Глава 54. Земли Волка. Часть 2. Собратья.

      Эльда, 12 день месяца Лунной матери, 970 год Седьмого Дракона.       Три дня спустя после занятия Лихтфельса.       В трех дневных переходах от Святопламени, неподалеку от Бдения, бывшее герцогство Волка, Священная Империя Грифона.       — Мда… Глядя на этот край, я начинаю понимать, почему Волки славились как самые суровые и грубые лорды Империи, — заметил Игорь, продолжая править своего коня рядом со мной по хорошей, выложенной крупным булыжником, дороге.       Высокие, отвесные плато и бескрайние каменистые луга, круглый год покрытые сочной зелёной травой и продуваемые всеми мировыми ветрами. Именно так выглядели четыре пятых земель этой суровой провинции, которую нам предстояло завоевать.       — Согласен, — вздохнул я, подняв взгляд в небеса, где среди белоснежных облаков парили грифоны, совмещая два дела — разминали крылья перед возможной грядущей битвой и следили, чтобы на нас из засады не выскочили их собратья. — Даже жаль их. Они были хорошими противниками. Умными, хитрыми, безжалостными и храбрыми. Почти как Грифоны. Досадно, что их род сгинул от интриг демонов, а не на поле боя.       — Насчёт Грифонов многие бы с вами не согласились, милорд. — усмехнулся мой заместитель, — Императорская фамилия всегда славилась своим благородством и милосердием, в пику своим главным противникам.       Услышав такое, я лишь громко рассмеялся, запрокинув голову вверх, вызвав волну удивления среди идущих рядом солдат.       — Ха-ха-ха-ха… Фух… Ну насмешил, — успокоился я, утерев выступившие в уголках глаз слезы. — Игорь, в Волках уже давно не осталось дикой крови их изначальных предков. Всё изменилось почти четыреста лет назад, когда Ирина Волк, в девичестве Грифон, сначала самолично прибила своего муженька — Герхарда Волка, а затем женила своего новорождённого сына и наследника на одной из дочерей своего брата, тогдашнего принца-консорта Антона Грифона… Да-а-а, тогда был настоящий Золотой Век для Грифонов. В то время сыновья и внуки Владислава правили и герцогством Оленя, и Волка, и Грифона, и самой Империей. Интересное было время…       — Тогда странно, что Волки, даже с кровью Грифонов, так быстро вернулись к былым традициям, — отметил Игорь, прикрыв глаза от налетевшего порыва ветра.       — Всё дело в земле, — показал я рукой перед собой. — Нельзя её недооценивать.       В этот момент, из-за одной из гор показалось огромное белоснежное море, по которому постоянно шли волны и появлялись маленькие чёрные точки, а до ушей стало доноситься едва слышное блеяние.       — Кирилл, возьми пять оруженосцев и отгони их обратно! — приказал один из магистров, скакавших неподалеку. — И попроси пастухов передать это остальным.       — Слушаюсь, милорд! — взяв с собой несколько человек, воин ускакал в сторону огромного стада, которые медленно двигалось в сторону моего войска, члены которого удивлённо и даже завистливо разглядывали тысячи белоснежных овец, направляемых пастухами.       «В наших землях такого не встретишь», — сравнил я эту местность с бесконечными лесами и горами в моих владениях, где таким стадам просто негде было пастись.       Вообще, каждое герцогство Империи отличалось от другого не только первым племенем, осевшим на его земле, но и климатическими… нет, не совсем правильно. Пусть будет, природными условиями.       Зачем я сделал такую ремарку? Всё просто — первый наглядный пример, это герцогство Оленя. Самая северная провинция империи, обладавшая климатом наиболее схожим с моей первоначальной родиной, считаясь житницей Империи.       У многих мог возникнуть вопрос, почему так, ведь южнее находилось герцогство Единорога, климат которого был мягче, соответственно лучше подходя для сельского хозяйства.       Ответ был достаточно неочевиден для того, кто не жил в этом мире и не разбирался в местных магических особенностях. Причиной такой аномалии служила протяженная граница с Иролланом, чьи леса, напитанные благословением Силанны, распространяли вокруг божественные эманации и повышали плодородность земель Оленя в разы. Благодаря этому, домен Дункана кормил не только себя, но и три соседние провинции, в том числе и мою.       Кто-то может спросить, как так? Ведь взглянув на карту, можно заметить, что Единороги тоже граничат с Иролланом и протяжённость их рубежей как бы не больше, чем у Оленей. Однако это было не так. Причиной тому были Вантирские горы, отделявшие запад Империи от королевства эльфов. Богатый на чёрные и драгоценные металлы, редкие минералы и уникальные для Асхана огненное золото и теневую сталь, этот горный хребет определил судьбу земель Единорогов как центр промышленности государства. Именно здесь, до недавнего времени, выплавляли восемь из десяти слитков стали и изготавливали лучшее оружие и доспехи, расходящееся по всей Империи. Моими стараниями, этот баланс был немного нарушен, но до сих пор треть моей армии носит доспехи на внутренней стороне которых был выгравирован скачущий единорог.       Вот только любая промышленность, даже такая «примитивная», чтобы распространять свои товары за пределы внутреннего рынка и развиваться, нуждается в торговле. Самым удобным путём для этого является море, а с ним, Единорогам не повезло. Да, у них был выход к Тирейскому заливу, к тому же они контролировали Карталь, очень удобный порт на южном берегу полуострова Агун, однако было два НО.       Во-первых, в самом городе Единороги уже несколько столетий вели борьбу за власть с Красными магами дома Химеры, сбежавшими туда после революции в Серебряных городах. Эти самодовольные химерологи, из-под ножей которых вышли все искусственные расы Асхана, постоянно гадили и поднимали восстания подкладывая свиней официальным хозяевам города, поэтому нормальные поставки туда организоваться и не могли никак.       Во-вторых, нельзя забывать про логистику. Агун мало того, что был отрезан от империи южным отрогом Вантирских гор, так ещё и неподалеку находился Судгерд, самая южная цитадель гномов. А там где гномы, есть и тёмные эльфы, которые совсем не против пограбить проходящие мимо караваны и под шумок увести в Подземелье побольше рабов.       Поэтому, почти вся заморская торговля герцогства Единорога шла через Вайтклиф, столицу провинции Гончих, домен нынешней «императрицы».       Само благосостояние земель Трёх охотничьих собак, строилось за счёт трех столбов, на которые в моём родном мире жила южная Франция.       За счёт богатых виноградников, фруктовых и оливковых рощ, в которых создавалось лучшее вино и масло в Империи, а также выращивания южных культур, таких как рис, кукуруза, просо, сорго, гречиха и нут.       За счёт торговли с Серебряными городами.       И за счёт торговых пошлин, собираемом в местном Марселе — Вайтклифе, являвшимся центром западной торговли Империи.       Одним словом лепота, учитывая что в Асхане не было смены времён года как таковой, благодаря чему урожай получалось снимать четыре или пять раз в год.       «Правда в последние полтора века участились засухи из-за близости пустыни магов, но вроде Гончие как-то с этим борются и даже побеждают», — задумался я, наблюдая как овцы, услышав звон колокольчиков и лай пастушьих собак начали разворачиваться в противоположную сторону. — «Дяде Педро не повезло с этим гораздо сильнее».       Магическая катастрофа, случившаяся в конце Войны Сломанного Посоха и превратившая некогда плодородный и процветающий Эриш в голую пустыню, затронула и земли империи, а точнее герцогство Быка.       Почти все южные земли юго-восточной провинции оказались выжжены под корень. Магическая отрава проникла так глубоко в землю, что даже стараниями ангелов не получилось вернуть их жизни.       Сказать, что Быки и их вассалы были в ярости, значило очень преуменьшить масштаб проблемы. На время, южане отбросили все свои былые обиды и собрали такой ударный кулак, что мог стереть с лица Асхана как побеждённых некромантов, так и ослабших магов, а Гончие, южные границы которых тоже пострадали от катастрофы, были готовы им в этом помочь.       Спасла колдунов случайность. В тот момент, на носу было новое демоническое вторжение и все понимали, что после новой войны Асхан может и не выстоять. Поэтому вмешалась неожиданная сторона. Вечная Императрица, правительница всех нагов, лично послала несколько своих ками, сильнейших магов воды и жрецов Шалассы, чтобы помочь людям. Те своей магией изменили русло реки Айрохон, превратив его в огромную дельту, омывающую почти весь юг провинции.        Землю это, конечно, не исцелило, но позволило местным жителям заняться новым делом — разведением морских и речных гадов. Теперь герцогство Быка славится не только своими торговыми караванами (выход к Нефритовому заливу никто не отменял), многочисленными фермами и хуторами на севере, но и морскими фермами, обеспечивающими рыбой почти всю Империю.       «Нужно будет попросить у повара дяди приготовить их знаменитый рыбный суп», — с удовольствием замечтался я, почувствовав как проголодался. В пути, мы были с самого рассвета, а Солнце уже было в зените.       — Привал, — отдал приказ, когда понял, что и людям и коням нужно дать отдохнуть. — Лагерь не разбивать. Отобедаем, поменяем лошадей и продолжим путь.       — Как прикажете, милорд, — кивнул мне Игорь и начал накладывать заклинание Связи, чтобы связаться с остальными командирами.       — И пошлите к тем пастухам пару обозников, — после недолгих размышлений отдал ещё одно распоряжение, смотря на почти скрывшееся за холмами стало. — Пусть выкупят у них пару сотен молодых барашков. Накормим солдат свежим мясом и не будем тратить собственные запасы.       — Слушаюсь, — кивнул мой заместитель, довольно улыбнувшись и я его понимал. Ведь в походе по старой военной традиции и благородные, и простолюдины ели из одного котла, поэтому такие подарки были приятны каждому: от наследника Владикрая до последнего ополченца, тащившегося в хвосте обоза.       Свои воспоминания об особенностях имперских провинций я продолжил уже сидя рядом с костром и уплетая вкуснейший суп с картошкой, луком и крупными кусками баранины.       «На шурпу похоже», — блаженно вздохнул я, отдавая должное сиру Михаилу, сегодня ответственному за наш котёл. В таких походах повара лордами не брались, ведь они замедляли обоз, а остальная прислуга сейчас металась в мыле, ухаживая за лошадьми, телегами и грифонами, а также улаживая другие особенности лагерной жизни.       Следующей на очереди стояла имперская провинция, самый богатый и процветающий регион Империи. Имеющий границы с пятью из шести герцогств, она получала преимущество, которого не было ни одного из остальных.       Что за преимущество?       Банальная безопасность.       В отличие от остальных провинций, жителям императорского домена не нужно было беспокоиться о набегах орков, вылазках тёмных эльфов, залёта заблудившихся некромантов или неадекватных магов или монстров, а значит бояться неожиданно остаться без дома или вообще быть убитыми.       Это, вкупе с тем, что туда столетиями свозились налоги со всех остальных провинций, которые Соколы и Грифоны благоразумно тратили на строительство новых дорог, мостов, городов и мельниц, делало эти земли самыми богатыми в Империи. Магия, искусство, университеты, штабы торговых и ремесленных гильдий… Всё это было сосредоточено в имперском домене и делало его одним из лучших мест для жизни не просто в Империи, а в во всём этом мире.       «Не будь между регионами сильнейших культурных отличий, то Коготь превратился бы во вторую Москву», — горько усмехнулся я, вспомнив про свой домен.       Мои земли имели славу края лесов и гор, из чего и росли основные статьи наших доходов. Древесина, пушнина, алхимические реагенты, дорогой мрамор, строительный камень, железо и уголь были основными статьями нашего экспорта, к которым в особо урожайные года можно было добавить и зерно.       Моими стараниями, за последние двадцать лет всё это выросло в разы, а после войны с Листмуром, к ним теперь можно добавить золото и серебро, добываемое в северных шахтах, однако всё это стало возможным благодаря рабам.       Рабам, захваченным в бесконечных войнах с орками.       «Однако это тупиковый путь развития», — я доел мясо и в несколько глотков выпив оставшийся на дне тарелки бульон. — «Быстрый, но тупиковый. После победы нужно будет озаботиться прекращением этой пагубной практики».       — Вдох… — глубоко вдохнув, я поднял голову и ещё раз оглядел непривычные для меня пейзажи.       Что касается земель Волка, то их заслуженно называли краем лугов и утесов. Самый бедный и одновременно с этим, самобытный кусок Империи почти полностью состоял из бескрайних каменистых равнин, на которых почти невозможно было заниматься земледелием, но скотоводством — спокойно.       Именно герцоги Волки, в былые времена, обеспечивали имперскую армию запасами солонины, а местная баранина и говядина считались лучшими в Асхане.       Но не одним мясом единым была богата эта земля, чьи жители в былые времена считались самыми страшным противниками Грифонов.       Другое название этих земель было такое — край соборов и портов.       Первое относилось к Лихтфельсу, Бдению и Святопламени, трём крупнейшим городам-храмам в Империи, где обучалось и служили порядка сорока процентов всех священников. Каждый год, сюда направлялись тысячи паломников и пилигримов, желавших своими глазами увидеть чудеса Эльрата в лице бывшей крепости ангелов, гробницы, где были захоронены герои времён Соколов и города, на месте которого сам Святой дракон когда-то спускался на землю, дабы принять участие в битве против Ургаша. Это не только давало Волкам немало политической власти, но и позволяло их подданным богатеть за счёт многочисленных паломников, которых тоже нужно было кормить, поить, одевать и развлекать.       «Царство Небесное на максималках», — промелькнула шальная мысль, заставив меня беззлобно фыркнуть.       Второе относилось к самому неприступному городу в Империи. Да, да, этот титул на самом деле носил не Коготь, а Нильсхавен, столица герцогства Волка.       Дело в том, что он был построен на месте самой большой и защищённой гавани в Волчьем заливе, через который шла ВСЯ торговля с Вольными городами Востока и Лотосовой империей. Это приносило Волкам настолько баснословные прибыли, что те за прошедшие века построили целую цепь из городов-спутников и крепостей, дабы обезопасить её.       Изгиб Густава, бывший в прошлом небольшим рыбацким городком, перевоплотился в полноценную крепость. Эшвик, город славящийся своими запасами серы и гильдией алхимиков. Денштат, самая восточная цитадель империи, защищающая границу с Вольными городами. Кригспайр, неприступный замок, запирающий путь на Нильсхавен. Изегрим, самая старая цитадель в герцогстве, защищающая столицу с моря и построенная во времена, когда еще не существовало Империи.       Пять этих городов, вкупе со столицей, образовывали единую оборонительную систему, цель которой была одна — не пускать врагов к гавани.       «По сути это огромная крепость, для взятия которой нужны сотни тысяч воинов», — вспоминал я карту местных земель. — «Либо использовать оружие, способное прорваться сквозь все стены и укрепления, понастроенные местными».       — Слава Эльрату, нам не нужно это делать, — пробурчал я себе под нос, устало выдохнув.       По нашему плану, мы с дядей должны захватить всё остальное герцогство и заблокировать в Нильсхавене оставшиеся силы во главе с Рутгером. Последнее было обязательно, поскольку сам полководец был едва ли не опасней всех своих солдат вместе взятых.       Ведь прежде, чем призыв к оружию привёл Рутгера в воинские ряды герцогства Волка во времена Войны Серого Альянса, он больше был известен как бродяга и путешественник, что в будущем сыграло немалую роль в его становлении одним из самых известных генералов Империи.       Вернувшись с войны и своими глазами узрев, чем может грозить хаос безвластия, он не ушёл со службы, а собрав ветеранов и патриотов стал охранять покой простых жителей герцогства. Используя знания, приобретённые в свои молодые годы, Рутгер мастерки водил свои немногочисленные войска по знакомым ему путями, успевая буквально везде.       Монстры, орки, некроманты, банды грабителей из Вольных городов. Он умудрялся успевать буквально везде и к тому моменту, когда Николас наконец взошёл на трон и прекратил распри между благородными, не было в герцогстве человека популярнее и уважаемей Рутгера.       Временно назначенный губернатором этих земель, он преданно служил сначала Николасу, а потом Изабель, отказавшись слушать любые возражения касаемо её притязаний на трон.       «Нельзя дать ему вырваться на свободу», — сделал я зарубку, вспомнив мужчину средних лет, с непримечательным лицом, но очень умным и прозорливым взглядом. — «Иначе мы почувствуем себя немцами в сорок втором. В Беларуси...».       — Надеюсь он не бросит своих солдат, — глубоко вздохнул я, вставая и передавая тарелку пробегавшему мимо слуге. Солнце уже клонилось к горизонту, а я планировал уже сегодня прибыть к Бдению. Нужно было поторопиться. — Сворачиваем лагерь! Быстро! Выдвигаемся как можно скорее!       — Слушаемся, милорд! — гаркнули сидевшие неподалеку рыцари, наложив на себя Связь и начав отдавать приказы подчинённым. Всего через несколько минут, лагерь стал напоминать разворошенный улей, а ко мне привели отдохнувшего и свежего коня, готового продолжить путь.       — Поехали, братец, — прошептал ему на ухо и в один прыжок запрыгнул в седло, поскакал в начало колонны, проверить состояние дозоров и донесения разведчиков.       До Бдения, крепости-монастыря, где были похоронены самые знаменитые воины и герои Империи Сокола, оставалось недолго и меньше всего мне хотелось наткнуться на засаду местных монахов, славящимися свой отбитостью и фанатизмом на всю Империю.       «А ведь самое тяжелое впереди», — бросил свой взгляд дальше, далеко на юг, где находилась моя финальная цель.       И мне, и дяде Педро предстояло выдержать тяжелое испытание.       Ему нужно было взять Штормдейл, город-крепость расположенный на юго-западе в узком, продуваемом всеми ветрами ущелье. Сами его укрепления были усовершенствованы так, чтобы гарнизон был защищён порывами воздуха, сбивающими с пути любые вражеские снаряды, будь это стрелы, арбалетные болты и даже гарпуны из баллист. Плюс Быкам предстоит столкнуться со сложной местностью, не дающей использовать их численное преимущество.       Это означало, что успех зависел от таланта и смекалки Педро. Сможет ли он найти подход к древней крепости или потеряет при приступе сотни солдат, обескровив свою армию.       Мне же предстояло повторить подвиг, который за всю историю удавался лишь у одного человека.       После взятия Бдения мне предстояло захватить Святопламя.       

***

      Ашда, 17 день месяца Лунной матери, 970 год Седьмого Дракона.       Пять дней спустя.       Окрестности Святопламени, бывшее герцогство Волка, Священная Империя Грифона.       — Так вот ты какой, Святой город, — трепетно прошептал я, не сводя шокированного взгляда с поистине громадной крепости.       Я давно привык к имперскому гигантизму. Основами архитектуры нашего народа уже давно стали три М — монументальность, милитаризм и мощь.       Всё для войны с демонами.       Всё для восхваления Эльрата.       Всё для выживания человечества.       «Блин, прозвучало так, будто я во вселенную Warhammer попал», — как осознал, меня аж передёрнуло не на шутку и я сразу сплюнул. Не дай Эльрат! Жуть какая...       Однако, легендарное Святопламя можно было и вправду сравнить с огромным собором, каким-то образом вырванным из мира вечной войны.       Сам город представлял собой достаточно большие и богато обустроенные предместья, с большим количеством жилых домов, лавок, рынков и малых храмов, построенные вокруг монументального… собора? Крепости? Замка?       Я даже не знал как назвать эту огромную бандуру, построенную на вершине небольшого холма, ощетинившуюся двумя рядами стен, высотой в пятьдесят метров, и встроенными прямо в них соборами и башнями, придающими Святопламени вид скорее огромной церкви, чем крепости.       Но одно я мог сказать точно.       Штурмовать его без подготовки можно считать форменным самоубийством.       — Г-господин, что будем делать? — заикнувшись спросил Игорь, с широко раскрытыми глазами смотря на терявшиеся в облаках шпили города. Нельзя было его винить, ведь в таком же состоянии пребывала большая часть моей армии.       — Для начала, разобьём лагерь и пошлём парламентёра, — отозвался я, развернув коня и начав накладывать на себя заклинание Связи. — Надеюсь, получится решить дело миром, как с Лихтфельсом и Бдением.       Да, Бдение мы тоже взяли без особых проблем, не встретив никакого сопротивления, что сильно меня насторожило. Всё же город сам по себе был весьма кусачей крепостью, а орден монахов-хранителей, занимавшихся охраной и сохранением гробниц, был хорошо подготовленным и вооружённым формированием, способным на своей земле заставить попотеть даже инквизиторов.       Но нет, вместо организованного сопротивления и попытки не дать моим войскам отдохнуть и приготовиться к решающему штурму, их всех в срочном порядке отозвали в Святопламя.       Зачем?       Почему?       Непонятно.       «Они же должны понимать, что с их силами оборонять крепость такого размера — самоубийство», — нахмурился найти хоть какой-то подвох.       Да, Святопламя впечатляло. Настолько впечатляло, что мне придётся произнести несколько ободряющих речей перед солдатами, чтобы восстановить их подорванный боевой дух. Вот только даже невооружённым взглядом было видно, что крепость была построена не против людей, а для защиты от демонов.       Об этом кричало всё.       Сигилы, выгравированные на стенах и воротах, делающие одно прикосновение к ним для тварей Шио невероятно болезненным.       Открытые площадки на стенах и воротах, удобные для ведения огня священниками, но недоступные огненной магии суккубов.       Тяжёлые требушеты, необходимые, чтобы швырять огромные освященные булыжники в неорганизованные орды призванных бесов и отродий.       Даже само расположение башен говорило о том, что их строили для борьбы с врагом, предпочитающим переть напролом, чем с организованной и дисциплинированной армией.       Одно это в разы облегчало штурм, а если добавить к этому…       — Извините, милорд, — отошедший от шока Игорь обратился ко мне, изучая внимательным взглядом стены этого грандиозного сооружения. — А не слишком ли их… мало?       — Уже заметил? — улыбнувшись краешком рта хмыкнул я, смотря тонкую цепочку из рыцарей и священников стоящих на стенах. — Ты прав. Для обороны этого замка нужно минимум двадцать тысяч солдат, а то и тридцать. Епископу же, наверняка едва удалось собрать три, максимум четыре тысячи воинов, большая часть которых — простые ополченцы.       — Хотите сказать?.. — повернулся ко мне зам, обрадовавшись.       — Да, — довольно усмехнулся я, — сейчас размер крепости играет против них.       Воин, отправленный с предложением о переговорах, вернулся спустя десять минут с согласием. Правитель города согласился меня выслушать, но только перед воротами города. При этом, в качестве охраны можно было взять всего двоих человек.       — Василий, Сергей, за мной, — приказал я, как только услышал условия и с двумя гвардейцами отправился ко входу в замок.       — Милорд? — удивился Игорь, видимо желавший отправиться со мной, однако я не хотел рисковать наследником Владикрая. Ведь нынешний епископ Святопламени и в каноне, и в этой реальности показал себя не с самой лучшей стороны. Поэтому лучше не рисковать. Я то с помощью Верности сбегу, а остальным может так не повезти.       — Останься здесь и начинай окружение города, — выдал ценное указание, не оборачиваясь. — Я скоро вернусь.       Боялся ли я заезжать в неразведанные предместья Святопламени, без подстраховки и согласованного пламени? Ни капельки.       Тут у нас не Земля, где можно надавать гору клятв человеку, а затем наплевать на них, схватив и прилюдно казнив (привет Яну Гусу). В Империи, за каждым словом благородного стоит его честь, его вера, его лицо, потерять которое смерти подобно. Тут такой проступок, во-первых, не оценят свои — тот же Рутгер когда узнает о подобном, прибудет и лично оторвёт всем причастным головы, а во-вторых сам Эльрат, бог-дракон Света, благородства и чести конечно не убьет своих последователей, но своей силы лишит.       Поэтому насколько бы отбитыми не были местные священники, но опредёленные границы они переходить не будут.       — Епископ Аларик! — громко воскликнул я, как только с телохранителями подъехал к огромным, возвышающимися надо мной воротами Святопламени. — Рад вас видеть, Ваше Преосвященство!       — Не могу сказать то же самое, лорд Ворон, — ответил мой старый знакомый, облачённый в красную мантию, накинутую поверх мощных латных доспехов, оставлявших открытой только голову. — Что привело вас к вратам Святого города?       — Война, — изрёк я, спрыгнув с коня и оказавшись на одном уровне с моим собеседником. Ну как на одном? Аларик оказался ниже меня на пол головы, от чего ему пришлось задирать голову, что вкупе с его высокомерным и гордым взглядом выглядело… скорее потешно, чем впечатляюще. — Ургашева война...       На последних словах ангелы, стоявшие за спиной епископа и исполнявшие роль его охраны скривились, словно от зубной боли, от чего я облегченно выдохнул.       «Значит молодые», — отметил я, немного приободрившись. Воевать с представителями старшего народа, не имея на свой стороне драконов или титанов всегда было тяжело, но слава Эльрату, сейчас большая их часть воюет на юге, а Святой город отправили охранять молодняк.       — Разве не вы её развязали? — нахмурившись спросил Аларик, обеими руками сжав свой крест. — Восстали против императрицы Изабель, ввергли Империю в войну, а теперь жалуетесь на последствия.       — Я устал это повторять. У леди Изабель нет никаких прав на трон, — проговорил я, сведя брови и скрестив руки на груди. — Ни по крови, ни по закону. Она всего лишь бывшая императорская невеста, в то время как принц Андрас — законный наследник, официально признанный императором Николасом.       — Вот только вам это не помешало устроить покушение. Не будь рядом лорда Метатрона и леди Изабель оправилась бы к Чертоги Эльрата, — отбил тот, слегка повысив голос.       — Мы не причастны к покушению, — покачал головой, — я и герцоги Оленя и Быка желаем только одного — мира. Тот же, кто всё это устроил, желал разлада между нами и леди Изабель. Желал войны. Желал Хаоса.       — К чему вы ведёте, лорд Ворон? — насторожился Аларик, услышав мой намек на нашего изначального врага.       — По пути сюда, я заглянул в Лихтфельс и Бдение, — произнёс я и достал из кармана небольшой флакон, используемый алхимиками для хранения ингредиентов и содержащейся в них маны. — И знаете, что я там обнаружил?       Чпок…       Мгновение и каждый из присутствующих ощутил отвратный запах серы, а ангелы схватились за свои монструозные мечи-шпалы. Ведь как существа Света они сразу почувствовали, что только что было выпущено на волю.       Мана Хаоса.       Мана демонов.       Мана, которая могла быть знаком только одного.       — Ересь.