4 Потайной вход

Андреа очнулась от давящей боли в груди. Высвободив воду из легких, она глотнула воздух. Он был невероятно сладким и таким желанным. Кашель вырывался накатывающими волнами. Болело все – голова, глаза, горло, легкие… Послышался звук костра. Костра? Андреа открыла глаза. Совершенно точно она была не на корабле. Скорее это смахивало на пещеру, но разглядеть толком не удалось. Над ней навис Арес. Его губы шевелились, но звук не доходил. Андреа снова отключилась. Когда она очнулась во второй раз, волшебный костер догорал. Андреа нашла в себе силы сесть. Пещера была небольшая, на выступе скалы сушилась одежда. Арес спал, повернувшись к костру спиной. Грудь его медленно поднималась и опускалась. Мышцы подрагивали от беспокойного сна. Вид полуобнаженного мужчины, спящего на голой земле, обеспокоил. Андреа потрогала его руку – теплый. Арес что-то простонал. Паника охватила Андреа, что, если он выбился из сил и теперь его жизнь в ее руках? Она такой ответственности не предвидела. Он снова простонал. - Что? – она наклонилась поближе. Арес вздрогнул от прикосновения ее волос, посмотрел на Андреа испуганным взглядом и сказал: - Почему ты здесь? Андреа пыталась подобрать слова. «Я шпионила за тобой, чтобы помешать твоим планам?» Звучит грубо. А он сейчас совершенно беззащитный. - Я… - Не понимаю, сколько можно держаться за свою человеческую жизнь? - Не поняла? - Эта девчонка, Джулия, она тебе кто? - Какая Джулия? - Ну та блондинка, вы разговаривали только что. - Арес? - Сколько жизней ты прожила? Сто? Двести? Ты помнишь только одну из них, а что, если предыдущие были более значимы? Что если ты была врачом, или президентом, или судьей? Ты этого не помнишь и не переживаешь из-за событий тех жизней, так почему ты переживаешь за последнюю? Андреа растолкала его, но он не проснулся, продолжив говорить во сне. Арес подложил ее руку под свою щеку, она нащупала грубый шрам на мягкой коже. - У Джулии нет мозгов, не стоило тебе лезть. Андреа вспомнила их первую встречу с Аресом. Его хлопки и надменный вид. Черное пальто, высокомерный тон. Если он считает, что влезать в жизнь Джулии было ошибкой, почему тогда помог в этом? - Ты всегда была такой, вмешивалась во все, что тебя не касается. Андреа вырвала руку, и Арес резко подскочил. Глаза его забегали из стороны в сторону, сознание постепенно возвращалось. - Что такое? - Меньше во сне гадостей надо говорить. Андреа направилась в сторону одежды и с облегчением обнаружила, что та уже высохла. Она кинула тогу Аресу и попала прямо в лицо. - Где мой лук? - На дне. Сердце Андреа пропустило удар. - Как на дне… - Ну извини, что не успел еще и лук твой подобрать! Мало того, что тебя вообще здесь быть не должно, так еще и спасать приходится! - А никто не просил меня спасать! - В следующий раз оставлю тонуть. Как же захотелось придушить этого самодовольного, надменного, эгоистичного… Андреа бурчала оскорбления себе под нос, разбираясь с туникой. Злость, вспыхнувшая в ней как спичка, излилась наружу и костер, который был обречен потухнуть, загорелся с удвоенной силой. Свет озарил пещеру, и Андреа с ужасом осознала, что они оказалась в воздушном кармане. - Как отсюда выбираться? – от испуга, голос Андреа сорвался на шепот. - Никак, - Арес отряхнул немного влажную одежду и кинул на Андреа злобный взгляд. – Корабль должен был достигнуть заданных координат, там водоворот, который засосал бы его под воду. Смертный такое приключение бы не пережил, поэтому в Атлантиду может попасть только бог. Вход в Атлантику должны караулить тритоны. Дальше план рассказывать не стану. А теперь мы оказались черт знает где. И вообще, откуда ты здесь взялась!? - Если бы не я, сирены сейчас обгладывали бы твои косточки, умник. Арес в два шага оказался перед Андреа, схватил ее за волосы и прижал грудью к скале. - Поумерь свой пыл, милая. - Хочешь ты того или нет, мы теперь в одной лодке. Это была правда. Взяв эмоции под контроль, они стали осматривать пещеру. Нырять в озерцо, чтобы выплыть на поверхность, было безумием. Где-то неподалеку обитают сирены, и вряд ли они просто так спустят с рук случившееся. Стены были прочные и голые, казалось, два могущественных бога закатаны в банку. - Что это? – спросила Андреа. Она нащупала ногой рельеф на земле, стряхнула с него пыль. - Буквы. Они расчистили надпись, которая оказалась записана по кругу, а круг этот был похож на люк. Надежда затаилась в сердцах обоих. - Что за язык? – спросила Андреа. - Древнегреческий. Но не тот, который ты знаешь, а совсем древний. Я не все могу здесь разобрать. Надпись гласила: «Ἐγὼ μέλας τέκνον φωτὸς δεσπότου εἰμί. Ἐγὼ ἄπτερος ὄρνις, πετῶν πρὸς τὸν οὐρανὸν ἐκ τῆς γῆς. Πᾶν ὀφθαλμὸς ὁ ἐμοὶ ἐντυγχάνων κλαίει, ἀλλ’ οὐκ ἐξ ἀλγηδόνος. Ἐγὼ ἀφανίζομαι ἐν τῇ γενέσει μου». - Ну все, нам конец, - вынесла вердикт Андреа. - Спокойно. Сейчас. - Ты не хочешь вернуть мне все воспоминания, а не только те, от которых мороз по коже? Может быть, тогда от меня было бы больше пользы. - Я вернул все. - Почему тогда я ничего не могу вспомнить? - Ты просто не хочешь. Смех Андреа отразился эхом в пещере. - Я не хочу!? Кончено, я хочу, это ты играешь тут в дурацкие игры! – она пихнула Ареса в плечо. Тот, разозлившись, повернулся к ней и ядовито прошипел: - Я все тебе вернул. Я коснулся тебя, и заклятие забвения пало! То, что ты зациклилась на человеческой жизни, не дает им в полной мере раскрыться! Они жили в тебе тысячелетиями, а ты их не замечала! Вот и сейчас не замечаешь, хотя стоит только подумать свой головой! А еще лучше, если бы ты помолчала хотя бы пять минут! Я почти разобрал что здесь написано. Андреа задумалась над его словами. Столько лет ее воспоминания были в забвении, но они никуда не делись. Все это время они просто прятались, и теперь, когда дверь открыта, разве они осмелятся выйти самостоятельно? Андреа до сих пор воспринимает себя как человека, который оказался богом, а не как бога, заточенного в теле человека! Да, у нее отняли воспоминания, но она Артемида и всегда ею была. Она взглянула на надпись и с ужасом поняла, что может прочитать ее. Не все слова сразу ложатся гладко в сознание, но вот некоторые – я, черный, повелитель света, птица, глаз, не от боли, исчезать… - Я черный сын повелителя света… - прошептал Арес. - Дальше что-то про птицу. Все, кто видит меня, плачут, но не от боли… - Я исчезаю при своем рождении, - закончила Андреа. - Загадка? Серьезно? - Ты думаешь это вход в Атлантиду? - Не знаю. Они обдумывали загадку, разбирали ее на кусочки, переворачивали фразы, подбирали метафоры. Тем временем костер снова стал угасать. Кислорода становилось все меньше, стало душно и жарко. - Может быть, ответ заключен в птице? Черная птица родилась из белого яйца – «я черный сын повелителя света». Повелитель света – это белый цвет. Нет? - Нет, - Арес сочувственно посмотрел на Андреа. - Подожди, почему тот, кто видит, плачет? При чем, тут сказано «не от боли». От чего можно плакать? - От грусти. Тут еще вопрос о какой боли речь? О физической или душевной? - Я исчезаю при своем рождении… Может, феникс? Они сгорают. - Сгорают и возрождаются из пепла, это совсем наоборот. - Кто исчезает при рождении? - Я думаю, надо подойти буквально. Повелитель света – это кто? Андреа задумалась, смотря как трещит древесина на костре, отпрыгивая потухающими угольками. - Огонь? Огонь дает свет. Еще солнце. - Если солнце, то это объясняет почему кто-то плачет – оно слепит. - Сын солнца - это луч, - предположила Андреа. - Луч не может исчезать при рождении. - Тогда это не солнце. Огонь? Кто сын огня. Погоди, тут сказано черный сын. Это дым? - От дыма режет глаза. - И еще он летает, это можно привязать к птице. - Только я не понимаю, как он может исчезать при рождении. - Может быть, он развеивается. Смотри, - Андреа указала на костер. Черный дым поднимался вверх и исчезал, растворяясь в воздухе. Арес отошел сам и отодвинул Андреа подальше от надписи. Затем вдохнул остатки кислорода и выпустил из пальцев слабый клубок огня. Он ударился о землю и тут же потух черной дымкой. Земля затряслась, поднимая слой пыли и грязи. Круг повернулся с противным скрежетом, затем люк опустился. Андреа заглянула вниз – темнота. - Ты оказалась права. Это дым, - улыбнулся Арес. - Мы должны спрыгнуть? - Видимо. Арес без страха сначала сел в люк, свесив ноги, а потом резво прыгнул. Падение было недолгим, Андреа быстро услышала звук приземления. - Тут не высоко, прыгай, - раздалось из люка. Андреа посмотрела в темный люк и неуверенно села. Ей было стыдно показывать слабость, но и так просто прыгнуть в никуда – страшно. - Я ловлю. - Что? - Прыгай, я поймаю. - Ну нет! Отойди! - Хорошо, отошел. Андреа собралась с силами и аккуратно соскользнула вниз. От порыва ветра перехватило дыхание. Хотя она понимала, что расстояние было небольшое, свое падение она чувствовала гораздо дольше, нежели Ареса. Все хотелось крикнуть: «Да где же эта земля!?», но в реальности она бы не успела даже открыть рот. Андреа ожидала почувствовать твердую землю под ногами, но Арес перехватил ее, когда она еще не долетела до конца. Он обнял ее двумя руками за спину, так что Андреа едва достала мысками до земли. - Пусти! - Как ты победила Кроноса, если боишься пролететь три метра? - Я смотрела ему в глаза при свете! Арес рассмеялся, мышцы его завибрировали, и Андреа, вплотную прижатая к груди, затряслась. Перед ними оказался беспросветный тоннель, хоть глаз выколи. Они решили держаться за руки и передвигаться по стенке, чтобы не заблудиться и не потерять друг друга. Андреа слышала учащенное дыхание Ареса в полной тишине, а сама думала, какие тайны хранит в себе темнота. - Ненавижу темноту, - прошептала Андреа. - Почему? - Не знаю, что она за собой скрывает. - Неизвестное всегда пугает людей. Они не знают, чего ждать, потому боятся. Отпусти это. Тогда, может, и воспоминания вернутся? Они прошли несколько поворотов, и наконец показался свет. Чем ближе они подходили, тем свежее становилось в тоннеле, различалось журчание воды, и даже щебет птиц. А, может быть, это было иллюзией, Андреа так хотела вернуться домой, что могла вообразить себе невесть что. Наконец они вышли на открытую местность и не поверили своим глазам. Прямо перед ними распростерся невероятной красоты вид. Огромный бушующий водопад скидывал воду с огромной скоростью, а внизу она взбивалась в белую пышную пену. По краям от водопада раскинулись зеленые деревья, а на полянке, на которую они вышли невообразимое количество разноцветных цветов. Дома, расположенные полукругом, ниспускались от сердца Атлантиды, представляющего собой высокий сверкающий дворец. Это был рай. Настоящий рай.