6. Правда и Будущее

      Они переступают порог одного из отелей Вегаса, и Гермиона держит Малфоя под руку. В крови бурлит адреналин, напоминая об эпизоде в примерочной. Прошло несколько часов, и её постепенно начинает накрывать чувство стыда. Раньше Гермиона не делала ничего подобного, вот только когда её взгляд скользит по Малфою, в голове рождаются мысли, о которых она раньше и не подозревала. Гермиона снова улыбается и отпускает руку Драко, когда он подходит к стойке, начиная договариваться о номере.       Просторные, непозволительно роскошные апартаменты на верхнем этаже. Кажется, она видела нечто подобное в кино.       — Чем хочешь заняться? Казино, бары или…       Гермиона оборачивается и не успевает договорить, потому что её взгляд цепляется за небольшую чёрную коробочку в руках Драко. Сердце подпрыгивает к горлу, лишая её дара речи. Она непроизвольно пятится назад, пытаясь не отдаться захватившей её панике.       — Мы… Мы для этого приехали в Вегас? — тихо спрашивает Гермиона, всё ещё не отрывая взгляда от коробочки.       — Грейнджер, ты же сама показала мне тот фильм.       Из её рта вырывается нервный смешок, и она наконец находит в себе силы посмотреть Драко в глаза:       — Ты говоришь серьёзно?       Малфой делает шаг, начиная приближаться к Гермионе. Он открывает коробочку, демонстрируя изящное кольцо, которое наверняка будет восхитительно смотреться на её пальце.       — Хочу сделать это сейчас. Без толпы людей, взглядов и прочего. Но если ты хочешь праздника, я устрою тебе его, как только мы вернёмся домой.       — Драко…       Её глаза бегают от кольца к Малфою. Гермиона старается подобрать слова, но не знает, получится ли.       — Откуда у тебя кольцо? — спрашивает она, не отводя взгляда от переливающегося бриллианта. Гермиона знает, что это глупый и бесполезный вопрос, но он точно даст ей немного времени для того, чтобы обдумать следующий.       — Ты возилась в примерочной, а ювелирный магазин был рядом, — застенчиво отвечает Драко, продолжая держать коробочку перед собой и ждать, когда Гермиона ответит что-то по существу.       — Я… Я растеряна.       Она не знает, что ответить. Все чувства и эмоции путаются в единый клубок, лишая возможности здраво рассуждать. Гермиона знает, что нужно лишь успокоиться, потянуть за нитку и распутать весь этот ужас, отчего дышать станет легче, но проблема в том, что она никак не отыщет этот самый конец, за который стоит уцепиться и потащить на себя.       — Извини, просто…       — Что?       — Та связь, которая возникла между нами за последние дни… Те чувства… Чёрт, я рассчитывал на то, что ты поймёшь меня без слов.       Драко делает шаг назад, закрывая коробочку и отворачиваясь. Он смотрит в окно, и Гермиона видит, как сильно напряжены его плечи. Ей больно видеть его таким. Она не впервые видит Малфоя разбитым, но только сейчас Гермиона по-настоящему чувствует и понимает его боль, и ей бы очень хотелось, чтобы он приложил немного усилий и понял её смятения.       Их метки, их связь, её проснувшиеся чувства, их откровенные поцелуи, а теперь ещё и ласки в примерочной магазина. Всё это слишком быстро. Это как попасть в самый центр смерча и стараться выбраться или же поток движения, пытаясь просто выжить, а сейчас Драко стоит перед ней с кольцом в руке и предлагает пожениться в Вегасе, не думая о прошлом и не заглядывая в будущее.       И в Гермионе совсем нет уверенности, что из смертельной воронки, которая подхватила её в тот вечер в баре, когда их губы впервые соприкоснулись, можно выбраться.       Ей просто нужно немного времени для того, чтобы подумать.       — Драко…       Несмотря на бушующие внутри чувства, Гермиона делает шаг, но Малфой поворачивается к ней лицом, отчего она замирает. Грейнджер видит его глаза: потухшие, безжизненные, наполненные болью. Он впервые так выглядит с тех пор, как между ними установилась связь, и ей становится жаль, что именно она стала тому причиной.       И внутри всё подталкивает Гермиону вперёд, в его тёплые и родные руки. Изо рта рвётся заветное «да», хотя она это совсем не планировала, и, оказывается, ей не нужно много времени для того, чтобы что-то осознать. Идиотские ответы прямо перед ней — они внутри неё и стучат в сердце, разгоняя кровь по венам и давая дышать, а также чувствовать себя особенной именно рядом с этим мужчиной.       — Драко, — она делает ещё одну попытку сдвинуться с места.       Но Малфой сам идёт в сторону двери, оставляя коробочку с кольцом на столике.       — Ты куда?       — Мне нужно проветриться, — он даже не поворачивается, чтобы посмотреть на неё, и просто выходит в коридор, хлопая дверью и оставляя Гермиону в одиночестве.       И она готова поклясться всем на свете, что в этот момент чувствует себя по-настоящему пустой. Гермиона винит себя за то, что не согласилась сразу же, как только Драко открыл коробочку, потому что в глубине души она этого хотела, но Малфой прав: они слишком упёртые для того, чтобы в чём-то признаться или изменить привычкам. Как ему сложно называть её по имени, предпочитая фамилию, так и ей сложно признаться себе и ему в том, что она готова рискнуть и просто быть счастливой, ведь именно об этом она мечтала последние годы. Ни о карьере, ни об успешных проектах, а просто о том, чтобы дома её ждал любимый мужчина, который готов обнять её и забрать все её печали.       И она будет себя ненавидеть, если позволит ещё хоть раз сделать так, чтобы у Драко был этот безжизненный взгляд, ведь ей так нравится видеть его счастливым. Смешным, полностью открытым, непосредственным и немного язвительным. Гермионе нравится, когда он перед ней настоящий, и она должна быть благодарна за то, что он так легко открылся ей, хотя все знают, как он боится стать уязвимым, а в её руках он уязвим. Так почему она не может сделать то же самое для него? Ведь он её соулмейт. Любовь всей жизни. Мужчина, которому она готова довериться.       Гермионе хочется выскочить за дверь следом за Драко, вот только она понятия не имеет, куда он мог отправиться, поэтому ей не остаётся иного выбора, кроме как покорно сидеть и ждать, надеясь на то, что ожидание не затянется надолго.       Больше часа Гермиона прокручивала всевозможные фразы, которые скажет Драко, как только он вернётся обратно, но когда дверная ручка щёлкнула и Малфой появился в просторной комнате, погружённой во мрак, где источниками света были лишь огни города, который никогда не спит по ночам, она просто замерла и таращилась на него, словно бы видела впервые.       Он закрыл дверь, оставляя карточку от номера на небольшом столике, и посмотрел на Гермиону, опираясь спиной о стену, помещая руки в карман и продолжая молчать, и в этот момент она поняла, что слова не нужны.       Гермиона шагает вперёд, и теперь даже взгляд Драко не способен её остановить. Она впечатывается в его тело, обнимает за шею и притягивает его ближе, чтобы поцеловать. Её губы прижимаются к его, и Гермиона использует язык, надеясь на то, что Драко не будет сопротивляться, но он не противится и не пытается её оттолкнуть. Малфой лишь аккуратно обнимает её за талию, отвечая на поцелуй. Чем больше секунд проходило, тем напористее он её целовал, тем сильнее Гермиона обнимала его, впиваясь пальцами в грубую ткань его одежды, и только сейчас они по-настоящему стали единым целым. Всё потому, что она себя отпустила. Сняла все рамки, которые на протяжении долгих лет выстраивались вокруг её сердца, защищая душу, но теперь их не было. Гермиона могла лететь. Смело падать вниз и точно знать, что Малфой её подхватит. Сожмёт в своих объятьях и сделает так, чтобы она никогда не пострадала.       — Прости, — задыхаясь, прошептала она ему в губы.       — За что? — Малфой окончательно прервал поцелуй, но продолжал прижимать Гермиону к себе.       — За то, что колебалась.       — Гермиона, не надо…       — Нет, надо, — строго проговорила она, отчего Драко улыбнулся. — Все эти дни я давала тебе понять, как мне сложно разрушить те стены, которые я воздвигла внутри себя. И все эти события... ну, для меня это так быстро, но ты бы знал, как сильно я сходила с ума, когда ты вышел за эту дверь, как сильно я скучала, хотя провела с тобой весь день, и дело не в метке — не в том, что она начинала доставлять дискомфорт. Всё дело в том, что я хочу быть рядом. Проводить с тобой часы и дни напролёт. Видеть тебя расслабленным и счастливым, но самое главное — никогда не видеть тебя таким, каким ты был больше часа назад. Мне ещё никогда не было так больно от чужих чувств. Но ты… Я не знаю, что ты делаешь со мной, и я наверняка никогда не разгадаю эту тайну о соулмейтах, но я точно знаю, что мы — идеальная пара. Ты и я. И плевать на всё остальное, поэтому, Драко Малфой, надень мне на палец это до ужаса прекрасное кольцо и задай вопрос.       Гермиона отошла на шаг назад, всматриваясь в глаза Драко, и пусть сейчас в них отражались огни Вегаса, она всё равно могла видеть там вспыхнувший огонёк, который она так обожала.       Драко молча потянулся к коробочке с кольцом, стараясь не моргать.       Он открыл её, вытаскивая кольцо, и сделал шаг, цепляясь за ладонь Гермионы и начиная говорить:       — Гермиона Грейнджер, согласишься ли ты выйти за меня замуж в Вегасе, где полно пьяных и бесконечно смеющихся людей, большинство их которых уже утром не вспомнит о собственной свадьбе?       — Думаю, что не может быть ничего романтичнее, — улыбнулась она, протягивая свою дрожащую руку вперёд. Кольцо идеально обхватило её безымянный палец, и Гермиона тихо ахнула, прекрасно зная, что Драко за ней наблюдает.       Волна тепла заструилась по её телу, кружа голову. Ей казалось, что она сияет изнутри и что это свечение должно быть заметно всем окружающим.       — Драко, оно прекрасно.       — Это ты прекрасна, — едва слышно проговорил он, и Гермиона подняла голову, встречаясь с его пылающими от счастья глазами.       — Я влюбляюсь в тебя, — выпалила она, начиная смеяться. — С каждым днём всё больше.       — Я уже давно люблю тебя, Грейнджер, но это не мешает мне влюбляться ещё сильнее.       Чувство счастья разрывало её изнутри, и Гермиона снова прильнула к Драко, начиная целовать его, но сейчас он быстро перехватил инициативу, толкаясь своим языком ей в рот, отчего она немного покачнулась и сильнее ухватилась за его тело, начиная улыбаться.       — Я думал, мы идём жениться, — усмехнулся он, при этом продолжая продвигаться вглубь комнаты.       — Мы пойдём, но сейчас мне нужно кое-что другое.       — И что это? — он улыбался, и эта усмешка выдавала его с потрохами. Малфой прекрасно знал, что Гермиона имела в виду, но ему нравилось играть и дразнить, а значит, и она сама сможет это полюбить. Или уже любит.       — Драко, пожалуйста, — захныкала Гермиона, чувствуя, как влага пропитывает её бельё.       — Кстати, я люблю, когда меня умоляют, — его зрачки значительно потемнели, а низ живота Гермионы свело от спазмов возбуждения.       — Что ещё ты любишь? — она облизала губы и заметила, что Драко внимательно проследил за этим движением.       — Я всё тебе покажу, как только вернёмся домой.       — А сейчас?       — А сейчас покажи, чего хочешь ты, — Малфой сжал её задницу, и Гермиона закусила нижнюю губу, пытаясь сформулировать в своей голове хоть что-то.       — Хочу тебя. Пожалуйста, просто… дай мне это.       — Мне кажется или это звучит как мольба? — его рука оказалась у неё на шее, слегка надавливая, отчего глаза Гермионы закатились от распространяющегося по телу жара.       — Видишь, всё как тебе нравится, милый.       Улыбка с его лица тут же стирается. Его взгляд полон похоти и страсти, поэтому у Гермионы подкашиваются колени, но Драко удерживает её за талию, а также продолжает сжимать шею, даря ей новые ощущения.       Больше не произнося никаких слов: Малфой перекидывает Гермиону через плечо и тащит её в дальнюю комнату. Она вскрикивает, а затем смеётся, болтаясь вниз головой. Он кидает её на кровать, и когда Гермиона убирает волосы с лица, то видит, как Драко избавляется от пиджака и рубашки, не сводя с неё глаз. Она устраивается поудобнее, быстро скидывая туфли и позволяя им хаотично расположиться на полу. Гермиона рада, что одета в платье, и она надеется, что Драко просто поднимет его вверх и приступит к делу без лишних прелюдий. Этому они и так посвятили сегодня время в одном из магазинов прямо в середине дня.       Он начал расстёгивать ремень, а Гермиона умирала от голода. Она чувствовала только это — зудящую боль по всему телу, которая словно ломала кости по всему телу. Метка пульсировала, отвлекая её, но Гермиона смотрела только на Драко и на то, как он стащил брюки и опустился коленями на кровать, нависая сверху.       — Пожалуйста, — одними губами произнесла она, обнимая и прижимая его к себе.       — Ты очень нетерпеливая девочка.       — Я бываю такой, но я готова показать тебе, какой терпеливой могу быть, но только тогда, когда мы вернёмся домой.       Он снова улыбнулся, провёл рукой по её бедру, поддевая платье, добрался до талии и груди, целуя Гермиону в шею. Он начал стаскивать платье, и Гермионе хотелось воспротивиться. Она не понимала, зачем тратить на это время.       — Я хочу видеть, — произнёс Драко, упиваясь видом её метки, и Гермиона закрыла рот, откидываясь на подушки и позволяя ему смотреть.       Он провёл губами по метке, добрался до её шеи, а потом к губам. Гермиона выгибалась ему навстречу, снова собираясь взмолиться и попросить его действовать быстрее, потому что слёзы отчаянья уже собирались в уголках глаз, а возбуждение струилось под кожей.       Но когда Драко стащил её влажные трусики и провёл пальцами по влажным складкам, она тут же забыла все слова, вцепившись пальцами в мягкое покрывало.       — Ты уверена, что хочешь сделать это быстро? — Драко возвышался над ней и ласкал её пальцами, наблюдая за собственными движениями, облизывая губы и тяжело дыша.       — Пожалуйста, я больше не могу. Я так сильно хочу тебя…       Он убрал пальцы, и Гермиона приподняла голову, потому что потеряла то единственное, что помогало ей, но она заметила, как Драко избавляется от своего белья, как его член блестит от выступившей на него смазки и как он похотливо смотрит на неё, лежащую на кровати — голую и полностью открытую перед ним.       Она целовала его, сплетая воедино их языки. Чувствовала, как член Драко упирается ей в живот. Стонала, не собираясь сдерживаться. Малфой опустил руку между их тел, направляя член, и толкнулся, одним движением входя в неё. Он не думал, что она будет такой тесной. И Драко на секунду прикрыл глаза, растворяясь в этом ощущении. Ничего подобного он никогда не испытывал. И он хотел это запомнить. Хотел, чтобы секс с Грейнджер ощущался именно так.       Гермиона зажмурилась, впиваясь ногтями в его кожу. Малфой замер, стараясь дышать.       — Всё в порядке?       — Да, продолжай, — Гермиона сильнее обхватила его ногами, подталкивая и направляя его, и Драко подчинился, возобновляя движения и задавая медленный темп, который доводил её до крайности.       Она потянулась, чтобы поцеловаться, и Малфой опустился ниже, полностью накрывая её тело своим. Он начал двигаться быстрее, позволяя их телам прилипать друг к другу, позволяя им ударяться и создавать пошлые звуки, которые навсегда останутся в памяти, и когда он уткнулся ей в шею, начиная прикусывать кожу, он прошептал несколько слов, нахваливая Гермиону и замечая, что от этого её стоны стали громче. Она сжималась вокруг него, и он понял, что Гермиона уже близко, поэтому Драко задвигался быстрее, поднимаясь и обхватывая её талию руками. Он наблюдал, как её грудь подпрыгивает вверх и вниз, и когда Гермиона выгнулась, начиная бормотать что-то несвязное и растворяясь в оргазме, Драко закинул её ноги себе на плечи, меняя угол проникновения и достигая разрядки. Он закрыл глаза, а затем рухнул рядом с Гермионой, подтаскивая её ближе к себе. Они тяжело дышали, пропитывая простыни своими потом и возбуждением.       — Теперь мы можем пожениться, — засмеялась Гермиона.       — Да, вот только брачная ночь была раньше церемонии.       — Я не против брачной ночи и обещаю, что буду более терпеливой, как только мы вернёмся в номер.       — Обещаешь?       — Обещаю, — Гермиона приподнялась, целуя Драко в губы, а затем вскочила с кровати и помчалась в душ. Малфой не знал, откуда у неё взялось столько энергии. Ему требовалось ещё несколько минут, чтобы прийти в себя окончательно.       Драко переоделся в рубашку и брюки, в то время как Гермиона перебирала вещи, которые они сегодня купили.       — Нашла, — радостно воскликнула она, натягивая короткое белое платье на белоснежное бельё, которое так идеально контрастировало с её загорелой кожей.       — Теперь ты готова?       — Я буду готова, когда мы купим кольца, а ещё мне нужно что-то новое, что-то старое, что-то взятое взаймы и что-то голубое, — Гермиона была так сосредоточена, что он не мог не рассмеяться.       — Ты говоришь серьёзно?       — Драко, я мечтала о свадьбе долгое время, и пусть мы женимся в Вегасе, я не проигнорирую традицию, которую так хотела исполнить.       Она была той Грейнджер. Той самой, в которую он влюбился в школе и даже немного боялся. И разве он мог отказать ей? Конечно же, нет.       — Ладно, давай исполнять этот список.       — Что-то старое — это мои серёжки. Что-то новое — это платье, которое я только что надела.       — Остаётся голубое и взятое взаймы?       — Найдём голубую подвязку.       — А что-то взятое взаймы?       — Будем импровизировать.       Когда они зашли в часовню, Гермиона чуть ли не подпрыгивала от предвкушения. Она сжимала в руке небольшой букет и осматривалась по сторонам. Они с Драко подошли к стойке, записывая свои имена в специальный журнал, и пока Гермиона выводила буквы, Малфой посмотрел на девушку напротив.       — Вы не против одолжить нам свою шпильку для волос?       — Что?       Гермиона подняла голову и уставилась на Драко, а затем на девушку, которая тоже была немного шокирована.       — Ей нужно что-то взятое взаймы, и ваша шпилька идеально подойдёт.       Гермиона расплылась в улыбке, замечая, как девушка так же понимающе улыбается и кивает, протягивая им шпильку.       — Обязательно верну её после свадьбы, — заверила её Гермиона, помещая вещь в волосы.       — Не беспокойтесь об этом. Вам нужен будет фотограф?       — О, да, он нам нужен, — ответила Гермиона, толкая Драко локтем в бок.       Ей всегда казалось, что во время свадьбы она будет плакать, но Гермиона украдкой хихикала, цепляясь за руку Драко и чувствуя себя самой счастливой девушкой в мире, и плевать, что церемония в Вегасе и что вокруг нет родных и друзей. Это только их момент, и больше никого не требуется.       Они вернулись домой следующим вечером. Гермиона то и дело бросала взгляд на свою руку, любуясь кольцами и пытаясь окончательно осознать свой новый статус.       — Когда встретимся со всеми? — спросил Драко, отправляясь кормить кота.       — Чем раньше, тем лучше, — ответила Гермиона, просматривая его почту.       — Тогда я свяжусь со всеми по каминной сети.       — Отлично, а я пока схожу в душ.       — Как насчёт жилья? Мне дать указания для поиска?       — Безусловно, и не медли, — Гермиона говорила так, словно раздавала указания на работе, и, чёрт возьми — ему это нравилось. Драко впервые за всю свою жизнь был по-настоящему счастлив. И как же здорово осознавать, что это чувство будет сопровождать его до конца дней.       Весь следующий день они с Гермионой убили на поиски дома. К счастью, было несколько вариантов, которые можно было рассмотреть всерьёз.       — Ты уже представляешь их лица? — Малфой возился с запонками, и Гермиона оказалась рядом, чтобы помочь.       — Тео провозгласит себя вершителем судеб. Поспорим? — улыбнулась она.       — Уже прямо сейчас вижу его самодовольную рожу, а ещё вытянутую физиономию Поттера.       — Пэнси будет морщить нос, как будто рядом что-то воняет, — задумалась Гермиона, а затем вернулась к расчёсыванию волос.       — Это будет сумасшедший вечер.       — Да, — Малфой подошёл сзади, обнимая её за талию. — Ты готова?       — Абсолютно, — она улыбнулась, и у неё внутри не было ни капли сомнения.       Они переступили порог бара, и их тут же подхватил поток голосов и громкой музыки.       — Они уже там? — спросила Гермиона, начиная нервничать.       — Ага, — Драко вытянул шею, проверяя наличие друзей.       — Ну, пойдём? — она посмотрела на него, сильнее сжимая его ладонь, за которую держалась с тех пор, как они вышли из дома.       Малфой лишь кивнул, наклоняясь и легко целуя свою жену в губы.       Они двинулись по направлению к столику, и так как Джинни сидела лицом к проходу, она первая заметила их, подавившись коктейлем. Всё потому, что её взгляд зацепился за их переплетённые пальцы. Капли розового напитка забрызгали стол.       — Ты сдурела? — манерно проговорила Пэнси, хватая салфетки.       Но Джинни продолжала молчать, наблюдая за тем, как Драко и Гермиона приближаются к столику, и когда они остановились перед друзьями, все посмотрели в их сторону. Тео вдруг приподнялся на ноги, а затем сел обратно, вдруг начиная таращиться на Пэнси.       Повисла тишина, и Гермионе вдруг захотелось рассмеяться, и, судя по вибрации, которая исходила от тела Драко, он делал это прямо сейчас.       — Вы нам объясните? — вдруг проговорил Тео, сцепляя руки за головой.       — А ты нуждаешься в объяснениях? — весело спросила Гермиона, усаживаясь за столик и вынуждая Джинни подвинуться. Малфой сел рядом, и его рука тут же оказалась у Гермионы на коленке.       — Мы все нуждаемся, — проговорил Гарри, при этом выглядя совершенно обескураженно.       — Ну, тогда вернёмся в недавний вечер, когда ты произнёс «Поцелуй его, Грейнджер», а вы все поддержали. Вспомнили?       За столом повисло молчание, а смех продолжал рваться наружу, и больше Гермиона не собиралась сдерживаться. И когда изо рта вылетел первый смешок, а Малфой поцеловал её в висок, все вокруг ахнули, придвигаясь ближе, чтобы узнать подробности.