Глава 2: Сайлент

Солнце заливало яркими красками небольшие улочки маленького городка неподалёку от Сан-Франциско. Скромные кирпичные домики, между которых чёрной полосой бежал асфальт дороги. По её обочинам стояли разноцветные машины, от раритетов 50-х годов до современных джипов и легковушек. Небольшое количество людей ходило туда-сюда: кто по своим делам, кто просто гулял, как я. Парней моего возраста почти не было. Наверняка, все пропадают на учёбе. Я же к их числу не относился. Среднего роста парень в простенькой жёлтой футболке с какой-то вычурной надписью в стиле граффити и потёртых джинсах, может, и мог сойти за простого американского школьника, но уж точно им не являлся. Я с некоторой тоской глянул на ряды стройных одинаковых кирпичных домов с аккуратными темнеющими окошками и крылечками. Нет, этот район был далёк не то, что от понятия «гетто», его с трудом можно было назвать бедным. Но спасало ли это меня? В одном из таких домиков в обычном районе среднего класса жила простая семья из восьми человек: отца-японца, матери-американки и их шестерых детей, самым «серым» оказался лишь один, Игэити Ясаси. Так сложилось, что со мной не нянчились, так как был слишком взрослым, а чтобы полноценно помогать — ещё не до конца выросшим до 17 лет. О чём говорить: мне даже не повезло потерять своё единственное место в той небольшой школе, куда меня пристроили. Я взглянул на часы — то малое «богатство», что у меня имелось, пусть и по общим меркам они были очень дешёвыми. К дяде Фреду, что работал в одном из небольших магазинчиков всякого барахла, где я зарабатывал на кое-какую жизнь, мне только через час. Но сидеть дома в тесной квартире среди детских визгов, топота и ругани старших братьев и сестры с попытками родителей их угомонить мне не очень хотелось. А вот прогуляться по тихим и даже уютным местам идея была вполне себе неплохая. Я поправил свои очки без стёкол. Вообще-то раньше они там были — просто в один момент они разбились, но так, как зрения было не ужасным, я отказался вставлять новые, ведь это было дорого. Я со своими карманными баксами, что получал от дяди Фреда, никогда бы не позволил себе такого! Да и вообще, оправу бы тоже надо, по-хорошему, выкинуть, но пока я, в силу привычки, не спешил этого делать. Что-то мелькнуло слева, будто на палец прилипла грязь. Я повёл вправо взгляд, однако, грязь была не на моём пальце: туда убегал небольшой переулок, типично для многих американских городов заканчивающийся кирпичной стеной, а в нём теснились мусорные ящики, пакеты, набитые отходами и, если не повезёт, бездомные, греющиеся у самодельных костров и убегающие от отлавливающих их копов. Тем не менее, никаких бездомных тут не было, зато я увидел знакомый силуэт в шортах цвета-хаки и красной футболке с гавайскими узорами.  — Спасибо, брат, — сказал парень, похлопав кулаком в районе сердца. Это точно был Джефф: его манеру постукивания по груди в знак благодарности я ни с чем не спутаю. Он вырос в тех же условиях, что и я. Парень, который из-за проблем в семье вылетел из школы, но, в отличие от меня, забил на всякие принципы и жил на полную, ни в чём себе не отказывая, быстро превратившись в типичного школьника-хулигана. Говорить с ним мне было бы противно и, наверное, я бы проигнорировал его, однако в этот момент Джефф меня заметил.  — Эй, Сайлэнт! — позвал меня он. Я вздохнул. Пройти бы мимо, но я едва ли смог бы сдержать удовольствие в очередной раз высказать ему в лицо всё, что я думаю о таком стиле жизни. Тем временем мимо меня из того же переулка вышел странный тип в капюшоне и чёрной куртке, держа голову опущенной. У него была очень бледная и худощавая кожа, и казалось, что это идёт пугало. Подозрительно оглянувшись, я подошёл к Джеффу.  — Ну что? — он хмыкнул — Ты разве не должен быть у твоего дяди Джонни?  — Дяди Фреда, — поправил я, сдвинув брови к переносице — А ты что тут делаешь? И что это был за тип?  — Зацени, — расплылся в тупой улыбке он — Еле деньги собрал! У него в руках оказался небольшой полиэтиленовый пакетик, заляпанный жирными отпечатками пальцев. Внутри скомканной кучей лежала какая-то зелень, похожая на скошенную траву.  — Ты опять эту хрень купил? — вздохнул я.  — Да ну, брось! — снова глупо заулыбался Джефф — Это же круто!  — Я никогда не назову это дерьмо «крутым», — безо всяких эмоций сказал я. Парень в красной футболке поморщился, будто я его заставил съесть лимон.  — Вот поэтому ты и «Сайлэнт»! Скучный и слишком тихий.  — Лучше уж так, чем стать наркоманом, — я отвернулся — Я даже спрашивать не буду, откуда ты деньги взял.  — Честно украл, — усмехнулся Джефф, будто это была очень оригинальная и смешная шутка — Прохожие у нас стали какие-то тупенькие, вообще за карманами не смотрят.  — Вот ты украл у кого-то из кармана 5 баксов, — начал я, хоть и не понимал, зачем нужно читать нравоучения такому морально разложившемуся человеку — А они были последние у него. И что, совесть не мучает?  — Пф, — фыркнул парень — Много ты, я смотрю, о других думаешь. Он чуть помолчал.  — Спросил бы я у тебя, многие ли они думают о том, как тебе плохо, — он скривил губы в усмешке — Ты же для этих людей всего лишь жалкий япошка, что отбирает работу у них и их детей! Я почувствовал, как на этих словах в груди у меня засвербело, а зубы сжались. Нет, далеко не потому, что в его словах была определённая доля истины.  — Прекрати мне постоянно напоминать про моё национальное происхождение! — процедил я и, сделав шаг к Джеффу, попытался схватить его за футболку.  — Руки убери! — снова поморщился тот, отталкивая меня. Я убрал руки. До драки доводить дело было неохотно. Да и, хоть я уже несколько раз махался кулаками и даже иногда решал ими дела, вступать в очередной конфликт было как-то страшновато. Да и на «работу» идти побитым тоже не хотелось.  — Вот так, — он выдохнул, облокотившись на стену — Так что… Однако, я его мысль продолжать не стал. Как и он. Мы просто постояли несколько секунд в тишине, что мне показалось удачным моментом просто свалить от него.  — Уже пошёл? — сказал Джефф — Будешь работать, да?  — Это всяко лучше, чем воровать, — парировал я.  — Ну и идиот же ты, Сайлэнт. Удачи со своим старым пердуном, кхе! Вообще-то, я не любил уничижительно говорить про людей у них за спиной, но приходилось согласиться со словами этого парня-наркомана. Дядя Фред при всей своей душевной доброте и весёлом характере, был далеко не идеальным человеком. Что ожидать от человека, который застал ещё президента Эйзенхауэра и запросто может словить такой старческий маразм, что легко покажется стереотипным реднеком? К сожалению, такова была реальная жизнь — возможно, именно из-за примера дяди Фреда мне крайне сильно не хотелось стареть. Вскоре, я прибыл на место работы и одновременно логово этого странного гражданина. Небольшой магазинчик с большими стеклянными окнами и полосатым козырьком-навесом. Владелец сего заведения и по совместительству мой работодатель был не очень оригинальным человеком, назвав магазин в честь себя «With Jeff» и продавая всего по мелочи — чипсы, газировку, печенье, всякие полуфабрикаты-закуски и т.д. Как и полагается, он сидел за простенькой деревянной стойкой, держа толстыми пальцами какую-то книгу. Заметив меня, он криво улыбнулся. Здесь вообще хоть кто-то может улыбнуться по-человечески?  — Ну привет, япончик, — хмыкнул он, не отрывая глаз от книги.  — Доброе утро, дядя Фред, — устало сказал я, не желая сильно уходить с ним в разговоры, так как часто заканчивалось это не лучшим образом.  — Ну давай, переодевайся, — кряхтя, сказал он, снимая очки и откладывая книгу с непонятным названием в сторону. За «работой» прошёл час, может, даже не один. Магазинчик хорошо, если занимал 30 квадратных метров — и то, из них всех на проходы оставалось около половины. Из-за кучи различных стоек с товарами, холодильников и кассы тут было довольно тесно. Впрочем, за несколько мятых бумажек и «подарков» в виде всякой полуфабрикатной еды, работа была не самой ужасной: здесь переставь, тут протри, это отнеси, то подай… Скучно, разве что. Конечно, скучно мне, а дядя Фред, если не читал книгу и не обслуживал редких покупателей, залипал в маленький допотопный чёрно-белый телевизор, даже без звука.  — Эх, — вздохнул он, начиная разговор со мной — Что ж со страной-то творится… О, нет. Началось. Я не хотел продолжать тему, но и молчать было нельзя. Мало ли, что почудится старику.  — Ну… Полагаю, деградация? Уклончиво ответил я, доставая из коробки чипсы и расставляя их по полке.  — Деградация… Хм. Такими умными словами изъясняешься, хоть в школе-то не учился, — продолжал дядя Фред — Смотри-ка какой умный! Я очень подивился, что такой видавший жизнь человек, как он, считает это слово «умным», но говорить, как обычно, ничего не стал.  — Вокруг какие-то чёрные, гомосеки, все такие прогрессивные, свободные… Пф! Он махнул рукой и поднялся.  — Протри, пожалуйста, стол на кассе. Я сейчас буду. Я выдохнул с облегчением. Мнимый патриотизм и лекции о разложении американского общества мне сейчас слышать совсем не хотелось. Возможно, старик едва ли понимал, что всё то, о чём он говорит, я уже видел в реальной жизни. Подойдя, я посмотрел на его место вечного обитания и вздохнул: опять он, словно истинный криворучка, пролил какую-то газировку. Делать нечего, я начал тереть, от скуки поглядывая в этот чёрно-белый телек. Непонятно, что дядя Фред там смотрел, но внезапно на экране появилась милая девушка, и на несколько секунд я даже застыл, смотря на неё. Сложно было понять, кто она и что делает, однако, чисто внешне она была просто прекрасна — простенькая школьная форма с чёрным галстуком и белой рубашкой смотрелась ей впору, а светлые волосы казались золотистыми даже сквозь отсутствующие цвета. Картину довершали белые чулочки и крайне милая манера поведения: постоянная улыбка, не столько нежная, сколько игривая, не сходила с её лица, девушка постоянно меняла положение рук и иногда подмигивала.  — Что, уже влюбился, япончик? — послышался хитрый и самодовольный голос дяди Фреда.  — А?! — я едва не подпрыгнул от неожиданности — А… Нет, просто. Я смущённо отвернулся.  — Я протёр тут…  — Да вижу я, — он махнул рукой, — Что хоть за передача-то? Честно? Не знаю. Это же твой телек, ты в него вцепился, аки орёл в добычу среди прерий. Хотя и мне стало интересно, что же это за мифически прекрасная девушка. Казалось бы, ещё школьница, но уже выступает по ТВ. Среди моего окружения были такие, но оставляли далеко не такое приятное впечатление. Может, я уже просто привык относится с подозрением ко всем, кто рядом, но в них не чувствовалось жизни, той искорки, что делает из человека не просто шестерёнку в социуме, а настоящую, живую личность. А эта девушка из телевизора явно излучала такой свет. Да ещё и очень красивая…  — А, ясно. Новости, — Фред вздохнул так, будто смотрел 100 раз затёртый до дыр сериал — В Сан-Франциско приплыл какой-то суперкрутой корабль из Японии.  — К нам?! — я удивлённо поднял бровь, отвлекаясь от протирания очередной полки — Из Японии?  — Ну да, — хмыкнул владелец, видя моё оживления — Ох, япошки, япошки, что ж вам у себя на островах-то не сидится… Вот когда мой отец был такой же малой, как ты, они даже в Тихий Океан боялись выйти! Кажись, дядя уже совсем поехал крышей на сегодня и забыл, что я и сам этот самый «япошка». Впрочем, меня уже мало интересовала его старческая деменция. Если этот корабль действительно приплыл в Сан-Франциско, то я просто обязан был хотя бы попытаться его увидеть. Было бы смелой идеей надеяться попасть на него или, тем более, пообщаться с той милой девушкой… Но мечтать не вредно и попытка не пытка — у меня есть немного денег, должно хватить на билет до города и обратно. На том я решил, с нетерпением дожидаясь конца рабочего дня…

***

Я чувствую, как что-то приятно отяжеляет мою руку. Она немного затекла, и я пытаюсь ею пошевелить. Сначала это не удаётся, словно она обездвижена, но потом я ощущаю лёгкость. Словно рука вновь стала моей. Покалывание в ней проходит, и я тут же чувствую, как что-то нежно гладит мою голову. Приятные и нежные ощущения стремятся разлететься по всему телу, немного подогревая меня изнутри, и я, наконец, открываю глаза.  — Проснулся, великий соблазнитель? — слышу я тот самый милый игривый голос Кей.  — А?.. — спросонья не понял я, поворачивая голову. Девушка лежала, прикрывшись по грудь одеялом, которое накинула и на меня. Её волосы несколько растрёпаны после сна. Она смотрит на меня нежно и ласково, я чувствую, что её глазки наполнены любовью. Я тоже гляжу на неё, на её милую улыбку, на тонкую шейку, на гладкую и шелковистую кожу, на плечики… Стоп, почему они обнажённые?.. Сознание начинает проясняться, и я вспоминаю, какие прекрасные моменты близости и ласки, полные удовольствия, мы чувствовали совсем недавно. Все эти стоны, извивания, нежность — всё смешалось в одну приятную и прекрасную картину, что засела в моей голове. Я смущённо улыбаюсь, понимая, что Кей до сих пор лежит рядом со мной голенькая.  — Н-никакой не соблазнитель! — улыбнулся я, пытаюсь отшутиться.  — Ну да, ну да, — Кей прикрыла один глазик — Совсем никакой…  — Честно! — усмехнулся я, наконец проснувшись. Смущение моментально отступило, оставив место только весёлому и радостному настроению от прошедшего. Я потянулся, приводя теперь своё сонное тело в полный порядок. Тем временем, Кей поднялась, ища среди накиданной вокруг кровати одежды свою. И опять я даже не старался скрыть, что смотрю на неё, слишком уж меня манило её тело. Уже даже не столько в сексуальном плане и желанием близости, сколько простым эстетическим шармом. Просто потому, что это красиво. Кей заметила, что я за ней подглядываю и сразу же с ухмылкой прикрылась рукой, пусть со спины и так было не очень много видно.  — Не подсматривай! — хихикнула она.  — Не получается, прости, — улыбнулся я в ответ, также поднимаясь с кровати — Я пытался!  — Я вижу, как ты пытался. Как и всегда, она относилась ко всему просто и без особых проблем. Возможно, ей даже нравилось, что я смотрю на неё. Не удивлюсь, если узнаю, что Кей нравится быть желанной и красивой, может, даже сексуальной. Возможно, всё же есть девушки-исключения из такого, как мне казалось, правила, но она точно не одна из них. Я аккуратно, не вставая с кровати, потянулся к брошенной одежде. В отличие от девушки, я несколько стеснялся светить своим телом, а потому даже до туалета добежать хотел хоть немного прикрывшись.  — А где у тебя тут… М-м-м…  — Что? — она наигранно подозрительно прищурилась.  — Где по делам сходить можно? — неловко усмехнулся я.  — Ах, это, — она снова хмыкнула — На первом этаже, там найдёшь проход дальше под лестницей.  — Хорошо, спасибо, — сказал я, и, натянув трусы и джинсы, бросился вперёд. Вскоре, когда уже привели себя в порядок после бурных нежностей, мы снова пересеклись уже внизу. Кей переоделась: теперь джинсовые шортики сменились на короткие спортивные оранжевого цвета, а майка — на такую же чёрную футболку с белым кружочком около плеча. Чулки с её ног пропали, оставив их полностью открытыми. И, словно этого было мало, тапки дома она не носила, так и шлёпая босыми стопами по полу.  — Оденься, мачо, — хмыкнула она, бросая мне футболку, которую я оставил сверху.  — Может, хватит уже? — усмехнулся я в ответ, отвернувшись и одеваясь.  — Да… Но нет. Она хитро улыбнулась, а я закатил глаза. Нет, чрезмерно весёлому настроению этой девочки никогда не будет предела. Правда, я и не хочу, чтобы он был. Да, подколки от Кей действительно бывали и грубоватые, и слегка обидные, но меня спасало понимание того, что в них нет злого умысла. Она просто очень весёлая девчонка, она развлекается, да и мне самому порой весьма приятно попадать под такие «атаки» и показательно дуться, вызывая ещё порцию заигрываний с её стороны. Наверное, это и была настоящая любовь безо всякого напыления фальшивой утончённости. Девушка же, тем временем запустила микроволновку, что-то в ней разогревая. Пока я отвернулся, размышляя о Кей, она, внезапно, оплела мою шею руками. Снова.  — Спасибо тебе… — тихо прошептала она. Я ощущаю, как её тело сквозь одежду прижимается ко мне. На секунду я почувствовал её тёплое дыхание на щеке, а после её коснулось что-то мягкое. От такого простого и нежного одновременно поцелуя улыбка сама по себе появилась на моём лице.  — Да не за что… Я погладил её ручки. Мне было приятно осознавать, что девушка не только не испытывает негативных ощущений от нашей близости, но и благодарна мне за эти моменты. Даже, скорее, я был рад этому — значит, мой подарок этой прекрасной девушке удался…  — А что в микроволновке?  — Пицца, — Кей отпустила меня и отошла.  — Пицца? — я усмехнулся — А я думал, это профиль другой твоей подружки по танководству…  — М? — она снова хитро прищурилась — А откуда ты её знаешь?  — На вашем корабле я много чего про танководство узнал, — я улыбнулся — Интересно тут у вас, конечно…  — Добро пожаловать, что ж. Девушка отошла от меня, послав ещё один благодарный взгляд, после чего полезла доставать, похоже, тарелки. Она потянулась вверх, из-за чего её футболочка задралась, вновь открывая полосочку её светлой кожи. А не полюбоваться её ножками, которые сейчас уже не были скрыты фирменными белыми чулочками, я просто не мог. Заметив, что я вновь на неё уставился, Кей просто посмотрела меня игриво и хитро, в своём стиле. Но сказала совсем другое.  — Ясаси, помоги, пожалуйста!.. *** На улице собралось довольно много людей. Постоянно вспыхивали и щелкали фотокамеры, кто-то кричал и махал руками, но причину этой активности я понять никак не мог. Да и мой рост, ниже среднего американского, не способствовал тому, чтобы я даже приблизительно понимал происходящее. И это меня злило: зря, что-ли, потратил почти все свои накопления на дорогу сюда?! Я огляделся. На крышу залезть было явно не самой лучшей идеей. Сложно, да и полиция штата, наверняка, не дремлет. Зато вдоль дороги шли ровными рядами, словно солдаты, деревья. Лазить по ним я умел, а потому, бросив под одним из них рюкзак, я прыгнул и, подтянувшись, залез на него, отряхивая руки от кусочков коры и частичек грязи. А ещё я крайне удачно подгадал место и время. Буквально тут же за людской стеной загрохотали… Танки. Большие железные машины зелёного цвета ползли по улице Сан-Франциско нарочито медленно, как бы показывая себя. На первый взгляд, они были копиями друг друга и только присмотревшись, можно понять, что всё-таки танки различались. Одни были округлыми, словно вздувшимися, другие же угловатыми, похожими на причудливо свёрнутые коробочки. В круглых башнях размещались орудия: длинные и короткие, с небольшими отверстиями на концах и просто заканчивающиеся ровно, как будто ствол обрублен. Но танки меня удивляли не сильно. Конечно, по сравнению с новенькими автомобилями неподалёку они казались допотопными музейными экспонатами, однако, я уже не раз их видел, например, на фотографиях дедушки, отца мамы, в квартире. Он стоял на фоне похожей машины, с усмешкой упирая руку в бок. И ещё где-то было фото, где он приветливо машет фотографу с башни танка… И здесь прохожих приветствовали танкисты похожим образом. С одним лишь отличием — это были девушки. Я действительно мало верил своим глазам: вылезая по пояс из люков, американскую публику встречали милые девушки, едва ли старше меня. Это не было похоже на военную процессию. И танки, и их танкистки выглядели будто прилизанно, аккуратно, девушки — красиво и мило, а боевые машины — блестяще и светло. Я действительно на несколько секунд завис, просто рассматривая проходящих, как вдруг осознал, что вижу ту самую девочку из телевизора. Я прямо уставился на неё, вглядываясь и проверяя, не ошибся ли. И чем яснее понимал, что нет, тем больше радовалась душа. Я не мог определить её рост, ведь она вылезла из башни не полностью, однако другие детали вполне себе мог разглядеть. У неё были светлые волосы, большие голубые глаза, гладкая, незагорелая кожа — все те детали, что невольно приковывали мой взгляд. Её движения аккуратные, но быстрые, а выражение лица спокойно, словно обстановка привычна для неё. Сейчас последнее, что мне хотелось — так это возвращаться назад. К большой и чрезмерно шумной семье, в которой меня даже толком иногда не замечают, к разложившимся друзьям, что курят траву и уже косят под гангстеров, к «девушкам», которым подавай только ухаживания (на деле же — читай унижение и обслуживание), а в ответ получай только презрительный, или, на крайний случай, снисходительный взгляд на раба, к заплывшему к старости жиром дяде Фреду, что будто специально косит под техасского деревенщину, к унылым дням, что тянутся, словно жевательная резинка… Не хочу, не хочу, не хочу! Хочу к той девушке, поговорить с ней, почувствовать счастье, почувствовать жизнь, а не выживание изо дня в день. Даже если не получится и меня заберёт полиция — мне уже всё равно. Я не хочу упускать свой шанс, даже если он призрачен, словно некий островок в море на горизонте! Я слез с дерева. Если я всё правильно понял, они ехали со стороны порта. Я слышал про некие корабли-школы и, наверняка, эти девочки прямиком оттуда. В порт кого попало не пустят, там есть ограждение, охрана, всякие хитрые штуки. Это в равной степени относилось и ко мне, ведь меня могли поймать или, того хуже, принять за грабителя или террориста и открыть огонь. Эта мысль слегка затормозила мой поток мыслей, однако, не остановила. Я направился по улице вверх, туда, откуда, как мне казалось, приехали танки. …На моё счастье, расчёты оказались верны: за сетчатым забором впереди, скрываясь за парой небольших портовых построек, стоял огромных размеров корабль, который, наверное, без труда бы вместил в себя половину Сан-Франциско. Его борт серого морского цвета блестел отражающимися на него от воды солнечными зайчиками, а формой был больше похож на увеличенный в сотни раз авианосец. Теперь я просто обязан был попасть за ограждение, чего бы мне это не стоило. К сожалению, перелезть мешала колючая проволока, но я сомневался, что вытянутый в тонкую ниточку металл с заострёнными концами меня остановит. Я вздохнул и… Полез. Благо, до того мне уже доводилось лазить, где только возможно. Через заборы, по пожарным лестницам, по трубам, а потому ловкости должно было хватить. И наблюдательности: я обратил внимание, что верхние концы опор забора не прикрыты колючкой. Взявшись за неё рукой, я начал медленно перелезать, будто вступая в настоящий бой с препятствием и увенчивавшей его колючей проволокой. Каждая ранка, которую я получал по неосторожности, в спешке отдавалась противной режущей болью, я чувствовал, как по ладоням начинают сочиться мельчайшие капельки крови. Вдобавок, я едва не сорвался вниз, успев вцепиться в ограждение. Не очень удачно, ведь я умудрился снова пораниться небольшим шипом колючей проволоки. Была и другая проблема — грохот и лязг металла ограждения наверняка привлёк внимание. Буквально кубарем я упал вниз и моментально отбежал за ближайшее здание, смотря, как охранники в чёрной форме, кепках и с дубинками побежали туда, где я только что был. Сердце неимоверно колотилось, разрывая меня изнутри, лёгкие жгло от отсутствия кислорода, а раны болезненно ныли. Во рту, который я зажал, боясь издать лишний звук в такой опасной ситуации, чувствовался противный привкус металла — то ли от того, что я ощупал каждый сантиметр этого забора, пока перелезал, то ли от попавшей на губы и язык крови. Вскоре, охранники ушли, видимо, решив, что им показалось. Как хорошо, что руки я не прокалывал, а просто цеплялся за острые кончики, не оставляя следов — поэтому я быстрым шагом направился вперёд, уже по ходу соображая, что я буду говорить и как делать. Немного походив, я нашёл одну из девушек команды, которая опиралась спиной на большие грузовые контейнеры, хотя, признаться честно, издалека принял её за парня из-за чрезмерно короткой стрижки. Тем не менее, подойдя ближе, я увидел аккуратные и нежные черты лица, однозначно присущие только девушкам, очертания груди под сложенными руками и вполне себе женскую одежду. Конечно, в США сейчас кого только не встретишь, но, однозначно, это была представительница прекрасного пола. Даже по-своему милая. — Простите… Неуверенно сказал я по-японски, привлекая внимание. Девушка повернулась на меня и секунду смотрела, ничего не говоря. — Что тебе нужно? — послышалось в ответ, и только сейчас я обратил внимание, что она жуёт жвачку — Как ты сюда попал? Как я ожидал, ответ с её стороны был весьма холодным. И не то, чтобы я этого не предполагал, учитывая, как этих девушек-танкисток встречала толпа, я уверен, у них есть много поехавших фанатов, что готовы хоть землю прогрызть, лишь бы поговорить со своими любимицами. И тем не менее, ей я решил всё-таки не выкладывать все подробности о своей биографии — наверное, просто боялся. Боялся ли отказа или просто стеснялся грузить её ненужными деталями — не знаю. Или просто потому, что мне так хотелось поговорить именно с той девушкой… И в этом чувствовал некую неловкость перед этой, что стояла возле меня. — Залез… — честно признался я — Разрешите… Мне поговорить с вашим командиром. — Зачем? — также спокойно и твёрдо спросила она, хоть я и не понял, на какую из частей моего ответа был этот вопрос. Вдохнув, я поднял глаза. — Мне нужна помощь. — Помощь? — сказала она и надула пузырь из жвачки. Почему-то я пожалел, что при уходе не прикарманил пачку резинки у дяди Фреда и сейчас не жую её, чтобы сделать точно так же и хоть как-то расположить сию девушку к себе. Она смерила меня подозрительным взглядом и обратила внимание на помятую и в одном месте даже порванную во время штурма забора одежду, словно забыв про свой предыдущий вопрос. — Где успел? — Да пока сюда шёл, — я обернулся, чтобы посмотреть, не слышит ли нас охрана — Ну… Пожалуйста, всё-таки, можно поговорить с командиром? — Если хочешь дождаться ответа, будь здесь, — сказала она, как мне показалось, уклончиво. И, опять же, я не мог её обвинять. Она стояла, никого не трогала, как вдруг неизвестно откуда сваливается парень в рваной одежде просит её соединить с командиром. А если какой фанат или, того хуже, маньяк? Я бы на её месте не хотел подставлять подругу и товарища от слова совсем. Тем не менее, это понимание сильно коррелировало хотя бы с тем, зачем вообще я здесь — если она не захочет сейчас передавать данные о странном незнакомце, то зачем я вообще сюда ехал? И опять назад, в серость и уныние… Ну уж нет! Я, что, зря свою кожу раздирал на колючке?! Пока ждал, я положил на землю рюкзак и сел на него. Внутри уже было пусто: единственное, что я собой взял, так это большую бутылку газировки, которая была уже почти пуста. Обычно я экономил такие вещи, однако сейчас из-за волнения хотелось постоянно пить. Я чувствовал некоторую неловкость перед девушкой, которую встретил, однако ничего поделать уже не мог. Я испытывал страх, причину которого наконец понял: помимо страха за успех своего плана, я боялся и нового, неизведанного для меня. К тому же, только сейчас я задумался, что же почувствует моя семья. Всё-таки они, наверняка, переживают, пусть и, всё же, только когда случается крайний случай в виде привода в полицию или исчезновения. Может, следовало хоть записку оставить? Но, с другой стороны, я и не планировал, что ломанусь вот так бежать, а лишь думал посмотреть на корабль и погулять… Сложно всё это оказалось для меня. Наверное, стоило бы планировать свою жизнь чуточку лучше, чем «ой, ладно, прокатит!». Возможно. Не знаю. Как не знаю, сколько я так сидел на рюкзаке, пялясь то в небо, то на контейнеры или в землю, осматривая руки с засохшей на ладонях кровью, то разглядывая запачкавшиеся кеды и джинсы с дыркой от забора. Однако, через секунду я услышал шаги. Бежать было поздно, если это идёт охранник. Но что-то мне подсказывало, что походка для него слишком мягкая и неспешная. А я ведь даже не подумал, что меня могут сдать… — Тебе нужна была помощь? — послышался мягкий голос незнакомой девушки. От неожиданности я резко повернул голову… И обомлел. Это действительно была командир. Та самая, которую я видел и по телеку, и на танке. Она всё-таки пришла ко мне?.. — Д-да… — несколько растерянно сказал я и поднялся, отряхивая рюкзак. — В чём же? — она с некоторым подозрением оглядела меня. — Ну… В общем, — я выдохнул, решив больше не тянуть — Можете ли вы пустить меня на корабль? — Что? — глаза девушки расширились от удивления. — Понимаете ли… Я пытался подобрать слова, чтобы они подкрепили мою просьбу и при этом не выглядели как жалоба или, того хуже, нытьё. Надо было просто донести до девушки информацию, почему я так сделал и зачем мне на корабль. — Здесь я не могу жить, — начал я — Этот город не самый плохой, но мне тут тяжело. Правильнее было бы сказать «не хочу», но это едва ли подтолкнёт командира к нужному решению. — Все люди вокруг меня какие-то… Не такие. Они испорченные. Они думают только о странных низменных удовольствиях, замене реальности, они живут, закрывшись в своей реальности, отделённой от остальных. Даже моя семья. Раньше они заботились обо мне, но теперь, когда появились младшие братья и сёстры, я всё-таки выпал из их жизни. Потерял школу, потерял нормальных друзей, зато обрёл странных товарищей, рядом с которыми находиться просто не могу. Нет, всё-таки, это походило на обыкновенное нытьё юного идеалиста и школьника, который якобы уже разочаровался во всём. Мир мусор, нам надо всё уничтожить… Но я уже не хотел останавливаться. Я хотел просто выговориться ей, может, даже уже и не с целью убедить, а просто рассказать о себе, излить душу, а потом уже хоть в полицию, хоть назад — для меня уже будет светлая страничка в истории. И останется её образ, который я буду вспоминать, если мне будет снова нелегко. — Да и дни серые, каждый похож на другой… Я не могу себе позволить разнообразия и саморазвития, ведь у меня нет даже среднего образования, мне неоткуда взять деньги. Я не знаю, кто в этом виноват, и не хочу сейчас искать его. Мне просто хочется жить по-другому… Я спохватился. — В общем, я был бы счастлив, если смогу хотя бы немного побыть у вас. Наверное, я и пригожусь где-нибудь, пусть и умею не очень много… Выражение лица Кей изменилось. Из озадаченного и вопросительного оно стало спокойным, несколько задумчивым, а в её взгляде чувствовалось некое сочувствие. Я хотел верить, что мне не кажется и это так. Наконец, чуть помолчав, она заговорила. — Но… Разве твоя семья не будет волноваться? Ведь ты в ней не изгой? — Верно, но… — я вздохнул — Видишь ли, я не очень понимаю их. Они спохватываются обо мне только когда что-то произойдёт. — И тебе их не жалко? Я вздохнул. В словах её было более, чем достаточно смысла, однако тут как нельзя некстати пришла в голову мысль нелюбимого мною Джеффа. — Но сильно ли им было меня жалко? Тут, к сожалению, так… — Я не знаю, — девушка посерьёзнела — Я попробую что-нибудь придумать… Покажи пока руки. — М? — Руки покажи, — она усмехнулась. — Ну вот… Я поднял на неё свои израненные ладони. — Какой ужас, — девушка резко развернулась и пошла в сторону — Стой тут, я сейчас буду. Я не успел ничего сообразить, как она исчезла за углом. Это «покажи руки» меня окончательно сбило с толку. Становилось всё сложнее понимать, что происходит и есть ли у меня хоть какой-то шанс. Однако, только я задумался об этом, как вернулась девушка-командир. — Давай руки. — Да зачем тебе мои руки? — усмехнулся я, стараясь казаться спокойным, хоть и волнение будоражило меня изнутри. — Ты так и будешь израненный? — она тоже издала смешок. — Ну… Ладно… — несколько сконфуженно сказал я и протянул ей руки ладонями вверх. Я даже не знал, что и думать. Искорка заботливости и нежности мелькнула в глазах девушки, отчего я не посмел двинуться. В руках её я только сейчас увидел небольшой красный пакетик, который тут же полетел на мой брошенный рядом рюкзак. Я спокойно стоял и смотрел, как она обрабатывает мои раны после неравной битвы с колючкой. После недолгого пощипывания от антисептика, я почувствовал аккуратные и лёгкие касания — девушка, взяв салфетку, аккуратно вытирает мою кожу от засохшей крови и мелких точек грязи. Её движения, наверное, выработанные во время боёв на танках, были аккуратны и точны. Когда же мои руки были очищены, она взяла белоснежный, словно её рубашка, бинт, и аккуратно перевязала обе ладони, а парочку небольших царапин на пальцах заклеила пластырем. — Готово, — самодовольно хмыкнула она, лёгким движением сложив мои пальцы на левой руке в кулак. — Спасибо… Тебе, — улыбнулся я как можно приветливее и мягче. Ко мне пришло приятное чувство, которое не возвращалось уже очень давно — я почувствовал с её сторону заботу. Простая и искренняя, о парне, которого она видит в первый раз и который мог бы и сам всё это сделать. Но она решила помочь. И был ей благодарен даже за это, не столько за обработанные раны, сколько за данную надежду на то, что всё будет хорошо. Когда же она убрала аптечку за спину, то тут же стала чуть более серьёзной. — В общем, слушай, — сказала девушка — Я не могу провести на корабль. И, словно бы не давая мне расстроиться и поникнуть, быстро продолжила говорить дальше. — Иначе у меня будут проблемы с законодательством, как американским, так и японским. Ведь тогда ты будешь нелегальным мигрантом. «Нелегальным мигрантом» звучало довольно необычно, словно она меня собралась выводить из какого-нибудь Ирака прямиком в Америку. Несмотря на это, я понимал, о чём она. Самое распоследнее, что мне сейчас хотелось — своими глупыми желаниями подставлять эту прекрасную девушку. Я продолжаю с волнительной пустотой внутри слушать, что же она скажет и есть ли у меня шанс. — …поэтому тебе придётся сделать это самому, — сказала командир — Пробраться незаметно на корабль, чтобы тебя никто не поймал. Она поправила прядь своих блестящих волос. — Если сможешь, — девушка улыбнулась — тебя едва ли будет кто-то искать на борту, да и спрятаться там легко. Когда заберёшься, поднимайся на палубу — и найдёшь меня. Хитро подмигнув, она чуть склонила голову вбок и показала большой палец. — Меня зовут Кей. — Приятно познакомиться, Кей, — сказал я, поняв, что до того момента мы даже не знали имён друг друга — Меня зовут Сайлэнт… То есть, это кличка. Моё настоящее имя — Ясаси. — Ого, — она усмехнулась — Ты японец? — Только наполовину, — вздохнул я. — Ничего, — девушка снова подмигнула — Мы всем рады. Она развернулась и пошла, а я так и смотрел на неё и на её лёгкую походку. Замечательная девушка. Просто замечательная. Меня до сих пор не отпускала приятная и будоражащая сознание мысль о том, что она мне действительно помогла буквально просто так. Выслушала, поняла, разобралась и с руками, и с более глобальной проблемой. И почему-то казалось, что она не настолько бессердечна, чтобы бросить меня в самый опасный момент, если охрана корабля всё же поймает. Наверное… Впервые за долгое время мне хотелось просто довериться кому-то и не опасаться быть подведённым. Спустя некоторое время я уже продумал план проникновения на корабль: я видел постоянно снующие туда-сюда грузовые машины с коробками и понял, что это было бы идеальной возможностью. Один из них остановился, его кузов сзади был открыт, словно у армейского грузовика. Подбежав, я оглянулся, но никого, хоть сколько-то похожего на работника порта или патрульного не обнаружил. В следующую секунду я крепко схватился за борт машины, резкое движение — на миг зависнув в воздухе, я перекинул ноги в салон, по неосторожности зацепив коробку, однако, ничего ей не сделав. Оказавшись внутри, я быстро забился между дальним грузом в виде картонной коробки с какой-то едой и стенкой грузовика, а потом затих. Сердце после длительного бега и волнения вновь стучало, словно молот, а недавний недостаток воздуха опять давал о себе знать, будто скребя по лёгким. Однако, я не стал уделять этому много внимания. Нормально отдышусь я только на этом огромном корабле. Грузовик тронулся довольно резким рывком, из-за чего все коробки содрогнулись. Я аккуратно выглядывал из-за них назад, боясь, что-то сюда может кто-то смотреть. Однако, никто даже не думал этого делать, мимо проплывали лишь бетонные и кирпичные постройки порта, контейнеры и другие такие же грузовички. А потом и это пропало, после длинной серой дороги свет внезапно сменился, будто потускнел, а назад уплывала огромная прямоугольная скруглённая арка. Вот оно!.. Точно оно!.. Я аккуратно подполз к заднему борту и едва выглянул из кузова. Огромный ангар, забитый машинами и грузами, в высоту, наверное, метров 20, не меньше. С его потолка свисали массивные лампы, которые, наверное, для освещения такого монструозного пространства, должны были быть как минимум прожекторами. По стенам шли металлические мостки, по которым перемещались какие-то люди, вдоль них — кучи аккуратно уложенных проводов. Оценив обстановку, я решился, и, так как скорость грузовика была мала, спрыгнул. Тут всё получилось куда более ловко, и я, сгруппировавшись как следует, даже не растянулся на дороге. Я уже не помню, как оказался на лестнице: практически сразу я рванул куда-то в лабиринт грузовиков, коробок, ящиков, бочек и прочих объектов инфраструктуры вперёд, нацеливаясь на лестницу. Когда я пробегал мимо пары человек, поймал на себе подозрительный взгляд, но никакой тревоги или чего-либо ещё не было. На корабле, конечно же, пересекаясь с человеком взглядом, я почувствовал, как всё сжимается внутри от ужаса, что это может быть конец моему проникновению. Однако, никто на меня не реагировал. Абсолютно. Нормально я пришёл в себя лишь в каком-то металлическом коридорчике, по верху которого шли странные трубы и кабели, хватая ртом воздух, словно его было очень мало и упираясь руками в колени, а пот стекал по лбу и щекам. Ужас… Показываться в таком виде перед Кей, конечно, не хотелось бы, но что поделать. Надеюсь, здесь будет место, чтобы помыться и привести себя в порядок… Я отправился дальше по лабиринтам коридоров и комнат, каких-то огромных ангаров и залов, между которыми стояли массивные гермодвери с задвижками и рычагами. Постоянно здесь ходили какие-то люди и чаще всего — девушки в таких же белых рубашках, красных юбках и серых пиджаках, как и Кей. Только вот командира я среди них не встречал, и это меня несколько печалило и тревожило, но одновременно радовало, что у меня будет возможность хоть немного привести себя в божеский вид. Вскоре я поднялся… И оказался на улице. На самой настоящей улочке, как у нас в городе: небольшие дома с окошками стояли по бокам от довольно широких проспектов, по которым иногда ездили машины. Зелёные насаждения украшали местность, иногда образовывая даже самые настоящие живые изгороди, аккуратно подстриженные и выровненные. Я шёл и оглядывался, поражаясь тому, что, без преувеличений, на корабле был размещён целый город… Такой город, в котором мне бы хотелось остаться. *** И вот, снова я здесь. Как тогда, когда в первый раз говорил с Кей на борту корабля — именно тут, на набережной в небольшом кусочке города на левом борту. Сейчас этот гордый школоносец держал путь куда-то на север. Это легко вычислялось, ведь именно по левому борту пылал всеми возможными и даже, казалось бы, невозможными красками закат. Солнце медленно опускалось за горизонт, уже не так чётко очерченный водной гладью. Оттенки же неба менялись от этого огромного диска света дальше, превращаясь в светло-жёлтые и пылающие красные, розовые, а далее, уже где-то почти у меня над головой, — в голубовато-синие, что уже там, с другой стороны, сменялись темнотой, усыпанной белыми точками звёзд. И даже причина моего появления тут та же. Я жду Кей. Сегодня у неё было много дел в школе, как по учёбе, так и по танковому клубу, поэтому, к сожалению, весь день мы не виделись. И от того я ещё сильнее скучал по ней — хотелось скорее обнять эту милую нежную девочку, весело поболтать о чём-то и просто забыться. Пусть и причин сейчас была куда меньше, чем раньше.  — Хэй, Беглец, — послышался женский голос рядом — Ты чего тут? Я обернулся. И пусть это была не командир, я всё равно был рад видеть подошедшую девушку — Наоми. После нашей первой встречи я ещё довольно долго испытывал неловкость за странно составленную просьбу, да и за то, что подумал, будто она парень. Хотя теперь, когда мы немного пообщались, даже сдружились, такие странные мысли меня преследовать перестали, и отныне они были лишь забавным воспоминанием.  — Гуляю, — с усмешкой сказал я — На закат любуюсь.  — Какой романтик, — девушка хихикнула.  — Какой есть, — я развёл руками и усмехнулся, опираясь о бортик — Но разве это не красиво?  — Красиво, красиво, — Наоми улыбнулась, очень здорово напомнив Кей. Несколько секунд мы простояли в тишине. Никакой неловкости или напряжённости не чувствовалось — наверное потому, что и встретились тут случайно и были увлечены больше своими мыслями, нежели желанием строить полноценный диалог. Украдкой, тем не менее, я взглянул на девушку — что-то всё-таки в ней было особенное, милое, я бы даже сказал.  — Вот скажи мне, Игэити… — обратилась ко мне по фамилии девушка — Вот что ты делаешь целыми днями? Я смерил её подозрительным взглядом, который она тут же поняла и решила сформулировать вопрос так, чтобы на него было удобнее отвечать.  — Ты же не учишься, и, вроде, не работаешь — но тебя целый день обычно не видно. Не дома же дрыхнешь?  — Ну, тут ты не совсем права, — я тоже широко улыбнулся — Не просто ж так я сюда перебрался. Я посмотрел на Наоми, которая теперь выглядела немного заинтересованной. Хоть и я был несколько удивлён, что она действительно спросила о том, чем я занимаюсь, а не ради того, чтобы просто поддержать разговор.  — Помнишь, я сказал, что мне нужна помощь?  — Странно не помнить.  — Ну вот… Одной из проблем было в том, что я потерял школу у себя дома и не мог вернуться. Пришлось подрабатывать, — я развёл руками — Ну, а как я сюда попал, Кей предложила иногда приходить и хоть чему-то учиться. Ну и плюс помогаю, если надо. Можно сказать, отплачиваю за проживание. Я вновь усмехнулся. Наоми слушала молча, не перебивала, а под конец всё-таки снова заулыбалась и прищурилась.  — Вот оно что… И как «учёба»?  — Лучше, чем ничего.  — Хех. Понятно, — она засунула руки в карманы пиджака — Кей… То есть, теперь она для тебя не просто «командир»? Она хитро хмыкнула, и мне не понравилось, куда это идёт. Ещё не хватало, чтобы приближённая моей девушки о чём-то догадалась! Я прищурился.  — Просто уже по званию как-то… Неудобно, что ли. После того, что она для меня сделала.  — Да не напрягайся, — рассмеялась девушка — Я понимаю. Снова пауза, снова несколько минут вынужденного молчания, что, впрочем, меня опять не расстраивало. Тем более, я призадумался и вспомнил наш первый раз с Кей… Всю ту страсть, нежность, некоторое смущение от первого контакта наших тел, все те сладкие стоны и наполняющее тело удовольствие. Я почувствовал, как щёки покрылись румянцем и потому отвернулся — на фоне закатного неба и так не было бы заметно, но всё-таки, мне не хотелось, чтобы Наоми увидела, что я чем-то смущён.  — Кстати, — тут же заговорила она, стоило мне о том подумать — Ты тут явно не гуляешь. Ждёшь кого поди?  — Эй, с чего взяла?! — вырвалось резко у меня, и я тут же спохватился — Кхм-кхм… Почему ты так думаешь?  — Женская интуиция, — хихикнула она.  — Знаем мы вашу «женскую интуицию», — парировал я — Особенно ту, что у Алисы.  — Так, не уходи от темы, — видя, что я попался, сказала девушка — Кого ждёшь, давай, колись.  — Ну… — я вздохнул и улыбнулся — Кей жду. И прежде, чем Наоми успела вставить что-либо, я поднял указательный палец.  — По деловому вопросу моей учёбы!  — Верю, верю, — она похлопала меня по плечу — Ладно, не буду мешать. Решайте свои вопросы.  — Только по учёбе!  — Да-да. Последний раз хмыкнув, Наоми развернулась и, дружелюбно помахав рукой, пошла по борту дальше. Обычно она была спокойной, но, видимо, чувствуя, что может немного поиздеваться надо мной и подразнить на тему двусмысленности ситуации, решила дать себе волю. И, честно, как и в случае с Кей, это было даже не обидно. Лишь тот факт, что она, в общем-то, права, добавлял неловкости. Издалека я заметил и ту, что, наконец, заставила моё сердечко биться. Кей шла по улице, странно положив руку на шею. «Танковая» форма сменилась обычной школьной «Сандерса», её чёрный галстучек развевался на ветру. Рядом в абсолютно такой же одежде шагала девочка с каштановыми волосами, заплетёнными в два хвостика — Алиса. Та самая, которая реализовала на практике «женскую интуицию». Я не мог не улыбнуться, вспоминая, как Кей про это рассказывала. Через некоторое время они, наговорившись, разошлись. Кей помахала рукой сначала ей, провожая дальше, а сама направилась ко мне, тем же жестом приветствуя уже меня.  — Кей!.. — обрадованно воскликнул я.  — Привет, Ясаси, — она нежно улыбнулась, давая заключить себя в приветственные объятия. Спустя несколько минут мы стояли с ней у бортика, любуясь гладью воды, что буквально горела закатом. Кей опиралась на перила и смотрела куда-то вдаль. Ветер действительно красиво трепал её волосы, из-за чего девушке приходилось придерживать их рукой, иначе бы они просто постоянно закрывали ей лицо. Иногда же, впрочем, я испытывал обратное желание: закрыть глаза, обнять девочку и просто уткнуться лицом в эти мягкие светлые волосы, так нежно пахнущие прекрасными цветами.  — Ну, как у тебя дела? — первой заговорила Кей, повернув на меня голову.  — Хорошо, — я кивнул — Недавно вспоминал, как мы в первый раз тут с тобой встретились…  — Именно тут? — она улыбнулась, на этот раз просто нежно и по-доброму, наверное, вспомнив этот момент — Да, это было необычно… Она чуть помолчала, после чего её улыбка сменилась на хитрую.  — Ведь и не подумала тогда, что влюблюсь, как в первый раз. Когда настала пауза, я решился спросить то, что меня интересовало всё то время, пока девушка шла с Алисой.  — Кей, слушай… А чего ты так рукой шею прикрывала?  — А, это? — девушка вдруг хитро улыбнулась. Положив руку на свою шейку, она скользнула ладонь чуть ниже, к плечу, после чего наклонила голову, вытягивая шею. Лицо Кей приняло хитрое выражение, словно у лисички, и она подмигнула мне.  — Видишь?  — Вижу, — с улыбкой кивнул я. Теперь стало понятно, что же она так усиленно скрывала — в одном месте на её шелковистой коже ближе к плечику темнел след от моего поцелуя.  — Прошу прощения, я не хотел.  — Не волнуйся, — она снова мне подмигнула — Я не против. Просто приходится скрывать от таких людей, как Алиса…  — А что с ней не так? — настороженно спросил я.  — Она про такие вещи много знает, — в голосе Кей послышались игривые нотки — Думаю, быстро поймёт, где я такую «метку» получила.  — А, вот оно что… Не то, чтобы я был удивлён. В конце концов, о неудачном романе Алисы были наслышаны многие, и, честно говоря, мне было её очень жаль. Всё-таки, несмотря на сложный характер, она заслуживала любви. Как и Наоми… А у неё, интересно, есть парень?  — А, кстати… — сказал я, вспомнив об этой девушке.  — М?  — Наоми, кажись, догадалась, что ты заботишься обо мне не просто так. Кей сначала показалась растерянной и непонимающей, однако, затем снова заулыбалась.  — Ах, это. Расслабься, я ей всё-таки по секрету рассказала.  — Да? — зачем-то переспросил я.  — Ага. Не думаю, что она будет излишне говорить об этом… Так вот, почему у неё были такие странные вопросы. Знала обо всём и дразнила меня, наверняка, смеясь, как я нелепо пытаюсь выкрутиться. Солнце уже почти село. Лишь его краешек выглядывал из-за бескрайнего моря, а небо стало совсем красно-розовым, вытеснив все оттенки жёлтого ближе к горизонту. А их самих уже давила железной поступью вступающая в свои права ночь с на удивление яркими звёздами. Кей стояла у бортика и любовалась водой: на ней даже отсюда была заметна лёгкая рябь и волны, как от нашего корабля, так и прибегающие издалека, да и в целом от постоянного колыхающегося моря. Я же аккуратно подошёл сзади и обнял её, положив руки на талию — и девушка явно была не против, положив свои ладони на мои. — Спасибо тебе… Ещё раз, — сказал я нежно и мягко, закрыв глаза и опустив голову на плечо. — Да не за что… — Нет, правда, — продолжал я тихо говорить — Спасибо за всё. За то, что помогла тогда, за то, что смогла устроить на корабле… И за то, что полюбила. — Сложно было не влюбиться, — хихикнула Кей. — И я благодарен за это, — такой же усмешкой я ответил я ей — …и ведь на этом же месте ты мне и призналась, не так ли? — Угу. Не ожидал услышать такое от девушки, да? — я почувствовал, что Кей ещё сильнее прижалась ко мне. — Совсем не ожидал. На самом деле это был тот момент, когда я, уже привыкающий быть открытым и нестеснительным, в один момент залился краской. Когда услышал её игриво-ласковое «люблю я тебя, дурачок», как она аккуратно извлекла из-под пиджачка любовный подарок в виде шоколадки, обвязанной розовой ленточкой и протянула мне… Я даже не мог себе представить такую ситуацию в какой-нибудь романтической истории или сериале, не говоря уж про реальную жизнь, и тем более не думая о том, что она произойдёт со мной! Мы ещё долго стояли, обнявшись и смотря вдаль. Солнце уже совсем село, закат угасал, словно раскалённое железо, что постепенно остывает и темнеет. На километры, десятки, если не сотни километров вокруг не было видно вообще никого, словно весь мир решил оставить нас в своём измерении, где ничего не должно нам мешать. Не должно и не будет. Я уверен, что теперь, когда мы с Кей так близки, нет такого препятствия, что невозможно преодолеть вместе. А если не получится с первого раза, я знаю, что всегда можно вернуться уставшим и упасть головой на её колени, заснуть под ласку, набираясь сил для следующей попытки. И Кей может прийти ко мне, прося нежности, заботы, защиты… Теперь понимаю, что за неё прыгну хоть за борт, хоть под танк. Или хотя бы поддержу в следующей её танковой битве.