Часть 11

      Три месяца спустя       Одетая в простое платье крестьянки Эвтида медленно расхаживала по просторным покоям, попутно качая на руках кроху, которая с раннего утра не переставая хныкала и была чем-то недовольна. Что только не предпринимала Эва чтобы её успокоить: и часто прикладывала к груди и в сад на свежий воздух вытаскивала, да только все было тщетно, маленькая Кэтти все никак не хотела успокоиться.       — Солнышко, что же с тобой? — устало захныкала Эва, которая за весь день ни разу даже не садилась, про то, чтобы поесть или попить она молчала.       Обычно в подобные дни Амен всегда смотрел за Кэтти и Эва спокойно отдыхала, однако сегодня мужчины весь день не было в замке, потому Эве приходилось справляться одной.       Герцог конечно множество раз пытался сделать все, чтобы Эвтида согласилась взять себе прислугу и помощницу, да только девушка пожимая плечами лишь отвечала:       — Разве гоже прислуге иметь свою?       Несмотря на то, что Эва согласилась остаться жить здесь становиться хозяйкой замка она не планировала, точно также как и быть с Аменом. Да и по правде говоря он и сам не настаивал. На удивление Эвы Амен всегда держал дистанцию и ни к чему не принуждал, лишь помогал с крохой.       Эвтида приняла решение остаться здесь лишь с одним условием: она продолжит оставаться прислугой. Амен в душе был категорически против этого, однако не смел противиться, боясь, что Эва передумает и уедет вместе с Кэтти.       Правда, весь настрой девушки работать и ничем не выделяться разбился вдребезги, когда охваченный яростью Дерек не согласился жить здесь…       — Эва, ты себя слышишь? — не верил своим ушам парень, который делал все, дабы защитить и увезти Эвтиду, — Вспомни что он с тобой сотворил. Как принуждал. Неужели хочешь вновь участи узницы?       Опустив голову вниз, Эва слушала не смея говорить что-либо, умом понимала друг прав, да и оставаться тут всеми фибрами души не желала, однако понимала, что так правильно. Как Амен не имел право отбирать дочь у неё, так и она не смела забирать у него Кэтти.       — Я ничего не забыла, — взяв друга за руку, девушка взмолилась, — Просто прошу понять меня. Я не могу теперь разлучить их. Амен, что рос без родителей всегда хотел семью и…       — Потому решил насильно жениться на тебе и заделать ребёнка, — терпение Дерека лопнуло, его безумно злил тот факт, что он бросил все: дом, друзей и знакомых ради Эвы, она же сейчас защищала того, кто сломал ей жизнь.       — Дерек, — сжала она руку парня.       — В отличии от герцога, я даю тебе выбор, Эва, — перебив ту, ради которой он готов был на все проговорил Дерек, — Либо ты уезжаешь со мной и малышкой в усадьбу графа, либо остаёшься здесь, но теряешь меня навсегда.       От услышанного глаза несчастной округлились. Нет! Это был нечестный выбор! Ведь душой она тянулась к другу, мечтала уехать, однако не могла…       — Не заставляй меня выбирать, — прошептала Эва, что не хотела терять друга, — Прошу!       — Я уже сделал это, Эва, — впервые говорил Дерек с ней столь грубо, — Решение за тобой…       Заперев свои желания и чувства на замок, Эва во имя дочери выбрала Амена и со слезами на глазах из окна наблюдала за тем, как ранним утром Дерек покинул замок… С его уходом и начался весь кошмар Эвы, вначале слуги и по совместительству друзья удивились и всячески поддерживали восстанавливающуюся после родов Эву, думая, что они с Дереком лишь поругались и скоро помирятся, однако проходили дни, недели и месяцы и мало того, что «муж» и «отец» не появлялся, так ещё и новый хозяин замка стал по особенному ухаживать за новорождённой и Эвой. Вначале слуги все списывали на то, что Амен точно также как и граф добрый души человек и просто оберегает малыша и девушку, однако все становилось чересчур странным. Самые лучшие наряды для малышки (Эва категорически отказалась от всего), люлька, специальные особые покои которые выделил Амен…       Слуги начали перешёптываться и это не могло не укрыться от Эвы. Принимая решение остаться она конечно понимала, что будут сплетни, однако переносить их оказалось труднее, чем она предполагала.       Желание выходить работать вовсе отпало и она коротала скучные дни в покоях не пуская никого смотреть и ухаживать на ребёнком. Сколько так продолжится Эва не знала, однако была в глубине души рада, что у Кэтти было все благодаря Амену.       Поток невесёлых мыслей Эвы был прерван скрипом двери.       — Я так понимаю Кэтти с утра не даёт тебе покоя? — слабо улыбнувшись, спросил герцог, заметив на тумбочке остывшую еду.       Не успела девушка ничего ответить, как Амен подойдя, бережно взял плачущую малышку на руки.       — Сейчас же велю подать тебе горячий ужин, а затем и ванную подготовить.       — Не стоит, спасибо, — девушка и сама не заметила как слабо улыбнулась.       — Не обсуждается, — улыбнувшись в ответ, произнес Амен, после чего вызвав слуг приказал все исполнить, после чего начал расхаживать по комнате попутно шепча нежности дочери.       Едва ужин был подан, уставшая за весь день Эва сразу же начала есть, не отрывая глаз от Амена, который теперь уложив успокоившуюся Кэтти на кровать, начал с нежностью покрывать её щечки, носик, ручки поцелуями.       — Моя красавица, — будто забыв обо всем шептал безгранично счастливый Амен, — Куколка, самая красивая девочка на свете.       Чем больше говорил Амен, тем радостнее махала ручками Кэтти, вызывая искреннее умиление у Эвы. В такие моменты она убеждалась, что поступила правильно оставшись, ведь счастье дочери намного важнее! ***       Месяц спустя После наступления сумерек, прекрасно зная, что уставшие слуги уснули, Эва взяв Кэтти на руки отправилась в сад, зная наверняка, что сможет спокойно погулять и никто им не помешает. Днём гулять Эвтида не любила, ведь часто ловила на себе, а точнее на крохе косые взгляды прислуги, её белые реснички отчётливо выделялись особенно по сравнению с тёмными кудряшками.       Поцеловав малышку в носик и потеплее её укутав, Эва спустилась по ступенькам вниз и в скором времени оказалась в саду, куда выходили окна кабинета герцога… ***       Устало протерев глаза, Амен, который весь день занимался документами, задув свечу намеревался отправиться в покои Эвы дабы увидеть двух самых ценных людей в своей жизни, однако заметив через окно возле которого стоял его стол Кэтти и Эвтиду, Амен улыбнувшись, немедля отправился в сад.       Сказать, что герцог был счастлив значит толком ничего не сказать, ведь сейчас у него было все (почти) о чем он грезил. Девушка, что была для него глотком воздуха родила от него прелестную доченьку, о которой герцог так сильно мечтал. Несмотря на суровый нрав и жёсткость, глубоко в душе Амен всегда хотел именно дочь, мечтал как он будет дарить ей лучшие куклы, одевать в самые изысканные наряды, а также одаривать заботой и любовью, которой он был лишён в детстве.       Амен порой и сам не верил, что все это действительно правда. Эва сама, добровольно жила в его замке, и мало того, что более не шарахалась при виде него, так ещё и нередко одаривала улыбкой, из-за которой весь день у герцога было великолепное настроение.       Амен не был мечтателем и понимал, что Эва ничего к нему не испытывает, однако от осознания того, что она больше его не ненавидит, герцог готов одарить весь мир.       Он был уверен, что когда-то увидев его настоящего Эва полюбит, будет сама обнимать, целовать, а затем родит ещё детей. Да, Амен хотел от Эвы ещё детей, ему было мало! Он так мечтал чтобы по замку бегали их частички.       — Здравствуй, — первая поздоровалась Эва, увидев как к ним приближается Амен.       — Извини, что не смог подойти и помочь раньше, дела, — пояснил Амен улыбаясь, после чего с радостью взял малышку на руки и тут же принялся осыпать её поцелуями.       Убедившись, что крошка в безопасности, Эва присела на скамейку и хотела было погрузиться в свои мысли, да только слова Амена заставили её перевести взгляд на него.       — Спасибо, — вновь повторил Амен, увидев непонимание на лице Эвтиды, — Благодаря твоей доброте я сейчас могу вдыхать запах своей маленькой герцогини.       Улыбнувшись уголками губ, Эва также как и Амен решила искренне ответить.       — Я всего лишь прислушалась к тебе, Амен, как и ты ко мне тогда, в темнице.       Вспомнив день когда он вопреки своим желаниям отпустил Эву, Амен невольно взгрустнул. Как же его душа рвалась, сердце же разрывалось. Казалось более он никогда не сможет увидеть Эвтиду…       — Прости меня, Эва, — неожиданно как для себя, так и для девушки проговорил Амен, — Я действительно жалею, что сотворил все это с тобой.       Руки девушки тут же начали трястись.       — Я не хочу говорить про это, — отвела она взгляд, однако Амен, который впервые в своей жизни принял решение извиниться не собирался останавливаться.       — Я не могу простить себя, — шагнув к Эвтиде продолжил говорить герцог, — Ненавижу за то, что заставил тебя пойти на преступление, за то, что между жизнью со мной и казнью, ты выбрала второе, ведь так мечтала о свободе, которую я у тебя отнял.       — Амен, — попыталась она его прервать, да все было тщетно.       — Больше же всего, я презираю себя за то, что ты испытала после «освобождения».       От слов Амена перед глазами Эвтиды тут же возникли образы продавцов и покупателей, которые швыряли в неё овощами и фруктами, она же подобно попрошайке, сгорая от стыда и голода терпела и подбирала все, что попало в неё. На глазах тут же выступили слёзы, губы же начали дрожать и это не укрылось от Амена.       — Они поплатились за это, поверь мне, — сквозь зубы проговорил герцог, вызвав немалый шок у Эвтиды, правда не успела она и слово сказать, как Амен продолжил, — Твой отец также ответил за все.       Дышать стало невозможно, голова же начала кружиться.       Боже…       Хоть она и не любила отца, однако не могла поверить, что Амен…       — Ты убил его? — голос несчастной дрогнул.       — Смерть — лучшее, что могло с ним произойти, — проговорил Амен, садясь рядом с Эвой.        — В каком смысле? — спросила Эвтида не понимая, к чему ведёт герцог.       — За свое отвратное поведение по отношению к тебе и супруге, а если быть точнее за регулярные избиения он был приговорён к лишению конечностей, — произнеся, Амен тут же уточнил, — Кисти его были отрублены.        — Боже… — всё, что из себя могла выдавить поражённая Эвтида, первой мыслью которой было…       Почему же ты сам себя не покарал за мою испорченную жизнь? Чувство страха, которое она давно переборола в присутствии мужчины, стало вновь проявляться. Она, конечно, знала, что Амен славится своими пытками, однако слышать одно, а знать, что это случилось с твоим знакомым — совсем другое. — Тебе не стоит беспокоиться, — глядя в глаза пораженной Эвтиде, проговорил Амен, который будто прочёл её мысли, — Твоя нелюбовь — худшее для меня наказание. Резко переместив взгляд с земли на Амена, девушка произнесла: — Я знаю. Вызвав горькую усмешку у Амена… ***       Три дня спустя       Потушив все свечи, Амен который на протяжении нескольких дней ходил сам не свой отгоняя печальные мысли наконец дал им волю.       Больно ли было Амену осознавать, что девушка от одного вида которой его бросало в дрожь. считала свою нелюбовь его карой? Безусловно. Однако ничего с этим Амен сделать не мог, ибо знал — заслужил.       Тяжело вздохнув, герцог налил себе в чашу крепкий напиток, после хотел было его осушить, да только странные звуки доносящееся из холла не позволили ему это сделать. Затаившись, мужчина только принялся прислушиваться, как дверь резко отворилась и перед глазами Амена появилась еле стоящая на ногах Эвтида вся белая ночная сорочка которой была в крови.       Сердеце Амена остановилось       Эва…       Охваченный страхом герцог тут же бросился к ней.       — Амен, — еле дыша прошептала она сползая вниз по стене, — За-б-ра-ли, — едва сохраняя сознание произнесла несчастная, когда Амен за считанные секунды оказался рядом и рывком разорвав сорочку, попытался остановить кровь из глубокой раны на животе, — А-м-е-н, — вновь попыталась несчастная достучаться до него, однако мужчина будто не слышал, охваченный страхом за жизнь любимой, герцог попытался спасти её, пока несчастная не приложив все силы не коснулась его лица, вызвав внимание, — Кэти… её забрали!       Мир Амена рухнул…