Предупреждение...

Свет вспыхнул резко, ослепительно белый потолок поплыл перед глазами. Медленно вернулся слух, различимый шум аппарата мониторинга и тихий шепот голосов вокруг. Через мгновение стало ясно, что я лежу в больничной койке, накрытый одеялом, руки закреплены ремнями безопасности. Перед собой я видел строгого мужчину средних лет в военной форме с золотыми погонами майора. Рядом стояла медсестра, нервно сжимающая шприц. — Очухался, наконец? — холодно произнес майор. — Давненько тебя ждем. Я хотел заговорить, но горло перехватило спазмом. Мне дали воды, и только потом я смог произнести хриплым голосом: — Где Хигаса? — Жив пока, лежит этажом ниже, — коротко бросил майор. — Только вот состояние тяжелое, вся бригада медиков работает над ним круглосуточно. — Это моя вина… — прошептал я, осознавая случившееся. —Твоя ошибка привела к трагедии, — жестко отрезал майор. — Нам поступили сигналы тревоги, ваши координаторы сообщили о вашем исчезновении и ранении партнера. Вместо возвращения в базу вы продолжили атаку. Именно эта самодеятельность стала причиной всех проблем. Голос прозвучал осуждающе, и я понял, что ответственности избежать не удастся. —Вам обоим нужно было немедленное возвращение, а не продолжение боя в одиночку, — возразил майор. —вам нужно было вернуться, а не победить любой ценой. Ты поставили под угрозу жизнь друга и свою жизнь тоже. Медсестра сделала знак прекратить разговор, проверив показатели мониторов. — Не появляйся на улице до полного выздоровления и выяснения обстоятельств дела. Пока лечись и отдыхай, разберёмся позже. Выходя из комнаты, майор остановился возле двери и добавил: — И учти, решение остаться и продолжать бой было твоим личным выбором. Ответственность ляжет исключительно на тебя. Мир снова начал мерцать, усталость одолевала мое тело. Но последняя мысль была одна: какой бы тяжкий путь ни ожидал впереди, придется отвечать за собственные решения. Время тянулось бесконечно долго. Дни шли, превращаясь в мутное марево бесконечных процедур и беспокойства. Раны начали затягиваться, хотя каждое движение отдавалось болью. Ночами сон не приходил, мысли крутились вокруг произошедшего инцидента и последующих последствий. Однажды ночью, не выдержав одиночества и тревожных мыслей, я тихо выбрался из постели и прокрался вдоль коридора. Сердце бешено колотилось, страх разоблачения мешал двигаться быстрее. Наконец добрался до палаты Хигасы. Там царила тишина. Сквозь полутьму виднелась фигура моего напарника, неподвижно лежащего на кровати. Подойдя ближе, я почувствовал облегчение: дыхание ровное, пульс стабильный. — Привет, — пробормотал я негромко, присаживаясь рядом. Хига молчал некоторое время, а потом глухо сказал: — Зачем пришел? Ведь тебе запретили ходить. — Не мог иначе, — признался я. — Беспокойство грызёт изнутри. — Понимаю, — кивнул Хига. — Так ведь оно нас обоих съедает. Некоторое время мы сидели молча, прислушиваясь к собственному дыханию и звуку капель инфузии. — Что будем делать дальше? — нарушил тишину Хига. — Даже не знаю, — честно признался я. — Отвечать придётся, последствия серьёзные.