10 Предсказание мойр

Какое-то время спустя, когда Артемида пришла в себя после тяжелого приключения, она вспоминала об Атлантиде как о кошмарном сне. Все, что с ней произошло, что она сказала, что сделала – казалось нереальным. Искупаться в реке Стикс было самым сложным испытанием. Даже для бессмертных она представляла опасность, и, если бы ни Аида, Артемиде и Аресу пришел бы конец. Пока шло восстановление, Артемида бредила, как в лихорадке. Ей все казалось, что Арес погиб из-за нее. Или, что он узнал о ее чувствах и принял их с отвращением. Поэтому, когда ей стало легче, Артемида не вылезла из постели, сгорая от стыда. Даже когда силы окончательно вернулись, она осталась у Эдриана. Выходила из комнаты только ночью, ни с кем не пересекалась. Она не хотела возвращаться к привычной жизни. Не хотела снова участвовать в войне. План побега выстраивался сам собой и, со временем, она была готова привести его в действие. Природа давно хочет вступить в свои права. Артемида отправится в лес, глубоко-глубоко, где не ступала нога человека или бога. Построит себе домик у озера, будет охотиться и исполнять свои божественные обязанности, но на Олимп не вернется. Может быть, иногда ее будут навещать друзья, но все, чего сейчас хочется – спокойствия и душевного равновесия. Хотя бы пару сотен лет. Воспоминания возвращались к ней быстрее, чем ближе она прикасалась к своей божественной сущности. Человеческая жизнь отошла на второй план. Сейчас Артемида полностью была уверена в себе и своем предназначении. Прощаться не хотелось – друзья так просто бы не отпустили ее. Она провела у Эдриана несколько месяцев, и злоупотреблять гостеприимством не собиралась. Ночью, когда послышалось его размеренное дыхание, она собрала вещи, и пустилась в путь. Не успела Артемида покинуть собственную комнату, как в полной темноте чьи-то сильные руки прижали ее к стенке и закрыли рот. Артемида пискнула от неожиданности и тут же ударила ногой напавшего, но тот, скрючившись от боли, все же не отпустил ее. - Метко, - прохрипел он, и Артемида узнала голос. Арес. Тот, кого она больше остальных избегала все это время. - Что ты тут делаешь!? – возмутилась она. - Ш-шш, - шикнул он, прикрывая дверь в комнату. Он сделал одно движение рукой, и масляные лампы озарили помещение. Как всегда неотразимый, Арес вздернул нос. Так он делал, когда был слишком в себе не уверен, прячась за маской надменности. Но Артемида легко читала в его глазах волнение. - Как думаешь, почему мойры отправили меня купаться в озере, из которого еще никто не выходил живым? – прошептал он так близко, что Артемида почувствовала его сладковатый запах. - Хотели от тебя избавиться. Он нервно рассмеялся. - И да, и нет. Я готов был придушить каждую из них, и заставить одну смотреть, в каких мучениях умирает вторая, но не сделал этого. - Почему? - Они знали, что все так случится. Знали, что озеро не дает силу, благодаря которой можно стать идеальным правителем. Создать идеальное государство. Они вынудили меня попасть в Атлантиду, потому что это путешествие изменило меня. Он негодующе ударил ладонью стену в опасной близости к лицу Артемиды и прикусил губу. - Они сказали, что, войдя в озеро я получу то, о чем мечтаю. Но речь шла не о силе, к которой я стремился. Речь шла о тебе. - Обо мне? При чем тут я? - Хорошо! – вскрикнул он, и тут же стушевался, побоявшись кого-нибудь разбудить. – Раз ты вынуждаешь меня сказать, я скажу. Они говорили о силе любви. Она изменила меня. И я ее приобрел. Благодаря. Тебе. Аресу пришлось выдавливать слова, и получалось это у него непросто. - Не совсем понимаю, - призналась Артемида, голос ее сорвался, шепот почти неразборчив, но они были слишком близко друг к другу, поэтому повторять не пришлось. - Они не сказали, что я обрету силу, чтобы победить Зевса и встать во главе. Они сказали, я получу то, о чем мечтаю. Мойры обманули меня. Но при этом, я получил. То. О чем. Мечтал. Чего не смогла дать мне Афродита. И ни одна женщина во всех существующих мирах. Кроме тебя. Он медленно провел указательным пальцем по щеке Артемиды, вызывая волну мурашек. Неуверенным поцелуем он прикоснулся к кончику ее носа. Второй рукой Арес изучал изгиб ее талии, и все еще не решаясь предпринять более конкретные действия, он смотрел в ее глаза, покрывшись краской с ног до головы. - Скажи, что это была правда, - прошептал он на ухо. Его горячее дыхание коснулось нежной кожи, и Артемида потеряла контроль над чувствами. - Что именно? - Твое признание. Когда мы шли по лезвию ножа самой Смерти. Скажи, что ты говорила правду. Он покрыл ее шею поцелуями, а Артемида отклонила голову, предоставляя больше места для его ласк. - Это была правда, - сказала она и тут же почувствовала легкий укус. С этих слов все погрузилось в туман. Их губы стали единым целым, каждая клеточка тела отзывалась на прикосновения яркими, незабываемыми эмоциями. Это было щекотно, страстно, волнующе. Арес провел рукой по бедру Артемиды, наслаждаясь одновременной нежностью кожи и твердостью мышц. Сейчас он был самым счастливым на свете. И больше ему не нужно было ничего - лишь чувствовать запах ее волос, слышать приглушенные стоны, вкушать наслаждение, с которым ее тело реагирует на него. Чертовы мойры оказались правы. Важны не власть, не слава, не победы. Только чувство, что тебя любят. Он уложил Артемиду на кровать и посмотрел на ее неземной красоты лицо. Эти мягкие черты, неловкая улыбка, желание, блестящее в глазах. Она не выдержала и прижала его к себе, ухватившись за плечи. Своей грудной клеткой она чувствовала биение его сердца. Жар, сладкими волнами растекающийся по спине и шее, охватил их. Они отрывались от поцелуев только для того, чтобы вдохнуть новую порцию воздуха. Переплелись руки, переплелись ноги, кружилась голова. Одежда нашла свое место на полу. Арес мягко провел кончиком языка от яремной ямочки до солнечного сплетения, а Артемида выгнула спину от упоительной остроты ощущений, прикусив палец, чтобы не выкрикнуть громче допустимого. Губы Ареса изучали внутреннюю часть ее бедра. Артемида вцепилась пальцами в его шелковые черные волосы, найдя в этом точку контроля. Он оставлял дорожки влажных поцелуев под ее пупком, а она не смогла сдержать себя в руках и шепнула: - Пожалуйста… Глубочайшим удовольствием разлилась эта просьба по его венам, и он сказал: - Проси еще. Артемида продолжила мольбу, извиваясь в руках Ареса как змея, пока не получила желаемое. С его первым прикосновением, из ее уст вырвался громкий стон, и чем больше он водил языком по ее разгоряченному телу, тем нетерпимей были ее восклицания. - Тише, - прошептал Арес, но звук его голоса утонул в жарких вздохах Артемиды. Он понял – чтобы сохранить в тайне свое появление в доме Аиды, придется закрыть ей рот. Арес поднялся к ее лицу, провел языком по нижней губе Артемиды, проникая глубже, переплетаясь с ее языком. Так она стонет в его губы, и вряд ли теперь кого-то разбудит. Артемида ухватилась за его взмокшие от пота бедра. Болела голова – настолько стало невыносимо желание. Она тихо простонала раз, затем второй, и на третий Арес сам уже не смог вытерпеть. Все чувства слились воедино и вырвались наружу. То, что сейчас происходило – было правильно. Артемида никогда не думала, что способна на такую яркую любовь. Что было в прошлом, те отношения и ощущения – ничто по сравнению с Аресом. С его затуманенным взглядом, влажным торсом, сладким запахом… Арес резко перевернул Артемиду на живот, провел рукой по позвоночнику от шеи вниз, вызывая непередаваемое удовольствие. Он крепко взялся за ее волосы, собрав их в ладони, а второй рукой ласкал ее, прикусив мочку уха. Останавливаться не хотелось, их движения становились все быстрее и резче. Артемида запрокинула голову назад, уложив ее на плечо Ареса, а он вцепился зубами в ее шею, заглушая собственные стоны. Они наслаждались друг другом до тех пор, пока силы не оставили их, а на небе не взошло утреннее солнце. - Пойдем со мной, - сказала Артемида. – Никто не вправе осуждать нас за это решение. Будь наконец-то счастлив. - Такая жизнь не для меня, ты же знаешь, - ответил Арес. – Спокойствие и умиротворение не граничат с войной и разрухой. Я не смогу дать тебе того, чего ты хочешь. Артемида водила пальцем по груди Ареса, вырисовывая незамысловатые узоры. Рука скользнула вниз, и тело Ареса выдало вновь нахлынувшее желание. - Так не честно. Это манипуляция, - прохрипел он. Она поцеловала его медленно и нежно, отстранилась, вглядываясь глубоко в глаза. - Признайся, что хочешь осесть со мной в глуши. Арес отрицательно мотнул головой, закатывая глаза от удовольствия. Рука Артемиды продолжала его возбуждать. Она перекинула ногу через Ареса, оставляла поцелуи на его прессе, спускаясь все ниже и ниже. Горячее дыхание коснулось чувствительной кожи, она провела языком по кругу, едва касаясь. Продолжая изводить его мучительными ласками, она просила Ареса признаться, а он в свою очередь просил совсем о другом... - Твоя взяла! – взмолился он, сжимая в кулаках простыни. – Я хочу пойти с тобой! Хочу! - И? – она поцеловала выступающую кость его таза, дыханием вызывая щекотку. - И пойду! Истязательница! Тем временем в Атлантиде закипали свои настроения. Разгневанный правитель Мкуу собрал совет из приближенных, где они начали строить план конкретных действий по освобождению Атлантиды. Он был готов пойти по головам, снести все на своем пути, но добиться желаемого! Последнее, что он сделает в своей жизни, - станет великим освободителем идеального государства. Асаби, удерживая нервную дрожь в груди, вышла из дворца. Она оглядела народ, коим скоро станет полноценно править, и поняла, что сделает все, что в ее силах, ради их счастья. Даже, если ей придется идти против собственного отца. Но это уже совсем другая история…