Часть 1

На краю плато раскинулась масса брезентовых палаток, образующих лагерь вооруженных сил. После финальной битвы шиноби возвращались, чтобы отдохнуть и восстановить силы. Это была самостоятельная деревня, существовавшая потому, что войне нужно было время, чтобы перейти в мир. Сакура знала дорогу к лагерю так же, как она знала, как перечислить кости в человеческом теле. Она могла определить срочность просьбы по тому, какой звук издает заслонка палатки, когда медик распахивает ее. Она знала, с какого валуна на краю лагеря открывается лучший вид на закат. Но у Сакуры больше не было времени любоваться закатами. Война ранила многих, и она проводила большую часть времени, ухаживая за больными и работая в лазарете. — Медик, — Сакура позвала, потом зашла в палатку, в которой находились члены Така, последняя остановка в ее ежедневных обходах. Суйгецу поднял голову и улыбнулся. Джуго встал. Когда Сакура приступила к работе в качестве их медика, он начал приносить ей раненных животных, перешедшим ему путь. В благодарность за её услуги, он дарил маленькие подарки — гладкие камни, изогнутые веточки. На этот раз он показал ей пятнистую синюю скорлупу. — Она красива! — сказала Сакура. — Сохранишь её для меня, пока я не уйду? Джуго склонил голову. На его плечо опустилась птица — самый последний пациент Сакуры. — Как наш любимый медик? — Суйгецу окликнул, широко улыбаясь. Сакура питала любопытство к людям, которых Саске собственноручно выбрал, как своих сокомандников. Был Суйгецу с непринужденной речью и флиртующей улыбкой. Джуго, безумный убийца, нежный гигант, который успокаивал раненных животных. Карин, с растрепанными красными волосами, чьи усталые глаза тускнеют всякий раз, когда кто-то упоминает имя Саске. Сам Саске был простым пациентом. Они обменялись несколькими словами с их воссоединения. С его извинения. Птица Джуго чирикнула, возвращая Сакуру из её мыслей. — Я в порядке, спасибо, — Сакура ответила, светло и профессионально. — Как вы все себя чувствуете? — Я в порядке, — сказал Джуго. — Как и мой друг. — Суйгецу? Как растяжение? — Лучше с каждым днем. — Он развернул стул и уселся задом наперёд. Его вывихнутая лодыжка не повлияла на уровень развязности. — Карин? — подсказала Сакура. Карин вздохнула и поерзала на койке. Она так никогда не говорила, но было ясно, что она менее, чем в восторге от визитов Сакуры. Сегодня красноволосая куноичи была одета в укороченную рубашку, показывающую тонкую полоску шрама на животе. Сакура не видела этого ранения с тех пор, как сама вылечила его. Карин проследила за взглядом Сакуры и отвела взгляд. Сакура вылечила тысячи ранений в тысячах обстоятельствах. Она бы никогда не забыла это. Края зрения Сакуры затуманились и она вернулась в тот день: чидори направлено на её череп, электричество всколыхнуло волосы на её руках, воздух красный и окутан запахом крови. Саске с намерением убить в его глазах. Саске насквозь пронзил тело Карин во время нападения на Данзо. Словно она была не больше, чем куском ткани. У Сакуры всё ещё были кошмары, но она не носила предательство Саске на теле, как шрам. — Всё в порядке, — Карин ответила, поправляя очки. — Мне не надо, чтобы ты меня осматривала. Сакура притянула стул рядом с кроватью Карин. Она потерла рукава белого плаща. — Как старая рана? — она мягко спросила. Глаза Карин расширились, потом она скрестила руки. — В порядке. — Если ты хочешь, — начала Сакура, — я могу вылечить шрам. К удивлению Сакуры, губа Карин задрожала. Джуго шикнул на пищащую птицу. Даже Суйгецу молчал. По щекам Карин скатились две упрямые слезинки. Горло Сакуры сжалось. — Нет, — сказала Карин. — Я не хочу забывать. Сакура понимала Карин немного лучше. — Ты сильная, — сказала она. Карин подняла голову, не пряча слез. Сердце Сакуры пронзило чувство близости. Она сжала руку Карин. Карин сжала в ответ. — Он извинился перед тобой? — спросила Сакура. Карин всхлипнула. — Я могу сказать, что ему жаль. По-своему. Сакура не смогла сдержать смешка. — Идиот. Две куноичи обменялись взглядом. Они обе знали. Карин пробормотала: — Идиот. На их лицах появились улыбки. Карин вытерла глаза. — Ты знала Саске. Раньше, — сказал Суйгецу. Это был не вопрос. Сакура подумала «и вы знали Саске. После» Саске был человеком, который разделил время на раньше и после, оставив глубокую пропасть. С одной стороны, Сакура, раньше, смотрела на членов Така, после. Она вздохнула. — Да. Мы были сокомандниками. Лица в комнате стали мягкими, задумчивыми. Они впервые признали их взаимную связь с Саске. Сакура ощутила открытие двери, поднятие веса. Они перекинули веревку через пропасть. — Что ж, — решил Суйгецу, — ты можешь вылечить мои старые шрамы. — Отбросив скромность, он поднял рубашку. Его живот портил длинный белый шрам. — Я получил этот несколько лет назад. Он портит мой внешний вид. Карин огрызнулась. — Ты чертовски тщеславный. — Ты завидуешь, что я красивее тебя. — Суйгецу скомкал рубашку и кинул ей на колени. Карин ощетинилась, как кошка. Сакура не смогла сдержать улыбку. Она указала Суйгецу подойти. Он сел на край койки Карин. — И ты, и она очень красивые, — Сакура согласилась и собрала целебную чакру в ладонях. И Суйгецу, и Карин широко улыбнулись ей. — Она мне нравится, — Суйгецу сказал Карин, указывая пальцем на лицо Сакуры. — Она не в твоей лиге, — Карин хмыкнула. Суйгецу что-то пробормотал, ерзая под прикосновением Сакуры. Затем он с ехидством добавил: — Саске тот, кто нуждается в осмотре. Он выглядит как когтеточка для кошек. Карин усмехнулась. — Он бы никогда не захотел этого. — Она оглянулась на Сакуру. Сакура закатила глаза. Она подтвердила. — Слишком много гордости. — Могу я звать тебя Сакура-чан? — спросил Суйгецу. — Как угодно, лишь бы это помогло тебе вылечиться быстрее, — сказала Сакура. Джуго сказал с угла. — В следующий раз, я принесу тебе птичье гнездо.

***

Когда всё закончилось, и Саске лежал, истекая кровью на земле рядом с Наруто, он ощутил, что уплывает. Сквозь густой туман его достиг звук падающих камней и торопливых шагов. Затем по всему его телу разлилось нежное тепло. К его конечностям стремительно вернулось чувство. Он не смог сдержать болезненного вздоха, всё было тяжёлым и болело. Он сосредоточился на тепле. Оно было мягким, драгоценным, как первый проблеск света в холодное утро. Саске моргнул и понял, почему чувство казалось таким знакомым. — Оставь меня, — пробормотал Саске. Сакура жевала нижнюю губу, пока работала, сведя брови. На её лице танцевал зеленый цвет целебной чакры. Она не подала ни одного знака, что услышала. Саске попытался откатиться. Его тело с мельчайшим подергиванием послушалось. Сакура посмотрела на него. — Не отвлекай меня, — приказала она. — Я пытаюсь сосредоточиться. — Сакура. — Дышать теперь было легче. — Прости. Ее рот скривился. — За что? Саске не нашёл правильных слов. Было слишком много вещей, из-за которых он сожалел. Он пробормотал: — За всё. — Хорошо, — сказала она. — Я надеюсь, ты сожалеешь. Медленные слезы текли по щекам Сакуры, прослеживая те же самые пути снова и снова. — Ты, чёртов придурок, — она добавила. Поток чакры никогда не колебался. Сакура без сомнений спасла его снова. Чтобы удержаться от потери сознания, Саске смотрел за зелёным свечением на её лице. Впоследствии, Саске проводил дни в медицинском лагере. Он учился балансу, ощущая воздух там, где когда-то существовала левая рука. Он раскрыл новые участки рубцовой ткани на коже. Ночью он не мог уснуть. Посетители Саске завалили его вопросами и срочными темами обсуждений. Наруто прихромал на костылях, спросив Саске: — Разве ты не рад, что наконец вернулся домой? Какаши задумчиво дотронулся пальцем до рта в маске и спросил: — Давай поговорим о том, что случится дальше. Возможно, тебя заклеймят преступником. Цунаде ворвалась в его палатку, требуя: — Скажи мне, почему я должна убедить совет не считать тебя преступником. Ответы Саске не удовлетворили ни одного из них. Сакура была другим постоянным посетителем. Она приходила каждый день, чтобы проверить его раны. Только Сакура ничего не спрашивала, хотя Саске чувствовал, что она заслуживала ответов больше всех.

***

Всё началось с малого. Джуго беспокоился о раненой птичке. На следующий день птица настороженно и невредимо сидела на его плече. — Её вылечила медик, — Джуго сказал Саске. Саске не спрашивал. — Розовая, — он уточнил. Саске каким-то образом уже знал. В другой день, Суйгецу не мог прекратить улыбаться, отдыхая в палатке Саске. — Чему ты так рад? — Саске наконец спросил. Суйгецу поднял бровь. — Сакура-чан правда нечто. «Сакура-чан?» Желудок Саске сжался. — Она милая, — сказал Суйгецу. — Сильная. Приятная улыбка. Интересные волосы. И она вылечила мой старый шрам. Суйгецу с размахом потянул рубашку, чтобы показать неповрежденный живот. — Что за лицо? — он возразил. — Она наверняка сделает тоже самое для тебя, если ты попросишь. — Мне не интересно, — пробормотал Саске. Улыбка Суйгецу превратилась в дерьмовую усмешку. — Ты так же предсказуем, как они говорили, — он рассмеялся. Саске не клюнул на удочку. Не фанат утонченности, Суйгецу уточнил сам. — Я говорил о Карин и Сакуре. Саске не должен быть удивлён, что с тёплой улыбкой и милым характером Сакура подружилась с его товарищами. . . В следующий раз, когда Сакура появилась в его палатке, Саске был в плохом настроении. Она остановилась, меняя бинт. — Тебе больнее, чем обычно? — Что? Она нахмурилась. — Ты кажешься расстроенным. — Я не расстроен. Сакура выдержала его взгляд. — Ты разговаривала с моими товарищами, — сказал Саске. Сакура моргнула. — Что ж, они мои пациенты. Прямо как ты. Саске пожалел, что спросил. — Не важно. — Какая тебе разница, если я разговариваю с ними? — Это не важно. Тень омрачила её лицо. Сакура без слов проверила его раны зеленым грозовым облаком целебной чакры. Она встала как только закончила. — Я не знаю, что тебя сегодня тревожит. Но я предлагаю тебе подумать о том, как ты всё еще должен Карин извинение. — Её рот снова открылся, потом закрылся. Саске смотрел на свои колени, потому что она была права. Её челюсть сжалась. Она умчалась прочь. . . Саске нарушил постельный режим и извинился перед Карин за пределами палатки Така. Его горло было сухим, а слова слишком короткими. Он не мог смотреть ей в глаза. Карин один раз кивнула. Она сказала хриплым голосом: — Спасибо. — После кое-какого времени она вернулась внутрь. Это было намного большее прощение, чем Саске заслуживал. . . Впервые Сакура не ушла сразу после визита. Она скинула белый плащ, пригладила волосы, и села рядом с кроватью Саске. Она почистила и нарезала два яблока, затем выложила фрукт на тарелку. — Антиоксиданты, — она объяснила, бросив тарелку на колени Саске. Кусочки яблока при воздействии затряслись. — Спасибо. — Его голос был тихим. Сакура не моргнула. — Ты извинился перед Карин. — Да. — Хорошо, — она сказала. Саске открыл рот, его лицо горело, его губы обжигало ещё одно несовершенное извинение. — Я уже знаю, что тебе жаль, — Сакура вмешалась. — Просто доешь свой фрукт. — Она довольно хмыкнула, когда он поднес кусок к губам. Саске предложил тарелку ей. Она замерла, потом взяла кусочек. Они ели по очереди, пока тарелка не опустела. Это было лучшее яблоко, что Саске когда-либо ел.

***

Через сообщения, переданные Сакурой, Наруто уговаривал Саске заскочить в его палатку. После недели отдыха Саске сдался в один поздний вечер и прошёл через оживленный лагерь. Лагерь не ограничивался размещением войск. Медики то и дело забегали в палатку-лазарет, возвышавшуюся в центре лагеря. Шиноби каждой нации смешивались и перемешивались между собой. Они выстраивались в очередь за едой, звали друг друга в знак приветствия или собирались, чтобы обменяться историями и поспорить. Они превращали ряды палаток в кварталы. Для сообщества шиноби лагерь служил местом, где можно было отпраздновать, оплакать и исцелиться перед возвращением домой. Для Саске это было неожиданное спасение — поляна посреди темного леса. Но за ней начинался еще более неизведанный лес. Саске открыл полог палатки Наруто. Наруто с открытым ртом спал на футоне. Рядом с ним, Сакура лежала на боку, её распущенные волосы были разбросаны по подушке, пальцы прижаты к щекам. Порыв ветра заставил дверь палатки захлопнуться. Сакура вскочила при шуме, уже протягивая руку к своему белому плащу. Когда она увидела Саске, её плечи упали, а сонливость вернулась. — Наруто должен был разбудить меня, — Сакура пробормотала, потирая глаза. Саске не мог избавиться от вида их близости. Он сказал: — Я приду позже. — Тебе лучше остаться. Он весь день раздражал меня о тебе. Пойманный её умоляющим взглядом, Саске присоединился к Сакуре на земле и скрестил ноги. Она нежно потрясла Наруто за плечо. Наруто сел и протяжно зевнул. — Я люблю спать, — он заявил, потягиваясь, потом широко улыбнулся Саске. — Посмотрите, кто наконец показался! — Ты постоянно занят, — сказал Саске. — Сон важен, теме. — Ты должен был разбудить меня, — Сакура напомнила ему. — А! Прости, Сакура! — Наруто смущённо улыбнулся. — Ты спешишь? Сакура махнула рукой. — Шизуне нашла бы меня, если бы они нуждались во мне. Трое товарищей смотрели друг на друга. Они не были вместе долгое время. — Посмотрите на нас. Мы старые, — Наруто выпалил. Саске фыркнул. — Мы не настолько старые, — сказала Сакура. — Но мы ветераны. Её слова не были горькими. Но это было откровенное признание их реальности. Они были молоды, и уже так сильно сражались. Саске почувствовал легкий шок, вызванный ее самоанализом. Долгое время Саске убеждал себя, что Сакура — не более чем слабая и глупая девочка. Она никогда не была такой, но Саске переписал свои воспоминания о ней так, что они стали правдой. Он сделал это, чтобы легче было уйти. Чтобы легче было стать ее врагом. Пора было расстаться с этой ложью. — Только четыре руки между нами тремя, — пошутил Наруто. Сакура не ответила. Затем она с трудом вдохнула. — Вы, идиоты, — она прошептала. — Вы могли убить друг друга. — Её глаза сияли непролитыми слезами. Лицо Наруто осунулось. Он потёр её спину. — Нам жаль, Сакура-чан. Мы правда идиоты. Когда Сакура заплакала, Саске замер. Он не знал, как соответствовать комфорту, который Наруто так легко предложил. Он потянулся, запнулся, и убрал руку. После всего этого времени, после всего, что он сделал, значили бы что-то его слова, его прикосновения? Наруто уловил колебание Саске. С малейшим движением подбородка, он указал иди сюда. Саске прикоснулся большим пальцем к её костяшкам. — Спасибо, Сакура. Он не знал, за что её благодарил. Он только знал, что он никогда не докопается до всего, что ей должен. — Ты спасла нас. Снова, — сказал Наруто. Сакура глубоко вдохнула и пригрозила: — В следующий раз я убью вас обоих сама. Она схватила руку Саске и сжала. — Я не сомневаюсь, — Наруто сказал с нервным смешком. — Но этого не случится снова. Да, Саске? — Никогда, — Саске пообещал, пораженный внезапным теплом её маленькой руки в его руке. Её рука была нелогичной. Грубая, мозолистая ладонь соединялась с тонкими пальцами и изящным запястьем. Её руки обещали и сломать кости, и исцелить плоть. Сакура наклонила голову. Она закрыла глаза и улыбнулась. В голове Саске пронеслась мысль, пока он сидел рядом со старыми товарищами, слушая, как Наруто уговаривает Сакуру рассмеяться. «Вот что я упустил».