17. Стихийные бедствия

      С промежуточной контрольной по химии Говард вышла полностью удовлетворённая написанной работой и выпавшем вариантом. Обычно учителя ограничивались тремя по уровню сложности, но преподавательница химии часто делала шесть – привычные варианты по выбору разделялись ещё на два, первый и второй, во избежание списывания и раздавались в произвольном порядке миссис Райт лично. Успев краем глаза скосить в вариант ближе сидящего Уайти, Говард несказанно обрадовалась своему первому с достаточно лёгкими числами в вычислениях и часто встречаемыми уравнениях в реакциях. Химия была одним из немногих предметов, над которыми Говард старалась. Фактически единственным. Высокий уровень немецкого позволял ей легко набирать баллы за устные ответы и работу на уроке, что покрывало все пробелы по грамматике и вытягивало средний балл по предмету. С химией же складывались созависимые отношения с лёгкой ноткой абьюза. Говард считала, что привет от покойной бабушки, получи она оценку ниже «4» или же «B» в привычном американцам эквиваленте, не заставит себя долго ждать, поэтому уделяла внимание предмету и старалась сильно не запускать. Зато страдала физика – бесить Тони тройками стало принципиальным и оказалось невероятно приятным занятием.              Спустившись на первый этаж к локерам, Говард и близнецы сменили учебники и тетради по химии на геометрию. Открывала новенький локер электронным ключом-картой она с гордостью. Говард, как автор идеи и выбранный близнецами от народа человек (и неважно, что школьный народ даже не был в курсе грядущих изменений), на каникулах решила воспользоваться обстоятельствами и подкинула спонсорам в лице Тони Старка идею с электронными замками на школьных шкафчиках. Спустя всего две недели их полностью обновили и подключили к единой лэнгдоновской системе. Теперь ключ был записан на пропуск – стало на одну вещь меньше, за чем следить и не терять.              В начале урока Джон раздал всем проверенные контрольные работы. Говард мельком пробежалась взглядом по своей — за основную часть стояла четвёрка, что не могло не радовать, можно не переписывать, а вот за дополнительную задачу, которую обязали решать всех и пообещали поставить пятёрку и за неё, и за всю контрольную вне зависимости от изначально выбранного варианта, стоял прочерк. По разочарованно выгнутым губам Уайти, она поняла, что и у него стоял такой же прочерк, что было удивительно. Среди их класса негласных гуманитариев он был одним из тех немногих, кто имел склонности к другим направлениям и, в частности, был одним из лучших студентов на курсе математики. Так что уж если и Уайти не решил! Не удивительно, что с фантастической способностью Говард при знаке сложения умножать, её ответ в итоге неверный.              — К сожалению, с дополнительной задачей никто не справился, — вернулся Джон к преподавательскому столу и поддерживающее улыбнулся классу. — Предлагаю вам до понедельника дома ещё над ней подумать, кто верно решит и объяснит у доски, тому, как и обещал, поставлю отличную оценку.              Тратить выходные на математику не хотелось совершенно. Тем более четвёрка Говард более чем устраивала. Но почему-бы не пихнуть задачку Джарвису? Он и решит, и объяснить понятно сможет. Главное не забыть. Лист с контрольной она запихнула между страниц учебника и, открыв тетрадь, записала с доски название новой темы по стереометрии и стала внимательно слушать Джона.              Пронзительные завывания и рёв ветра периодически вынуждали поднимать голову от тетради и, хмурясь, смотреть на стремительно портящуюся погоду за окном.              Внезапно обрушившийся на Нью-Йорк с наступлением ноября сезон ливней сменился резким спадом температуры до несвойственных городу и сезону нуля градусов Цельсия. Теперь Говард носила перчатки с меховой подкладкой, а в сумке таскала стыренный у Пеппер какой-то неприлично дорогой, но действенный крем для рук. Следом за ливнями в Нью-Йорк пришёл мощный северный циклон с сильными ветрами, что напрочь отбивали всякое желание высовываться из отапливаемого дома (а в пентхаусе Башни ещё и тёплые полы были на всех этажах). Сегодня утром Говард почти удалось уговорить Тони разрешить ей остаться дома, однако очень не вовремя Джарвис напомнил, что, если через пять минут они не выедут в школу мистер Старк рисковал опоздать (сильнее обычного) на еженедельное собрание компании, проходившее по четвергам. Тони, по всей видимости, решил, что раз в отсутствие Пеппер страдает он, то и Говард должна, поэтому в школу идти пришлось. Угрозы отправить её в железном костюме, хоть и были очевидно неисполнимыми, но всё ещё действенными. Уж если кто и объявит миру о дочери Тони Старка, то только сам Тони Старк. Ветер своими хлёсткими порывами так и норовил свалить Говард в ближайшую размокшую от осадков яму из смеси воды, земли и грязи. Сила притяжения Земли по каким-то причинам отказывалась противостоять силе ветра и не притягивала Говард должным образом, но на предложение Тони довести её до дверей школы Говард ответила категоричным отказом. Она уже к концу первого класса перестала ходить в сопровождении мамы за ручку. После поистине героического преодоления пары метров от парковки до школы, Говард ещё два урока сидела с ноющим продутым левым ухом.       В окно сильным порывом ветра впечатало тонкое погнутое деревце. Говард вздрогнула от неожиданности и оторвалась от усердной штриховки сечения призмы. Голые ветви ударили по стеклу, проехавшись по его поверхности с протяжным скрипом, выдранные с клочками разбухшей от влаги земли корни махнули по окну за ней, привлекая внимание других одноклассников. Очередным порывом дерево впечатало в угол здания, ствол треснул и подобно щепочке переломился пополам. Проводив его взглядом, Говард тут же нашла близнецов, сидевших с не менее шокированными лицами.              Даже Джон прервался на полуслове, с таким же удивлённым выражением лица, как и ученики, провожая унёсшиеся прочь от здания школы остатки дерева. Ученики заозирались по сторонам. Класс математики находился в угловом кабинете с пятью окнами, что позволяло просматривать прилегающую территорию школы и часть улицы сразу с нескольких ракурсов. Те, кто сидел ближе к окнам, вглядывались в несвойственную и пугающе неправильную темноту, опустившуюся на улицы для часа дня. Небо заволокло плотной непроглядной хмарью. Сгустившиеся свинцовые тучи готовились разлиться на Нью-Йорк очередным ливнем. Двигались они быстро и рвано, почти касались верхушек офисных зданий косматыми краями. Их непосредственная концентрация в грозно нависшие над центром Манхэттена чернеющее пятно, которое с каждой секундой всё больше и больше напоминало начало формирования спирали циклонных воронок, после майских событий вызывала у многих неконтролируемую тревогу и страх; по классу пробежал возбуждённый шёпот. Шквальный ветер пригнул к земле и облысевшие деревца и кустарники на территории школы. Пара елей сложились пополам, не выдержав давление. Из рук немногочисленных прохожих выламывало и вырывало зонты, мусор из перевёрнутых контейнеров разносило по городу, реклама на щите, виднеющемся из окна кабинета, трепыхалась на одной единственной ещё не выдранной скобе, но очередным мощным порывом вырвало и её, унеся полотно в неизвестность.              Вдалеке грянул первый раскат грома.              Стереометрия резко перестала быть источником всеобщего сосредоточения внимания. Отложив учебник, Джон вернулся к преподавательскому столу; телефон засветился пришедшим уведомлением, скользнув по нему взглядом, мистер Кавелль немедленно разблокировал экран. Стоило преподавателю перестать держать класс под пристальным взглядом, шёпот превратился в гомон. Говард могла понять чужие опасения – после майских событий у многих Особенно в первые месяцы после трагедии на улице можно было заметить множество людей, часто воздевающих головы к небу. С пару долгих секунд они будто с надеждой старались что-то рассмотреть в бескрайней синеве неба. На самом же деле каждый такой трепетный жест был насквозь пронизан ледяными иглами страха, точно колющими по нервным окончаниям, отчего люди вздрагивали и ускоряли шаг, едва заслышав вой сирен и громкие звуки хлопков, отчаянно напоминающих выстрелы.              Но то, что сейчас на город надвигалось обыкновенное стихийное бедствие, без примеси хоть толики магии, оставалось слишком очевидным. Ну, Говард так считала…              Темно-магический портал, открытый Селвигом, словно вспарывал воздушное пространство над Башней Старка невидимым лезвием. Вокруг его очертаний клубилась магия, дымчатым спектром расходясь от эпицентра. Если бы люди чуть меньше поддавались бездумной паники и больше внимания уделяли визуальным деталям, то заметили, что с природными явлениями портал сходств не имел. А единственный кого мог предвещать гром — Тор. Но при появлении скандинавского Бога молния разила хаотично, чаще одновременно с громом, так как возникала не из-за трения микрочастиц льда и воды в грозовых тучах, а из-за самого Тора. При последнем его появлении атмосферные слои вообще никоим образом не отражали даже близко похожее на бурю состояние. Согласно легендам, которым Говард предпочитала не доверять, ведь людям свойственно перекраивать реальные события в угоду своим прихотям, когда над землями викингов гремел громы, они верили, что это воплощение Тора, несущегося по небу на своей колеснице, запряженной двумя козлами. Когда Тор натыкался на враждебного великана, он сражался с ним с помощью Мьёльнира. Молот считался настолько мощным оружием, что, по преданиям, от его ударов искрили молнии.              Сомнительное объяснение.              В реальности же, Тор скорее сам вызывал молнии и направлял их непосредственно через боёк молота во врагов. Что же касается колесниц с козлами, Говард лично видела, как Тор передвигался по воздуху, явно подражая Супермену. Согласно видео со спутников, камер наблюдений и не вовремя оказавшихся в гуще событий прохожих гром и молнии Тора, как и портал в космос, не вызывали настолько масштабное сгущение воздушных масс, что сейчас затянули всё обозримое человеческому глазу небо над Нью-Йорком.              Говард, Джеймс и Уайти являли собой образец невозмутимости и спокойствия в грянувшей пучине хаоса. Ну, и мистер Кавелль, видимо так же трезво оценивший ситуацию. Старший Марсо вообще по-прежнему был куда более заинтересован нерешаемой задачкой по математике, младший сидел, уткнувшись в телефон, и Говард не нужно было заглядывать в экран, чтобы знать, Джеймс уже прочёл все актуальные к часу новости.              — Класс, минуту внимания, — отложив телефон, обратился к ним Джон, хлопнув дважды в ладоши, чтобы все обернулись к нему. — Сейчас будет объявление, послушайте.              Ровно через минуту, когда все ученики, продолжая перешёптываться, вернулись на свои места, из динамиков системы оповещения раздался голос директора.              — Уважаемые преподаватели и учащиеся Лэнгдона, прошу минуту вашего внимания. По восточному побережью к нам движется сильный грозовой фронт. В связи с ухудшившимися погодными условиями в городе объявлено чрезвычайное положение, третий уровень штормовой угрозы, — кратко обрисовала ситуацию миссис Торн. — Просьба всех сохранять спокойствие. Дальнейшие занятия на сегодняшний день отменяются. Классных руководителей прошу проконтролировать, чтобы все учащиеся были отправлены домой в сопровождении, родителей о сложившейся ситуации администрация Лэнгдона уведомила. Будьте осторожны и берегите себя.       — Что ж, ребята, вы всё слышали, — телефон Джона начал разрываться от входящих сообщений и звук ему пришлось выключить. — Звоните, пишите родителям, отпускаю только после того, как покажите сообщение, что за вами приехали. Кого не смогут забрать? — пара учеников сразу подняли руки. — Поедете со мной.              Потянувшись за своим телефоном, Говард периферийным зрением заметила как поникше переглянулись близнецы.              Из головы совершенно вылетело, что парни уже четвёртые сутки живут самостоятельно. Ещё на выходных близнецы упоминали, что мама и папа улетели отдыхать, и в двухэтажной квартире в центре Манхэттена предстоящую неделю они будут тусить вдвоём. Погостить у себя парни тут же позвали Говард. Всё-таки до переезда в Башню, она часто оставалась у них и гостевую спальню по праву могла звать своей комнатой. Угадайте, кто не отпустил Говард? Аргумент в виде «чё, у тебя своего дома нет?» она мысленно добавила вместо Тони. Он ограничился сухим высказыванием, что после её одиночного, пусть и не всегда долгого проживания, всегда что-то случается: то побег, то участок, к наркопритонам он не готов, сжалься.               Ава и Льюис всегда старались брать отпуск в одни даты и часто путешествовали за границу, побывав уже в более чем пятидесяти странах. В этот раз выбор пал на Копенгаген – один из самых любимых городов Авы. Раньше, когда Уайти и Джеймс были слишком маленькими, чтобы оставаться без взрослых дольше чем на пару часов, к ним приезжали бабушка и дедушка – родители Авы, живущие в пригороде Нью-Йорка – Альма и Гарри Сайрус, но уже давно Ава и Льюис спокойно улетали в длительные командировки и отпуска вдвоём, оставляя детей одних. Но, учитывая озвученное чрезвычайное положение, становилось очевидно, что все аэропорты закрыты, а рейсы отменены. Неизвестно было, когда снимут положение, насколько затянется циклон и какие последствия он принесёт. Оставаться одним в такой ситуации как минимум скучно, как максимум небезопасно. Так что раз Говард не идёт ночевать к близнецам, они идут к ней.              В классе поднялись активные перешёптывания, кто-то уже собирал вещи. Под шумок Говард подсела к близнецам, нагло сместив Уайти с половины стула. Близнец недовольно подвинулся и молча требовательным жестом протянул руку открытой ладонью вверх. Говард закатила глаза. Перегнулась через проход, дотянулась к учебнику, подцепила краешек торчащего меж страниц листа с контрольной и гордо вложила в ладонь Уайти.              Наконец, Говард зашла в диалог с Тони.              

Чудо:

у нас отменили занятия в связи с погодой

ты сможешь приехать?

             Зачем-то она решила уточнить, может ли Тони забрать её в принципе и уже после обрадовать новостью, что только сегодня забираешь одного подростка ещё двое впридачу!              Тони:       Уже еду. Скоро буду              Не успела она начать печатать, как от Тони пришло ещё одно сообщение.              Тони:       Передай парням, что они тоже с нами едут. И предупреди преподавателя.              Говард радостно просияла и пихнула обоих парней в плечи, заставляя поднять на неё головы.       — Ты в курсе, что мы с тобой едем? — Джеймс опередил Говард, развернув переписку с папой к ним с Уайти.              — Да, — отзеркалила его улыбку и жест Говард, демонстрируя свой экран и последнее сообщение Тони.              — И как только Старк на эту авантюру согласился, — с сочувствием протянул Уайти, отрываясь от задачи. У него в руках уже был и лист Джеймса с несколькими набросками решений, однако все перечёркнуты, вариант уравнения, составленный Говард и Уайти в том числе.              Уайти был в курсе всего, что произошло в участке, до и после. Факт сотрудничества Старк Индастриз, и соответственно Мстителей, с фармакологической компанией Льюиса Марсо его совершенно не удивил, как и то, что их отцы уже были знакомы и имели контакты друг друга. Видимо, получив сообщение от администрации они успели договориться, кто заберёт детей.              Словно в подтверждение к близнецам обратился Джон.              — Уайти, Джеймс, — отложил он разрывающийся от уведомлений телефон. — Сообщение от ваших родителей я получил. Как только отец Говард приедет можете все втроём идти.              — А он уже! — заметила Говард смс от Тони и вскинула телефон. Джон кивнул им, давая молчаливое разрешение идти.              Джеймс и Уайти скинули учебники в портфели, Говард потянулась к своему, висевшему на крючке.       — Отец? — сидящий впереди Мэттью обернулся с таким недоверчивым выражение лица, будто до этого свято верил, что люди размножаются почкованием или делением, а Говард обрушила на его неспособный к длительным умственным нагрузкам мозг весь курс школьной биологии по половому размножению.              — Сама в ахуе! — приложив руку к правой стороне грудной клетки для большей комичности, с сарказмом бросила Говард и, подхватив рюкзак, поспешила нагнать в дверях близнецов.       Существование шапок Говард игнорировала намерено. Остановившись у локеров забрать все вещи, перед выходом на улицу пришлось поднимать меховой ворот куртки, чтобы хоть немного прикрыть уши, и укутаться в вязаный полосатый шарф. Бордовый с вышитым гербом Лэнгдона — золотым грифоном.       Охранник помог открыть дверь. На ручку пришлось наваливаться и с усилием толкать. Не успела троица выйти под навес, их чуть не снесло сильным порывом ветром, а дверь вместе с охранником с грохотом впечатало обратно в проём. Проливной дождь шёл настолько плотной стеной, что казалось вытянув руку можно было его раздвинуть и шмыгнуть в образовавшийся тоннель под завесой. Мокнуть под ним не хотелось совершенно. Летом Говард была бы очень не против, но в ноль по Цельсию как-то вообще не испытывала такой тяги. Выбора, к сожалению, особо не было. Они сцепились руками в локтях и, стараясь двигаться единой массой, двинулись в сторону парковки. Преодолевать сопротивление ветра получалось с переменным успехом. Один шаг вперёд, два назад. Щёки нещадно жгло от хлёстких порывов, капли дождя холодом кололи по открытым участкам кожи, глаза слезились, приходилось часто моргать, чтобы защитить склеру от мелких поднятых в воздух соринок.              Пряча лицо за плечом впередиидущего Уайти, Говард, щурясь, мельком глянула на полупустую парковку. К какой машине им нужно идти, она поняла сразу, даже без фирменных номеров «STARK», и указала на чёрный бронированный внедорожник на высоких шинах.              Со свистом мимо них пронеслась металлическая пластина дорожного знака. Голос вышедшего к ним из автомобиля Тони потонул в раскате грома. К счастью, окна кабинета математики выходили на противоположную сторону двора и хотя бы можно было не беспокоить, что Тони кто-то увидит и узнает. В следующее мгновение Говард лишь почувствовала, как её за локоть утягивает вслед за Уайти, и крепче прижала к себе правую руку, чтобы не потерять Джеймса и обозначить, в каком направлении они двигаются. Затем её подсадили на высокую ступеньку, за Джеймсом массивная дверь толщиной сантиметров в двадцать с грохотом захлопнулась. Стало тихо. Вой ветра не проникал сквозь толстые стёкла и корпус внедорожника, что внушало доверие ко всей конструкции. Их не раскачивало, не шатало и не трясло. Говард бы не удивилась, скажи Тони, что эта машина создана исключительно на случай стихийных катастроф и обладает усиленным притяжением к Земле.              — Здрасьте, мистер Старк! — хором поздоровались близнецы, как только Тони обошёл внедорожник и сел за руль.              Игнорировать шапки, видимо, черта семейная. Чёрные волосы Тони торчали, взъерошенные ветром и намоченный дождём, во все стороны; он вытащил из некогда уложенной роскошной шевелюры мелкую веточку и поздоровался с детьми.              — Давайте Тони и на «ты», — обернулся к ним Старк, внимательным взглядом пробегаясь по каждому. Уайти, Говард и Джеймс сбились друг к дружке нахохлившимися воробьями. Он тут же включил печку и подогрев сидений заднего ряда. — Все целы? Нормально дошли?              Троица не синхронно кивнула. Рассинхрон организовала Говард, выпутываясь из кокона обвитого вокруг шеи и поднятого мехового воротника шарфа, слегка запоздала.              — Из меня чуть душу не выдуло! И я мокрая… Вся! — проворчала она, аккуратно, чтобы не сползло кольцо, стянув тёплые перчатки и оттянув нижнее веко, прочистила глаз от колющих соринок. — С чего эта чертовщина на улице?!              Для Нью-Йорка, в отличии от центральных штатов США, не были свойственны настолько мощные циклоны. К тому жителей всегда предупреждали об их приближении. Джарвис каждое утро озвучивал краткую сводку погоды, но этим не упоминал ничего необычного, кроме умеренно сильного ветра, и советовал надеть что-нибудь с капюшоном. Конечно, этот совет был успешно проигнорирован, о чём Говард, в общем-то, немножко жалела.              — Мама рассказывала, что её коллега ездила в командировку в Монреаль, и там в августе выпал град, — вспомнил Джеймс, провожая пронёсшуюся за окнами сломленную разлапистую ветвь задумчивым взглядом.              — Оу, — только и выдала Говард, в удивлении уставляясь на парня. Никого кроме неё эта новость почему-то не удивила. Джеймс пожал плечами и, тыкнув что-то в телефоне, показал ей сводку новостей почти полугодовой давности.              Как-то это прошло мимо Говард. Что не удивительно, раз град летом выпал не ей на голову.              — Ты новости вообще не смотришь? — вскинув бровь в неком подобии осуждения, глянул на неё Тони.              — Только, если они непосредственно про скандинавских Богов, — невозмутимо пожала плечами Говард.              — После майских было зарегистрировано несколько похожих аномалий вблизи Нью-Йорка, — пристегнувшись, что тут же повторили все трое на заднем сидении, Тони снял автомобиль с ручника и выехал на дорогу. — Видимо, дошло и до нас.              — И долго это всё продлится? Есть прогнозы синоптиков? — сидя за Тони, Уайти выглянул из-за сидения в проём, рукой придерживаясь за подголовник, вглядываясь через лобовое стекло в смутно просматриваемую муть из поднятого с земли мелкого мусора и земляных частиц.              — Обещают до двух дней грозы, ливней и шквального ветра, — отозвался Тони. — Если ветер не изменится, циклон пройдет на юго-запад вдоль побережья и уйдёт к Вашингтону.              Если и Вашингтон ждёт подобное, то Пеппер и Хэппи к ним вернутся ещё не скоро. Они уже второй день были в столице, у родителей Вирджинии годовщина свадьбы, Хогана Тони отправил в качестве водителя-охранника. И, видимо, не зря.              — Уайти! — перегнувшись через Говард, Джеймс хлопнул брата по коленке, заставляя того оторваться от только что вынутого из кармана куртки телефона. — Позвони бабушке во Францию.              — Я уже, — помахал близнец устройством. — А ты бабушке Альме. И спроси про Зефира!              — Зефир не дома? — вклинилась в разговор Говард.              — У него там любовный роман с одной соседской кошкой, поэтому родители решили отвезти его тусить к бабушке, — отозвался Уайти. — Чёрт, у меня связи нет! — отняв телефон от уха, выругался он.              Тони скользнул по ним коротким взглядом через зеркало заднего вида и потянулся к переднему пассажирскому сиденью, следом протягивая Уайти свой разблокированный телефон:              — Возьми, спутниковая должна ловить.              — Спасибо! — Уайти повторно набрал номер. — Allô? Grand-mère, salut! C’est Whitey. Juste sur mon téléphone n'attrape pas le réseau. On va bien!..              Говард вздохнула. Иррациональное чувство пустоты накрыло куполом. Сцепив руки в замок, она зажала их коленями и, наклонившись вперёд, прислонилась щекой к переднему сидению, всматриваясь через лобовое стекло на размытую дождём дорогу. В вихре из листьев, мусора и поднятого с земли сора разглядеть что-либо оказалось затруднительно. Джарвис, неизменно присутствующий во всей технике, проецировал на стекло голограммы, помогающие Тони ориентироваться в пространстве на дороге. Подавшись вперёд Говард расцепила руки и облокотилась о центральный бардачок между передними сиденьями, повернула к нему голову, рассматривая профиль. Одну руку он держал на руле, пальцами отбивая по кожаному ободку незамысловатый ритм. С одной стороны от неё Уайти болтал с бабушкой по-французски — знания Говард были далеки от идеала и абстрагировать от речи получалось легко — с другой Джеймс убеждал бабушку Альму и дедушку Гарри, что им не стоит ехать на Манхэттен к внукам, они в порядке, с Говард и её отцом, близким другом семьи, родители обо всём договорились и, пока не снимут чрезвычайное положение, из дома им тоже не следует выходить. Зефир был в полном порядке, по словам Альмы, которые Джеймс синхронно озвучивал Уайти, кот успокаивающе топтался у неё на коленях. А у Говард… Единственный кровный родственник, которому она могла бы позвонить и о котором в теории могла волноваться, ехал с ними в одной машине. Не густо.              — Как в школе дела? — пока они встали на красный, тихо поинтересовался Тони.              Не сразу сообразив, что обращаются к ней, Говард пару раз моргнула. Тони повернул к ней голову, словно подтверждая, что действительно интересуется и ей не послышалось.              — Нормально, — протянула она.              — И всё? — слегка удивился Тони.              — Написали контрольную по химии и получили оценки за контрольную по математике, — монотонно продекламировала Говард. От Тони реакции не последовало, Говард вздохнула, понимая, что паузой он подразумевает продолжение её речи. — Ну, вот что ты хочешь услышать? Что был прав? Да! Я взяла вариант сложнее, весь правильно решила. Никаких пересдач! На этот раз.              — Ты умничка! — тепло и подбадривающе улыбнулся он.              Говард прожгла его яростным взглядом полным недовольства от похвалы (ну, правда, она не будет радостно вилять хвостиком) и, скрестив руки на груди, откинулась на спинку сиденья, чтобы демонстративно обозначить дистанцию. Под смешки близнецов, раздавшиеся с обеих сторон, очень неумело, между прочем, – явно не старались – замаскированные под покашливания, Говард в ответ показала Тони кончик языка.              — Что получила-то?              — Четыре. На пять была одна задача обязательно-выборочная для всех, её никто не решил.              Говорить о том, что решила подкинуть разбираться с ней Джарвису, Говард не стала; не хотелось бы лишиться такого варианта.              — Ну, меня интересуешь ты, а не все, — хмыкнул Тони и окинул взглядом троицу через зеркало заднего вида — Парни, без обид!              — Её даже Уайти не решил! — он в отличии от Говард хотя бы не делал глупых вычислительных ошибок и всегда правильно переписывал примеры из учебника, так что в математике являлся ориентиром. К тому же объективно учился лучше них.              — Ну, раз даже Уайти! — усмехнулся Тони.              — Там реально странная задача, — поддержал жалобы Говард Уайти, завершив вызов, и вернул Тони телефон. — Уравнение, которое у нас вышло, на мой взгляд логично, но Джон… Мистер Кавелль, сказал, что не верно.              — У вас остались условия и черновики решения? — вдруг поинтересовался Тони.              Уайти кивнул и, вынув из рюкзака листок с задачей, протянул её вперёд Тони. Едва заметная задумчивая морщинка пролегла между бровей Тони, Говард внутренне ликовала. Он несколько долгих секунд вчитывался в аккуратный почерк Уайти, пока сзади им не начали пронзительно сигналить. Размытое дождём красное пятно светофора сменилось зелёным.              — Дома гляну, разберём, — вернул он листок, внедорожник тронулся с места.              Джеймс попрощался с бабушкой и, переглянувшись с братом, озвучил возникший в их головах один на двоих вопрос:       — А мы сможем заскочить к нам домой? У нас только одна одежда и та насквозь мокрая.              — Одежду я вам найду, об этом не беспокойтесь, — заверил его Тони, а Говард проводила взглядом привычный поворот на перекрёстке. — Но у нас не так много времени пока гроза ещё сильно не разыгралась.              — Мы не в Башню?              — Сначала за продуктами, — свернул на соседнюю улицу Тони. — Все магазины через час закрываются.              Судя по летающим за окном переломанным билбордам, оторванным вывескам, ещё пару часов назад ярко светившим неоновыми огнями, и разбитым стёклам на брошенных вдоль тротуаров легковых авто, повреждения после циклона могли быть катастрофическими и неизвестно через сколько дней супермаркеты восстановят работу. А в Башне, конечно, было много запасов, но свежие овощи, молочные и другие скоропортящиеся продукты всегда закупались день в день.       Не доезжая квартала до Башни с севера, располагался один из самых дорогих продуктовых магазинов во всём Нью-Йорке. Не удивительно, что именно рядом со Старк Индастриз, впрочем. Свой премиальный статус он заработал на фермерских поставках и продуктов из разных точек земного шара. Говард была там дважды: один раз, когда спустя год жизни в Америки без вкусного чёрного хлеба жить стало совсем уж невыносимо и второй в свою первую ночь в Башне — именно этот оказался ближайшим и круглосуточным.       Остановившись на крытой парковке у магазина, Тони достал из бардачка очки и кепку с лого Старк Индастриз. Главное правило в конспирации — прячься на виду! Джеймс, Уайти и Говард заявили, что тоже пойдут с Тони, и все вылезли вслед за ним, бегом добираясь до дверей супермаркета.              Пока Тони сверялся со списком недостающих продуктов от Джарвиса, Уайти, Джеймс и Говард, шедшие за ним всё время по пятам, только оказавшись в магазине, кивнули друг другу и шмыгнули в разные стороны, оставив Старка с пустой тележкой между рядов.              — Так, нам нужно…              Тони поднял глаза и, не обнаружив рядом с собой никого, в легком ощущении надвигающейся тотальной катастрофы завертел головой по сторонам, но подростков и след простыл.              Ладно бы ещё свой исчез. Теперь этих своих в три раза больше, чем Тони когда-либо мог представить.              — Боги, я потерял детей… — обречённо уронил он голову на скрещённые на поручне тележки руки.              Спустя несколько минут безуспешных поисков подростков по супермаркету Тони собрал практически полную корзину необходимых продуктов, когда в отделе с фруктами наткнулся на Уайти.              — Стоять! — строгий голос Тони пригвоздил его к полу. — Почему я должен искать вас по всему магазину, а? Значит, теперь играем в детский сад — ходим парами и держимся за корзину!              Уайти послушно положил несколько пачек кислого мармелада и пакет с зелёными яблоками в корзину и взялся рукой за край тележки. Не успели они двинуться дальше как из отдела с выпечкой показалась вертевшая по сторонам головой Говард с тремя буханками чёрного хлеба. Заметив Тони и Уайти, она гордо прошествовала к ним и сгрузила добычу в корзину.              — Где третий?              — Там, — Уайти и Говард указали в разные стороны.              Кажется, у Тони сейчас начнет дергаться веко. Почему никто не сказал, что поход с подростками в магазин может быть настолько сложным! Они же ещё и разбегаются, прямо как…              — Сырные шарики! — радостно известил Джеймс, выруливая к ним из соседнего отдела и плюхнул в корзину огромную пачку снеков.              — Отлично! Все в сборе! — воздел руки к фигуральному небу Тони. — А теперь, пожалуйста, никуда не пропадая и не исчезая, двигаемся к кассе!              — Я ещё хочу шоколадных подушечек, — проходя мимо отдела с готовыми завтраками, Говард заметила любимый. В Башне в основном были медовые хлопья, мюсли и гранола — всё то, что она не сильно любила. — И к ним нужно молоко.              — Молоко дома есть.              — К ним нужно обычное, — закатила глаза Говард.              — Ты же его не пьёшь, — прищурился Тони.              — Да, — не стала спорить она. — Но с подушечками молоко едят, а не пьют, к тому же с другими не так вкусно.              — Ладно! — Тони остановился посреди супермаркета и оглядел троих подростков. — Кто-то ещё что-то хочет?              — Панчетту? — немного подумав, предложил Джеймс.              Уайти согласно кивнул:              — Сделаем пасту Карбонара на ужин.              — Тогда, вы за Панчеттой, а ты, — он указал на Говард, — за подушечками. И возьмите сразу всё, что вы ещё хотите, в ближайшие дни не будет возможности сходить в магазин. Встречаемся на кассе через пять минут. Кто отстанет, ночует в магазине!              Продуктовый набор на случай апокалипсиса выглядел внушающе и едва уместился в четыре больших пакета, которые вскоре были загружены в багажник внедорожника.              В магазине они не пробыли и получаса, но улицы Мидтауна успело размыть ливнем до неузнаваемости. Внедорожник без особых усилий рассекал реки Парк-авеню, за окнами проносились мрачные и размытые в пелене дождя силуэты офисных зданий. Ветер низко гнул деревья, переламывая ветви, изуродованные стволы щепами торчали вверх. Молния сверкнула аккурат над шпилем Эмпайра, небесное полотно треснуло в гневе разбитым стеклом, расходясь ломанными электрическими трещинами. Гром сотряс небосвод. Говард заворожено проводила взглядом сверкнувшие разряды. Стихия бушевала во всю свою красу.              — А мы теперь звёздочки? — наклонилась Говард через Джеймса ближе к окну автомобиля, всматриваясь в смутно просвечивающую сквозь тучи надпись на фронтоне Башне, когда они въезжали на подземную парковку.              — В смысле?              Тони бросил взгляд в зеркало заднего вида, параллельно набирая что-то в телефоне. Ворота за ними опустились, вслед за ними сомкнулись герметичные железные двери с усиленными засовами, которые на памяти Говард ещё ни разу не активировали.              — Буква «К» не светится, — отозвалась она.              — Должно быть один из питающих проводов повредило, — паркуя внедорожник, отозвался Тони. — Джарвис, что у нас там?              — Это тот самый Джарвис? — на ухо Говард прошептал Уайти, когда искусственный интеллект вывел перед Тони на лобовое стекло голограммы схем питания с подсвеченными красным сбоями в линии питания.              — Ага, — довольно улыбнулась Говард, наблюдая за шокированными лицами парней, и пихнула их в бока. — Поздоровайтесь!              — Привет, Джарвис, — синхронно и немного ошеломлённо отозвались близнецы.              — Добро пожаловать в Башню Старка, — приветствовал их Джарвис.              Близнецы восторженно переглянулись и вслед за Тони, покинувшим машину, поспешили выйти. На скользкой от дождя подножке Говард чуть не проехалась и не рухнула носом вниз, благо Уайти, вылезающий следом, успел ухватить её за локоть.              Тони предложил им подняться в пентхаус на смотровом лифте. Несмотря на всю красоту, Говард им не пользовалась, предпочитая закрытый от посторонних глаз внутренний лифт.              Стеклянная кабина поднималась медленно, в хорошую погоду на Нью-Йорк открылся бы превосходный вид с высоты птичьего. Сейчас же едва удавалось разглядеть блуждающие огоньки в окнах домов. На девяностом этаже кабина достигла нижних слоёв туч, окутывающих башню, и пару этажей они ехали в густой сизой пелене, пока не поднялись над ними. В панорамных окнах мелькнул стрелой пронзавший облака шпиль Крайслера. Внезапно пелена подёрнулись синевой. На долю секунды всё вокруг словно погрузилось во мглу только для того, чтобы в следующее мгновение озариться лиловой вспышкой электрического разряда.              Лифт издал мелодичный звук, оповещая о приезде. Куртки сразу повесили сушиться в прихожей. Пока Говард рассказывала друзьям о Башне и по ходу проводила краткую экскурсию по первому этажу пентхауса, Тони перенёс все пакеты на кухню.              — Предлагаю, сначала разобраться с одеждой, — окинув взглядом троих подростков, с которых на пол ручьями натекла уже целая лужа, обратился к ним Тони.              Поднимаясь за Старком на третий этаж пентхауса, Говард слабо представляла, где он собирался достать им одежду. Единственное, что удалось выудить из памяти – один из ночных разговоров с Джарвисом в первые дни её пребывания в Башне, в котором он упоминал, что помимо гостевых спален для близких друзей, расположенных на одном этаже со спальнями Тони, Пеппер и Говард, есть целый гостевой этаж. Видимо, на случай непредвиденных обширных ночёвок, предположительно, в лице небезызвестных Мстителей. Учитывая, насколько в доме Тони всё было продумано до мелочей, Говард бы не удивилась, если и наличие сменной одежды для возможных гостей также предусмотрели.              Пройдя мимо библиотеки, Тони остановился у совершенно не примечательной двери без каких-либо опознавательных табличек.              — Добро пожаловать! — он отворил дверь и прошёл в комнату.              — Почему ты раньше мне её не показывал?!              — Ты же не фанатка Мстителей, — усмехнулся довольный произведённым эффектом Тони, отходя в сторону, чтобы подросткам открылся лучший обзор на помещение.              — Я не фанатка отдавать на это деньги! А так... Продала бы на eBay! — тут же возмутилась Говард, осматриваясь вокруг.              Помещение представляло собой огромный зал со множеством витрин, все снизу доверху заполненные атрибутикой Мстителей с преобладанием Железного Человека. В центре возвышалась фигура взмывающего на одной ноге в воздух Железного Человека в полный рост. Перед собой он в известном жесте выставлял ладонь со светящимся репульсором. Вдоль стен на тросах висели обрамлённые в рамы постеры за стеклом, на постаментах стояли коллекционные фигурки, с большинства даже не снята заводская упаковка. В основном Железного Человека, исполненные в разных стилях, но встречались и другие Мстители. В бездонных коробках на нижних полках хранилась канцелярия: ручки, карандаши, наборы цветных выделителей, блокноты, тетради, ластики и всё это в поражающих размерами количествах. Верхние стеллажи были заставленные кружками с принтами Мстителей, кружками в форме шлемов Мстителей, значками, брелоками, термосами, плюшевыми игрушками и тапочками, пледами с символикой героев. Между витрин висели разноцветные флажки. Рядом с фигурой Железного Человека стоял столик-витрина с репликой Мьёльнира, выполненной в размерах оригинала, на нём и щитом Капитана Америки, лежащим под стеклом. На одной из стен висели лук и стрелы в цветах Соколиного Глаза. От обилия геройской атрибутики разбегались глаза. Говард даже на одной из полок заметила фигурку с Локи.              — Откуда столько? — изумлённо задрав голову, она медленно шагала по залу вслед за близнецами, осматривая высоченные стеллажи доверху, уставленные фигурками.              — Я полностью контролирую производство коммерческой сувенирной продукции с использованием образа Железного Человека и всех Мстителей, в том числе коллаборации с брендами и любые интеграции, — как само собой разумеющееся протянул Тони, прислонившись к одному из стеллажей плечом. — Производителям необходимо заключить со мной, как правообладателем, лицензионный договор и помимо фиксированного процента с продаж, они часто присылают мне и продукцию.              Учитывая, сколько в мире производилось различной продукции со Мстителями, начиная с одежды и заканчивая едой, выручка должна быть космической.              — А я-то думала, на что ты живёшь! — присвистнула Говард.              — На чьи средства, по-твоему, восстанавливали Нью-Йорк?              — Твои? — вскинула она бровь, обернувшись. Тони тут снисходительно хмыкнул. Что нет? Говард снова вернула всё внимание к полкам. Тут даже были фигурки Мстителей, у которых от движения забавно качались головы. Жутко раздражающе! Не сдерживая свои импульсивные желания, она легонько ткнула пальцем в голову Капитана Америки. — Ты же филантроп… и все дела?              — Это немного не так работает, — усмехнулся Тони. — В основном я делаю пожертвования в фонд, основанный ещё моей матерью, и да, в связи с недавними событиями основным направлением, в которое идут финансирования, стала помощь пострадавшим. Но на восстановление Нью-Йорка ушло несколько десятков миллиардов долларов, выручка с коммерческой продукции покрыла значительную часть затрат и сделала инициативу Мстителей вполне автономной организацией, которая самостоятельно покрывает нужды и частично финансирует устранение сопутствующего ущерба.              — Впечатляет, — не могла не признать Говард, но пробубнила это себе под нос и присела к близнецам, рассматривающим реплику Мьёльнира, продолжая фантазировать. — До смузи со Мстителями они ещё не додумались? — тот удивлённо на неё обернулся. — Что? В некоторых барах есть сеты из шести шотов, даже Старбакс запустил меню из шести напитков, названных в честь Мстителей, — в Старбаксе на её вкус были приторно-сладкие напитки, а кофе посредственный, так что найти достойную альтернативу стоило. Тем более что такой проект решал проблему чрезмерного потребления сахара. Говард хоть и сама была сладкоежкой, но даже для неё то количество сиропов, которые добавлялись в кофе, было чересчур. — Мстители же супергерои, как раз будем продвигать здоровый образ жизни. Сделаем смузи из яблок, шпината и шиповника, добавим железо, скреативим слоган и наклеим на стаканы стикеры с Железным Человеком. Летом в парке очереди выстраиваться будут.              — Готовый проект на нашу майскую практику, — довольно хмыкнул Уайти.              — Можем продать идею владельцу прав на имя Мстителей, — добавил Джеймс.              По правде говоря, Говард не сильно горела желанием во что-то такое ввязываться. Придумать, да. Но реализовывать... Даже в рамках практики это казалось весьма времязатратным. Внезапно вырисовался однозначный плюс иметь Тони Старка в родственниках — все бизнес-идеи можно обсуждать дома на кухне без необходимости выступать перед предпринимателями.              — Мне нравится идея, — таким же шёпотом раздался за их спинами голос Тони. — Сможете презентовать? Я могу договориться с коммерческим отделом, и вы изнутри узнаете, как подобные проекты реализуются, даже, если захотите, поучаствуйте в создании. Процент от общей выручки каждому обещаю.              Куда она только что вляпалась? По приколу же сказала… Он серьёзно?              — Сделаем! — закинув руки Говард и Уайти на плечи, Джеймс притянул их к себе, прежде чем Говард успела найти причины, по которым ничего делать не будет. Ну, разве только в виде обязательной школьной практики.              — Вот и отлично!              В огромном помещении при помощи Джарвиса быстро нашлась и одежда: толстовки, футболки, пижамы — всё и на любой вкус. Вещи даже не были распакованы, хранились с бирками и в индивидуальных прозрачных пакетах, в которых их и привозили.              — А есть секси шортики? — перебирая кожаные куртки на рейле поинтересовалась Говард. На красно-золотую, сделанную в стиле костюма Железного Человека, она уже положила глаз. — Кажется я видела у Пеппер очаровательные шортики с Железными Человечками.              — Эксклюзивно для нее, — мило улыбнулся ей Тони.              — В жизни не поверю, что у тебя нет семейников с Железными мини-Человечками!              Тони лишь усмехнулся.              Ну, вот! Теперь Говард позарез нужны домашние шортики с принтом из фоток с её моськой! Вот и найдётся применение всем немногочисленным фото. Правда они есть только в распечатанном виде... Ладно, когда-нибудь она точно наденет мерч имени себя. Есть в кого ей быть настолько самовлюблённой!              Пересмотрев всю одежду, они выбрали себе понравившуюся и направились за Тони к выходу.       — Это..! — Уайти затормозил у одной из полок с фигурками. — Не может быть! Этого Халка раскупили в первые минуты продаж!              Халк, хотя по большей части доктор Брюс Беннер, был его самым любимым супергероем. И Говард, и Джеймс прекрасно знали, какая фигурка могла вызвать столько реакции. Они выпускались ограниченным тиражом, полностью проработанные и созданные известным скульптором вручную, и отличались своей реалистичностью. Цена, по мнению Говард, была непомерно завышена, но Уайти готов был купить. К сожалению, тираж был сильно ограничен и оказался куда меньше желающих приобрести редкую фигуру к себе в коллекцию.              — Если нравится – он твой, — улыбнулся Тони, глядя на восторженный взгляд парня.              — Правда!?              — Это комната полностью в вашем распоряжении, — кивнул Тони. — Можете брать всё, что понравится.              — Спасибо!              А почему у него нет такой комнаты с Гарри Поттером?! Говард бы там жила! Уайти взял себе коллекционную фигурку Халка, Джеймс, покопавшись на полках, прихватил набор постеров, Говард же осталась стоять у двери рядом с Тони, не особо понимая, зачем ей может понадобиться всякая атрибутика со Мстителями.              — Покажешь им спальни? — обратился к ней Тони. Подняв на него голову, Говард кивнула. — Тогда переодевайтесь, сушитесь, и жду вас в гостиной с математикой.              Тони удалился, а Говард, дождавшись близнецов, повела их к гостевым спальням, расположенных на одном этаже с её комнатой. Одна из них находилась практически напротив, две другие значительно дальше по коридору, поэтому начать экскурсию решено было с первой.              Парни синхронно заявили, что им она нравится. Вид, пусть и с учётом грозовых туч, затянувших всё обозримое небесное пространство вокруг башни, оставался потрясающим; они словно были в центре циклона и могли наблюдать за воздушными завихрениями и разящими вспышками молний, бьющими в виднеющийся южнее шпиль Эмпайра.       Близнецовая связь порой не уставала поражать Говард. Для неё, в первую очередь, было важно личное пространство, неприкосновенность и желательно отсутствие по соседству любых представителей жизни в радиусе километра. Джеймс и Уайти готовы были делить одну комнату на двоих, но уступить понравившуюся брату — ни за что! В принципе, и Говард была не против, что бегать придётся в одну спальню, а не ходить по всем и решать, где же они будут собираться на ночные посиделки.              Оставив Уайти и Джеймса, Говард пошла в свою комнату. Вряд ли она заболеет оттого, что долго ходит в мокрых вещах, но прохладная ткань липла к телу уже неприятно. Свет в ванной зажёгся автоматически, стоило зайти. Говард зябко поёжилась, стягивая сырую одежду, следом закидывая её на батарею. После рекордно короткого для неё душа, включила фен, но ещё с минуту просто стояла под горячим потоком воздуха, позволяя обжигать кожу до красна. Вдоволь нагревшись, она всё же вспомнила, зачем доставала фен и принялась сушить волосы. Из-за дождя и поднявшейся влаги кудри улеглись особенно хорошо очерченными завитками. Быстро натянув новую футболку и пижамные штаны, Говард задержала взгляд на большом в полный рост зеркале. Красный цвет определённо ей шёл. Не так как глубокий тёмно-зелёный, травянистый или оливковый, но, если смотреть исключительно на правый профиль, вполне себе с карими глазами сочетался.              У самого выхода из комнаты Джарвис любезно напомнил про контрольную по математике и Говард, чертыхнувшись, пришлось возвращаться и перерывать весь рюкзак в поиске одного несчастного листочка. С Уайти и Джеймсом она встретилась в коридоре. Не сговариваясь все трое оделись в мерч с Железным Человеком. Уайти выбрал простую белую футболку с вышитым справа у плеча шлемом Марка и домашние штаны в красную и золотую клеточку. Джеймс взял чёрную футболку с триптихом из нарисованного в стиле комиксов Железного Человека, на брюках в чёрно-белую вертикальную полосу в хаотичном порядке были вышиты маленькие мультяшные Мстители. Говард не хотела тешить и без того безразмерное эго Тони, но пройти мимо графитовой футболки с коллажем из фотографий Железного Человека не смогла. Себе она также выбрала красные пижамные штаны с рисованными Железными мини-Человечками. На ноги все трое натянули носки из мягкого плюша: Джеймс выбрал чёрные с красными пауками с вышитыми у них на спинках символами Чёрной Вдовы, у Уайти зелёных на носках красовался рычащий Халк, а Говард назло Тони (если он заметит, а она над этим постарается) натянула с фиолетовыми стрелами.              Пока Уайти и Говард вывалили на стол тонну черновиков и математических расчётов, накопившихся у всех троих за один урок , Джеймс вызвался заварить чай.              — Где у вас чай? — его огненная макушка показалась из-за проёма, ведущего в кухню из обеденной зоны.              — Правый шкафчик от центрального над плитой, — отозвалась Говард.              — А кружки?              — Над раковиной, — крикнула она на автомате ответила и, тут же спохватившись, поспешила добавить: — Из кружки с Тони Старком не пить — она Тони Старка!              — У Тони Старка есть кружка с Тони Старком? — повернулся к ней Уайти, отвлёкшись от математики.              — Да! — снова показался Джеймс с той самой кружкой в руках.              Особенность её заключалась в том, что она была именно с Тони Старком, а не Железным Человеком. Говард когда-либо говорила, что если и будет фанатеть, то от Тони Старка?              — Чем вас моя кружка не устраивает?              Вспомнишь солнце…              На кухне появился Тони в своих любимых клетчатых штанах и футболке со специальным вырезом для реактора. Говард расплылась в коварной улыбке и подтянула к себе ногу, упираясь пяткой в сидушку стула, наблюдая как Тони на секунду замер перед отодвинутым стулом и недовольно фыркнул. Закономерно носки с Соколиным Глазом он не оценил. Поборов желание положить ноги на стол, Говард ему улыбнулась, ещё больше преисполняюсь довольством, и потянулась:              — Удивляемся твоей скромности.              Тони передразнил её улыбочку, взял у Уайти лист с условием задачи и притянул к себе из большой стопки чистых листов один для черновика.              — Ну? — все трое склонились к нему в нетерпении.              — Сейчас решим.              Это «сейчас решим» длилось уже час, если не дольше.              По началу, хмурящиеся брови Тони и выражение легкого недоумения доставляли неимоверное удовольствие. Трое подростков расселись по разные стороны от Старка, все смотря то на него, то на записи, которые он делал на отдельном листе бумаги. Когда же в вычислениях внезапно появились интегралы, казалось бы совершенно для решения задач про трубы, наполняющие бассейн, ненужные, Говард, Джеймс и Уайти тихонечко ретировались и переместились на мягкий белоснежный ковёр в диванной зоне гостиной. На стеклянном кофейном столике разложили ватман и, вооружившись карандашами и маркерами, принялись разрабатывать предложенную Говард идею.              Обязательную практику для старших классов в Лэнгдоне ввели только в прошлом году, поэтому закреплённого единого формата прохождения она не имела до сих пор и находилась в статусе экспериментальной. Многие ученики стажировались и практиковались в компаниях родителей, с детства зная, что рано или поздно займут места гендиректоров вместо них. Однако в Лэнгдоне также приветствовалась научная деятельность, написание и публикация статей, участие в конкурсах и соревнованиях, создание собственных проектов с описанием идей и бизнес-процессов, а также был вариант прохождения практики на базе школы, в котором ученикам старались подобрать задачи по интересам и показать организационные стороны образовательного процесса. Так, например, по просьбе Уайти Говард договорилась с мамой, чтобы его взяли к ним в больницу в качестве интерна. Будучи врачом общей практики, она смогла договориться о его присутствии на приемах. Потом правда Уайти жаловался, что у врачей слишком много бумажной работы, но каждый раз приносил им кучу забавных историй о пациентах. Зато отметив его познания, Стеф один раз разрешил ему понаблюдать за операцией, что осталось самым ярким впечатлением. Для себя правда Говард ничего интересного не нашла, а делиться наработками тех же шокеров со школой не собиралась, считая технологию опасной, поэтому проходила практику в администрации школы, в частности занималась настройкой программного обеспечения и работы внутренних программ. Систему тогда она изучила от и до, и взлом школьных компьютеров стал делом пяти минут. В принципе её всё устраивало. По времени практика от силы отнимала пару часов в неделю, а из неприятного лишь редкая компания завуча, миссис Шоу, которая как-то уж сильно недоверчиво относилась к допуску студентов до школьной базы данных. Зато миссис Торн угощала вкусным печеньем. Больше всего Говард считала повезло Джеймсу — Ава взяла его с собой в командировку в Канны.              Ветвистые всполохи молний сверкнули прямо напротив Башни, заставив всех троих обернуться к панорамным окнам. Свет, озаривший ночное небо, отразился в них и на мгновение яркой вспышкой осветил всё видимое вокруг пространство. Грянул раскатистый рык грома. В этот момент лифт издал знакомый звук, оповещая о прибытии.              — Джарвис, мы кого-то ждём? — сидя в позе лотоса на ковре, поинтересовалась Говард, не отрываясь от сосредоточенного закрашивания стаканчика Тора, — единогласно решили, что тропический коктейль будет отражать именно его.              — Мистер Роудс приехал переждать непогоду в Башне, — незамедлительно отозвался он.              Металлические створки разъехались, выпуская на этаж полковника.              — Роуди! — не вставая, Говард радостно протянула ему руку, приветствуя, и по очереди представила друзей.              — Ого! Я смотрю у вас целый фан-клуб Железного Человека, — окинул их прикиды Роуди. Говард предостораживающе покачала головой, прося не начинать эту тему. — А где Тони?              — На кухне, — кивнула она в сторону арки, из-за которой виднелась лишь часть обеденного стола.              — Решает математику…              — …у нас не получилось, — дополнил брата Уайти.              — Начнете плести против меня интриги..! — пригрозил им из кухни Тони, явно всё слышавший.              — Мы с вами свою коалицию организуем! — хором отозвались ему близнецы.              — Предатели! — возмущённо взъярилась Говард от такого заявления. Ну, точно проклятье Старка за лучшего друга!              — И давно он там? — заглянув в арку, указал Роуди на Тони, сгорбившегося над исписанными вдоль и поперёк листами, коими к тому времени уже был завален весь стол.              — Один час двадцать семь минут и тридцать шесть секунд, сэр, — отчеканил Джарвис, отчего все трое подростковм задрали головы к потолку.              — Я мечтаю пожать руку вашему преподавателю, — восхищённо произнёс Роуди, легонько хлопая Тони по плечу и пожимая протянутую вверх руку. — А ты уверен, что они интегралы знают? — заглянув Старку через плечо, он сложил руки на груди, внимательно следя за ходом его вычислений.              — Ну, так решается же.              — Ага, — хмыкнул полковник. — Только ты из дано ничего не использовал.              — Раз такой умный, — Тони обратным концом ручки указал на стопку чистых листов на столе. — Бери, решай.              Ну, а кто Роуди такой, чтобы не принять вызов? Сев рядом за стол, он взял лист, ручку и развернул к себе контрольную работу Уайти, в которой был переписан текст задачи.              Говард, Уайти и Джеймс переглянулись.              — Может напомним им о существовании Джарвиса? — наблюдая за Тони и Роуди протянул Джеймс. — Он же сможет решить? Джарвис?              — Конечно, мистер Марсо, — с гордостью отозвался Джарвис.              — Ни за что! — чеканя каждое слово, хором рассмеялись Уайти и Говард.              — У меня парой этажей выше есть бассейн, можем просто построить эту конструкцию и засечь, — Тони откинулся на спинку стула, задумчиво раскручивая карандаш и наблюдая, как Роуди перечёркивает очередное неверное решение, но тот покачал головой.              — Это школьная задачка! Она должна элементарно решаться!              Итак, двое лучших студентов МИТ, один из которых признанный гений, не могут решить школьную задачу по математике за десятый класс. Пусть Тони хоть раз скажет, что ради тройки в Лэнгдоне не нужно стараться.              — Джарвис, а камеры сейчас пишут? — шёпотом позвала Говард, не скрывая злорадную ухмылку.              — Конечно. Желаешь просмотреть запись? Я также могу сохранить и отправить её тебе на личный сервер.              — О, будь добр! — благодарно улыбнулась Говард. — С момента, когда Тони начал решать.              Если он ещё хоть раз, начнёт говорить ей что-либо по поводу оценок, запись-компромат имеется. Довольно улыбнувшись, Говард потянулась, разминая позвоночник, и склонилась над финансовыми расчётами их проекта в табличке Уайти. Предварительно они уходили в жёсткий минус.              — Есть! Ха! — Восторженное ликование найденному решению, соответствующему пройденным на уроках материалам, раздалось глубоким вечером, когда Говард и близнецы уже закончили свои порции Карбонары. Тарелки Тони и Роуди так и стояли нетронутые и остывшие — оба отказались прерываться даже ради ужина. Над листом Старка, исписанным мелким убористым почерком склонились все пятеро и каково же было их удивление, когда решение оказалось до смешного простым и понятным, зависящем всего лишь от одной переменной. Стоило правильно составить уравнение для её нахождения, и задача складывалась красивым пазлом всего в четыре действия. Тони легко объяснил логику и все спорные на первый взгляд моменты в условии задачи, которые детей и запутали.              — Я поняла! — Говард уже потянула на себя лист, чтобы потом переписать всё решение в тетрадь, но Тони её остановил.              — Раз поняла, значит, сможешь решить сама, — хитро улыбнулся он. — Если будет что-то неясно, я объясню ещё раз.              Говард подняла на него тяжёлый, недовольный взгляд, однако Тони остался непреклонен. Потеснив его, она подтащила к себе стул, взяла чистый лист, нарочито медленно вытянула из пальцев Тони ручку и принялась составлять уравнение с нуля. Уайти и Джеймс сели рядом с ней, желая как можно скорее расправиться с математикой и забыть о ней на все выходные.       Остаток вечера прошёл в дружеской и почти семейной атмосфере. Роуди предложил сыграть в Монополию. Близнецы сразу его поддержали, а Тони и Говард скривились. Она вообще считала эту игру невероятно скучной. Оказалось, что для азарта требуются лишь лучшие друзья и миллиардер, сумевший скупить весь Манхэттен и сделавший на ренте целое состояние. На первый взгляд монотонная игра затянулась на несколько часов и выросла в несколько громких споров, бойкотов, тюремных заключений и одно грандиозное разорение банка.              Когда время перевалило далеко за полночь, Тони и Роуди выпроводили детей спать, заявив, что им тоже нужно пообщаться, а темы далеко не детские. Троица, конечно, ответила, что они не дети, но в комнату всё же поднялась, оставив их на кухне с бокалами виски.              Уже ночью, идя к себе в спальню, Тони решил проверить, правду ли все пошли спать. Его совершенно не удивил ответ Джарвиса, что все трое уснули в комнате Говард. Приоткрыв дверь, Тони запустил внутрь тонкую полоску света из коридора. Неудивительно, Говард легла не посередине кровати, спихнув туда Джеймса; Уайти уснул на другом краю от брата. Удивительно, она спала с ним в обнимку, крепко прижавшись к боку и перекинув через него ногу.              «Очень по-дружески», — мысленно хмыкнул Тони. Он запомнил, но не став тревожить, прикрыл дверь.              Грозы и ветра бушевали над Нью-Йорком ещё двое суток, нанеся восточному побережью серьёзный ущерб. Из Башни было хорошо видно, что во всей северной части Манхэттена полностью вырубило электричество, и фронт восстановительных работ обещал быть обширным.              В самой же Башне дни в импровизированном заключении тянулись незаметно. Так обоих Старков почти демократичным голосованием решено было выгнать с кухни и не допускать до готовки. А всё потому, что в обед Говард оставила вариться рис и попросила Тони за ним посмотреть. Она забыла, что Тони забудет, и в результате, к тому времени, когда сработали сенсоры Джарвиса, и он поднял панику, в кастрюле образовался пятнадцатисантиметровый слой гари. Кастрюлю пришлось выбросить. В один из дней, Тони пришлось останавливать Говард, которой надоело сидеть в четырёх стенах без свежего воздуха, от прогулки по крыше и объяснять, что Джарвис может открыть встроенные около всех окон панели, фильтрующие воздух. А в коллекции Джеймса появилась фотография уснувших вечером плечом к плечу на диване, так и не дождавшихся ужина, Тони и Говард, которых Роуди заботливо укрывал пледом.              В среду, первый учебный день после затянувшихся выходных, Говард, Джеймс и Уайти получили заслуженные пятёрки по алгебре.