3. Синий горизонт

Смотреть как вода накатывает и отступает – завораживает. Даже не мешали удивленные крики рядом скачущих товарищей, закатавших, как и Эрен, штанины, и прыгающих по морской воде, пробующих ее на вкус, и тут же орущих: - Соленая! Соленая! Она правда соленая! Армин что-то поднял из мелководья. Ракушка. Они не видели таких вещиц, удивлялись, Микаса вот дернулась от того, как что-то проплыло мимо ее ноги и едва не упала в воду. В ее руках болтались сапоги, которые она держала за высокие, из мягкой кожи, голенища, которые отчего-то, не как другие, не бросила на берегу. - Невероятно! – взвизгнула Ханджи Зоэ. – Я не вижу берега! До чего огромное! А кто это там на меня смотрит из воды?! Леви! Леви, видишь?! - Сожрет же, - лениво и обреченно отозвался капитан, будто мамочка, смирившаяся с гиперактивным ребенком, которому до всего есть дело. Их, первых, осталось так мало, что он уже куда больше заботится о их командире, чем язвит. А вдали действительно видно только синее море, которое и пахло иначе, чем реки и прочие водоемы их страны. Только Леви один остался на берегу и даже сапоги не снял, не поддавшись искушению живой, хотя и соленой, воды, играющей с берегом в какие-то салки. Видно, как истинный Аккерман, как и Микаса, все еще был готов ко всему. Эта собранность неистребима хотя бы его прошлым в подземном городе, где если не ты – то тебя . Или проще: он боялся, что молодые, и все, как один, выше него ростом подчиненные, станут его топить, навалившись скопом. В шутку, естественно. Впрочем, если бы Эрен год назад сказал себе, что не боится больше Леви – не поверил бы. Их почти первая встреча, если не считать тех, когда Йегер с друзьями видел капитана среди других «крыльев свободы» - незабываема. Раньше он всегда ощущал даже какую-то фантомную боль беспощадных ударов Аккермана. Но те страхи относились сейчас к какому-то другому Эрену, тому, кто не знал правду… - Эрен, я ведь говорил, - прошептал рядом счастливый Армин. В его глазах тоже плескалось море. Неудивительно: только что сбылось то, о чем он долго говорил, а ему никто, даже поначалу лучший друг, не верил. Книги книгами, в них можно написать все, что хочешь, а реальность всегда скажет свое слово. И перед ними море, теплые, солнечные дни, смех, прохладная, соленая и необъятная вода, горячий песок. В какой-то реальности на берегу такого гигантского водоема время проводят только так: весело, забавляясь, даже пробуя плавать, как Конни, подначиваемый Сашей и Жаном окунуться и посмотреть, что там на дне. - Я сделаю! Сделаю! – пыхтит, но чуть трусит Конни Спрингер, уставившись на воду, стоя по колено в море. - Но если ты откроешь глаза в соленой воде, то они же высохнут как слизняки! – пораженная мыслью, орет Саша. Конни трусит еще больше, но Жан и Саша уже сами его окунают – настоящие друзья. На чудной миг Эрен, оглянувшись, увидел совсем другой мир – он остался позади, в прошлом, или был впереди – в будущем?? Микаса смущена – она привыкла ко многому, но и ее море шокирует, ведь она не знает как с ним быть. А все просто, Микаса: если ты на берегу, с морем надо играть, в море радо веселиться и баловаться, этими минутами надо наслаждаться, потому что гормоны счастья, независимо от того, что хотят испытывать, под давлением объема и бесконечно-синего горизонта, дарят это самое, в задыхающимся восхищением организме, своим простором – страх и трепет, тесно переплетенные с восторгом и счастьем… Конни, выпучив глаза, выныривает, хотя и сидя в воде по шею. Жан спрашивает: - Видел что-нибудь? - Видел! – Конни вдруг резко дергает на себя руки и под удивленный крик плюхающихся в воду друзей, тянет на поверхность свою добычу: схваченные лодыжки Саши и Жана. – Ваши ноги! ХА-ХА-ХА… Крохотная улыбка на лице Эрена Йегера тут же сменяется жалостью, что нельзя оставить все как есть, что он, зная как идти, должен пройти путь до конца. Он должен оставить здесь всё – этих дураков, капитана Леви, Ханджи, Армина и их другую мечту – увидеть огненную реку, заснеженные горы, мир изо льда, и мир, где только песок… Эрен должен оставить это здесь, Армину, который, может, однажды увидит… Хотя, если Йегер пройдет свой путь до конца, все земли станут как одна безжизненны… Смириться с этим? А нельзя ли просто ничего не делать, остаться на этом пляже, играть, смеяться, просто жить? Да, так не проблема сделать. Но пройдет время и с большой земли снова приплывет корабль с военными и пленными, даже если они не встретят Эрена и других, когда-нибудь поймут, что тут больше нет титанов, значит, остров можно захватить, ведь у них куда более продвинутые технологии. Мир за стенами проклятых отродий эльдийского народа не ждет. Мир за стенами проглотит их остров. И не Марли, так другая страна, стоит только узнать, что титаны на Парадизе уничтожены, а людей там не так много и они недостаточно обучены, чтобы сражаться на новых условиях – с людьми. Ведь резать монстров, пусть и в прошлом бывших людей – это одно. Иначе всё, когда перед тобой человек… Когда-нибудь за ним придут. И мир, где Эрен путешествовал бы с Армином, скорее всего и Микасой – не рад им. А могло бы быть так… …Микаса неловко подходит к нему в белье, которое называют купальник – ее крепкое, фигурное, хотя и стройное тело слишком выдает в ней бойца даже в его воображении. Эрен уже не в силах представить иной пресс, а то и просто чуть округлый девичий животик, мягкие руки без мускулов – слабые и тренированные лишь уборкой и готовкой. Его Микаса, где бы не была, уже не в состоянии в его разуме быть другой. Не умеющая улыбаться, верная и привязанная к нему до невозможности, но сильная и смелая. Его Микаса - подруга, сестра, товарищ … могла бы назваться и другим образом, там, где уже не будет места другим. - Мне идет? – неловко тянет улыбку темноволосая девушка. В каком-то чужом мире он смутится, хотя уж кого, а его Микаса не стеснялась, и он видел больше, чем планировал по ее утренним тренировкам. В этой реальности не хотелось сейчас быть, или как минимум навсегда остановить мгновение на этом моменте, когда все еще молоды, живы, только впереди заботы и печали, впереди новые тайны и открытия. Впереди сожаления и чуточку радости. И впереди борьба, жестокая и беспощадная. И потери – у каждого свои. Эрен к своей потере привыкал весь год, узнав истину его существования, и пока отряды подчищали остров от титанов, он пытался уйти от неизбежного, пытался убежать от своей участи и искал любые причины, чтобы ухватиться за них и не идти дальше. Но вот они здесь: там, за синим горизонтом, все хотят их смерти. Потому… все за синим горизонтом должны умереть, чтобы не умерли те, кто рядом с Йегером. Чтобы сохранить мечты друзей, даже иллюзии их желаний и стремлений, Эрен должен идти до конца. Что будет после его гибели он не узнает. Дальше сами решат, без него. Но хотя бы одно здорово – они будут жить. И она тоже, даже с тем, что ей суждено. Ведь Эрен когда-то внушил ей быть сильной, таковой Микаса и была. Пусть все внутри еще сопротивляется собственной участи, но ради них Эрен пойдет вперед, чтобы хотя бы дать им шанс еще раз беззаботно поплескаться в море.