Обнажённая правда

В конверте было что-то объемное. Я сначала пощупала, потому что мне стало немного страшно одной открывать этот зловещий подарок. Однако любопытству мне не занимать, и через секунду конверт был вскрыт.  Как только содержимое неожиданного сюрприза оказалось у меня на руках, оно тут же выпало. Я выпустила его из пальцев, словно горячую картошку. Это была подвеска. Одна из двух чертовых подвесок, которая должна лежать закопанная в земле, только что оказалась в моих руках. Я словно потрогала сраного Каспера.*(маленькое дружелюбное приведение из одноимннного фильма).  Меня парализовало. Я просто уставилась на подвеску, не в силах взять ее в руки обратно. Нет! Не может быть, что это она! Каким образом эта хреновина оказалась здесь? Нет, логично. Кто-то раскопал наш мемориал, но зачем подсунул ее именно сейчас? ЗАЧЕМ ВООБЩЕ КОМУ-ТО ЭТО НУЖНО БЫЛО ДЕЛАТЬ?  Первым я проверила конверт. Там нет никаких записок. Он пустой и даже без подписи. Никаких «S» и «Т». Очевидно потому, что адресат известен. Если бы в комнате была Стеф, то ей бы пришлось это открывать. Это как-то подстроили. Кто-то следил за мной все это время? Или это… да нет, чушь собачья. Демон вообще далек от всей этой истории. Да и когда свирепствовал Добродетель, его в помине в «Рейвенкрофте» не было. Значит, следили.  На очереди подвеска. Но почему одна? Нужно все же взять себя в руки, а потом её. Бегу к столу и хватаю карандаш, чтобы аккуратно поднять её с пола. Не буду я оставлять свои отпечатки. Хрен его знает. Мной просмотрено слишком много детективов!  С первых же секунд я узнала ее. Только у меня был фиолетовый цвет среди разноцветных камушков. Ни у Стеф, ни у Тристан их не было, потому что у девочек был свой отличительный знак. Например, у Трис был жемчужный, а у Джонс бирюзовый. Эти камни не повторялись у остальных двоих. Еще и первая буква моего имени дала мне понять, что я не ошибаюсь.  Я села на пол и все еще крутила этот загробный подарок от Добродетеля. Наверное, это он. Кто же еще? Может быть тот, кто присылал Тристан эти записки. Возможно даже, что это разные люди, но его благими намерениями все еще проложена дорога в Ад. Если первый подарок можно отнести в раздел «пофиг, ничего страшного», то второй — уже пугает. Кто-то знал, что в комнате осталась одна я. Кто-то следил. И этот кто-то раскопал мемориал.  Я убрала подвеску в коробку с куклами и села делать домашние задания. Внимания совершенно не было. У меня не удавалось сконцентрироваться на действительно важных вещах, от которых зависела моя успеваемость. Каждый раз в голове появлялись новые теории, мысли, которые не давали покоя и усидчивости. Нужно собраться и сделать это чертово задание по литературе.  Где-то через час пришла Молли, но я не обращала на нее внимания, потому что мне нужно было доделать домашнее задание. Она пыталась завести со мной диалог, но все тщетно. Игнор и полное погружение в то, что мне действительно нужно. Клоаки и споры не входили в мой план на ближайший вечер.  Стеф пришла намного позже, чем я рассчитывала. Мои глаза уже слипались, а сон плавно овладевал мной. Домашние задания напрочь выбили меня из сил. У моей подруги был букет цветов в руках, и я тут же вспомнила про свой. Совсем вылетело из головы налить в вазу воду!  — Это твой букет? — указывая на вазу, которая стояла на полу, спросила она.  — Да, — сухо ответила я и встала с кровати, чтобы налить воду в вазу.  — Кто подарил? — загадочно спросила она.  — Не подарил, а…, — пауза затянулась. Я не могла ничего придумать лучше, чем сказать первое, что пришло мне в голову. — Одолжил. Одолжила.  — Тебе одолжили букет цветов? Кто?  Я пробежала глазами по комнате.  — Ну, — ноль идей в голове, — эм, — мои мыслительный процессы затормозились, — там… так получилось.  Она недоверчиво взглянула на меня, а я слишком устала, чтобы что-то придумывать. Если я скажу, что это Демон, то начнутся расспросы, подколки и шутки. Стеф не оставит это без внимания.  — Тесса, — в ее тоне снова появились материнские ноты, — ты от меня что-то скрываешь?  Вообще-то, да. Зэда, экскурсию с Тревором, размолвку с Хардином, допрос Натали, подвеску от Добродетеля.  Но обо всем по порядку.  — Смотри, — я решила выбрать наименьшее из зол. Ну еще и перевести тему с букета.  Я достала коробку, но подруга меня перебила.  — Ладно. Не хочешь говорить о своих ухажерах, твое дело. Будешь готова, я всегда здесь, чтобы выслушать тебя, посплетничать. Но похоже твой кавалер не хочет оставаться тайным, — она взяла букет с кровати и протянула мне. — Это разве не Гарри тебе подарил? — Нет. Сегодня он подарил мне шоколадку, — с улыбкой сказала она.  — Как щедро, — я приняла букет из её рук.  Неужели Демон решил завалить меня цветами? Что ж это весьма приятно и неожиданно. Хотя это ничего не значит. Черт! Как много становится в моей жизни парней, взаимодействия с которыми ничего не значат.  — Замолчи. Он пытается ухаживать за мной. И вообще, разве дело в подарках? Я всегда думала, что во внимании и заботе, — с укором сказала она. — Он делает меня счастливой. А это самое главное, не так ли?  — Прости, Стеф. Просто это странно. Вы же расстались по обоюдному согласию. Чего же вы сейчас в разногласии от согласия? Она скорчило лицо, которое выражало непонимание моих слов.  — Там записка с цветах. Я читать не стала, потому что увидела «T», — она взяла полотенце и направилась в ванную комнату.  Романтический Демон. Как необычно.  Но как только я увидела записку, приятный миг испарился, как дымовая шашка.  «Если ты еще не поняла, то я умею глубоко копать».  Я выронила букет и записку из рук. Второй за вечер странный подарок, которые заставляет вставать волосы дыбом.  — Ты не подашь мне другое полотенце, а то это еще не высохло, — услышала я за спиной. Видимо, Стеф открыла дверь в ванную комнату. Её просьба осталась незамеченной.  Только мне адресован этот букет. Только я получила подвеску. Это все случилось после… после… разговора с Натали! Да нет! Хотя почему нет? Первый раз, когда мы получили записку, я узнала, что Хардин ей рассказал про тайные послания для Тристан. Сейчас же подвеска и букет после нашего с ней разговора. Все складывается. Получается, что Добродетель — Натали?  — Ты там оглохла что ли? — вновь услышала голос Стеф за спиной, но теперь уже громче. Значит она высунулась за дверь. Я повернулась к ней лицом, и она все поняла. Стеф выбежала ко мне в одном полотенце. — Что произошло? Он тебя бросил? — напуганно спросила она.  — Кто? Стеф посмотрела на Молли, которая все это время сидела в наушниках за компьютером, и взяла меня под руку, уводя в ванную. Она включила воду, чтобы нас никто не услышал.  — Тот парень, который подарил тебе первый букет.  — Что? Нет. Первый букет от Демона, — все же я это сказала, потому что сейчас это совсем неважно. Однако лицо моей подруги вытянулось от удивления. — Но этот нет. Он от Добродетеля, то есть от Натали.  Теперь Стеф нахмурилась. — Ты думаешь Добродетель Натали? Почему?  — Как бы тебе сказать, — начала неуверенно я. — Мы с ней побеседовали.  Стеф скрестила руки на груди и подозрительного посмотрела на меня. Ничего не оставалось, как рассказать ей все, что произошло в этот вечер.  Я не пыталась себя обелить, утаить что-то, наоборот была предельно честна. Все методы опроса были с точностью описаны, что, собственно говоря, уже не одобрила Стеф. В конце моего рассказа она дала мне подзатыльник.  — Ты…! — она начала идти на меня, выставив свой указательный палец вперед. — Ты совсем головой рехнулась?!  — Я просто помогла ей рассказать, — опустив глаза в пол, сказала я. Стеф аж побледнела от моих слов. Она остановилась, а я уперлась своей пятой точкой в раковину.  — Ты придумала какой-то план, чтобы свести меня с ума? — она в отчаянии воздела руки, но затем вспомнила про полотенце, которое могло упасть. — Знаешь, кто ты? Ты дементор! Высасываешь из меня спокойствие!  Я не торопилась с ответом, давая ей возможность выговориться. Если Стеф прервать, она будет еще больше злиться.  — Тесса, ну нельзя давить на людей! — теперь она побогравела. — Подождать меня нельзя?  Она подняла свои, тщательно подведенные  карандашом брови — это было явным проявлением укора.  — Это получилось спонтанно. После того, как мы поговорили с утра с Хардином, я немного хотела прояснить ситуацию.  — Что за ситуация с Хардином? — обыденным тоном осведомилась она.  Я ей рассказала. Слово за слово повествовала про ситуацию, которая произошла в коридоре. Затем перешла на утреннюю тренировку. В общем и целом, выложила все.  Стеф медленно выдохнула, приложив указательный и средний палец к переносице. Затем подошла к раковине и оперлась на нее одной рукой, смотря на меня. — И почему ты мне об этом ни словечка? — Не успела, — пожимая плечами ответила я, сделав максимально виноватое выражение лица. — Тебе нужно быть акушеркой, — сказала подруга.  — Почему?  — Ты любишь доставать людей.  Ха-ха, как смешно.  Далее мы беседовали про то, почему именно Натали я считаю Добродетелем. Стеф также показалось все это подозрительным, но веских доказательств у нас нет. Но все указывает на мисс Идеал и Совершенство. В обоих случаях у нас произошли перепалки. Она разозлилась и таким образом отомстила. С другой стороны все это звучит, как бред. Зачем ей раскапывать мемориал?  Новый день начался с тренировки, а затем мы отправились на завтрак. Я взяла себе крок-мадам, а Стеф свои овощи и фрукты. Парни сидели за нашим столом, уже поедая завтрак.  — Ну че, у вас есть какие-то движения в вашем расследовании? — уминая свой тост с курицей, спросил Зэд.  Мы переглянулись со Стеф. Зэду же мы ничего не рассказывали.  — Нам вчера прислали кое-что, — она бровями пыталась намекнуть, что об этом здесь лучше не разговаривать.  — Что? — Зэд не понимает намеков.  — Ну кое-что, — если Стеф еще раз поиграет бровями, они у нее отвалятся.  — Ты что-нибудь понимаешь, бро? — спросил Зэд Хардина.  — Кое-что да, — ответил Хардин, съедая пирог.  Зэд в бок толкнул своего друга, а тот аж поперхнулся.  — Вы издеваетесь? — возмущался он. — Маленькое недоразумение? — обратился Зэд ко мне.  Я пожала плечами, ковыряясь в своей тарелке.  В нашей столовой определенно не стоит об этом разговаривать. Мы объяснили Зэду, что сегодня соберемся и обо всем поговорим, но друг не унимался. Однако вопросы сыпались с его уст, словно листва по весне. Весь завтрак он доставал нас «клятвой дружбы», которую мы заключили очень давно. Вообще, в этой штуке столько условий, всех и не упомнишь. Но у Зэда это был железобетонный аргумент. — Я вам напоминаю, что мы поклялись! На крови!  — Не было такого, — нахмурилась я.  — Ладно, не на крови, но разве твое слово ничего не стоит? — оперировал Зэд.  Я выдохнула.  — Успокойся. Поговорим вечером.  Вы думаете, его это остановило? Нет. Он и дальше пытался выбить из нас информацию.  Завтрак подошел к концу, и мы все разбежались по кабинетам. И учебный день начался.  Я старалась полностью с головой уйти в учебу. Со всеми этими расследованиями немного запустила самое главное дело, за которым приехала в «Рейвенкрофт». Мне нужно учится. Если я этого не буду делать, то меня вышвырнут и закроют все входы и выхода. Поэтому этот день был посвящен учебе.  Днем я краем глаза наблюдала, как моя команда тренируется. Внутри сжалось от обиды, что меня там нет. Ужасно хочется встать и пойти к ним.  Молли ужасный капитан. Она не может собрать их. У нее не получается контролировать тренировочный процесс и выстроить логику, последовательность действий. Это явно видно. От этого ужасно болит душа. Я встала с трибун, чтобы не мучать себя этим зрелищем. Мне больно, что моя команда катится вниз, но сделать ничего не могу. Команда осталась без меня, а без нее.  — Сыплешь соль на рану? — позади себя я услышала голос.  Демонический голос.  — Типа того. Я обернулась. Он направлялся ко мне. — Мазохистка?  — Хотела убедится, что новый капитан настолько ужасен, как её описывают. — Чем же она плоха?  Он уже спускался вместе со мной. От него пахло приятно, не смотря на то, что Демор был одет в форму, в которой тренируется.  — Много чем. Просто кому-то не дано руководить. И этот кто-то должен оставаться на вторых ролях.  — Жестоко.  — Это правда.  Краем глаза я заметила, что он улыбался, глядя себе под ноги. Мне показалось, что Демон смущается.  — Не хочешь сегодня еще устроить экскурсию?  — Сегодня не могу.  — О, значит, я смог пробить твою броню. Замечательно! Я прищурилась.  — Много себе там не придумывай. Не обольщайся, ведь это всего лишь одна экскурсия, — сказала я. — Ну, конечно, — покачал он головой, — но это уже не твои привычные отказы, которые я слышал очень часто.  — Будешь зазнаваться, мы вновь вернемся к ним. Понял? — я улыбалась ему.  Мы дошли до входа в «Рейвенкрофт».  — Лед трескается, дорогуша. И я этому чертовски рад.  Оставив меня наедине с этими словами, он ушел.  Вечером мы собрались все вместе в нашей беседке. Благо не было дождя, потому что не хотелось намокнуть.  — Я умираю от неизвестности, — первое, что сказал Зэд.  Хардин опаздывал, но так как Эванс был вне себя от нетерпения, мы решили начать свой рассказ. Сначала про коробку, потом про мисс Идеал и наш скромный диалог, затем про подвеску и цветы. Выложили все, но оглядывались, боясь того, что нас могут подслушать.  — А вот это уже серьезно, — сказал Зэд, выслушав наш рассказ.  — Пока нет активных действий, — отмахнулась я, — нормально.  — То есть пугающие записки и послания — это для тебя не активные действия? — он выпучил глаза. — Это всего лишь метод запугивания, — сказала я.  — Милое недоразумение, хочу заметить, что этот человек уже начал действовать. Кто знает, что у него в голове? Это же, в конце концов, он мог повлиять на смерть Тристан.  — Я на такое не ведусь. И вам всем не советую, — надеюсь, что мои слова для них были убедительны.  Стеф всё это время молчала.  — Эс, ты в нашей команде мозг, что скажешь? — обратился к ней Зэд. — Я согласна с тобой, — она махнула в сторону Зэда. — Это серьезно. По «Рейвенкрофту» ходит какой-то ненормальный человек, который хочет запугать нас. Нам нужно быть осторожнее.  — И что нам делать? Сложить ручки и спокойно жить дальше? Тристан не самоубийца! — взбеленилась я. — Мы этого не знаем наверняка, Тесс, — покачала головой Стеф. — Это лишь наше предположение. Она говорила спокойно, словно успокаивала капризного ребенка.  — Я в этом уверена. И моя уверенность подтверждается этими подарками. Что-то случилось в тот вечер, возможно и «до», но кто-то виноват в её смерти! — я настаивала на своем.  Зэд накрыл мои руки своими, но потом быстро убрал.  — Пожалуйста, не лезь никуда, тем более одна. Цветы и подвеска — уже звонок, — Зэд пытался вразумить меня. — Не хороший звонок. В этот момент пришел Хардин. И я сразу же поняла, что что-то не так.  — Тесса, ты вообще нормальная?! Я не совсем рассмотрела его выражение лица, потому что уже темнело. Однако уверена, что он явно не улыбался.  — Натали, — медленно выговорила я её имя.  — Она самая, — он нависал над столом, упираясь руками. — Ты зачем с ней разговаривала? — Мне нужно было выяснить все. Она скрывала и…  — Да мне насрать! — он стукнул по столу одной рукой, а затем отошел от беседки.  Мы все переглянулись. И по взглядам друг друга поняли, что ничего хорошего ждать не стоит.  Хардин вернулся.  — Я тебя просил! По-дружески! Доверился тебе, а ты так поступила!  Он кричал, не сдерживаясь с эмоциями.  — Да что ты? — и у меня было, что ответить на это. — Серьезно? И ты мне говоришь о доверии? Ты растрепал все своей идеальной подружке, даже глазом не моргнув. Не посоветовался ни с кем, а просто открыл рот и рассказал наш секрет!  Краем глаза я заметила, как Стеф нахмурилась.  Хардин запустил руки в волосы, а затем наклонил голову назад.  — У нее синяк на руке, Тесса, — сквозь зубы сказал он.  — Мало ли откуда у нее синяк. Я её не била, если ты об этом.  — Стоп. Бро, ты рассказал Нэт о наших делах? Зачем? Она же тут даже никаким боком не фигурирует.  Спасибо, Зэд, за здравые мысли.  — Я хотел лично с ней поговорить. У вас были подозрения, — оправдывался Хардин как мог.  — У «вас»? У «нас», бро. Мы одна команда, если ты забыл. Если у одного проблема, то другие решают её вместе. Мы же друзья. И мы не выдаем секреты друг друга.  — Это касалось Натали. Она обязана об этом знать.  Хардин всё еще пытался держать свою линию. Не уступал, даже когда аргументы Зэда были весьма убедительными.  — Нет. Не обязана! — выкрикнула я. — Она не с нами! Я была возмущена. Крайне.  — Ты не должен был рассказывать ей, бро. Если ты хочешь уберечь Нэт, то впутывать её в это не желательно, — сказал Зэд. — Может быть я сам решу, что мне делать?  И тут начались оры и крики. Зэд пытался пояснить Хардину, что он поступил неразумно, второй же отвечал мне на мои претензии и успевал отнекиваться перед своим другом. Каждый пытался перекричать друг друга, оперируя своими доводами. Мы не слушали своих оппонентов. Голоса сливались воедино, пока Стеф не рявкнула. — Успокойтесь все! — встав со скамейки, разводя руки, перекричала нас Стеф. — Выши ссоры и трения только помешают нам. В ситуации с Натали никто не прав. Ни ты, Хардин, ни ты, Тесса. Я согласна с Зэдом, что мы команда. И у нас есть проблема, над которой нужно подумать. Вместе. Уберите свои эмоции в задницу и включите уже мозг. Задолбали! Мамочка Стеф вновь поучает своих неразумных деток.  Несколько минут мы все молчали. Каждый думал о своем. Я изредка смотрела на лица своих друзей, и каждого было необъяснимое выражение лица. Стеф была спокойна, но при этом иногда всплывали нотки тревожности. Зэд крутил зубочистку во рту, переодически посматривая в мою сторону. Он неловко улыбался. Хардин был хмур. Его брови тянулись к переносице, давая понять, что он недоволен всей этой ситуацией.  — Будем сидеть и молчать или начнем мозговой штурм? — прервала молчания Стеф. Мы повторили все для Хардина. Он был удивлен и встревожен.  — Есть предположения, кто это может быть? — спросил он.  — Не единого, — ответила я. Хардин даже не взглянул на меня.  — Первую коробку принес Гарри, я правильно понял? — поучаствовал в мозговом штурме Зэд. — Значит, это его рук дело.  — Да, но во втором случае он был со мной. Он никак не мог этого сделать, — немного смущенно ответила Стеф. — Окей, идем дальше, — продолжал размышлять Зэд. — Когда ты вернулась в комнату, ты никого не видела? На этот раз вопрос был задан мне. И я открыла рот, не зная, что сказать. Со мной же был Демон. Но он явно этого не делал. Как минимум потому, что его не было в «Рейвенкрофте» в том году. Откуда ему знать об этих мрачных записках? И зачем ему это делать? Он просто эпизодический персонаж во всей этой истории.  — Ну, — я замялась, — нет. Никого.  — А как же…, — начала Стеф, но я быстро повернула к ней голову, выпучив глаза.  — Никого, — утвердительно сказала я.  — Где лужа, Тесса? — посмотрев на меня, спросил Хардин.  Я сглотнула и начала ковырять свои кутикулы.  — Не понимаю, о чем ты, — я бегала глазами, пытаясь избежать его взгляда.  — Где лужа? — медленно повторил он.  — Я провела экскурсию одному человеку.  — Какому?  — Тревору. Ясно? Тревору, — каждую букву его имени я произнесла отдельно. — Он проводил меня до комнаты.  Я не смотрела ни на Хардина, ни на Зэда, поэтому не знаю, как они отреагировали. Пятая точка подсказывала, что не очень хорошо.  — Опять он, — с вызовом сказал Хардин.  Я молчала.  — Кто такой Тревор? — спросил Зэд.  Ох уж эта его память на людей.  — Твой капитан, бро.  — Опа-на, — все, что сказал Зэд.  Пересилив себя, я взглянула на Зэда. Его выражение лица было растерянным.  — Свидание? — нехотя спросил он.  — Экскурсия, — тихо сказала я.  Не знаю почему, но я чувствовала себя виноватой. Мне было неловко и неуютно. Боялась взглянуть на Зэда еще раз.  — Ребята, вы опять не в ту степь ушли, — спасибо, Стеф, что меняешь тему. — Нам нужно решить, что делать с записками. Есть предположения?  — Это Тревор, — быстро сказал Зэд. — Если не Гарри, то он. Все предельно ясно.  — Как это может быть он? — спросила Стеф. — Его не было в прошлом году. Тристан он не мог знать. Опять глупое совпадение.  — Тогда я не знаю, — подал плечами Зэд.  — Давайте просто понаблюдаем и ничего не будем делать? — предложил Хардин.  Все согласились, кроме меня. Взгляды друзей тут же направились на меня. — Что? — не выдержала я.  — Мы наблюдатели. Ты согласна? — с надеждой обратилась ко мне Стеф. Я опять промолчала.  Они давили на меня. Я не могу просто взять и ничего не делать, когда что-то вокруг меня происходит. Но их взгляды говорили о том, что мне нужно перебороть себя и сидеть тихо.  — Хорошо, — мне было трудно это сказать. — Никаких схем, сюжетов и хитростей, — смотря исподлобья, предостерегала Стеф. — Ладно, — несдержанно ответила я.  Мы все разошлись. Стеф ушла в комнату, парни тоже разбежались кто куда. Я хотела поговорить с Зэдом, объясниться, но подумала, что сейчас не стоит. Да и оправдываться мне не хотелось. Мной не было совершено ничего плохого. Обычная прогулка. Она ничего не значит. Тем более мы с Зэдом просто друзья со звездочкой. Никто ничего друг другу не должен. Однако это меня почему-то не успокаивало. Я все равно чувствовала себя виноватой.  В коридоре было мало народу. Я купила горячий шоколад и пошла в комнату отдыха. Оглядывалась по сторонам, а затем мне на глаза попались камеры. Черт возьми! Камеры! Точно! Я же могу просто посмотреть по камерам, кто был около нашей комнаты все эти разы! Вот только это будет трудно сделать одной. Мне нужен мой брат.  Да, Стеф говорила: «Никаких схем, сюжетов, хитростей», но она ничего не упомнила о махинациях.