. — Поздравляю с победой, — гриффиндорец попрощался с мадам Помфри после финальной проверки его состояния и последовал за Касторией в коридор. — Я ведь не играла, — отмахнулась девушка. — И вообще, анализируя матч, никак не могу определиться: мы сдали позиции или пуффендуйцы незаметно для всех выросли на голову. — Судя по счёту, они улучшили своё нападение? — Да. Лиам разочаровался в себе от количества пропущенных. — Эх, теперь мне ещё печальнее, что я не увидел новый стиль пуффендуйцев, отлёживаясь в лазарете. — Уверена, что Чарли опишет тебе этот матч во всех красках.