Глава 48. Вторая крупная бабочка

      Эльда, 30 день месяца Белой девы, 969 год Седьмого Дракона.       Пять дней спустя после битвы на равнине. Два дня спустя после возвращения в столицу герцогства.       Кабинет герцога, Резиденция Воронов, Пик Воронов, герцогство Ворона, Священная Империя Грифона.       — Это какой-то сюр… Шутка, слишком затянувшаяся и ставшая ни капельки не смешной, — проговорил я, параллельно хлебая вино напрямую из кувшина.       — Полностью тебя понимаю, Андре, — согласилась со мной Айрис, тоже постоянно прикладываясь к своему бокалу. Правда вместо вина, она пила она какой-то травяной отвар, принесённый ей старшей служанкой, что было достаточно странно.       Вообще Айрис никогда не была такой любительницей пить вино по любому случаю, просто таков был средневековый быт — вместо воды, люди чаще пили разбавленное вино, боясь подхватить какую-нибудь гадость или заворот кишок. Нет, конечно в любой момент можно было сбегать к местному священнику, который всего за пару минут вылечит, вот только у Церкви были свои взгляды на то, куда следует тратить силу Эльрата, а куда — нет. И диарея, запоры и любая другая дрянь, которой можно избежать, не выпивая сырую воду, входили во вторую группу.       Поэтому имперцы, зная такую позицию жрецов и обитая в самой плодородной части Асхана, давно развили собственную культуру виноделия настолько, что только самый потерянный пропойца не сможет позволить себе стакан самого дрянного разбавленного вина.       «Весьма вкусного, стоит заметить», — подумал я, отпивая еще один глоток. — «Вроде бы только эльфы могут с нами сравниться. Но им помогает Силанна, богиня природы, так что это не считается».       По этой причине поведение Айрис и показалось мне странным, ведь раньше она любовью к травкам не отличалась, а сейчас…       — С тобой точно всё в порядке, дорогая? — спросил я у неё, нахмурившись и поддавшись вперед.       — Всё хорошо, Андре, — ответила она, отведя свой взгляд.       «Так… Что происходит?» — ещё сильнее насторожился я, поняв что от меня что-то скрывают. Что-то важное. И учитывая происходящее в мире, мне это вообще не нравилось.       Что приходило в мире?       Да просто наша любимая императрица окончательно поехала крышей и, видимо забыв об идущей в стране гражданской войне, решила начать вторжение в земли нашего южного соседа.       Ну как вторжение? Она сделала кое-что похуже — взяла и нарушила договор, заключенный между Кругом и Олегом Грифоном, дедом Николаса и отцом Алекса, поза позапрошлым императором Священной Империи Грифона.       Что за договор? О неприкосновенности Лоркипа или Мифограда, как его чаще называли в Империи, раньше бывшем главной крепостью-монастырём Слепых Братьев и местом с самой обширной и древней библиотекой во всем Асхане.       — Ой, какая же она всё-таки дура, — обречённо простонал я, опять приложившись к вину и, вылакав его в пару глотков и бухнулся лицом прямо на твёрдую древесину стола. Было больно, но плевать.       — Ты не слишком сильно переживаешь, Андре? — поддалась ко мне Айрис, положив мне свою холодную ладошку на голову, добавив ещё одну странность в копилку.       — Если бы, дорогая… — произнёс я, оперившись подбородком на стол и опустив руки. — Ты не представляешь в какой кошмар нас ввязала эта… не буду говорить кто.       — Повторюсь, я тебя прекрасно понимаю, — сказала девушка, встав с кресла и запрыгнув прямо на стол, начав нежно перебирать мои волосы. — Война с Серебряными городами может оказаться для Империи губительной. Мы и так ослаблены вторжением демонов, а сейчас, когда государство расколото…       — А?.. — вот только моя непонимающая физиономия явно сбила её с толку, а я услышав её слова откинулся на спинку кресла и громко рассмеялся, будто услышал хорошую шутку. Хотя по сути так и было. — Айрис, я не из-за войны переживаю. Лигу, в её нынешнем виде, армия Изабель и Маркела сметёт за пару месяцев. Проблема в другом.       — Не понимаю… Ты сам себе противоречишь, Андре, — заметила девушка, перекинув ноги через стол и с удобством уселась мне на колени. — Я своими глазами видела как ты злился, когда узнал о вторжении армии Изабель в тирейскую акваторию.       — Дорогая, хоть ты училась наравне со мной у одних и тех же учителей, но некоторые моментов тебе не понять. Они видны только мне, Дункану, Педро, Годрику и ещё паре десятков приближенных к нами высокопоставленных лордов и священников, — обьяснил я, положив подбородок на кажущее хрупким плечико. — Главное в сказанном не сам факт вторжения, а куда и с кем. Мифоград всегда был нейтральной землей, не подконтрольной ни Империи, ни Лиге, но всё изменилось после его захвата Сандро.       — Сандро? — слегка нахмурившись, вспоминая о ком речь, уточнила Айрис наклонив свою голову вбок. — Тот самый пустомант? Тень Смерти? Святотатец?..       — Тот, кто чуть не убил Эльрата… — закончил я, невольно поморщившись, почувствовав, как Свет внутри меня заколебался и стал обжигающе холодным от одного упоминания последнего титула. — Этот урод мало того, что осквернил крепость, насквозь пропитав её своей мерзопакостной силой, но ещё и поигрался с библиотекой, сильно расширив ту и скрыв внутри огромное количество трудов по некромантии и Пустоте. Это стало одной из причин, почему Слепые Братья решили не обживать крепость, а запечатать, подождав пока всё выветрится, а затем провести полноценную чистку. На это время между Лигой и Империей, которые и освободили Мифоград от пустоманта и его последователей, был заключен пакт о неприкосновенности города при прямом посредничестве Ироллана и ряда Вольных городов.       Сказав это, я взял со стола колокольчик и несколько раз прозвенел, вызвав слуг. Хотелось ещё выпить, но во второй половине дня у меня было важное дело, где нужен был трезвый взгляд и твердые руки. Поэтому стресс будем заедать, а не заливать вином.       — Хочешь сказать, что теперь они вступят в войну на стороне Лиги? — Айрис сжала своими холоднющими ладошками мою руку, лежавшую у неё на коленке, и нервно закусила губу.       — Боюсь, что да, — устало выдохнул, — Николас же сам раструбил на весь мир кем является Маркел. Не просто рядовой член Ордена Пустоты, а личный ученик самого Сандро, который за пять веков своей поганой жизни испортил жизнь каждому из народов Асхана. Его возращение в Мифоград и получение обратно трудов его учителя в глазах остального мира выглядит так, будто Империя своими руками возрождает Орден Пустоты.       — Какая мерзость… — скривилась Айрис, крепко обняв меня за шею.       Её можно было понять.       Орден Пустоты и его основатель — Сандро был той ещё одиозной личностью. Если для простого народа, он был лишь могущественным личом, который ради власти и бессмертия совершил великое множество злодеяний, то для благородных родов, особенно имевших хорошие связи с Инквизицией, всё было гораздо хуже.       По меркам этого мира, Сандро можно было назвать величайшим из когда-либо существовавших зол, ведь в отличии от тех же демонов, которые воплощали один из двух аспектов магии — Хаос и стремились лишь к разрушению текущего миропорядка и детища Асхи, то пустомант, как понятно из звания, стремился к познанию Пустоты, древней силы, существовавшей даже раньше рождения Асхи и Ургаша.       Судя по записям, Сандро всю жизнь искал истину. Изначальные знания, не ограниченные догмами Перворождённых и Изначальных драконов.       Хорошая цель. Какой-нибудь учёный даже назвал бы её правильной. Вот только с исполнителем идеи не повезло. Да, труды и заметки тех лет в один голос утверждают о невероятном таланте, трудолюбии и любопытстве Сандро, позволившем ему достигнуть уровня архимага всего к сорока годам, но всё портила одна деталь — он был эгоцентричным ублюдком.       Ради своих целей, он без зазрения совести шёл по головам, убивал, крал, обманывал, проклинал, подставлял… Устраивал кризисы в масштабах целых стран… Всё ради своей цели — выйти за пределы существующей реальности и вплотную приблизиться к полному познанию Пустоты.       «Со стороны он даже походил на этакого антигероя, в одиночку идущего против прогнившей системы ради своей, личной истины», — с усмешкой фыркнул я, медленно вдыхая такой знакомый и любимый аромат. Эту неповторимую смесь грифоньих перьев, отвара ромашки и шелковистых волос я ни с чем не перепутаю. — «Вот только тысячам загубленным жизней от этого никак легче не станет».       — Теперь ты понимаешь, почему я был так зол на действия Изабель? — поинтересовался я у Айрис, прикрыв глаза и ещё сильнее закопавшись в её светлую гриву.       — Понимаю… — ответила она, положив мне на голову ладони и начав ту аккуратно массировать. — Она не только ввязала нас в войну с Серебряной Лигой, но и с эльфами и Вольными городами. Как думаешь, когда они начнут действовать?       — Уже, — сухо произнёс я, — Аларон наверняка начал сбор армий, а мне и Дункану наверняка скоро придётся ехать в Листмур и Эридан, вести переговоры с их Советами, если не хотим получить от них удара в спину. Очень выматывающее и неблагодарное занятие…       — Ты ещё забыл про войну с Лигой, — ввернула Айрис, немного опустив ладони, перейдя с головы на уши, — мне, кстати, интересно почему ты сказал, что Изабель и Маркел легко с ними справятся?       «Потому что знаю канон», — чуть не ляпнул я вслух, но вовремя прикусил язык и дал нормальный ответ:       — Всё дело в Сайрусе, дорогая.       — Сайрусе? Ты говоришь о Первом в Круге? — неподдельно та удивилась, немного отстранившись и взглянув мне прямо в глаза, — может я чего-то не понимаю, но разве он не прославленный герой, который в юности смог раскрыть заговор своего учителя, сорвав очередное вторжение демонов, а после в одиночку навсегда упокоив Сандро и вместе с Его Высочеством Алексом сражался в войне Серого Альянса?       — Всё верно, — покивал я, а после запрокинув голову назад, посмотрел на тёмный, выложенный морёнными дубовыми досками, потолок, — вот только нужно понимать, что он в первую очередь, маг. Очень старый маг.       — К чему ты ведешь, Андре? — забавно приподняв брови, уточнила Айрис, опять прижавшись ко мне.       — Серебряная Лига является государством только на словах, — начал объяснять я, прикрыв глаза и вспоминая свои короткие беседы с дедом, события канона, а также собственные наблюдения, которые для простого жителя империи ничего не скажут, но для ищущего человека будут лучше сотни слов, — по сути это объединение трёх больших школ, цель которых — изучение и открытие новых горизонтов магии. Этому у них подчиненно всё.       Поднять ладонь и начать перечислять, загибая пальцы:       — Гремлины. Простые рабочие на мануфактурах и заводах. Их задача производство самого необходимого для магов: еды, одежды, оружия, заготовок под артефакты, товаров на продажу. Они рабы, чья участь от рождения до самой смерти служить пушечным мясом для любых хотелок магов.       Первый палец загнут:       — Джины. Порабощённые древние стихийные духи, которых маги вырвали из их мира. Они скованны таким количеством клятв и проклятий, что даже на грани смерти не смогут сбежать, продолжив защищать своих хозяев до тех пор, пока не исчерпают всю жизненную энергию. Именно поэтому колдуны используют их как стражей своих бесчисленных сокровищниц и библиотек.       Второй палец загнут:       — Ракшасы. Древняя и забытая всеми раса благородных воинов, почти истреблённая во времена войны Ангелов и Демонов. Они веками прятались на южных окраинах континента, пока их не нашли маги и подчинили с помощью магии Тьмы, превратив в своих преданных телохранителей, способных не только прикрыть их своими огромными телами, но и догнать убийцу и порезать бедолагу на ломтики.       Третий палец:       — Боевые машины. Големы, горгульи и колоссы. Основа армии Серебряных городов. Кучки оживленного камня, стали и самоцветов, задача которых рубить врагов магов, не спрашивая зачем и почему… Те же рабы, только обделенные разумом.       Теперь на ладони остался оттопыренным только большой палец. Как раз для последней «касты».:       — И, наконец, сами маги. Хозяева Серебряных городов. Люди, эльфы, наги, даже освободившиеся от подчинения джины. Учителя и мудрецы, отринувшие учение Шести Изначальных драконов и посвятившие всю жизнь, дабы достигнуть уровня их кумира — Сар-Илама.       Сжатый кулак мягко опустился на подлокотник, а я повернул голову и встретился взглядом с Айрис.       — Согласись, со стороны все выглядит ладно, — произнёс я, а после устало вздохнул. — Общество, где у каждого есть своя роль. Общество, где несмотря на твою расовую или религиозную принадлежность, ты можешь стать кем угодно. Общество, где никто может стать всем.       «Конечно если ты не орк или любой другой представитель созданной ими же расы», — дополнил я про себя.       — Вот только всё портит их цель. Достигнуть могущества Сар-Илама, — продолжил, с расстановкой рассказывать я, прижав Айрис к себе ещё крепче. — Ты помнишь, как Седьмой Дракон получил свою силу?       — Он хотел остановить войну между Ангелами и Безликими, но зашёл слишком далеко и встретился с самой Асхой, — тут же ответила она, с лёгкостью вспомнив миф, который большинство жителей Асхана, верящих в Изначальных драконов, предпочитают игнорировать или вообще забыть. Трудно жить, зная, что кроме твоего бога, есть кто-то посильнее. — За это она одарила его силой и знаниями, позволив стать Седьмым Драконом…       — Остановившим разрушительную войну, а после пожертвовавшим собственной жизнью, дабы запереть демонов в Шио, — закончил я, прикрыв глаза и как наяву увидев старого, побитого жизнью волшебника, который несмотря на всю дарованную ему силу решил пойти до конца. Хотя он знал, что даже оставь он всё как было, то Асхан продолжил бы существовать. Смертные, рано или поздно, победили бы, отбросив демонов назад, но цена этому была бы невероятно велика. — Жертва достойная признания. Но скажи мне, поступят ли так же другие маги?       — Хм… — мой вопрос был задан без подвоха, без второго дна, ведь на него ответит любой, кто хоть немного знает о Серебряных городах. — Нет. Эти безбожники превыше всего ценят собственную жизнь.       — Верно, но не совсем, — кивнул я, вернув голову ей на плечо, — больше всего они ценят собственную жизнь и накопленные за годы исследований знания. Это развивает у всех магов профессиональную паранойю, вынуждающую их не доверять друг другу и всегда держать за поясом кинжал. Настоящее общество гиен, где каждый рычит друг на друга, но не кидается, опасаясь получить удар в спину.       Скрип…       Дверь отворилась, и в помещение тёмной тенью проскользнул слуга, несший на руках огромный, длиной в метр, поднос, с исходящим паром тарелками и двумя кубками, доверху наполненными…       «Не вином…», — понял я, едва уловил сладковатый, ягодный запах. Это ещё раз напомнило мне о странном поведении Айрис, насчёт которого уже появились определенные подозрения. — «Спрошу как завершим разговор».       — Такая хлипкая система существовала столетиями, умудрившись пережить и войну с демонами, и восстание орков, и войну Сломанного Посоха, но погибла, после того, как должность Первого в Круге занял Сайрус, — продолжил я, после того как слуга ушёл, а Айрис, к моему внутреннему недовольству, перебралась с моих коленей на своё кресло, с большим аппетитом начав уплетать поданные яства. — Самый молодой Архимаг в истории после Основателей, наследник школы Материи, убийца Сандро… Слишком большая фигура для Лиги. Это было подобно тому, как среди гиен появился лев, не боявшийся, что ему в загривок кто-то вцепится. Он раскидал самых наглых и глупых, а остальных разогнал по пещерам, заставив отдавать ему большую часть их добычи.       Движение вперёд, опереться на локти и посмотреть прямо в глаза девушке, которая никого не стесняясь вкушала раструшенного каплуна, с лёгкостью ломая зубами тонкие косточки.       — Скажи мне, Айрис, кто сильнее? Отъевшийся лев, горстка голодных и отощавших отчаянных псов или стая матерых гиен, готовых разодрать в клочья любого, кто сунется на их территорию? — поинтересовался я, вот только не увидев ожидаемой реакции, понял что театральность перед голодной девушкой бесполезна, перестал ломать комедию и продолжил:       — В нынешней Серебряной лиге воевать против Маркела будут только те, на кого он нападёт, а остальные будут просто смотреть, требуя от Сайруса разобраться с происходящим. Он попытается, вот только он всего лишь один из девяти Архимагов. Да, самый могущественный и авторитетный, но ему не хватит сил бороться даже с половиной Империи Грифона. Прибавим к этому силу самого Маркела, которая в разы увеличится после захвата Мифограда, и получим скорое поражение Лиги, что плохо. Ведь наши враги достигнут своей цели.       — А эльфы? — спросила Айрис, прожевав очередную порцию тушёных в собственном соку овощей. Та ещё гадость, но местным в прикол. — Думаешь Аларон не сможет на них повлиять?       — Это вряд ли, — мотнул я головой, взяв в руки кубок и отхлебнул большой глоток. Хм, вишнёвый сок. Вкусно. — У них проблемы с драконами, а без детей Силаны ангелы устроят ушастым похохотать. На Вольные города тоже надежды мало, так что, придётся действовать самому.       — И что мы будем делать? — пробурчала девушка, набив рот мясом и хлебом.       «Ещё и увеличившийся аппетит… Всё ясно», — отметил я, перед тем как ответить.       — Не мы, а я. Я займусь проблемой Николаса, а ты сейчас отправишься в спальню и будешь отдыхать, набираясь сил.       — Набираться сил? — удивилась моя избранница, широко раскрыв глаза. — Перед чем?       — Перед чем? Серьёзно? — я встал и, обойдя стол, встал рядом с девушкой. — Айрис, когда я заслужил репутацию тугодума? Думаешь я не заметил всего этого? Отказ от вина, усилившийся аппетит и холодные, несмотря на тепло в комнате, ладони? Скажи мне, когда ты собиралась сообщить мне, что беременна?       Звяк…       Ложка, выпавшая из ослабших рук, со звоном отскочила от камня пола, издав единственный и протяжный звук в установившейся тишине.       — Откуда… — едва слышно прошептала шокированная девушка, смотря на меня затравленным и зашуганным взглядом.       — Догадался. Только что. Прислуга, судя по поданной еде, раньше, — ответил я на невысказанные вопросы, а затем, встав на колено, взял её за руки и сказал:       — Айрис, спокойно. Я всё понимаю. Война, недовольство лордов, ты одна из сильнейших воинов моего герцогства, но это не важно. Рано или поздно это должно было случится.       — Ты не злишься? — затравленно посмотрела она на меня, всеми силами пытаясь скрыть выступившие в уголках слёзы.       «Ох уж эти женщины… Особенно беременные», — закатил я глаза, еле сдерживаясь от усталого вздоха. — «Мало мне проблем, так ещё и эта прибавилась. Хотя чего я ожидал? Нам по двадцать, постоянный стресс, а напиваться до поросячьего визга ни мне, ни ей воспитание и множества дел не позволяет. Итог закономерен».       — Нет, я не злюсь. Даже не думал, — с участием и нежностью сжал её ладошки, показывая свою поддержку. Хотелось бы ещё ману со Светом, но моя может только пытать, а не успокаивать. Таков уж мой характер. — Я люблю тебя. Сильнее всех в этом мире. Да, это произошло не совсем вовремя. Да, это может принести нам с тобой немало проблем, но плевать. Я весь мир спалю дотла ради тебя и нашего ребенка. Ты понимаешь это?       — Понимаю, Андре… — пропихнув ком в горле хрипло произнесла Айрис и, не сумев сдержать себя, разрыдалась. Громко и с надрывом.       — Радость моя, — нежно прошептал я, прижав её к себе и усадив на свои колени. — Покушай и иди наверх, поспи хорошенько. Как закончу с делами, я непременно вернусь к тебе, поспим вместе, — произнёс я, когда девушка немного успокоилась.       — Обещаешь? — посмотрела она мне прямо в глаза поддавшись вперёд.       — Обещаю, — уверил её, и чмокнув ту в лоб, улыбнулся…       

***

      Эльда, 30 день месяца Белой девы, 969 год Седьмого Дракона.       Три часа спустя.              Эшафот, Центральная площадь, Пик Воронов, герцогство Ворона, Священная Империя Грифона.              — Граа-а-а-а-а!!!       — За разбой, убийства и нападение на герцогство Священной Империи Грифона, ты проговариваешься к смерти!       — Граа-а-а-а-а!!! Аскар-Даш!       Шух…       Бух…       — Да!!!       — Так им и надо!       — Герцог Ворон!       — Чтоб они сдохли!       — Слава Его Светлости!       — Ведите следующего! — рявкнул я, подняв вверх меч, на котором не осталось ни единой капли крови, хотя мгновение назад им перерубили шею огромному, мускулистому орку. — Сегодня, по воле Эльрата, твари, решившие нарушить наш покой, будут наказаны!       — ДА!!! — в торжественном рёве взорвалась стоявшая перед эшафотом толпа, с обожанием смотря то на меня, то на обезглавленное тело, уносимое двумя массивными, одетыми в плотные кожаные балахоны, палачей, а не его место ведут следующего.       — Необычное место для разговора вы выбрали, Ваша Светлость, — услышал я в голове весёлый, полный сарказма голос.       — Другого выбора не было, — пояснил я, параллельно начав зачитывать очередной приговор, слова которого за прошедшие годы были произнесены столько раз, что звучали сами, на автомате, — у меня резко появились дела, так что на встречу за закрытыми дверьми с кувшином имперского можешь не рассчитывать.       — Какие, если не секрет? — уточнил стоявший вдалеке Дугал, общаясь со мной при помощи заклинания Связи и со скукой наблюдавший за всем этим действом, которое одновременно происходило по всему герцогству Ворона. Прямо сейчас, в каждом городе, в каждом крупном замке казнили орков захваченных в недавних битвах. Где-то это делали по одному, где-то обезглавливали двух или трёх, в зависимости от успехов их лорда, и только в самых крупных городах, таких как Владикрай, Исталон, Чёрногорье и Пик Ворона было целых десять вожаков на заклание.       — Айрис беременна, — ответил я, занеся свой меч над головой и, на мгновение напитав тот маной, срубил маленькую голову с толстой шеи под гневные проклятия стоявших в стороне ордынцев и радостные выкрики жителей герцогства.       Такие мероприятия проходили после каждой битвы со степным народом. Ведь в отличии от имперцев, обладавших хорошей медициной, орки почти не умели лечить раны, из-за чего на поле боя зачастую оставалось много раненных и полумёртвых степняков, которых мы выхаживали, а после заковывали в кандалы.       Гоблины, мелкие и шустрые, отправлялись на каменоломни и шахты, кентавры на фермы, на замену тягловому скоту, циклопы на лесоповал, шаманки в бордели, а простые орки шли в качестве разнорабочих в города и деревни. Всё это значительно разгоняло экономику герцогства и позволило мне и всему Северному Союзу даже после войны иметь хорошо обеспеченную и обученную армию.       Но были среди них исключения. Те, кого было невозможно заковать в цепи и использовать как рабов. Первыми были виверны, слишком дикие и неконтролируемые, чтобы пытаться их приручить, а вторыми была верхушка военной машины Орды — вожди, убийцы и палачи. Слишком уж они были горды и своевольны. Никакие пытки и никакие угрозы не могли их сломить, поэтому единственное, что оставалось это заключить их в темницы и использовать в качестве заложников, либо устраивать показательные казни, повышая свой авторитет и популярность в народе.       Я, зная Готая и Курака, выбрал второе.       — Аскар-Даш!!!       Шух…       Бух…       — ДА!!!       — Поздравляю, милорд. Когда свадьба? — продолжил разговор Дугал, на лице которого я даже за сотню шагов от него заметил широкую улыбку. Спасибо обострённым чувствам и Усилению, без которого рубить шеи оркских вожаков было трудно даже мне.       Да-да, именно поэтому работой палачей занимался герцог. У казнённых орков была слишком плотная шкура и толстые мышцы, чтобы простой человек мог обезглавить их за один удар. Для этого требовалось немалое мастерство и сила, которая была только у рыцарей и лордов.       — Когда весь этот кошмар закончится, — сухо произнёс я, дожидаясь следующего ордынца. Я уже успел перерубить пять шей и оставалось ещё столько же. — И для этого я позвал тебя сюда.       — На казнь? — иронично фыркнул мой единственный доверенный генерал.       — На разговор, — я перевёл дыхание. Работа палача никогда не была легкой, тем более когда ты работаешь на публику, где всё должно быть идеально. Один удар — одна голова. Начнёшь рубить, как дровосек на лесопилке, заляпаешься кровью и смажешь весь эффект. Да и не профессионально это. — Долго расшаркиваться не буду. Ты уже слышал, что учудила наша императрица, объединившись с Маркелом?       — Да, — покивал Дугал, откинув голову назад и устремив взгляд на чистое, безоблачное небо. — Нападение на Серебряную Лигу и захват Мифограда нам точно не простят.       — У Маркела есть план и каким-то образом он касается Изабель, раз она согласилась в нем участвовать, — прикидывал я, вновь занося меч и начав зачитывать очередной приговор. — Не нужно быть гением, чтобы сложить два плюс два. Некромант, легитимность, любящая и потерявшая жениха женщина. Они хотят воскресить Николаса.       Ненадолго в нашем разговоре установилась многозначительная пауза.       — Вы уверены, милорд? — нарушил молчание Дугал, в чьём голосе исчезли любые намёки на присущую ему шутливость.       — Полностью, — подтвердил я. — Не знаю, где в тот момент был Годрик, но ты не хуже меня знаешь — воскрешение спустя столько времени невозможно. Только Эльрат и Асха на такое чудо способны. Это значит, что нашего императора хотят поднять в качестве нежити.       — Святотатство! — воскликнул взбешённый Дугал, до сих пор чтущий клятвы императорской семье, а точнее отцу Николаса — Алексу.       — Согласен, — поддакнул я, — потому у меня для тебя есть задание. Опасное задание.       — Говорите, милорд, — произнёс генерал, на которого я возлагал большие надежды.       — Ты должен в тайне отправиться в Королевскую Гробницу и сжечь тело Николаса. — на выдохе выдал ценное указание и срубил голову очередному орку.       Шух…       Бух…       — Я понимаю. Это опасно, только тебе я могу доверить такое серьезное задание, — поднял я голову и встретился взглядом с Дугалом, — но только так мы гарантированно разрушим планы Маркела. Только так, мы сможем окончательно разрушить надежды Изабель взять власть в Империи.       В очередной раз установилась тишина. Я продолжал своё дело, медленно и обстоятельно рубя шеи оркам, а Дугал ушёл в себя, всё обдумывая. Ведь предложенное мной тоже тянуло на святотатство, хоть и не такое тяжелое, какое задумала Изабель, но от сложности выбора это не избавляло.       Провал — гарантированная смерть и позор для всего его рода.       Успех — тяжкий грех, взятый на душу.       Но и последствия отказа были не менее фееричны.       Я знал Дугала, ведь провёл слишком много времени рядом с этим веселым, старым генералом, умудрявшегося в свои сорок с лишним лет сочетать в себе веселого добряка и безжалостного вояку.       От чего его выбор для меня был очевидным.       — Я согласен, милорд, — разорвал паузу Дугал, ровно в тот момент, когда наносил очередной удар, обезглавливая последнего на сегодня орка.       Шух…       Бух…       «Прекрасно», — я не сумел сдержать небольшую, едва заметную усмешку. Только что, я раздавил вторую серьезную бабочку, окончательно разрушив оригинальный канон.       Было жалко, но по другому нельзя. Ведь скоро, я стану отцом и если мне хотелось, чтобы моё дитя жило в безопасном мире, пора перестать играть в поддавки...