Глава 55. Земли Волка. Часть 3. Осада Святопламени.

      Эльда, 19 день месяца Лунной матери, 970 год Седьмого Дракона.       Неделю спустя после прибытия к Святопламени.       Окрестности Святопламени, бывшее герцогство Волка, Священная Империя Грифона.       Договориться не получилось.       Услышав мои слова, а также почувствовав ману Шио, Аларик конечно насторожился, но сразу спросил, где я её нашел. Вот только на мой ответ, что следы культистов были обнаружены и в Лихтфельсе, и в Бдении, он лишь рассмеялся и назвал меня лжецом, пытающимся хитростью и обманом захватить Святопламя. Будто, я ещё во времена Затмения где-то умудрился раздобыть демоническую ману и теперь использую её дабы обмануть его.       «Железная логика», — подумал я тогда, попытавшись хоть как-то изменить положение.       Безрезультатно.       Не помогли ни клятва пред ликом Эльрата, ни двое священников, которых я забрал из городов-монастырей, подтвердивших мои слова. В первом случае, он всё свалил на моё мастерство в магии Света (что, кстати, было возможно, ведь на моём уровне такие клятвы можно лёгко подделать, создав из чистой маны), а во втором назвал священников промытышами из Северной фракции, готовых ради Рэндела и Мельхиора хоть на задних лапках прыгать.       Последняя фраза не понравилась даже ангелам, но разошедшийся епископ не собирался останавливаться, сказав обо мне пару таких фраз, что от смерти его защитила только переговорная неприкосновенность.       Но когда город будет взят, его голова или одна из конечностей обязана оказаться на моей пике.       

***

      Так и началась осада Святопламени.       Напомню, сам город строился для противостояния демоническим легионам, а не человеческой армии, от чего, мы без сопротивления взяли наружную стену, заняв пригороды, а потом вплотную подошли к самому замку, окруженному глубоким рвом, правда без земляной насыпи.       Первым же моим приказом было осушить ров. Сделано это было для того, чтобы не только облегчить его форсирование при штурме, но и лишить запёршихся внутри жителей доступа к свежей воде. Да, это негуманно и меня, как благородного человека не красило, однако я не собирался ждать, пока все люди внутри передохнут от жажды. Это нужно было лишь для того, что снизить их моральный дух и ослабить в преддверии будущих штурмов.       Вторым приказом стал полный обыск домов, которые местные жители оставили пустыми, перебравшись за могучие стены крепости.       

***

             В первый день осады. Семь дней назад.              — Вы уверены, милорд? — поинтересовался у меня Игорь, наблюдая как сотни небольших отрядов, состоявших из пары рыцарей, священников и нескольких десятков простых воинов разбредаются по городу.       — Ты о чём? — переспросил я, сидя на крыльце городской ратуши, ставшей моей личной ставкой из-за удобного расположения в центре северного района пригородов, соединённого с двумя остальными двумя широкими дорогами.       — Разве не будет разумней начать строить баррикады и готовиться к штурму? — повторил свой вопрос мой заместитель, кивнув в сторону замка, на одной из башен которого была заметна белобрысая макушка наверняка принадлежавшая епископу. — Мы ведь даём им время подготовиться и устроить вылазку.       — Эх… Игорь… — устало вздохнул я, отложив в сторону перо и лист бумаги, а затем помассировал переносицу и проморгался.       — Что случилось? Я вас чем-то расстроил, милорд? — запаниковав спросил рыжий, начав оглядываться по сторонам.       — Ты же мой ровесник. Мой боевой товарищ. Мы вместе прошли ужасы недавнего Затмения, — начал пояснять я, откинувшись на спинку твёрдого деревянного стула. Изначально мне предлагали вытащить кресло бургомистра, но оно оказалось слишком широким для моей фигуры. — Ты забыл, КТО является главной угрозой для нашей родины?       — Демоны, — сразу понял заместитель, нахмурившись и по-другому взглянув на многочисленные команды, разошедшиеся по городу. — Неужели вы направили их на поиски культистов?       — Верно, — подтвердил я, оперившись локтями на стол и сцепив руки в замок. — Как бы я не относился к Аларику, но он точно не позволил бы скверне проникнуть внутрь храма. Это значит, что если демонопоклонники здесь и будут, то только в пригороде, где их не достанет всевидящее око церкви.       — Но это значит, что сейчас они внутри… Рядом с реликвиями Эльрата… — широко раскрыв глаза проронил Игорь, едва не схватившись за рукоять меча. — Нужно как можно скорее взять город! Если они доберутся до них…       — Знаю, знаю, — отмахнулся рукой, — вот только сейчас это невозможно. В данный момент, когда они полны сил и мотивации, любой штурм обернётся кровавой бойней, которую мы не можем себе никак позволить. Нужно их измотать, обессилить, обескровить, прежде чем сокрушить одним мощным и неожиданным ударом.       — Как скажете, милорд. Если вы не против, то я тоже присоединюсь к поискам, — изрёк наследник Владикрая, засуетившись в ожидании моего разрешения.       — Сначала успокойся, а затем иди, — устало вздохнул я, — Игорь, ты мой заместитель. Второе лицо в армии. Запомни, ты всегда должен оставаться спокойным и собранным. Ведь благородный лорд бегающий в мирное время вызывает у окружающих смех, а на войне — панику. Тебе нужна паника в наших рядах?..       — Нет, — чуть не выкрикнул рыжий и, прежде чем уйти, всё же послушался моего совета, остыв и вернув былое самообладание. — Благодарю за наставления, милорд.       «Надеюсь ему хватит ума ничего не разболтать», — прикрыл я глаза, прежде чем погрузиться в управление двадцатитысячной толпы, больше известной как войско герцога Ворона.       

***

      На самом деле волнения Игоря были вполне обоснованными. В подвалах и закромах Святопламени хранилось великое множество уникальных божественных артефактов, созданных как ангелами, так и величайшими мастерами среди людей, которые ни при каких условиях не должны были попасть в лапы демонов.       Даже на мгновение.       Ведь в отличие от маны порядка и стабильности, из которой состоял реальный мир, демоническая мана была невероятно изменчивой и коварной энергией, умудряясь проникать и осквернять всё, до чего дотянется. Существовал риск, что попади хоть капля на бесхозный артефакт, то она сможет проникнуть сквозь зачарованную защиту и перекроить тот под себя. Сделать демоническим оружием, которое не только усилит легионы Шио, став козырем одного из Повелителей, но и станет якорем, с помощью которого эти твари смогут вторгнуться в Асхан.       Поэтому, я не мог долго тянуть с осадой. Насколько бы ярым фанатиком не был Аларик, но даже он не может постоянно следить за хранилищем и если культисты, в наличии которых я был уверен на девяносто девять процентов, проникнут в святая святых Святопламени… Это будет катастрофой.       Святой город, центр Церкви Святого Дракона, превратится проклятую пустыню, из которой веками будут переть демоны.       Конечно, то не было единственной причиной, по которой я отправил почти половину армии рыскать по домам простых людей. Нужно было удостовериться, что там не осталось воинов, которые ночью могли выбраться и начать вырезать моих людей, как ахейцы в Трое, а также убедиться в отсутствии подземных ходов, ведущих в крепость, чтобы не позволить никому сбежать или устроить вылазку.       Нужно было обезопасить тыл, прежде чем приступать к осаде.       Как оказалось, волновался я не зря. Наскипидаренные инквизиторами и аббатами жрецы внимательно прислушивались ко всем странным эманациям и на второй день поисков смогли обнаружить на одном из складов тайный алтарь, от которого отчётливо несло демонической маной, а тёмные, аж въевшиеся в серый камень, пятна заставили всех присутствующих покрыться мурашками.       В этом мире не было принято приносить в жертву животных, ведь любой, даже самый безмозглый культист знал, что демонов интересует только одно.       Душа.       Человека, эльфа, гнома, нага, ангела… Не важно, главное чтобы это была полноценная, не связанная с Пустотой, душа, созданная одним из детей дракона Порядка.       Найденный алтарь значил одно — местные культисты настолько окрепли и в край оборзели, что посмели приносить в жертвы людей. Только этого в мирные времена было достаточно, чтобы поднять на ноги всю Инквизицию, однако сейчас…       — Я не верю ни единому вашему слову! — гневно выкрикнул со стен замка Аларик, закинув на плечо боевой молот. — Вы мятежник, посягнувший на императорский престол! Власть, дарованную самим Эльратом! Я выслушаю вас как только тогда, когда все ваши солдаты сдадутся и сложат оружие, а вас посадят в клетку!       «Ах ты крыса белобрысая… Нужно было тебя кончать, когда ты хлестала моё вино в моём доме, мразь поганая», — внутренне озлобился скрипнув зубами, в тот момент, не оборачиваясь назад, ведь знал, что там увижу.       Тысячи моих солдат, которые услышав подобный спич в адрес своего герцога уже прикидывали, как сподручней снести с плеч белобрысую башку слишком много о себе возомнившего епископа.

***

      С того момента уже началась полноценная осада Святопламени, по всем правилам военного искусства.       «Правда правило там всего одно», — наблюдал я, как очередной отряд ополченцев возвращается из границ предместий: грязные, вонючие и злые. — «Копать и строить. Много, долго и нудно».       Первым, что делал любой здравомыслящий военачальник при осаде, это сам превращал свой лагерь в укреплённую крепость. Ведь снять осаду гораздо легче, чем её не предотвратить.       Поэтому весь третий, четвёртый и пятые дни, мои воины разбирали деревянные дома, склады, рынки и другие плохо укреплённые постройки и строили из них баррикады, со стороны больше напоминавшие чередующиеся деревянные и каменные стены.       «Повезло, что вокруг Святопламени такой большой пригород», — заметил я в тот момент, когда объяснял своим тысячникам и сотникам, где и как нужно будет устанавливать баррикады, волчьи ямы и укрепленные пакгаузы, на полную используя городскую застройку. — «Не пришлось строить полноценные внешние и внутренние стены».       Зачем нужны были стены? Дело в том, что при любой осаде обычно строили так называемые контраваллацию и циркумваллацию, внутреннюю и наружную земляные стены, роль которых была проста — не дать зажать себя в клещи двум армиям, как это было с орками во второй и третьих частях Властелина Колец. Ведь когда тебе в спину летит настоящий град из стрел, магии и метательных снарядов, не так уж и легко противостоять ударившей в тыл тяжелой кавалерии.       «С Рутгера станется такое провернуть», — помянул я добрым словом одного любителя внезапных атак и засад.       Следующим этапом была подготовка к самому штурму. В нём, первым делом, шло создание пандусов для онагров и катапульт, дабы создать устойчивые позиции для их работы и хоть немного увеличить дальность поражения. Это в игре на стороне осаждённых были только пара башен со стрелками, в в реальности стоило моим воинам подойти к стене хотя бы на триста метров, как на них обрушится настоящий огненный дождь из горящих стрел, камней и магии. Слава Эльрату, все постройки вблизи замка были каменными, благодаря чему удалось избежать пожара, способного нанести занявшей их армии не слабый урон.       Так что, пришлось заморочиться и строить небольшие башенки, чтобы увеличить досягаемость моих боевых машин. Ведь даже освящённое дерево и металл не давали метать камни дальше, чем на триста и четыреста шагов.       «Эх, будь на моей стороне Витторио, всё прошло гораздо легче», — вздохнул я с сожалением, жалея, что попал в этот мир так рано. Будь у меня ещё десять лет и демоны бы умылись кровью. Да, даже сейчас, я продолжал стремительно развиваться благодаря Кольчуге просвещённости и глефе Верности, постоянно циркулирующими потоками маны по моему телу, однако выйти один на один против Раилага, Годрика или Метатрона я бы пока поостерёгся. — «Может через год. Или два…».       Но вёрнемся к осаде. Вторым шагом, шло строительство осадных башен и создание переносных навесных мостов, должных помочь при пересечении замкового рва. Лестницы вязались по остаточному принципу, ведь использовали их только в том случае, когда на стенах оказывалась достаточно бойцов, способных помешать те банально столкнуть. Или облить горящим маслом, превратив всех воинов над и под ними в орущих от боли калек.       Ну и третьим шло создание тарана. Не совсем обычного.       

***

             Шестой день осады. День назад.       — Милорд, вы уверены? — спросил у меня один из ремесленников, в мирное время отвечавший за целостность обоза, а в битвах за обслуживание и строительство осадных машин. — Это… Может мы как-то по старинке… С бревном и рычагом…       — Не доверяете алхимии, Федот? — вопросом на вопрос ответил я, наблюдая как крытую раму для стандартного тарана грузят крупные, окованные железом, бочонки.       — Честно говоря, нет, — буркнул в усы старый мастер, вообще не стесняясь моего присутствия, что было неудивительно. Федот был одним из немногих, кто вернулся с Войны Серого Альянса целым и в своём уме, отчего сразу привлёк моё внимание и за хорошую награду отправился на Фронтир, строить новые и укреплять старые крепости против орков. Получилось у него настолько хорошо, что его имя даже появилось в боевых песнях кочевого народа, что для простого ремесленника было великой честью.       «Хотя ему плевать на это с высокой колокольни», — улыбнулся я, ещё раз взглянув на низкого крепкого старика, чья лысая голова, густая чёрная борода, нос-картошка, маленькие чёрные глаза и крупная стальная трубка, украшенная изящной вязью, делали его больше похожим на гнома, чем на человека.       — Поверьте мне, мастер, когда вы увидите результат, то будете под впечатлением, — положил доверительно ладонь ему на плечо.       — Не вериться мне в это, Ваша Светлость, — сделал глубокую затяжку и выдохнув клуб тяжёлого тёмного дыма, изрёк Федот. — По моему, лучше не рисковать, а делать всё по старинке. Мне мой мастер, да благословит Эльрат его посмертие, всегда говорил — работает? Не трогай. Я всю жизнь прожил с этим девизом и как видите, жив, при всех конечностях и в своём уме.       — Да? — деланно удивился я и едва заметным движением ладони вырвал у него из рук трубку, хорошенько принюхавшись. — Разве это не серикский табак, который только недавно вывели на юге? Чего же вы, мастер, не курите старый, рокунский сорт? Да, он воняет и горчит, но свою работу делает.       После чего серьёзно и с подозрением зыркнул на молчавшего мастера, однако увидев его растерянное лицо и широко открытые глаза, которые тот не сводил со своей трубки, не смог сдержаться и громко рассмеялся.       — Издеваетесь над стариками, Ваша Светлость, — сказал нахохлившийся строитель, а заметив смешки стоявших неподалеку подмастерьев, покраснел как варённый рак. — Никакого уважения к моим сединам.       — Пха-ха-ха-ха… Фух… Если бы они у вас были, — отсмеявшись ответил я, вернув сокровище обратно своему владельцу. — В любом случае, мастер, внимательно наблюдайте за тараном. Когда он сделает своё дело, вы поймете, что перед вами будущее.       — Очень на это надеюсь, — серьёзно ответил он и в конце, когда я почти покинул вотчину строителей, тихо пробурчал себе под нос: — Сопляк.       — Старый гном, — произнёс я в ответ, вызывав новую волну смешков среди подмастерьев и новое покраснение со стороны Федота, который о своём прозвище знал и терпеть его не мог.       

***

      Не оставлял я без внимания и осажденных. Всеми перечисленными строительными делами занималась лишь половина моего войска, состоящая из семижильных ополченцев, в то время как оставшиеся десять тысяч были разделены на два равных по численности отряда, задача которых была проста.       Не давать сторонникам Изабель скучать.       Напомню — Святопламя изначально строился для противостояния легионам демонов и для его полноценной обороны требовалась порядка пятнадцати — двадцати тысяч солдат. Вот только под рукой Аларика едва ли набралось четыре, половина которых была простыми ополченцами. Да, опытными и наверняка прошедшими недавнюю смуту в герцогстве, но даже так противостоять мечникам, поголовно владеющим Усилением и полноценной боевой подготовкой, им было не по силам.       По этой причине, они могли полноценно защитить только одну из трёх стен (южная вплотную упиралась в реку и была практически неприступна), чем я беззастенчиво пользовался.       

***

             В третий день осады. Четыре дня назад.              Ву-у-у-у-ум…       — Атака!       — Все на западную стену! Живее!       — Готовьте стрелы!       — Лестницы, они тащат лестницы!       — Берегись! Лучники!       Фить…       Фить…       Фить…       — Не паниковать! Обрушьте на изменников ярость Эльрата!       — Огонь! Огонь! Огонь!       — Сдохните, изменники!       — Бей их! Бей их!       — Сгорите в священном огне!       — Они приближаются!       — Сейчас начнётся штурм!       — Готовьтесь!       …       — Они остановились?       — Почему они стоят?       — Чего ждут?       — Откуда я знаю!       — Давайте тоже подождём…       …       — Они обманули нас! Никакой это не штурм!       — Да они ржут над нами!       — Шуты!       — Трусы!       — Исколем их стрелами!       — Сдохните, уроды!       — Отходим парни! — дал отмашку по Связи Игорь, стоявший в задних рядах и не скрывая собственного довольства, наблюдая как бегают и суетятся защитники крепости. — Хватит доводить этих баранов.       — Как скажете капитан, — с довольными лыбами ответили командиры, начав отводить назад своих подчиненных, среди которых было всего несколько раненных и ни одного убитого.       

***

      Первый «штурм» прошёл успешно. Он не только растормошил защитников, вынудив потратить много сил и боеприпасов впустую, но и дал мне понимание о соотношении сил в крепости.       Как я и предсказывал половину сил Аларика составляли простые ополченцы, первые выбежавшие на стену и больше всех пострадавшие от внезапного обстрела.       Также, в гарнизоне было обнаружено порядка четырёх сотен лучников и трёх отрядов мечников, носивших на своих шлемах кресты, а значит являвшиеся церковной стражей Святопламени.       «Кроме того, в городе должен быть Орден Святого Роланда, а это сотня элитных и закалённых в боях паладинов, которых нельзя списывать со счётов», — выписывал я на бумагу численность врага.       Приятным сюрпризом оказалась малая численность грифонов среди гарнизона. Всего пол сотни особей, лишь иногда взлетавших над крепостью и ведущие простейшую разведку. А вот число монахов, наоборот, стало неприятным открытием.       «Семь сотен адептов, обученных священному пламени», — настороженно поглядывал на сияющие в закатном Солнце стены. — «Неужели Аларик даже послушников выгнал на стены?».       Для понимания, семь сотен жрецов, огромное число, учитывая, что в моей армии было всего две тысячи, а большая часть сил Южной фракции воевала под знаменами Изабель на юге. Добавить к этому неизвестное количество ангелов, скрывающихся в городе и получим очень неприятную картину.       «Нужно быть острожным и лично принимать участие в приступах, чтобы нивелировать магический паритет», — отметил я тогда и встав, направился к восточной стене. Месту, где через час после первой атаки начался новый «штурм».       

***

      Так и началась долгая серия коротких накатов и приступов, где мои воины гоняли людей Аларика по всей крепости, постоянно вынуждая бегать от одной стены к другой. При этом, мои люди почти не уставали, ведь я заранее разделил их на три равных отряда и пока один из них шёл на штурм, двое других отдыхали, дожидаясь своей очереди.       Эх, воспоминания, сколько искренней и полной боли брани на меня обрушил лично епископ в конце третьего дня, до сих пор грели моё злобное и мстительное сердечко. Однако если блондин думал, что на сегодня они отбегались и могли пойти спать, то он сильно ошибался.       Ву-у-у-у-ум…       Ту-дум…       — В атаку!       — На штурм!       — Возьмём Святопламя!       Стоило Солнцу зайти, как на место уставших воинов пришли свежие пять тысяч, которые сразу пошли на штурм, заставив бедных церковников, не успевших даже голову на подушку положить, бежать обратно на стены.       — Трусы!       — Твари!       — Бесчестные ублюдки!       То была серия самых цензурных выкриков, кои я услышал, когда утром вышел на балкон ратуши и своими глазами увидел результат своих действий.       «Краше в гроб кладут», — улыбнулся я тогда, усилив глаза маной и увидев бледных и осунувшихся защитников, во взглядах которых горел настоящий пожар ненависти к захватчикам и конкретно ко мне. Ведь они прекрасно знали, кто это придумал и готовы были сделать всё, чтобы воткнуть в моё тельце меч. Раз эдак двести.       Однако, я не собирался давать им такой возможности. Я планировал затушить этот огонёк, повергнуть защитников в полное отчаяние, а затем сорвать практически созревший плод, прежде чем он сгниёт от демонической заразы уже окончательно.       

***

      Штурмы продолжались на протяжении всего четвертого, пятого и шестого дня, постепенно втаптывая боевой дух защитников в землю.       Стоило отдать им должное: они делали всё, чтобы хоть как-то изменить своё положение и хоть немного восстановиться силы.       Первой «попыткой» стало полное игнорирование фальшивых штурмов, произошедшее на пятый день. Они просто ушли в замок, оставив на стенах лишь усиленные дозоры, за что чуть не поплатились.       Ведь псевдоштурм после моего приказа стал настоящим. Заработали молчавшие до этого осадные машины, к стрельбе лучников присоединились священники, а латники, взяв на плечи лестницы и понтоны, рванули ко рву, начав быстро тот форсировать.       К тому моменту, как защитники поняли, что это не блеф, а реальная атака, часть стены уже была захвачена, а мои люди пробивались к западным воротам, чтобы пустить в город ожидавшую неподалеку рыцарскую конницу.       Всё висело на волоске и от падения Святопламя спасли только подоспевшие рыцари Святого Роладна и десяток ангелов, налетевших сверху, разогнав прикрывавших моих людей грифонов.       В тот день, я впервые понёс невозвратные потери, ведь в крепости остались тела тридцати восьми моих воинов и пятнадцати грифонов, которых Аларик вряд ли стал возвращать к жизни. У него своих трупов было достаточно.       Но, изначальная цель была достигнута — теперь защитники бегали на каждый штурм в полном составе, боясь очередного «обмана».       Второй попыткой стала вылазка паладинов, желавших подловить моих людей, нанеся захватчикам невосполнимые потери, а также разрушить боевые машины, которые на момент шестого дня уже были достроены.       Здесь себя в полной красе показала эрзац-версия контраваллации, сумев достаточно замедлить набравших разгон всадников, чтобы на место прорыва прибыл я во главе гвардейской кавалерии и на личном примере показал, что молитвы Эльрату важны, но мана, особенно если её много, тоже решает.       В тот день, на поле боя осталось тридцать паладинов святого Роланда, которых мы сначала связали, а потом воскресили, оставив в специально вырытой яме, дожидаться конца осады.       Допрашивать их на предмет информации?       Глупо.       Паладинами становились мужики с настолько толстыми стальными канатами из нервов и просто невообразимой силой воли, что расколоть их не могли даже самые искусные палачи демонов.       Так, плавно и незаметно наступил седьмой день.       День, который заранее был определён как дата, когда мы возьмем Святопламя.       — Волнуетесь, милорд? — с участием поинтересовался у меня Игорь, стоя ко мне спиной щурясь от бьющего в глаза восходящего Солнца.       — С чего бы? — усмехнулся я покрепче сжав заранее призванную Верность. — Все войска расставлены. Боевые машины готовы. Воины накормлены и напоены, а враг истощён и не ожидает такой масштабной атаки.       — Согласен, — кивнул мой зам, оглядываясь по сторонам, где в узких переулках предместий прятались многочисленные гвардейцы и латники, только и ждавшие приказа своего лорда. — Проделанное вами точно войдёт в анналы истории, как самая совершенная осада. Однако я вижу, что вы чем-то обеспокоены. Неужели… теми людьми.       Последнюю фразу он произнес понизив голос, так, чтобы нас никто не слышал.       — Да, ты прав, — на мгновение прикрыл глаза, — я и правду волнуюсь. Неизвестно как они поведут себя во время штурма, поэтому слушай внимательно. Как прорвёшься вовнутрь, бери своих лучших бойцов и прорывайся к хранилищам. Если они и решат что-то сделать, то только сейчас, когда все защитники будут заняты отражением штурма.       — Слушаюсь, мой лорд, — подобрался и серьёзно кивнул Игорь и быстро отчалив в сторону своего участка стены.       — Не погибни там, — прошептал я ему вслед, а затем выдохнул и выпрямился, начав готовиться к предстоящему бою, разгоняя по телу ману.       Мой заместитель был прав — главной проблемой были не защитники Святопламени, а культисты, засевшие внутри, которые только и ждали шанса ускользнуть от бдительного взгляда Аларика. Поэтому, всё должно было сделано быстро, точно и без ошибок.       Опоздание, даже на минуту может в будущем аукнуться всей Империи Грифона, а значит я не имел права на ошибку.       «Как всегда…», — с грустной усмешкой подумал я, надевая на голову шлем с распахнувшим крылья вороном на гребне. — «Как же я устал… Побыстрее бы всё это закончилось».       Но, несмотря на такие мысли, моё тело продолжало действовать, сначала создав заклинание Связи, связав меня с каждым высокопоставленным офицером войска, а затем вышло на центральный проспект, ведущий к воротам, и подняло сияющее в лучах Солнца оружия.       Мгновение спустя, каждый солдат моей армии и наяву, и телепатически услышал простой, но ёмкий вопрос:       — В атаку!