Глава 4. Потрескивание.

Обучение было трудным. Это была среда, в которой Энджи процветал. Но Харуо мог видеть трещины, образующиеся в психике Энджи. С одной стороны, беспокоиться было не о чем. Энджи, как обычно, великолепно справлялся с учебой, он каждый день совершенствовался в своих причудах и навыках Героя и уже делал себе имя. Ему даже удалось стать старостой класса благодаря своему деловому и организованному отношению, которое оценили другие в его классе. Но, с другой стороны… С тех пор, как на Спортивном фестивале Энджи занял первое место, Харуо заметил, что в его сыне что-то изменилось, и это ему очень не нравилось. В голубых глазах Энджи была резкость, которая, казалось, никогда не исчезала. При всем его стоицизме, он беспокоился. Харуо это действительно не нравилось. Но он не был уверен, как к этому подступиться. Он вспомнил события Спортивного фестиваля. Сначала была гонка, и Энджи с самого начала был в первых рядах, даже не используя свою причуду, за исключением уничтожения препятствий. Харуо был абсолютно впечатлен физической силой своего сына, и даже больше в следующих предварительных раундах, где Энджи продемонстрировал невероятные лидерские качества и наблюдательность, чем и получил преимущество. Ему не хватало сотрудничества, но, похоже, это его не сдерживало. Хотя это и было единственным, что беспокоило Харуо. Он надеялся, что на курсе героев Энджи найдет людей, с которыми сможет сблизиться, но, очевидно, этого не произошло. Другие дети казались дружелюбными по отношению к нему, но на самом деле не взаимодействовали с ним как с другом. В одном из раундов команда из четырех человек, частью которой он был, казалось, просто выполняла приказы, а не сотрудничала с ним. А затем состоялось главное событие, где ученики дрались друг с другом. Всë началось... нормально, Энджи победил каждого противника не сильно заморачиваясь. Но затем, ближе к последней паре боев, что-то изменилось. Его пламя стало более неистовым, воздух наполнился жаром, а движения стали более мощными, агрессивными. Отчаянными. Почему? недоумевал Харуо. Почему он так отчаянно хотел победить? И даже когда он честно победил благодаря своим собственным навыкам, глядя на свою медаль на пьедестале почета, — даже тогда Харуо видел неудовлетворённость на лице Энджи. Это было незаметно, любой другой, кто не знал Энджи, не догадался бы, о чем он думал, но Харуо потратил достаточно времени, пытаясь понять своего сына, чтобы заметить даже такие прозрачные изменения его мимики. Энджи был недоволен собой. И в процессе он разрушал себя. Все началось с того, что он пришел домой с бинтами, выглядывающими из-под формы. Он утверждал, что это просто последствия обучения на геройским факультете. Потом он начал поздно возвращаться домой. Он утверждал, что проходил внеклассное обучение. И, наконец, он уходил на ночные пробежки, как он утверждал, и возвращался только ранним утром, когда едва хватало времени, чтобы выспаться и снова собраться в школу. Это продолжалось пару месяцев, прежде чем Харуо решил, что больше этого не выдержит. — Ладно, хватит! — сказал Харуо, встав перед дверью в решительной позе, скрестив руки на груди. Был субботний вечер, и Энджи, глядя отцу в глаза, был в тренировочном костюме, намереваясь снова пойти тренироваться. — Ты берешь сегодня выходной. И завтра тоже. — Что? — растерянно спросил Энджи. — Ты слышал меня. — настойчиво подчеркнул Харуо. — Ты переутомляешься. Тебе нужен перерыв. Сядь. — Нет. — голос его сына прозвучал натянуто и почти оскорблено. — Я собираюсь на тренировку. — Нет. — ответил Харуо таким же тоном. — Ты не собираешься. Оба некоторое время смотрели друг на друга. Энджи выглядел расстроенным и в нем постепенно вскипало раздражение. Его плечи были слегка ссутулены, и если бы Харуо не знал сына лучше, он мог подумал, что Энджи собирается ударить его. Энджи сердито вздохнул и протопал в гостиную, агрессивно усаживаясь на диван. Харуо тоже вздохнул, но от раздражения. — Что с тобой? — он подошёл к своему сыну и встал над ним. — Ты никогда раньше так себя не вел. — Энджи выпятил нижнюю губу и скрестил руки на груди, уставившись на стену перед собой, как будто надеялся, что она сгорит. — Энджи. Строгий тон отцовского голоса застал Энджи врасплох — его обычная мягкость полностью исчезла. — ...Я...не... знаю... — признался он, тяжело опускаясь на диван. Он выглядел побежденным. Это было совсем на него не похоже. Харуо сидел рядом с ним, уперев руки в бедра, и наблюдал за отсутствующим выражением лица своего сына. Они сидели рядом в тишине, Харуо дал Энджи время должным образом сформулировать свои мысли. — Неважно… сколько бы я не старался...этого просто недостаточно... — Энджи, наконец, сказал, медленно и осторожно, как будто он вновь учился разговаривать. — Недостаточно?..— Харуо был искренне сбит с толку. — Ты лучший в своем классе и староста, ты совершенствуешься быстрее всех остальных, ты занял первое место на спортивном фестивале, твои учителя могут сказать о твоей работе только хорошее. Я имею в виду, твоим навыкам командной работы не помешало бы немного больше любви и заботы, но ты справляешься потрясающе. Почему этого недостаточно? — Я не знаю! — Энджи воскликнул, расстроенно потирая лицо руками. — Я не знаю! Этого, этого просто недостаточно! — в его голосе слышалась дрожь, как будто он собирался заплакать. — Эй, эй, все в порядке! — Харуо поспешил успокоить сына, обняв его за плечи и притянув к себе, положив руку на голову Энджи и нежно поглаживая его рыжие волосы. Харуо прижался щекой к его макушке. — Все в порядке... Энджи прерывисто выдохнул и закрыл глаза, прижимаясь к теплу отца. Это успокаивало, совсем как во время аварии много лет назад. Всë — от его запаха до прикосновений — было таким же, и это помогло Энджи ослабить свои бушующие чувства, которые было так трудно контролировать. Даже если воспоминание об аварии преследовало его ежедневно. — Я просто... я не знаю почему... — сказал он тихим голосом. — Я чувствую себя таким слабым. Это потрясло Харуо. Как его шестнадцатилетний сын — шести футов ростом, мускулистый и мощный — мог чувствовать себя слабым? Это просто неподходящее слово, чтобы описать его. — Все в порядке.. Ты поступил в UA чтобы стать сильнее. — Харуо успокаивал его, не переставая гладить по волосам. — Это всего лишь твой первый год и ты все еще ребенок. У тебя есть годы, чтобы стать сильнее в нужном темпе. Не причиняя себе ненужного вреда. Подросток тихо вздохнул, уткнувшись лицом в грудь отца. Уютная атмосфера начала навевать на него сон — отсутствие полноценного ночного отдыха наконец-то сказалось на нем. Харуо заметил это и передвинулся на диване так, чтобы Энджи полностью лежал на нем, в то время как Харуо полулежал, поддерживая голову Энджи на своем плече. Он был благодарен, что у них был длинный диван, иначе это было бы сложно. — Энджи Тодороки, ты замечательный ученик, удивительный сын, но тебе нужно быть добрее к себе. — Харуо мягко сказал, глядя на расслабленное выражение лица своего сына, которое так давно не видел. — Ты делаешь всё возможное, чтобы превзойти любого ребёнка твоего возраста, и это нормально – делать перерывы. — Но... — Энджи начал, но его прервал легкий зевок, и он лениво вздохнул. — Но что, если этого недостаточно...? — Ты буквально засыпаешь у меня на груди – я думаю, это хороший признак того, что на данный момент с тебя достаточно. — Харуо слегка усмехнулся, когда его сын погрузился в сон. Он наблюдал за ним, убирая волосы с его лица, чтобы лучше рассмотреть черты своего сына. Он почти не был похож на свою мать. У него был её разрез глаз, но у его матери были черные волосы и мягкие округлые формы. Харуо считала, что это одна из причин, по которой она никогда не общалась с Энджи, когда он родился, и почему это усугубило ее послеродовую депрессию. Он пытался помочь ей, но, очевидно, этого было недостаточно. Недостаточно. О. Возможно, неуверенность в себе была в их крови, подумал про себя Харуо. Или он взрастил эту неуверенность в Энджи. О Боже, он действительно надеялся, что нет. Заставить Энджи почувствовать, что его действий недостаточно, было последним, чего хотел Харуо. Он тихо вздохнул и откинул голову назад, глядя в потолок. Энджи станет феноменальным и эффективным профессиональным героем, в этом он был уверен. Таким, за которым никто другой не мог угнаться. Но Харуо нужно было как-то не отставать от него. Ради Энджи, чтобы он был не один. Как он мог это сделать? Удивительно, Харуо нашли свое решение в… Кемпинге. На самом деле он просто присутствовал на тренировках Энджи, которые на самом деле сводились не к пробежкам, а к тренировкам в горном районе под названием пик Сёкото. Энджи получил нагоняй от своего отца за то, что тот не сказал ему правды. Но теперь, вместо того, чтобы Энджи исчезал каждую ночь на тренировку, они пошли на компромисс. Если Энджи соглашался приходить домой в надлежащее время и оставаться дома, они с Харуо разбивали лагерь субботними вечерами и проводили там воскресные тренировки. В основном это были тренировки Энджи, а Харуо следил за тем, чтобы тот следил за собой, ел и делал перерывы, но это давало Харуо возможность наблюдать и интересоваться тем, что делает его сын. Он даже умудрялся самостоятельно выполнять школьные задания. Кое-что в пребывании в горах было очень расслабляющим и веселым. Первые несколько недель всё, чем занимался Энджи – это тренировки, в то время как Харуо отчаянно заставлял его не забывать про необходимость организма в воде. Но через некоторое время Харуо начал указывать Энджи на растения и животных, отвлекая его от тренировок. Поначалу Энджи раздражался и становился сварливым каждый раз, когда отец пытался показать ему очередную птичку на случайном дереве, но, в конце концов, он начал расслабляться и по-настоящему смотреть на окружающий мир. Энджи хотел стать сильнее. Отчаянно хотел доказать самому себе, что он не слабак. Но когда однажды ранним утром он выполз из своей палатки, чтобы начать тренировку, он посмотрел на пейзаж и увидел солнце, выглядывающее из-за вершин гор, в свете которого блестели воды озера. Прекрасно, подумал он. Раньше он этого не ценил. Он присел у воды и посмотрел на свое отражение. Это тоже то, чего он давно не делал. Он выглядел... сердитым. Хотя это было не так. Почему он выглядел так? Он размышлял об этом, потирая лицо, как будто пытаясь смягчить острые углы. Услышав зевок за спиной, Энджи посмотрел на отца, который без особого энтузиазма выбирался из своей палатки. — Доброе утро... — он зевнул и потянулся за походными принадлежностями, чтобы сварить себе кофе. — Доброе утро. — ответил Энджи, снова глядя на свое отражение. — Оте-... Кхм... Папа. — называть его так было приятнее. И это определенно привлекло внимание Харуо. — Почему я ... такой? — Все, что он получил, это пару растерянных морганий и наклон головы от своего отца. — Ну знаешь, не могу ... — Он сделал несколько движений рукой в сторону себя. Он вздохнул, опустил руки на бедра и снова посмотрел на воду. — Не можешь нормально общаться? — голос отца звучал ближе, мужчина подошёл к кромке воды. Энджи промычал в ответ. — Я не знаю. Я тоже в этом не силен. Я думаю, что это просто такой характер. — Но тебе удалось жениться. — напомнил ему Энджи, глядя на своего отца. Выражение его лица было печальным. — Ну, хм, хорошо, но, как видишь, еë здесь нет. — сказал он со слабым смешком, садясь рядом с Энджи. — Послушай, у твоей матери ... был сильный дух. Ты определенно взял эту черту у неё. — Энджи надул нижнюю губу, показывая, что ему не понравился комментарий, и это рассмешило Харуо. — Это особенно заметно, когда ты упрямишься. В твоих надутых губах вся она. — Энджи проворчал что-то себе под нос. — В твоей матери была некая сила. И я находил это очаровательным, а ей нравилось то внимание, которое я ей уделял. Но, как ты знаешь, есть причина, по которой я всего на восемнадцать лет старше тебя. — Харуо продолжил, любуясь восходом солнца. — Мы поторопились. Мы едва выпустились из школы, когда поженились и родили тебя. Это казалось нам единственным логичным решением. Но... — он не хотел говорить, что это была ошибка, потому что рождение Энджи было лучшим, что с ним когда-либо случалось, и он был его гордостью и радостью. — Твоя мать была не готова, и оказалось, что я... не был тем, кто ей был нужен. Так что да, мне удалось обзавестись женой, но это только из-за обстоятельств и опрометчивых решений. Энджи моргнул. Это не совсем ответило на его вопрос о том, почему ему было трудно работать в команде и общаться, но, похоже, он перенял это от своего довольно кроткого и неуклюжего отца. Он хмыкнул, наблюдая за ним. — ...Ты скучаешь по ней? — в конце концов спросил он. — ...Иногда. — признался Харуо, прежде чем посмотреть на Энджи с противоречивым выражением лица. — А ... ты? Скучаешь по ней? Или скучаешь по дням, когда у тебя была мать? Энджи уставился на него, слегка распахнув глаза. Честно говоря, он никогда об этом не думал. — Думаю, что нет. Я не могу скучать по тому, чего у меня никогда не было. — ответ был резким, и у Харуо немного защемило в груди. — И мне не слишком интересно знать кого-то, кто бросил тебя. — это ранило еще сильнее. — У твоей матери были трудности... — кротко сказал он, чем вызвал недовольный взгляд сына. — Как и у тебя. — твердо сказал Энджи. Харуо хотел возразить, что у него все в порядке, и что проблемы его матери были более серьезными и важными, но он остановился. Это не то, что его сын хотел услышать. — И у тебя. Это нормально. — мягко сказал он, протягивая руку, чтобы убрать волосы с лица сына. — Но, как ты научил меня… Нам не нужно бороться в одиночку. — Энджи бросил на него озадаченный взгляд. — Я никогда тебя этому не учил. — Может быть, не напрямую, но просто проживая жизнь со мной. — Харуо нежно улыбнулся, слегка ущипнув сына за щеку, чтобы подразнить его. Эндзи раздраженно застонал, потирая щеку, Харуо рассмеялся и встал. — Я приготовлю завтрак. Они провели на пике остаток воскресной тренировки, прежде чем вечером отправиться домой. Когда они спускались по склону горы, освещённому лишь причудой его отца, — Светом Свечи — Энджи снова заговорил: —Ты... думаешь, я когда-нибудь женюсь...? — спросил он, немного смутившись. Харуо взглянул на него. — А ты хочешь? — его ответом была мягкая улыбка. — Мм... Я не знаю. Если я не могу завести друзей, то найти жену кажется невозможным. — он пробормотал, слегка опустив голову. Харуо остановился и повернулся к нему, свет от его слабого пламени заставил глаза Энджи мерцать в темноте. — Для каждого человека найдется кто-то другой. Возможно, я не нашел подходящего человека, но это не значит, что с тобой будет то же самое. — заверил его отец. — Значит, даже такой ворчун, как ты, может найти жену. Энджи фыркнул в ответ на поддразнивание, но на его лице появилась улыбка. После этого Энджи стало легче, его психика восстановилась, пусть и совсем немного. Ему все еще было трудно быть добрым к себе, но, по крайней мере, он не разрушал свое тело. Учителя-профессионалы заметили это, поэтому на следующем родительском собрании об этом заговорили. — Я сопровождал Энджи во время его тренировок. — Харуо объяснил. — Я думаю, что ему лучше не оставаться надолго в одиночестве, иначе он можешь потеряться в собственных мыслях. — это было тем, что делала его мать. Он надеялся, что уроки, извлечённые из его неудачных отношений с ней, позволят ему поддерживать свои отношения с сыном, а также его благополучие. — Ах, это многое объясняет. — профессиональный герой кивнул. — Хотя, вы упоминули, что он тренировался после школы… Я думал, что, запретив ему посещать тренировочные площадки после уроков, мы решили проблему с его переутомлением, но, похоже, мы недооценили его упрямство.” — Подождите, что? — растерянно спросил Харуо. — Вы запретил ему посещать тренировочные площадки? — Только после уроков. — поспешил заверить его учитель. — Он задерживался допоздна, это стало довольно опасными, а Исцеляющей Девочке надоело видеть его каждый божий день. — Он не сказал мне, что ... — это объяснило бы, почему он стал выходить из дома поздно, а также бинты. — Понятно, спасибо, что рассказали мне, я обязательно поговорю с ним об этом. — В остальном Энджи Тодороки чрезвычайно целеустремленный. Он замечательный ученик, трудолюбивый и высококвалифицированный. Вы хорошо его воспитали. — учитель похвалил его, заставив Харуо немного нервно рассмеяться, вспомнив, как в ранние годы он почти ничего не делал для своего ребенка. Энджи понял, что попал в беду, как только увидел, что его отец выходит из кабинета учителей. — Тебе запретили посещать тренировочные площадки?! — недоверчиво спросил Харуо. — И ты мне не сказал?! Все, что Энджи делал, это дулся и отводил взгляд. В остальном обучение в UA по большей части прошло гладко. Он получил временную лицензию с первой попытки, приобрел большой опыт работы с различными профессиональными героями и по-настоящему сделал имя Старателя в геройской индустриальный. Ему так и не удалось избавиться от своей неуверенности. Она больше не была такой заметной, но все ещё бурлила под кожей. Благодаря своему внушительному телосложению, физическим способностям, яркой причуде и трудолюбию, Старатель очень быстро стал чрезвычайно популярным. Ничто не могло встать у него на пути. До тех пор, пока Энджи не выпустился из UA, и его единственным соперником стал Всемогущий. Герой Номер Один.