Глава 5

Прогулка по городу окончилась быстро. Слишком быстро для того, чтобы она успела запомнить маршруты и расположение стражи, но достаточно, чтобы наблюдать медленно увядающую на острове жизнь. Энергия покидала эльфов, дерево не справлялось. И Сильвена должна была решить, хочет ли она помогать. Когда советник устало сообщил, что их прогулка по городу окончена, Сильвена попросила отвезти ее в оранжерею. Она не хотела видеть дворец, не хотела возвращаться в свои покои. Ее воротило от одной мысли, что ей нужно провести в этом месте еще несколько дней. Стражники проводили их до ворот во дворец, синхронно поклонились и ушли в неизвестном направлении. Они снова остались вдвоем и Сильвене стало сложнее сдерживаться, когда за спиной не наблюдали вооруженные эльфы. До оранжереи они дошли в молчании. Сильвена могла бы порадоваться или облегченно вздохнуть, если бы всю дорогу она не слышала тяжелое дыхание советника. Каждый шаг становился тяжелее, она чувствовала, как он воспламеняется. Немая ненависть отпечатывалась на земле ботинками его туфлей. Впрочем, его чувства были взаимны. Сильвена зашла в оранжерею, советник остался стоять у входа. Она подошла ближе к дереву и опустилась на колени. Казалось, что с прошлого раза корни сильнее иссохли, вся листва опала, а пульсирующие линии на коре почти исчезли. Сильвена почувствовала тоску. Тоску из-за умирающего дерева, тоску по дому. Когда ее предки бежали с острова, они смогли забрать с собой росток дерева и последние остатки эликсира. Но в отличии от светлых, темные эльфы вырастили дерево на Топях Эресса как символ старого дома, по которому они тосковали. Они давно перешли на использование темной магии и дереву не нужно были питать жителей острова энергией. Сильвена посмотрела на советника исподлобья. — Жители знают, почему они болеют? — холодно спросила она, хотя снова знала ответ. — Нет, — строго ответил он. — И не узнают. Паника ухудшит положение. — Конечно, — язвительно усмехнулась Сильвена. — Тогда королевскому двору придется признать свою никчемность. — Замолчи. — Дерево было рождено с глубокой связью с эльфами, но вы, жалкие эгоисты, превратили его в сокровище. Спрятали даже от богов в этом мерзком куполе. Советник сжал кулаки. Его ноздри быстро расширялись и сужались. — Мы его защищаем. — Вы губите его. Уже сгубили. Своими же руками уничтожили единственный источник жизни на этом проклятом острове. Сильвена опустила голову и прикрыла глаза. Она не могла слышать дерево, но чувствовала, как оно плачет. Как молит о помощи. Молит о примирении. Грустит по своим темным детям. Дерево так сильно смогло проникнуть в сознание Сильвены, что она почувствовала горячую слезу на щеке. Она зажмурилась и попыталась поговорить с деревом. Оно ответило несильным толчком в районе груди. — Я хочу увидеть свою команду, — не поднимая головы, произнесла Сильвена. Она молило дерево повлиять на советника так же, как оно могло повлиять на нее. Она слышала тяжелое дыхание эльфа, как сильно он борется с собственным сознанием. — Я поговорю с королем, — выпалил он и тут же вышел из оранжереи. Через стеклянную дверь он сказал: — Мы возвращаемся во дворец. — Спасибо, — прошептала Сильвена и приложила лоб к корню. Оказавшись в покоях, она не могла найти себе место. Она долго ходила из стороны в стороны, придумывая про себя аргументы, которые будет использовать, когда сюда заявится советник и своим противным голосом сообщит, что король отказал в просьбе. В конце концов, она не выдержала и высунулась из окна в поисках ближайшего дерева. Ей очень повезло, что деревья на этом острове были достаточно высокими. Балансируя, она встала на подоконник и потянулась вперед, хватаясь за длинную ветку. Она про себя попросила прощения у дерева. Ветка с хрустом оторвалась и Сильвена рухнула на мрамор. Она завопила от боли, но с силой прикусила губу, чтобы не привлекать внимание стражи. Ветка стала ее слабым подобием меча. Она скакала по комнате, отражая воображаемые атаки, тренировала выпады и представляла, как рассекает мечом светлых эльфов на ее пути, когда они с командой будут убегать с Гар’Тороса. Она размахивала импровизированным мечом, прикрыв глаза, воображая, что она на своем корабле, и не услышала, как двери открылись и покои кто-то зашел. Палка остановилась в миллиметре от лица советника. Сильвена застыла на месте, тяжело дыша. Советник скривил лицо и вырвал у нее из рук палку. На ладони остался красный след. — К моему великому несчастью, король принял твою просьбу. Я провожу тебя к твоим псам. Сильвена проглотила оскорбление. Она не позволит грязному языку этого выскочки оборвать ее единственную возможность увидеть друзей. Стражник, виновато улыбаясь, надел на ее голову мешок. Такой же мешок на ней был в первый день, только не пропах потом и водорослями. Они долго петляли кругами. Это Сильвена сразу поняла, потому что их передвижение не имело никакого смысла. Но им удалось ее запутать. Она предположила, что они пришли к сердцу замка, потом долго поднимались по лестнице, предположительно на четвертый этаж, хотя даже там они умудрились спутать ее. В узком холодном коридоре с нее сняли мешок и приказали идти вперед. Она уперлась в крошечную дверь и неуверенно открыла ее. — У тебя тридцать минут, — предупредил советник, толкнул ее вперед и закрыл за ней дверь. Она оказалась в небольшой комнате, заваленной пухлыми матрасами и шелковыми тканями вместо покрывал. Единственное окно было забито деревянными блоками и сквозь крошечные отверстия проникал солнечный свет, которого хватало, чтобы слабо осветить комнату. Но самое главное — на матрасах сидели все ее друзья. Команде понадобилась несколько мгновений, чтобы осознать происходящее. Мале несколько раз зажмурился и громко вскрикнул. — Капитан! — он первый подскочил на ноги и обнял Сильвену. Все остальные подтянулись за ним, начали прыгать вокруг, радостно кричать и плакать. Когда она обнялась с каждым, к ней подошел Эрестор и приобнял ее за плечи. — Я рад, что с тобой все в порядке, — он тепло улыбнулся. — Капитан, но что случилось? — Это что… — Фина испуганно округлила глаза. — Последнее прощание? Нас казнят? По комнате прошлась волна вдохов, но Сильвена подняла руки вверх. — Все в порядке. Никого не казнят, — она обвела команду взглядом. — Я… Я просто хотела вас увидеть. Они снова полезли обниматься и все завалились на матрасы. Эрестор оперся спиной о выкрашенную в синий цвет стену и громко прочистил горло. Он напомнил, что время поджимает. Сильвена поняла, о чем он, и виновато на него посмотрела. — Ты знаешь? — одними губами произнесла она. Ей не хватало смелости сказать это вслух. — Капитан, мы знаем. Один из стражников проговорился, — грустно добавила Фина. На минуту в комнате повисло тяжелое молчание. Никто не осмеливался сказать первым. Эрестор тяжело вздохнул и опустился рядом с Сильвено. Команда расползлась по сторонам и позволила им сидеть вместе. — Мы посоветовались, подумали… — начал он, но Сильвена его перебила. — Нет, пожалуйста. Я придумаю, как нам выбраться. Вместе. Не надо, — она положила руку на предплечье Эрестора и умоляюще взглянула на него. — Капитан, — Олвэ присел на корточки рядом и тоже положил на нее свою руку. — Мы верим в тебя. Ты обязательно что-то придумаешь. Но… — его голос сорвался. — Но если вдруг не получится, возьми Мале и Фину. Фина всхлипнула. — Капитан, клянусь, я не хотела. Это их решение. Я читаю, что вы должны забрать близнецов! — она бросилась на Сильвену и крепко обняла ее. Сильвена собиралась сказать что-то воодушевляющее, но дверь резко распахнулась и хмурый советник приказал ей вернуться в покои. Она успела последний раз всех обнять и, сдерживая слезы, вышла из комнаты. По пути она игнорировала все слова советника и старалась не встречаться с ним взглядом. Так прошло еще несколько дней: она иногда ходила в оранжерею, потому что чувствовала, что дерево успокаивает ее гнев; она не отказывалась от еды, которую приносил Ганс; а еще одну сорванную с дерева палку она надежно прятала под кроватью. Тренировки стали важной частью ее дня, потому что это был отличный способ выпустить пар. Но однажды вечером, когда они с советником возвращались из оранжереи, к нему подбежал запыхавшийся стражник и шепнул что-то на ухо. Сильвена расстроенно цокнула, потому что не смогла расслышать ни слова. Советник развернулся на пятках и предупредительно выставил палец перед ее носом. — Иди в покои одна. Но только попробуй не дойти, — сказал он и вместе со стражником они удалились в сторону сердца дворца. Сильвена с силой топнула ногой от отчаяния, что не смогла понять, где ее команда, но решила не упускать возможность изучить замок самостоятельно. Она накинула на голову шелковый капюшон и, как положено, зашла в свое крыло. Но на развилке, где один коридор вел в ее покои, а второй в неизвестной направлении, она выбрала второе, по пути осекаясь на лениво сопящих стражников. Она уперлась в тупик коридора и приоткрыла большую деревянную дверь, ожидая увидеть чьи-то покои. Но двери вели в большую библиотеку. Она занимала как минимум три этажа и представляла из себя круг. Посередине была узкая винтовая лестница с такими же узкими дорожками на каждый этаж. Сильвена не собиралась искать что-то конкретное — вряд ли древние книги помоют ей с побегом. Но что, если она сможет найти современную карту острова? Она осмотрелась вокруг, закрыла за собой дверь и подошла к самой массивной на первом этаже полке. Важные документы ведь должны храниться на таких местах? Она вытянула самую тяжелую книгу и бросила ее на стол. Та с грохотом упала и открылась в середине. Сильвена грустно вздохнула. Книга была на гар’торском, в ней были описаны старые мифы и легенды острова. Она скучающе листала страницы, но не нашла ничего полезного. Она собиралась взять другую книгу, но когда развернулась, столкнулась с советником. Он прищурился и молча ждал объяснений, скрестив руки перед грудью. — Просто смотрю картинки, — равнодушно ответила она, пожав плечами. — Я предупреждал. — И что ты сделаешь? — она инстинктивно наклонилась вперед, чтобы выглядеть более устрашающей. — О, погоди, я знаю. Отрежешь моим друзьям пальцы, а мне выколешь глаза. Она закатила глаза и повернулась к книге. Ее тошнило от запаха, лица и одежды этого эльфа. Весь он был собирательным образом ее самого большого ночного кошмара. Советник замолчал. А Сильвена ждала. Продолжала стоять, оперившись руками о стол. Она слышала шумное дыхание, как он хочет сказать что-то, назвать ее проклятой, но сдерживается. Но она поняла, что если Гар’Торосу нужна помощь, они не тронут ее и экипаж Проклятого как минимум до отплытия. — Завтра во дворце пройдет бал в честь отплытия кораблей. Король хочет тебя видеть. Твои звери тоже там будут. Жаль, что не в клетках, — выплюнул он. Сильвена не смогла сдержать нервный смешок. Она развернулась к советнику лицом. — Бал. Конечно, завтра будет бал. Пока в двух шагах от вас погибает дерево, вы пируете. Пытаетесь набить животы перед смертью. Но меня там не будет. Меня тошнит от тебя. Меня тошнит от вас всех. Меня тошнит от одной мысли, что где-то там есть ваше спасение. Я никогда не попаду на Топи, потому в моем сердце нет ни капли искреннего желания. Потому что небеса наконец-то услышали наши молитвы и решили стереть вас с лица восьми морей. Вы заслужили эту учесть. — Кем ты себя возомнила? — впервые он повысил голос. Он продолжал стоять в стороне, даже через китель Сильвена видела, как напряглись его руки. — Капитан Проклятого судна, Сильвена Проклятая. Самая мудрая, самая смелая. Он медленно двигался в ее сторону. Сильвена замерла, плотнее упираясь о резное дерево стола. — Вершительница судеб. Он хищно приблизился к ней и наклонился вперед. Его руки опирались о стол по обе стороны от нее. — Я бы тоже с удовольствием наблюдал, как твое жалкое пиратское тело поджигают на главной площади. А твой прах я бы носил в кармане кителя. Как трофей. — Он помолчал несколько секунд. — Но кто дал тебе решающее слово в судьбе Гар’Тороса? У Сильвены дрожали руки. Но не от страха, а от закипающей внутри злости. Пальцы советника сильнее вжались в столешницу. Она чувствовала горячее дыхание эльфа. — Надо же, какая ирония, ведь именно в моих руках это решающее слово, — она криво улыбнулась. — Закрой рот и слушай. Корабли не могли отправиться раньше из-за чертовой погоды. Но они отправятся. Отправятся с тобой или без тебя. Мы все еще не знаем, лжешь ты или нет, но мы все равно попытаемся увидеть Нордена. И только тебе решать, спасешь ты свой экипаж или вы все вместе навсегда останетесь на этом острове. Придется тебе вечность скитаться по замку призраком и видеть мое довольное лицо. Сильвена яростно взревела в лицо собеседника, оттолкнула его в сторону и, не дожидаясь ответа, вылетела из библиотеки. Советник ее не преследовал и скоро она оказалась в покоях. Она ненавидела это место, ненавидела каждый миллиметр этих дорогих тканей и металлов, ненавидела холодный мрамор и вечно открытые окно. Ее начинал душить воздух в комнате. Она повалилась спиной на закрытую дверь и еще раз взревела. Но это не помогло. Ее охватила паника. Но не перед балом. Она осознала, что скоро ей предстоит отправиться домой и оставить здесь троих близких друзей. И эти мысли просто сводили с ума.