Глава 24

      Ажиотаж был на следующий день, церемония вручения дипломов проходила этим вечером.       Количество белых бейджей с именами составляло менее четверти населения. В основном это были те, кто решил сменить должность или был слишком молод, чтобы по-настоящему окончить школу.       Чтобы получить высшее образование, вам должно было быть 16 лет или больше, те, кто моложе, считались недостаточно взрослыми, чтобы быть готовыми к такой ответственности. Руководителям групп разрешалось вручать им маленькую звездочку, чтобы показать, что они отлично справляются.       Мы улюлюкали, подбадривали и кричали в поддержку тех, кто поднимался наверх. Церемония показалась слишком короткой, поскольку многие уже закончили школу. Как только она закончилась, мы начали расходиться. Я направилась к беговой дорожке, медленно пробегая по ней трусцой. Через несколько кругов ко мне присоединился Мэтью.       Я поприветствовала его: — Понравилось на церемонии? — Конечно, ты все свободное время старалась не проказничать? — Трудно попасть в беду, когда тебя преследуют медсестры…       Казалось, ему показалось довольно забавным, что они преследовали меня. У него было больше информации: — Я слышал, что скоро будут новые зимние сессии. Командир базы и все командиры проведут завтра продолжительное совещание в кабинете тренера, чтобы обсудить различные тренировки и подумать о новых, которые нам нужно добавить. А также о том, как согреть людей и не дать им слишком запереться, когда выпадет снег.       Он отпил воды и продолжил: — Повара хотят, чтобы мы собрали побольше этих твердых яблок из дальнего сада, так как они лучше сохранятся зимой. Каковы шансы, что медсестры выпишут тебя послезавтра?       Я бежала трусцой рядом с ним: — Судя по тому, что я слышала, завтра у меня последний свободный день в расписании. Завтра после обеда я иду на обследование. — Как ты думаешь, твои мышцы будут готовы залезть на яблони и стряхнуть яблоки для нас?       Я ухмыльнулась ему. Я знала, что речь шла не о яблоках, но это была отличная история для прикрытия. — Я уже чувствую себя довольно хорошо, сегодня я даже не окоченела. У меня не должно возникнуть проблем с лазанием по всем этим деревьям. — Также известный как. Я была готова красться по крышам или коридорам с плакатом… — Отлично. Лодыжка Тиффани заживает, но она еще несколько дней не сможет ходить, так что лазание для нее исключено, и удачи тебе в том, чтобы затащить Тома на дерево без приближающегося зомби.       Я рассмеялась: — Знаешь, я, возможно, даже смогу провести одного, если это поможет его навыкам скалолазания.       Мы оба рассмеялись, продолжая бегать трусцой по дорожке. Немного погодя к нам присоединились еще несколько человек из нашей группы, болтая о событиях дня.       Еще через несколько кругов Мэтью направился к бассейну. Я продолжила пробежку с парой других, пытаясь наверстать упущенное.

***

      Через некоторое время я побрела в кабинет главного тренера. Как я и подозревала, он уже был на работе, пытаясь организовать все дела. Он заметил меня, когда я топталась в дверях: — Привет, Диана, чем могу тебе помочь? — Привет, Джош, я просто хотела сказать, что сегодняшняя зимняя тренировка была довольно интересной. Ты случайно не знаешь, когда будут доступны другие?       Он улыбнулся мне: — Рад слышать, что тебе понравилось. На самом деле, так случилось, что завтра утром у меня встреча, которая продлится с 9 утра до обеда, как раз по этому вопросу. Приходи после обеда, а еще лучше вечером, и я смогу предоставить тебе список всех сессий, чтобы поделиться им с вашей группой и друзьями.       Я улыбнулась в ответ: — Спасибо! Не возражаешь, если я зайду завтра в это же время еще раз? — Конечно, я оставлю несколько экземпляров на стойке. Просто возьми один.       Я помахала рукой и направилась к двери: — Спасибо! Хорошего вечера! — Тебе тоже.       Похоже, у меня были планы на завтра. Я бы подождала до 10 утра, так как большинство людей к тому времени были бы заняты на работе. Чем меньше свидетелей, тем лучше.

***

      В ту ночь я проверила доступ в кабинет командира базы. Это было непросто даже для меня. Моя комната находилась на другой стороне здания, где секция кровли нависала над каждым из этажей, так что я могла достаточно легко выйти на крышу.       Его офис выходил окнами на бассейн и главные въездные ворота. Это была плоская стена, которая поднималась на все три этажа, а главная крыша довольно сильно нависала над всем фасадом. Было несколько балконов, разделенных промежутками в 3 метра. Крыша нависала слишком высоко, чтобы я могла попытаться спуститься по веревке сверху. Взобраться по гладким оштукатуренным стенам было невозможно.       Из моей встречи с ним я знала, что в его кабинете был не один, а два замка. Недавно я узнала, что ключи были только у него. Мне не повезло найти никого, кто мог бы вскрыть замок и обладал хорошим чувством юмора.       Я начала подозревать, что Мэтью так легко согласился, потому что думал, что я никогда не смогу с этим справиться. Он, вероятно, решил, что я попыталась бы сама вскрыть замок и через некоторое время сдалась. Я могла видеть один возможный маршрут. Хотя, если бы меня поймали, я бы весь следующий год драила туалеты.       Большинство комнат в этом зале принадлежали командирам, и их двери всегда были заперты. За исключением одной в конце, которая недавно освободилась для ремонта из-за повреждения водой. Балконы были около 2,5 метров в длину и имели перила высотой по локоть. Каждый балкон находился примерно в 3 метрах от следующего. Теоретически было возможно встать на балкон и прыгнуть. На самом деле, трехметровый прыжок в длину, стоя с высоты трех этажей над землей, держа в руках большой плакат, был самоубийством. Возможно, да, но у меня были другие мысли.       Верхушки перил были шириной примерно с мою ладонь, я могла пробежать вдоль передней секции и легко перепрыгнуть, используя инерцию. Даже неся рамку для плаката больше, чем я сама. Между тем, до которого я могла добраться, и тем, к которому я стремилась, было шесть балконов.       Я надеялась, что, если вдруг поскользнусь, то упаду на один из балконов. Хотя я и не думала, что это произойдёт, ведь я много раз практиковалась в прыжках с более узких досок во время пробежек за пределами ограждения. Моё чувство равновесия и координация были гораздо лучше, чем всего несколько недель назад.       Я надеялась, что меня не увидят при дневном свете. Его кабинет был соединен с его спальней. Именно поэтому я не могла сделать это ночью, чтобы никто ничего не узнал. В десять утра все должны быть заняты, а было слишком прохладно, чтобы так рано ходить в бассейн.       Я смастерила ремешок, чтобы носить рамку с плакатом как рюкзак. Я открепила плакат и свернула его, чтобы его было легче переносить. Плакат я повесила в бельевом шкафу всего в нескольких дверях от пустой комнаты. Мне не хотелось бы таскать его по коридорам на такое расстояние в течение дня. Там же я хранила одну из тех настенных вешалок для одежды.       Если бы я забила гвоздь с помощью молотка, в стене образовалась бы дыра, и было бы слишком шумно.       Я прокралась обратно в свою комнату, чтобы дождаться утра. Я не могла снова заснуть, так как была слишком возбуждена и нервозна.

***

      Завтрак, казалось, длился целую вечность. Я внимательно следила за людьми, пока бегала с 8 до 9. В главном дворе с бассейном все это время не было никакой активности. Вскоре после 9 я бродила по коридору. Я видела, как они уходили, поэтому знала, что комнаты на этом этаже пусты.       Я проверила ручку его двери, просто на всякий случай, что она была не заперта. Не повезло.       Я проверила все ручки, пока не добралась до свободной комнаты. Все они были заперты, за исключением свободной. Я быстро подобрала плакат и рамку и отнесла их внутрь. Я прикрепила обе части к ремню для переноски и убедилась, что он надежно закреплен. Это было похоже на переноску куска деревянной решетки, только легче. Неловкость — это одно слово. И я собиралась балансировать на перилах и прыгнуть на три метра. Несколько раз.       Я подошла к окну и долго осматривалась. Никого не было видно. В основном спальни выходили окнами в эту сторону, и все были заняты тем, что делали, чтобы поддерживать порядок в этом месте. Я вышла на балкон, ветерка не было. Это было хорошо, это было единственное, о чем я беспокоилась. Один сильный порыв ветра мог привести к опасному сценарию. Я бы не смогла сделать это, не свернув плакат — слишком сильное сопротивление ветра.       Я взялась руками за перила и осторожно подпрыгнула. Потом повернулась лицом к тому пути, которым собиралась идти. Сделав несколько быстрых шагов, я прыгнула. Приземлилась на середине следующего балкона. Оказалось, это было легче, чем я думала.       Я повторила процесс, глядя вниз на тех, кто мог меня увидеть. Наконец, последний прыжок. Оценив его, я побежала, подпрыгнула и приземлилась. Всё отлично.       Лучше бы он не запирал балконную дверь…       Нет, она была не заперта. Не было никакой причины запирать ее, никто не должен был попасть на его балкон.       Я быстро вошла внутрь, насторожив слух, прислушиваясь даже к легкому постороннему шуму. Мне пришлось действовать быстро, на случай, если ему придется вернуться за бумагами. Я быстро прикрепила плакат обратно к раме. Я огляделась. Куда его повесить…?       Я ухмыльнулась, отлично. Правда, потребовалось бы немного поработать, чтобы поднять его так высоко…       В комнатах на третьем этаже были очень высокие потолки, примерно в три раза выше, чем обычно. Прямо над его дверью было большое пустое место.       В итоге я придвинула приставной столик к двери. На него я поставила большой стул, а на последний – лёгкий. Я быстро забралась на это неустойчивое сооружение и на пять секунд прижала липкий держатель для фотографий к стене. Затем я повесила плакат и убедилась, что он ровно висит. Мне не нравится, когда картинки висят неровно, это меня раздражает. Я быстро расставила мебель на прежние места. Теперь мне нужно было уходить. Я должна была вернуться тем же путём, каким пришла. Быстрый взгляд наружу показал, что всё по-прежнему тихо.       Я осторожно закрыла за собой двери и быстро направилась обратно. Все прошло намного быстрее, так как мне не пришлось компенсировать рамку для плаката. Я приложила ухо к двери, тишина. В холле по-прежнему никого не было. Я быстро вышла и спустилась по лестнице. С того момента, как я вошла в пустую комнату, до того, как я снова ее покинула, у меня ушло всего десять минут.       Я пошла в зал для тренировок, чтобы быть видимой для присутствующих на случай, если кто-то начнет искать людей, которые явно отсутствовали. После нескольких часов, проведенных за тренировками в этом зале, настало время обеда. За обедом я встретилась с Крис и некоторыми другими. Моя группа отправилась на поиски пищи и вернется только ближе к вечеру.       После обеда я отправилась в сестринское отделение для осмотра. Кэрри объявила, что я годна к службе, и, посоветовав мне стараться быть в безопасности, отправила меня восвояси. Сказать, что я была рада, что она не видела, как я бегала по верхушкам перил и прыгала вокруг, находясь на высоте трех этажей, было бы преуменьшением.       На самом деле, у меня все еще не было по-настоящему надежного алиби, если бы кто-нибудь спросил, как я попала в офис… Хммм… Упс…?