Исчезающие следы

Чтобы зайти туда, где у нас находятся камеры слежения и записи к ним, мне нужен Луи. Без него эта авантюра равна нулю. Кто, если не он, поможет мне проникнуть туда, куда запрещено заходить ученикам. Мой брат знает много лазеек. У него есть много ключей от всех возможных входов и выходов. И я надеюсь, что нужный мне замок откроется, чтобы выяснить, кто же скрывается за маской Добродетеля. Я не усну, если сейчас не найду его и не предложу эту незатейливую авантюру. Поэтому отправляюсь на поиски брата незамедлительно.  Из его комнаты доносилась музыка. Я прислушалась и поняла, что он точно там. Его музыкальный вкус.  Постучалась, но никто не открыл. И еще раз, но затем позади меня возник его сосед Трой.  — Чего долбишься? — спросил он.  — Мой брат долбится в уши, а я долблюсь в дверь. Это семейное. Открывай.  — Ты че так нагло разговариваешь?  — Ой, извините, ваше величество. Не соизволите открыть мне дверь, чтобы я смогла лицезреть своего брата? — я вложила в эти слова так много сарказма, что им можно было бы подавится.  Трой закатил глаза, а затем открыл дверь. Брат сидел за своим рабочим столом и орал песни. Он даже не заметил, как мы вошли. И я решила, что хочу его напугать. Подкралась сзади и как вцепилась за его плечи, словно орел за добычей. Первое, что нужно знать о моем брате — он ненавидит, когда его пугают. Второе — он может прописать тому, кто его потревожит таким образом. Третье — бьет он больно.  И я получила с локтя в живот. Неприятно. Заслужено и смешно.  — Ты какого хрена подкрывадешься? — заорал он. — Ты крайне обескуражен? — разгибаясь, спросила я.  — Я ахуел!  Мне нравится, когда он говорит по-французски. Это всегда так смешно.  — У меня к тебе дело, — заговорчески произнесла я. — Какое?  — Пойдем, — я взяла его за руку и пошла на выход из комнаты.  Подсобка, в которой мы с Зэдом недавно обжимались, была пуста. Поэтому я завела туда брата и закрыла её на замок изнутри.  — Мне нужно попасть в кабинет безопасности, — выдохнув, сказала я. — Чего прости? — он скрючил такое смешное лицо непонимания, словно съел очень кислую конфету. — Камеры наблюдения же находятся там? Не в жизни не поверю, что ты там не был.  — Зачем тебе туда?  Немного подумав, я рассказала брату все. По его лицу я поняла, что сейчас он точно крайне обескуражен, а может уже ругает меня по-французски. В общем и целом, Луи в шоке.  — Когда я сказал, что мне нужно рассказывать все, ты где была?! — возмущался он. — Я должен знать, что в твоей жизни происходит очередная жесть! Ты моя сестра, черт возьми, Тесса! Если у нас разные фамилии, то это не значит, что мы чужие люди. Она нахрен ничего не значит!  — Лу, успокойся. Это ерунда, — я попыталась его успокоить.  Однако мой брат был не в себе от новостей, а точнее от того, что я скрыла их. Лу ходил взад-вперед, активно жестикулируя и ругаясь.  — Ерунда?! Ты себя послушай, — о, боги, еще один будет сейчас читать мне морали. — Куклы без головы? Закопанная подвеска? Цветы с ублюдской запиской, от которой можно обосраться? По-твоему это ерунда?  — Ну, — протянула я, — в целом, просто кто-то пытается нас запугать. — Нет. На вас открыли охоту.  Когда Луи произнёс последнюю фразу, я застыла. Мне не приходило в голову, что кто-то действительно может охотится на нас. А ведь за мной следили, потому что этот конверт появился чуть позже того, как я зашла в комнату. Добродетель или кто там вырыл мемориал, о котором никто не знал. И загробный сюрприз не мог появится просто так.  Охота.  На нас действительно открыли охоту. Но кто?  — Это безумие, сеструль. Если ты еще этого не поняла, то я тебе поясню. Это не ерунда. Это безумие.  — И мы можем это прекратить. На камерах видно все. Мы сможем прижать эту гниду, когда увидим его лицо. Это прекратится. — Кто-нибудь еще знает, что ты задумала? — Нет.  — Хорошо. Я напишу сообщение, и ты собирайся. Встречаемся на лестнице около странной леди.  «Странная леди» — эта картина, которая висит между вторым и третьим этажом. Она действительно странная, даже немного пугающая.  — Спасибо, — я кинулась к нему в объятия.  Я думала, что это будут проходные обнимашки. Когда ты просто в благодарность обнимаешь того, кто оказывает тебе услугу. Однако нет. Луи крепко прижал меня к себе, не выпуская из рук.  — Задушишь же!  Он высвободил меня из объятий. Взял мое лицо в свои руки и просто смотрел мне в глаза.  — Чтобы ни было, ты моя сестра. Я никому не дам тебя в обиду, — сказал он. Я неловко посмотрела по сторонам.  Улыбнувшись брату еще раз, я попорхала из подсобки.  Весь вечер я нервничала и волновалась. Не могла сосредоточится на домашней работе, которая накопилась. Ждать сообщения от брата было невыносимо. Переодически сводило живот от нервов, немного потряхивало, а мысли разбегались, как тараканы.  Стеф изредка поглядывала на меня. Она замечала, как дергается моя нога. Даже спрашивала от чего такой нервный тик, но я просто сказала, что домашняя работа идет туго. Поверила ли она мне? Конечно, нет. Однако спрашивать подруга ничего не стала. И правильно. Меньше знает, крепче спит.  На мой телефон пришло сообщение, но не от Луи, а от Зэда.  «Заглянешь?» Почему бы и нет? Проведенное время вместе отлично поможет мне избавиться от нервозности. «10 минут» Сложив все принадлежности для учебы, я стала собираться. И заметила, что Стеф тоже. — Ты куда? — спросила ее я. — Да у меня комп сломался, — кивнув в его сторону, сказала она. — Хочу взять у Зэда до завтра. Она взяла ноутбук под подмышку и направилась к двери.  Черт! Нет! Зная Зэда, он может ждать меня абсолютно голый. Нужно срочно что-то придумать. Нельзя пускать Стеф к нему. — Возьми мой, — я подбежала к своему ноутбуку и вручила Стеф.  — На твоем нет нужной мне программы. Да что ж это такое?! — Может в другой раз?  — Почему? — недоверчиво спросила она.  Почему? Да потому что! Я не знаю, что ожидать от Зэда! Нельзя такого говорить. А что тогда делать? — Он занят, наверное, — предположила я.  — Я быстро, — Стеф было не остановить. — Ничего страшного. Просто  Она пошла по направлению к выходу из комнаты, а я побежала за ней.  — Может быть завтра?  — Сегодня. Мне нужно доделать презентацию, — наклонив голову, сказала она.  Я понятия не имею, что мне делать и как ее отговорить.  По пути к комнате парней, я пыталась привести еще несколько доводов, но все они были опровергнуты. Стеф нужен компьютер. Точка.  Когда мы подошли к комнате, Стеф постучалась, а я нервно кусала нижнюю губу.  — Я уже тебя заждался, — выкрикнул парень с той стороны двери.  Черт! Во взгляде Стеф было непонимание, но она все же открыла дверь. И тут случилось то, что я боялась. Зэд был в трусах. Больше на нем ничего не было. Подруга в изумлении застыла на месте, а я закрыла за нами дверь.  — Ты почему в одних трусах? — недоуменно спросила Стеф.  Взгляд Зэда бегал от его трусов до Стеф и обратно. Он явно растерялся. — Эм, ну, в двух жарко? — в его голосе звучала вопросительная интонация.  Стеф нахмурилась, наверное, пыталась переварить увиденное. Затем резко закрыла ладонью глаза и отвернулась.  — Оденься, пожалуйста. Мне достаточно ужасов на сегодня.   Зэд быстро накинул на себя шорты, вопросительно посмотрев на меня. Я пожала плечами, бросая взгляды на Стеф и её компьютер. Стеф повернулась.  — Всё. И чего это ужасы? — оскорблено спросил он.  — Меньше всего мне хотелось бы увидеть тебя в трусах. Вообще не хотелось. Никогда, — резко сказала она последнее слово.  — Ну и зря, — кинул он. — Многое теряешь.  — Вообще ничего, — поморщилась она. Стеф положила компьютер ему на стол, а я села на кровать. Эх, у меня была возможность сейчас расслабится в нежных объятиях Зэда, но нет.  — У меня сломался комп. Посмотри, что там, а я заберу твой на вечер.  Зэд принялся разбираться в устройстве.  — А кого это ты заждался? — между делом спросила Стеф. Парень поднял голову и очень быстро посмотрел на меня, затем обратно уткнулся в компьютер.  — Хардина, — бросил он.  — Ты заждался его будучи в одних трусах? — все еще не понимая ничего, спрашивала Стеф.  — Я же сказал. В двух жарко. Да и вообще, мы у себя в комнате, а он обещал принести поесть. Чего докопалась?  Стеф пожала плечами и села рядом со мной.  — У Зэда появилась дама перца, — затем она осознала, что сказала и исправилась. — Ой, сердца! Как думаешь, кто?  Понятия не имею, кто его дама перца! Ни малейших догадок. Абсолютно.  — С чего ты взяла? Она наклонилась ко мне. — Стал бы он ждать Хардина в трусах, — поиграв бровями, сказала она шепотом. — Не верю. Блин, так интересно, кто же она.  Эта «она» сидит рядом. Но я не его дама. Мы просто друзья с привилегиями, которых все устраивает. Стеф же этого не объяснишь. Она не поймёт, да еще и вместе с Хардином будет это осуждать.  — Ну не знаю, сомнительно, — поджав губы, ответила я.  Стеф рассуждала о том, кто же может быть таинственной избранницей Зэда, пока тот чинил ее компьютер. Иногда наши взгляды с Эвансом встречались, но я быстро отводила глаза. Теперь Стеф будет внимательна к нашему другу. Во-первых, она любопытная. Во-вторых, девушки у Зэда как таковой никогда не было. И это вдвойне разжигает интерес.  Я же просто сидела и молчала. Мне не хотелось об этом рассуждать. На моих руках правда, но раскрывать её не собираюсь. Чем меньше людей знают, тем лучше. Это все всегда становится сложнее, когда твой секрет больше не с тобой. Конечно, я доверяю Стеф. Она не расскажет никому, но все станет по-другому. Уже стало, когда Хардин узнал о нашей дружбе с привилегией.  Зэд сказал, что компьютер за сегодня не починить. Максимум день, два. И отдал ей свой. — Ты идешь? — спросила она меня.  — Да, сейчас. Хотела у Зэда спросить насчет Хардина и всей той ситуации, — предлог я придумала уже давно, поэтому успела отрепетировать в голове, чтобы выглядело максимально правдоподобно.  — Ну давай, — с этими слова Стеф вышла за дверь.  Мы убедились, что Стеф ушла, заперли дверь и уставились друг на друга. По лицу Зэда я видела, что он хотел меня спросить о чем-то, но не решался.  — Откуда синяк? — я заметила гематому около глаза, как только вошла. Странно, что Стеф еще ничего не спросила. Наверное, её выбили его трусы. — От верблюда.  — Зэд?  — У него кличка Верблюд, потому что постоянно плюется на поле.  Ах да, точно. Есть там один придурошный.  — Что не поделили?  — Его наглый характер. Выступает очень много. Слово за слово, и вот, — он указал на свой подбитый глаз. — Но он тоже не смог уйти от меня без украшения. В стиле Зэда. Его импульсивность дает о себе знать очень не вовремя, хотя с другой стороны Верблюд уже давно напрашивался.  — Скоро придет Хардин? — сменила тему я. — Минут десять, может пятнадцать, — прикидывая время, ответил он.  — Я тогда, наверное, тоже пойду. Нам времени точно не хватит, — я пыталась пошутить, но вышло очень тупо.  На его лице ни один мускул не дрогнул. — Значит, свидание с Тревором? — Это не свидание. Это экскурсия, — поправила я его.  Но для всех очевидно, что это не так. Но ведь правда же! Никакое это не свидание. Цветы — это просто жест внимания. Демон хотел как-то поразить меня, чтобы… Чтобы что? Ай, ладно. Это действительно выглядит, как свидание, но это не оно.  — Порой самый недостоверный источник тот, кто рассказывает историю, недоразумение.  — О, как. То есть мои слова для тебя недостоверный источник?  У него во рту была зубочистка, которую он постоянно крутил туда-сюда. — Чего к словам цепляешься? — Да ты же буквально это же мне и сказал, — я скрестила руки на груди.  Он подошел ко мне и обхватил мои плечи руками. — Не парься. Решил обронить немного мудрости. Я закатила глаза.  — Смотри, сам не споткнись. Зэд рассмеялся, а я подхватила его смех. Он всегда так заразительно это делает, что невозможно остановится.  — Если что-то вдруг происходит, то ты не теряйся. Мы всегда можем обсудить, — сказал он, глядя мне в глаза. — А что происходит? Я понимаю к чему он ведет, но все же состроить глупенькую никогда не помешает. Обычно так больше можно нарыть информации. — Симпатии там… Парни всякие… Новенькие. Голову закружат, а у тебя плохой вестибулярный аппарат. Я помню, как тебя вырвало на аттракционе. Какое приятно воспоминание обо мне. Это же то, что нужно забыть, но никогда не забывается.  — Никто мне голову не кружит, — может быть самую малость, однако Зэду знать об этом не стоит. — Или у тебя самого кто-то появился?  Он усмехнулся.  — Мне никого не надо. Я одинокий волк. Закоренелый холостяк.  — Но Стеф так не считает, — поиграв бровями, сказала я. — Наш маленький секрет, надеюсь, в надежных руках? — В самых.  Я даже понятия не имею про каких обстоятельствах это можно рассказать Стеф. Наверное, если только она сама увидит и ослепнет от нашего союза, но мне ужасно не хочется такой участи для своей подруги. Когда-нибудь мы будем старые, попивать вино на веранде дома, может быть тогда, я обмолвлюсь об этом. Но не сейчас.  — Сейчас придет Хардин, — как факт, сказала я. — Не хочу с ним сталкиваться.  — Он бесится из-за Натали. Пройдёт.  — Надеюсь, — на выдохе произнесла я.  Когда я зашла к нам в комнату, Стеф ругалась с Молли. Это было неожиданно. Они обе замерли, когда я вошла, а затем продолжили ругаться. Моя подруга пыталась вести себя сдержанно, а вот гавнючка Молли нет.  — Я еще раз повторяю, что это ужасная идея, — сквозь зубы, сказала Стеф. Нет, она явно на пределе своих эмоций. Такую Стеф редко, когда увидишь. Значит недокапитан её очень сильно выбесила. — Но я каптан и я решаю. Ты даже не мой заместитель, поэтому не надо мне тут вставлять свои комментарии, — отвечала ей та. — Да мне насрать, кто ты! Если у тебя не получается вести за собой команду, то я пойду к тренеру.  Я делала вид, что занимаюсь своими делами, но уши-то у меня все слышат. — Ой, да, пожалуйста, — махнула в её сторону Молли. — Все равно у тебя ничего не выйдет. Кто ты такая, чтобы что-то мне говорить? — Слушай сюда, каракатица мелкая, я ведь не посмотрю на то, что когда я совершила грубейшую ошибку в своей жизни и подружилась с тобой. Не взгляну на то, что ты капитан нашей команды. Меня даже не остановит то, что меня могут отстранить. И как врежу по твоей хлеборезке наглой. А вот это уже интересно! Мне очень захотелось похлопать в ладоши, но я сдержалась. Люблю, когда из Стеф вырывается ее бунтарская вторая личность.  — Стеф, давай расставим точки над «i». Я капитан группы поддержки, а ты всего лишь одна из чирлидирш. Слушаться меня — твой долг.  Ай-ай! Это было зря.  Стеф долго разъедала физиономию бесстрашной, но тупой овцы Молли, а затем подняла руку и наотмашь ударила ее раскрытой ладонью по щеке. Я побежала к ней, чтобы если что остановить последующие пощечины. Но моя подруга с высока смотрела, как соседка мгновенно приложила руку к щеке и медленно поворачивалась.  — Никто и никогда не будет мне говорить, что я чего-то кому-то должна, — серьезно сказала Стеф и вышла из комнаты.  Зная на личном опыте, её лучше сейчас не трогать. Стеф нужно время перейти в себя. То состояние, в котором она пребывает в данный момент схож с оголенным проводом. Если дотронутся — быть беде.  Посмотрев на Молли, я усмехнулась.  — Получила, зараза. Если ты кому-то обмолвишься об этом инциденте, я лично добавлю к этой пощечине еще несколько. Поверь, руки чешутся.  — Пошла ты в жопу!— она тоже выбежала из комнаты, с глазами полными слез.  Но пошла она. Что ж, ладно.  Оставшийся вечер я провела за просмотром сериала. Он отвлекал меня. Стеф вернулась в комнату где-то через час. На мои вопросы она отвечала кратко и нехотя. Я тут же поняла, что ей нужно еще время, поэтому перестала пытать подругу своими расспросами. Молли вернулась чуть позже. С ней, естественно, никто не разговаривал, да и она не пыталась начать с нами диалог. В комнате царила гнетущая атмосфера.  Я уже засыпала, когда Луи написал мне сообщение. Сон, как рукой сняло. Сердце выбивалось из грудной клетки от волнения. Нервничать в таком деле вообще нельзя. На него нужно идти с холодным разумом, без лишних эмоций. Мне нужно успокоится и перестать накручивать себя. Я сама решила вляпаться. «Ты любишь усложнять себе жизнь» — прозвучал голос Демона в моей голове.  Я хочу узнать истину. Если сейчас все получится, то мы сможем прижучить незримую тень, которая любит странным образом о себе заявлять. Охота на зайцев прекратится и волк останется голодным.  Мы встретились с Лу на оговоренном месте.  — Ты уверена? Если нас засекут, то будет не очень хорошо.  — По голове не погладят, но это того стоит.  — Тогда погнали, сеструль.  Мы поднялись на третий этаж, миновали кабинеты, в которых проходят уроки. Шли аккуратно, почти на цыпочках. Я постоянно оборачивалась, а Луи был уверен в себе. Собственно, как и всегда. Он вел меня за руку, которая уже вспотела от переживаний. Я не думала о том, что нас могут застать врасплох. Нет. Как раз об этом нужно переживать. Я вкушала тот момент, от которого мое сердце готово было выпрыгнуть. Момент Х. Лицо Добродетеля.  Луи внезапно остановился и прижал нас обоих к стене. Вот, казалось бы, сейчас уже можно начинать нервничать из-за того, что нас могут поймать. Но нет. Я разозлилась, что мы не можем узнать правду.  Брат аккуратно отпустил мою руку и беззвучно прошел за угол, где как раз находился тот самый кабинет.  — Ты? — в его голосе было столько удивления. — Что ты здесь делаешь? — тише спросил он.  Таинственный человек не ответил или я не услышала.  Брат махнул мне рукой, зазывая. Я прошла к нему и увидела перед кабинетом Зэда. Теперь мне понятно, почему Луи так удивился.  — Зэд? — сказала я громче, чем должна была.  Луи тут же одарил меня гримасой.  — А вы что тут забыли? — спросил шепотом Зэд, когда мы подошли к нему. — Похоже ваши мысли синхронизировались, — указывая по очередно на нас пальцем, сказал брат. — Муж и жена — одна сатана. Я выпучила на него свои глаза.  — Какие еще муж и жена?  — Ой, только не делай вид, что между вами ничего нет. Я видел его выходящим из твоей комнаты двадцать первого августа в три пятьдесят, — сказал он, доставая ключи.  — Откуда такая точность? — удивился Зэд.  — Чутко сплю, — исподлобья посмотрев на нас, ответил брат. — И память хорошая. Ой. Как неловко. Надо побыстрее сменить тему.  — Так, сеструль, ты на стреме, если что отвлекай, — навесил на меня бремя мой брат.  — Вот это я понимаю. Дрим Тим, — сказал Зэд. Я вообще-то думала, что пойду вместе с ними. Стоять и ждать не моя стихия.  — Нет! — шепотом крикнула я. — Я хочу пойти!  Брат закрыл мне рот рукой.  — Оставь это дело профессионалам, если хочешь узнать то, зачем пришла.  Зэд и Луи переглянулись, а затем принялись за замок.  Через несколько минут все было готово. Их работа была тихой, без лишней возни и суеты. Казалось, что они делали это тысячу раз. Возможно так и было.  В свою очередь я стояла и нервно кусала губы. Мне не терпелось узнать в лицо Добродетеля. Ужасно хотелось перейти к той части, когда правда будет в моих руках. Иногда я их торопила, но они все равно делали свою работу в своем темпе. Это жутко меня раздражало. Ненавижу ждать. Дверь поддалась, они зашли в кабинет, а мое сердце разрывалось от волнения. Я вглядывалась в коридор, прислушивалась к звукам, но все было чисто и спокойно. Весь этаж спал. «Рейвенкрофт» уже давно погрузился в сон, но есть жители, которые нарушают его спокойствие.  Прошло по моим меркам вечность, а по часам минут десять. Парни все не выходили. И меня это жуткое напрягало. «Подклад» случился чуть меньше суток назад, поэтому найти именно этот промежуток времени не трудно. Что можно так долго делать?  Я не могла стоять на месте. Бесшумно передвигала ногами, ходя взад-вперед. Бедные мои губы, которые я искусала до крови. Мне противопоказано так нервничать, потому что страдает мое тело. Я даже щипала себя, чтобы успокоить нервы.  Время шло. Парней нет. И я не выдержала. Открыла тихо дверь и зашла в кабинет. Они вылупились на меня, наверное, думая, что меня прижали и нас засекли. Я отрицательно помотала головой и направилась к ним.  — Вы чего так долго? — нетерпеливо спросила я. Парни переглянулись. Мое сердце ушло в пятки. Черт! Кто же там? Почему они боятся об этом сказать? От чего так долго тянут с ответом?  — Лу, Зэд, — я обратилась к ним и встала около компьютера. — В чем проблема? Говорите! Я выдержу все.  Последнее предложение было слегка ложью, но я все равно уже готова принять удар.  — Тут такое дело, — начал Зэд, — на камерах никого нет.  Я в ужасе посмотрела на Зэда, а затем на камеры. Брат пролистал назад, где Демон провожал меня до комнаты.  Внимательно всматриваясь в монитор, я следила за каждой секундой. Все в точности, как было вечером. Я захожу в комнату, Демон уходит, гаснет свет, так как камеры реагируют на движения. В следующий раз камеры засекают какого-то ученика, который проходит мимо, затем еще нескольких людей и так далее. Через час пришла Молли, и она ничего не подбрасывала. Цветов тоже не было. Свет загорался еще очень много раз, но «приятного» сюрприза не было около двери. Темнота. Зажигается свет, когда кто-то заходит в поле зрения, а цветы уже у двери. И только потом пришла Стеф, которая взяла этот букет. Что, черт возьми, происходит?