Глава 24. Богиня или человек

Подобрав мечи, я схватил Рейну за руку и поспешил на улицу. Блондинка уже успела покинуть набережную и углубилась в город. Я потянул Рейну за собой, пытаясь нагнать девушку. — Ты можешь объяснить, что случилось? — недовольно спросила дочь Беллоны, едва поспевая за мной. — Я видел, как глаза той девушки почернели, — протараторил я. Мы догнали блондинку и, держа дистанцию, последовали за ней. — Может, тебе показалось? — неуверенно произнесла претор. — Нет, Рейна. Я знаю, что я видел. Она не человек, я уверен! — твердо сказал я, буравя взглядом спину блондинки. Она спокойно шагала по улице, не обращая никакого внимания на окружающих. Ничего подозрительного. Но лицо Рейны исказила тревога, она мне поверила! — И что будем делать? — тихо спросила она. Хороший вопрос. Не нападать же на блондинку прямо посреди дороги. Да и все-таки оставался какой-то шанс, что мне показалось, и она на самом деле человек. — Давай за мной! — решительно сказал я девушке. Я протянул Рейне один из мечей и ускорился. Нагнав блондинку я схватил ее за предплечье и с силой потянул за собой. Благо народа вокруг почти нет, а то точно бы возникли ненужные вопросы. — В чем дело?! — удивленно воскликнула девушка. Она сделала попытку вырвать руку, но я крепко держал ее. Ничего не говоря, я поспешно завел ее в какой-то безлюдный двор и прижал к стене дома. Обнажив меч - в этот раз она его увидела, и ее глаза округлились от шока - я приставил клинок к ее горлу. Она вжалась в стену, испуганно смотря на меня и нервно сжимая лямку небольшого рюкзака. Нас нагнала Рейна, с тревогой поглядывая то на меня, то на девушку. — Кто ты такая?! — громко спросил я. — Я... — девушка проглотила слюну, поглядывая на меч. — Меня зовут Эбигейл, я из Лос-Андже... — Я не об этом спрашиваю! — перебил я. — Я видел, как твои глаза стали черными. Ты монстр? Бог? Кто? — Я не понимаю, о чем вы говорите. Я обычная студентка, сейчас путешествую по стране, — в глазах девушки метался ужас, она нервно тараторила. — Вчера была в Портленде, сейчас остановилась в Сакраменто, завтра отправляюсь в Сан-Франциско, хочу посмотреть на мост Золотые Ворота. — Паш, может... — неуверенно сказала Рейна. — Я знаю, что делаю, Рейна. Не мешай, пожалуйста, — твердо сказала я претору и снова перевел взгляд на испуганную девушку. — Ты следишь за нами? — Слежу? Нет! Если вы про ту заправку, то это просто совпадение. Правда! Я даже не знаю вас! — ее голос задрожал, на глазах девушки выступили слезы. — Забирайте деньги, все, что угодно, только отпустите меня, пожалуйста! — она попыталась отстраниться от меча, бочком отходя в сторону. — Стой на месте! — я прижал клинок к ее сонной артерии, девушка покорно остановилась, робко смотря на меня. Я внимательно смотрел в ее глаза, надеясь увидеть хоть намек на черноту. Но нет, глаза оставались карими. Никакого намека на то, что она не человек, в глазах лишь страх и паника. — Паш, остановись! — Рейна взяла меня за руку с мечом и слегка надавила, заставляя убрать клинок от шеи девушки. — Тебе просто показалось, она обычный человек. Отпусти ее! Меня охватило сомнение. Может, она действительно обычная смертная? Монстр или бог явно стал бы сопротивляться. Неужели мне действительно показалось? Да, она увидела мечи в этот раз, но трудно не заметить клинок, когда он упирается тебе в шею. В этих испуганных, полных ужаса глазах я не видел никаких признаков, что она принадлежит к миру сверхъестественных существ. В сомнениях я медленно опустил меч, и девушка облегченно вздохнула. А может?.. Прости меня, Эбигейл, если это действительно ты, но я должен убедиться на сто процентов. И похоже, есть только один способ. Я быстро взял ее за руку и резко провел лезвием по ладони. Из пореза выступил... ихор! Я в шоке поднял глаза на лицо блондинки. В следующее мгновение ее лицо разгладилось, от испуга не осталось и следа. Ужас в глазах в секунду сменился гневом. Краем глаза я заметил, как в ступоре замерла Рейна, напрягшись. В следующую секунду богиня сжала руку, которую я держал, в кулак и с силой ударила меня в грудь. Дыхание на мгновение перехватило, я машинально отступил на пару шагов. Рейна вскинула меч, но блондинка тут же с силой оттолкнула от себя претора, так что она выронила меч и отлетела на несколько метров, упав на землю. Я поспешно встал между богиней и Рейной, поднимая меч и готовясь вступить в бой. — Неплохо, — кивнула богиня, слегка улыбнувшись. — Ты явно хорошо видишь сквозь Туман, смертный. А я, признаться, надеялась остаться незамеченной. Только зря вы пошли по этому пути, мы могли бы спокойно разминуться. А теперь... — Несколько дней назад я отправил Диониса в Тартар, дорогуша! — хрипло сказал я, перебивая ее. — Неужели ты сейчас правда на что-то надеешься?! — Дионис... одно только название - олимпиец! — усмехнулась богиня и гневно посмотрела на меня. — Мальчик, ты ведь и понятия не имеешь, с кем связался! — Да мне как-то все равно! — развел я руками. — Какая-то богиня шлюх уж точно не составит для меня проблем! Я шагнул вперед и взмахнул мечом, собираясь одним движением обезглавить богиню. Ага, не тут-то было, мои слова явно задели ее. Глаза богини вспыхнули черным - даже белков не осталось - и когда мой меч был уже в нескольких сантиметрах от ее шеи, клинок вдруг превратился в розу. Я на секунду замер, недоуменно смотря на цветок, секунду назад бывший смертоносным оружием, и в шоке перевел взгляд на девушку, чувствуя, что мной овладевает страх. Такого еще никто из богов не делал! Богиня тем временем, пользуясь моим замешательством, подняла руку и сжала ее в кулак, пристально смотря на меня своими черными глазами. В следующую секунду я вдруг почувствовал, что мне нечем дышать. Буквально! Я не мог ни вдохнуть ни выдохнуть, легкие как будто пропали из груди. Открывая рот в бесполезной попытке вдохнуть кислород, я почувствовал, что меня охватывает чудовищная паника. Наверное, это было самое жуткое чувство, что я когда-либо испытывал: ты просто задыхаешься, не можешь вдохнуть воздух и ничего сделать с этим не можешь. Я бессильно упал, чувствуя, что по телу пошли судороги, в глазах потемнело. Я почти уже отключился, но вдруг смог вздохнуть полной грудью, легкие снова наполнились кислородом. Твою мать! Кажется, дышать - это так просто и обыденно! Но сейчас, после такого, это было самое прекрасное, что я когда-либо испытывал! Я поднял взгляд на богиню и понял, что стало причиной моего спасения. Подоспевшая Рейна, пользуясь тем, что черноглазая занята моим убийством, напала на богиню, сбив ее с ног, и тем самым отвлекла ее. Достав наручники, претор быстро накинула браслет на одну руку девушки. Только вот богиня явно не собиралась так быстро сдаваться. Схватив Рейну свободной рукой за волосы, она с силой потянула за них, отчего претор закричала и отчаянно посмотрела на меня. В ее глазах я увидел боль вперемешку с яростью. Блин, это же я попросил ее не завязывать волосы. Если богиня нас не прикончит, Рейна меня точно убьет. Богиня тем временем, схватив болтавшиеся на руке наручники словно кастет, с силой ударила Рейну по лицу, скинув ее с себя. Она ударила мою крошку! Я убью эту тварь! Богиня приподнялась на локтях и снова сжала руку в кулак. Рейна вдруг свернулась калачиком и душераздирающе завопила, прижав руки к голове. Твою ж мать! Я поспешно поднялся на ноги, чувствуя невероятную слабость во всем теле - даже несколько секунд без кислорода, не прошли мимо для организма. Но сейчас нельзя было об этом думать, иначе богиня точно прикончит мою девушку. Я быстро подскочил к лежащей на земле блондинке и с силой ударил ее кулаком по лицу, пытаясь отвлечь от Рейны. Я просто гений! Ударить бога по лицу голой рукой! Премию Дарвина мне, пожалуйста. В следующую секунду я с криком прижал к себе руку, чувство было такое, будто я ударил камень. А ведь с виду такая нежная кожа! Но все получилось как нельзя лучше. Хоть мой удар не причинил богине никакого вреда, она переключила внимание на меня. Рейна перестала кричать, но руки от головы так и не убрала. Но помочь ей я сейчас никак не мог. Богиня поднялась на ноги и уставилась на меня, ее лицо исказила гримаса ярости. Вокруг нее вдруг заклубился черный дым и в следующее мгновение устремился ко мне. В страхе смотря на это безумие, я сделал несколько шагов назад, рыская глазами вокруг себя и пытаясь найти меч, который обронила Рейна. Хотя, учитывая, что богиня сделала с моим клинком, мечи явно были бесполезны. Но, блять! Меня здесь пытаются убить каким-то дымом, а я даже безоружен. Где же он?.. Через пару секунд я заметил валявшийся на земле меч и рванул к нему, быстро поднимая. В следующее мгновение меня вдруг охватило странное чувство, какая-то жуткая слабость. Лоб мгновенно покрылся испариной, меня затошнило. Я посмотрел себе под ноги и увидел, что их полностью покрыл черный дым. Я с тревогой увидел, что дым охватил также и Рейну. Черт возьми, что богиня будет делать?.. Думать времени не было. Стиснув зубы, я шагнул к блондинке сквозь этот дым, но она даже с места не сдвинулась и лишь презрительно улыбнулась. Ну же, я должен, всего несколько шагов. Руки стремительно слабели, меч вдруг стал невероятно тяжелым, чувство было такое, будто он весит целую тонну. Я удержу его, я смогу... нет, не удержу. Меч выпал из моих ослабевших рук и со звоном упал на асфальт. Нет, я победил Диониса, я должен одолеть эту чертову суку. Ради Рейны! Но даже страстное желание защитить Рейну и отомстить богине не помогало - силы катастрофически быстро покидали меня. Собрав волю в кулак, я сделал еще шаг навстречу блондинке, но тут мои ноги словно надломились. Я бессильно упал, черный дым полностью покрыл меня. Чувство было такое, словно он высасывает из меня все жизненные соки. Хотя, почему «словно»? Я видел, как кожа на моих руках морщится и начинает сереть. Последние силы покидали меня, голова закружилась, в глазах потемнело, и я понял - это конец! Нам не одолеть ее, богиня слишком сильна, еще несколько секунд и все будет кончено. Не думал, что мне придет такая мысль на краю смерти, но мне было очень жаль так умирать. Если бы я принял смерть от руки Зевса в схватке один на один было бы хоть не так обидно, а так я умираю от руки какой-то безымянной богини. Но зато рядом со мной любимая девушка... — Паш... — рядом со мной раздался хриплый голос. Сквозь дым я увидел, что Рейна, сжав губы, протягивает мне руку. Черт возьми, как же плохо она выглядит. Кожа скукожилась, лицо побледнело и стало, как у мертвеца. У меня аж все похолодело, когда я увидел ее такой. Но собрав остатки сил, я протянул свою ослабевшую руку к ее. Умереть, держась за руку со своей девочкой... Но оказалось, Рейна, в отличие от меня, протягивает руку не в прощальном жесте. Наши пальцы соприкоснулись, и через меня словно разряд прошел. В меня будто влили бочку жизненных сил! Туман перед глазами рассеялся, голова перестала кружиться, слабость притупилась. Я в шоке посмотрел на Рейну и все понял. Дочь Беллоны... Девушка тут же обмякла и, кажется, потеряла сознание или... Нет, нет, нет! Она не может умереть! Так... не думать об этом, ни в коем случае! Только не сейчас! Вокруг нас по-прежнему клубился черный дым, я почувствовал, что снова начинаю слабеть. Это последний шанс, или все будет кончено! Пользуясь силами, которыми со мной поделилась Рейна, и подпитываемый безумной яростью, я поднялся на ноги. На лице богини промелькнуло удивление. В следующую секунду она нахмурилась, дым стал более густым, и я почувствовал, что слабость усиливается. На поиски меча времени не было, из последних сил я рывком преодолел разделявшее нас с богиней расстояние, сбивая ее с ног. Мы оба упали, богиня тут же вцепилась мне в горло обеими руками. Дыхание перехватило, я машинально попытался разжать ее пальцы, но богиня была слишком сильна для смертного. Хм, интересно, на что я вообще рассчитывал, нападая на нее с голыми руками? Неосознанно я начал наносить удары кулаками, пытаясь отвлечь, но она не обращала на это ни малейшего внимания. Мои удары слабели, я перестал бить богиню, все равно это было бесполезно, и схватил ее за руки, сжимавшие мое горло, в последней попытке освободиться. Перед глазами все поплыло, и где-то на краю сознания я нащупал болтавшиеся на ее руке наручники. Изо всех сил напрягая мышцы шеи, я застегнул браслет на втором запястье богини. Все тут же прекратилось. Краем глаза я заметил, как дым вокруг рассеялся, руки на моей шее ослабли, черные глаза снова стали карими. Но она, казалось, даже не замечала этого и продолжала держать меня за горло, яростно глядя на меня, но хоть я и был невероятно слаб, мне теперь не составило большого труда разжать пальцы богини. Оторвав ее руки от своей шеи, я вздохнул полной грудью и мельком глянул на Рейну. Она все так же лежала без движений, и я почувствовал, как мною овладевает ярость, а глаза застилают слезы. Если она умерла... НЕТ! Я прикончу эту богиню, выверну ее наизнанку! В безумной ярости я сел на нее и начал бить ее по лицу, с удивлением заметив, что от моих ударов есть эффект. Богиня прикрывалась руками, но похоже, наручники заблокировали все ее силы и знатно ослабили. Я продолжал ее колотить, пока не ввел в полубессознательное состояние. Ее губы были в ихоре, она болезненно стонала, но я заставил себя остановиться. В любом случае, кулаками ее не убить, да и все равно она пока без сил, а у меня есть задачи и поважнее. Я быстро поднялся с богини и подскочил к Рейне, лихорадочно осматривая ее. Поспешно положив пальцы ей на сонную артерию, я затаил дыхание, но тут у меня гора с плеч свалилась. Она жива, просто без сознания! Я поспешно отстегнул фляжку с нектаром от пояса девушка. Спасибо, Хилла, за нектар, я твой должник. Уже в который раз! Осторожно приподняв голову Рейны и потихоньку заливая нектар девушке в рот, чтобы она ненароком не захлебнулась, я с волнением вглядывался в ее прекрасное лицо. Щека была до крови ободрана, на скуле красовался большой синяк - удар наручниками не прошел бесследно - клок волос был выдран, лицо жутко покраснело, словно вся кровь прилила к голове. Что богиня хотела с ней сделать? Взорвать ей голову что ли? После увиденного я бы уже не удивился. Девочка моя родная... Я с трепетом смотрел, как кожа Рейны снова разглаживается, раны потихоньку затягиваются, цвет лица возвращается к нормальному оттенку. Через минуту девушка закашлялась и приоткрыла веки, а я с облегчением вздохнул. Спасибо, Господи! Она посмотрела на меня мутными глазами и слабо сжала мою руку. — Все, все, тише, родная. Все уже закончилось, — я тепло улыбнулся, нежно поглаживая ее по щеке. — Мы умерли? — прошептала она. — Если бы все было так просто. Но нет, — лучезарно улыбнулся я и поцеловал ее в лоб. — Родная, если бы не ты, мы бы точно подохли. Ты просто невероятна! Она слабо мне улыбнулась, а я передал ей фляжку. Сзади меня вдруг раздался какой-то шум. Обернувшись, я увидел, что богиня поднялась на ноги и поспешно двинулась со двора, пытаясь удрать. Нет уж, тварь, ты так просто не отделаешься! Я рванул за ней и еле нагнал - она уже почти выбежала на улицу. Схватив ее за плечо, я с силой дернул девушку на себя так, что она упала, и загородил собой выход. Богиня, приподнявшись на локтях, сосредоточенно посмотрела на меня и чуть нахмурилась, но ничего не произошло. На ее лице промелькнула растерянность, в бессильной ярости она смотрела на меня снизу вверх, а я почувствовал, как мои губы расплываются в усмешке. — Можешь не стараться! — тяжело дыша, сказал я. — Эти наручники удержали самого Зевса. И уж тебя-то они точно удержат! — Ненадолго! — зло улыбнулась богиня, сплюнув ихор. От ее слов мне стало очень не по себе. Если она утверждает, что даже эти наручники не удержат ее надолго, тогда дело плохо. Поглядывая на богиню краем глаза, я подошел к Рейне и помог ей подняться. Девушка по-прежнему выглядела слабой, но по крайней мере, пришла в себя, да и раны, вроде, затянулись. — Рейна, все нормально? — с тревогой спросил я, осматривая ее. — Лучше не бывает, — буркнула она и обеспокоенно посмотрела на меня. — Ты-то как? — Просто отлично, — улыбнулся я. — Быть боксерской грушей богини - незабываемое чувство! После всего, что со мной сделала богиня, чувствовал я себя и правда, как выжатый лимон. Пожалуй, это была одна из самых тяжелых схваток, в которой мне довелось учувствовать. Да и эта богиня - явно не просто какое-то малое божество, уж слишком она была сильна. Если бы мы с Рейной друг другу не помогали, и если бы не эти наручники, она бы сто процентов нас прикончила. Мое горло слегка саднило, во рту чувствовался вкус крови, кожа на теле была по-прежнему слегка скукоженной. Надеюсь, она придет в норму, не хотелось бы выглядеть на шестьдесят в семнадцать лет... то есть, в восемнадцать. Блин, не такой подарок я хотел получить на день рождения... Глянув на богиню, со злой улыбкой наблюдавшую за нами, я поднял меч и подошел к этой суке. Уж теперь-то, она ничего не сделает с мечом. Не говоря ни слова, я взмахнул мечом, собираясь прикончить ее, но мою руку вдруг перехватила Рейна. — Паш, подожди! — остановила меня девушка. — Не убивай ее! Мне это что, сейчас послышалось?! Я изумленно посмотрел на Рейну, та напряженно разглядывала лежащую на земле богиню. — Рейна, ты серьезно?! Она из нас чуть ли не отбивные сделала, а ты хочешь оставить ее в живых? — Ты же видел, какой силой она обладает, — настойчиво проговорила дочь Беллоны. — Она может нам пригодится, тем более она сейчас в наручниках и не опасна. Нет, ну если откинуть эмоции и рассудить здраво, то, в принципе, в ее словах была какая-то логика. Нам впервые удалось пленить бога, да еще такого сильного. Понятия не имею, как можно использовать богиню - ну, кроме очевидно пошлых вариантов - но раз уж мы пленили ее, стоило, пожалуй, не торопиться с ее убийством. — Ладно. В принципе, убить ее всегда можно, — неохотно согласился я и перевел взгляд на блондинку. — Кто ты такая? Гера? Деметра? Кто? — Я бы сожрала этих изнеженных шлюх на завтрак, — засмеялась богиня. — Ты Нюкта? — нахмурилась Рейна. Хм, учитывая черные глаза, это вполне могла быть и она. Только если против нас сражается сама богиня ночи, тогда нам точно пиздец! — А вот здесь уже бы меня сожрали на завтрак, — ухмыльнулась девушка. Ну, хоть не она. — Будем продолжать играть в угадайку? — я развел руками. — Богов всего-то несколько сотен. Рано или поздно мы угадаем, кто ты. — Что ж, валяйте! — кивнула блондинка. — Я как раз успею освободиться от этих наручников. Сука! Ну и черт с ней. Если она говорит правду, и наручники надолго ее не удержат, надо что-то решать, а не стоять на месте и гадать. — Возьмем ее с собой в Лагерь Юпитера? — предложил я. Рейна заколебалась. Ее волнение было не беспочвенным. Одно дело поболтать с богиней здесь, а совсем другое - увезти ее с собой. Брать в лагерь враждебно настроенного бога, пусть даже и пленного, было очень опасно. К тому же обладающего такой огромной силой. Если она вдруг освободится от наручников, ей не составит труда перебить всех полубогов. Вот если бы Артемида была в сознании, можно было бы точно рискнуть, но сейчас на нашей стороне даже нет божественной поддержки. — Давай, — неуверенно сказала Рейна, отвлекая меня от мыслей. — Уверена? — Да. Будем начеку, да и убить всегда, если что, сможем. — Ну-ну, удачи! — ухмыльнулась богиня. — Не сомневайся в нас! — заверил я ее, пытаясь скрыть волнение в голосе. Силой подняв богиню, я взял ее за предплечье и повел за собой на улицу. Она не сопротивлялась, и я невольно задумался еще раз, не совершаем ли мы ужасную ошибку, взяв ее с собой? Что если она как раз хочет попасть в лагерь, и мы сами себе готовим ловушку? Ладно, чего гадать, рискнем! Быстрым шагом мы двинулись к Капитолию, где оставили нашу машину. Немногочисленные прохожие подозрительно поглядывали на нас - похоже, Туман не скрывал ни закованную в наручники богиню, ни меч, который я держал в руке. Все это было довольно странно и заставляло сильно нервничать. К счастью, никто нас не останавливал, но на всякий случай, мы все же ускорились. Мало ли, вдруг кто-нибудь вызовет полицию, нам только этих проблем не хватало. Подбежав к машине, я кинул Рейне ключи. Девушка поспешила за руль, а я с богиней сел на заднее сиденье и приставил к ней меч, на всякий случай. Вдруг она действительно освободиться от наручников. — Думаешь, эта зубочистка остановит меня? — усмехнулась богиня. — Думаю, да, — кивнул я, пытаясь вложить в голос уверенность. — И кстати, верни-ка меч обратно! — я показал ей розу, которую подобрал с собой. — Вернуть меч? Но как? — богиня демонстративно удивилась, округлив глаза. — Я ведь в наручниках! Освободите меня, и я с радостью верну вам его! — девушка невинно захлопала ресницами. — Конечно, давай. Отличная сделка! — с сарказмом ответил я нахалке. Ну и черт с ней! В конце концов, есть еще один меч. Я дотронулся до плеча моей девушки, отвлекая ее от дороги. — Рейна, это тебе! — я протянул ей розу. — Ммм... спасибо, — она слегка улыбнулась, забирая цветок. — Ох, как мило, — демонстративно умилилась блондинка. — Я сейчас расплачусь. Надеюсь, у вас есть салфетка? — Может, уже заткнешься?! — Как грубо! — возмутилась богиня. — И где тебя так учили общаться с девушками? — Наверное, в той дыре, где тебя конспирации, — парировал я. — К чему был весь этот цирк, а, Эбигейл из Лос-Анджелеса? Ты же прекрасно поняла, кто мы, еще там, в ресторане. — У тебя явно проблемы с памятью, мальчик. Я ведь уже говорила, сражаться я не собиралась, мы могли бы разойтись, как в море корабли. Я ведь все сделала для этого. Но нет же, вам приспичило помахать кулаками. — Разойтись, как в море корабли?! — засмеялся я. — Напомни-ка мне, дорогуша, это разве мы следили за тобой? Заправка в Элленсберге, теперь здесь. И что же, мы должны были просто закрыть глаза, что за нами следит какая-то чокнутая сука?! — Ты ответишь за эти слова, смертный! — богиня гневно сжала кулаки. — Обещаю, когда я освобожусь, ты будешь первым, кого я убью! — Бла-бла-бла. Если бы мне платили каждый раз, когда я это слышу, я был бы богаче «Амазона», — усмехнулся я. — Зачем ты вообще за нами следила? У тебя ведь явно была тысяча возможностей убить нас. — Может, потому что у меня не было такой цели? — Ага, особенно двадцать минут назад это было очень заметно. Ладно, черт с тобой, не хочешь, не рассказывай. Все равно мы вытянем из тебя все в лагере. — Держи карман шире, — оскалилась богиня и дернула руками в стороны, но наручники держали ее очень крепко. — Что-то мне кажется, твои слова, что ты освободишься от наручников - пустая похвальба, — сказал я, заметив ее неудавшуюся попытку. — Похоже, у тебя не хватает силенок разорвать эти наручники, да, красотка? Богиня яростно посмотрела на меня. Ее глаза вдруг на мгновение вспыхнули черным, я тут же замер и напрягся в тревоге, ожидая чего-то ужасного. Но ничего не произошло, глаза блондинки почти сразу же погасли, снова став карими. Она растерянно опустила взгляд на наручники, на лице промелькнула гримаса отчаяния и бессильной ярости, а я вздохнул с облегчением и снова расслабился. — Паш, хватит ее дразнить, — взволнованно сказала Рейна. — Ты доиграешься. — Можешь считать наручники своим новым украшением, сучка, — зло сказал я богине, не обращая внимания на Рейну. — Скоро у тебя будет масса времени наедине с собой, если мы тебя, конечно, не прикончим. А пока можешь наслаждаться этим мгновением бессилия. — Ты явно упиваешься этим, да, малыш? — блондинка ответила мне гневным взглядом. —Любишь пожестче, не так ли? Поэтому заковал меня? Ну так давай, не останавливайся, я ведь сейчас такая беспомощная. — Нет, дорогуша, я в такие игры играть не буду, — усмехнулся я и глянул на Рейну. — По крайней мере, не с тобой. — Хватит уже! — прикрикнула Рейна. — Еще одно слово, и я засуну в рот кляп. — Согласен, — улыбнулся я. — Может, тогда она заткн... — Обоим! — Рейна недовольно глянула на меня. — Ты не пытаешься разговорить ее, ты просто провоцируешь! Довольно, я сказала! Мы с богиней замолчали, буравя друг друга яростными взглядами. Ну да, я откровенно издевался над ней. Было ли мне стыдно или как-то жаль ее? Нисколько. Эта тварь чуть нас не прикончила, а я еще буду выбирать слова и проявлять к ней уважение? Пошла она в задницу! Но, наверное, Рейна права. Глаза богини на секунду почернели, что не могло не насторожить. Ярость придает сил, по себе знаю. Лучше пока действительно забить на нее и не провоцировать, в лагере уже нормально поговорим. Да уж, устроил, блин, свидание. Что ж все так не вовремя получилось? Почему я не могу провести хоть один день спокойно наедине с Рейной и забыться обо всем? Хотя, надо признать, в словах богини была доля истины. Мы сами напали на нее, она вовсе не вела себя агрессивно. Но, черт возьми, она же не могла просто пить кофе рядом с нами, а потом уйти. Наверняка, она пасёт нас еще с Элленсберга. А может быть, и нет, и это действительно невероятное совпадение - она ведь и тогда не напала на нас. Как бы то ни было, сейчас уже поздно гадать. Богиня у нас, мы пленили ее и везем в Лагерь Юпитера. Поверить не могу... Периодически поглядывая на богиню, сидевшую с насмешливо-нахальным видом, я думал, что делать дальше. Возможно, наручники смогут удержать ее на какое-то время, хотя, если верить богине, ненадолго. Но как можно ее использовать? Попытаться выудить какую-то полезную информацию из нее? Хорошо, допустим. Но что потом? Держать ее взаперти вечно? Ведь даже если мы победим в войне с богами, она явно захочет нам отомстить. Просто убить ее и не париться? Ладно, обсудим это в Лагере Юпитера. Может, что-нибудь придумаем. До Сан-Франциско оставалось чуть меньше сотни километров. Еще час пути и мы, наконец, дома. Практически всю дорогу эта божественная сука не умолкала. Своей болтовней и непрекращающимся глупыми вопросами она просто бесила: как полукровок до сих пор не поубивали боги, если мы ее едва одолели (может быть, потому что не все боги пытаются грохнуть нас каким-то дымом); почему полубоги до сих пор не додумались использовать огнестрельное оружие с пулями из небесной бронзы, а не мечи и копья (а действительно почему? Я ведь и сам об этом не раз думал); как мы думаем, сколько у Зевса детей (ну, учитывая мифы, и то, насколько бог любит совать свой причиндал в девушек, то, наверное, миллион); как вообще Кронос умудрился сожрать своих пятерых детей (хм, надеюсь, хотя бы с кетчупом. Но вопрос действительно хороший, титан ведь не чертов питон); каким образом охотницы, находясь постоянно в лесах, решают проблему с душем, и как они, не имея средств гигиены, справляются с месячными (ммм... что, прости? Спросил бы у Талии или Артемиды, но, боюсь, тогда я не проживу дольше минуты); каким вопросом можно озадачить идиота (ответа я не нашел, и она насмешливо на меня глянула. Интересно, почему? Странно). Рейна хотела было заткнуть ее кляпом, но я уговорил ее этого не делать. Хоть богиня меня и бесила своей наглостью, но заняться все равно было нечем, и я развлекался, как мог, поддерживая эту глупую беседу. Но на рожон больше не лез и откровенно не издевался над ней, хотя желание было велико... Через час мы наконец добрались до туннеля Калдекотт. Припарковавшись рядом со входом в Лагерь Юпитера, мы выбрались из машины и направились ко входу в туннель. Возле него обычно стояли римляне, но сейчас никого не было - когда Рейна созванивалась с центурионами, она дала приказ не разделять ребят. Все равно пара полубогов не сможет, в случае чего, оказать какое-то сопротивление богам, и подвергать ребят лишней опасности было совсем ни к чему. Мы прошли через туннель и наконец увидели лагерь. Долгая дорога подошла к концу! Дионис, амазонки, чокнутая психопатка с дымом - мы со всем справились. Хоть бы так все и оставалось. Но нутром чую, впереди еще немало жути, учитывая, сколько олимпийцев еще живы. На первый взгляд, в лагере все было по-старому, как и во время моего первого прибытия сюда месяц назад еще до войны с богами. Вид на долину по-прежнему захватывал дух, а Лагерь Юпитера все так же выглядел внушительно со своими огромными стенами и прочими защитными сооружениями. — Неплохой вид, — присвистнула богиня, осматриваясь. — Ты ни разу здесь не была? — глянула на нее Рейна. — Как-то не довелось, девочка. — Ну, не все же время находиться на Олимпе. Насладись видом, пока можешь, — я взял ее за руку, и мы направились к лагерю. — Я на Олимпе нечастый гость, — усмехнулась богиня. — Предпочитаю другие места. Я не успел уточнить ее последнюю фразу, ворота лагеря приоткрылись, и нам навстречу вышел десяток вооруженных полубогов. Но, заметив Рейну, все тут же опустили мечи и разразились радостными криками. Вперед вырвались две гончие, серебряная и золотая, и с радостным лаем побежали к нам, заставив меня поежиться. Знаю, они меня не тронут, если только сама Рейна этого не захочет, но меня все равно пугали эти собачки. Полубоги рванули следом за ними к претору, обнимая ее, да и она сама была безумно рада видеть своих римлян. Эх, а меня так никто не встречает. Грустно. Ну да ладно. Полубоги настороженно глядели на богиню, стоящую с насмешливой улыбкой, но стоять здесь целую вечность не стоило, и мы вошли в лагерь, параллельно отвечая на многочисленные вопросы. Через пару минут к нам подбежали центурионы, среди которых мы с удивлением заметили Фрэнка. Парень вместе с остальными, кто нас не предал, прибыл в Лагерь Юпитера пару дней назад. Долгая дорога их явно потрепала не меньше, чем нас, но все были живы, что не могло не радовать. Я оставил пленную богиню в окружении ребят, и пока Рейна раздавала приказания центурионам - обожаю, когда она командует - я направился вглубь лагеря, чувствуя, как с меня словно груз сняли. Хоть мы по-прежнему на войне, но мы дома. Мы с Рейной вместе, с нами все в порядке, а больше ничего и не надо. Шагая по лагерю, я рассматривал все вокруг. Хоть я был здесь всего месяц назад, но ощущение было такое, что прошел целый год. Хотя при нашей текущей жизни месяц идет за год... Многие попадавшиеся мне навстречу полубоги обоих лагерей радостно приветствовали меня, с интересом расспрашивая, как мы добрались. Хм, оказывается, не всем на меня все равно. Казалось, многие уже забыли, что война отчасти началась по моей вине, и никто уже не злился на меня, что, конечно, не могло не радовать. Я сдержанно отвечал на вопросы, но в подробности не вдавался - как-то не было настроения все рассказывать по сто раз. Так как я все равно был сейчас не занят, я решил навестить Артемиду. Все это время я сильно переживал насчет нее, общения с богиней не хватало, и мне не терпелось поскорее увидеть ее. Пусть даже она и без сознания. Продвигаясь к лазарету, я невольно отмечал, как же мало ребят находится в лагере по сравнению с моим первым прибытием сюда. Едва ли наберется полторы сотни, и это с учетом того, что полукровки обоих лагерей были здесь. Сколько же еще ребят поляжет, пока мы победим - если, конечно, победим?.. От ребят я узнал, что Перси и Талия все еще не вернулись из Аида, что не могло не настораживать. Они прислали сообщение, что отправляются в Царство Мертвых три дня назад, когда мы с Рейной еще были у амазонок. Что же с ними там произошло, раз они до сих пор не вернулись? Неужели Аид встретил их враждебно? А что если боги напали на них где-нибудь в дороге? Ответов на эти вопросы у меня не было, оставалось только ждать и надеяться, что с ними все в порядке. Хотя одной надеждой делу не поможешь... Растерянно отвечая на вопросы шагающих рядом полубогов, я погрузился в мрачные мысли, но все же радостно кивнул сидевшим неподалеку Лео и Пайпер. Я с ними не был близок, мы практически не общались, но так как я их достаточно неплохо знал по книгам, то был очень рад, что с ними все в порядке. Из-за так и несостоявшейся войны с Геей, ребята не познакомились с Джейсоном, и я с каким-то внутренним удовлетворением увидел, как Пайпер и Лео держатся за руки. Почему-то я никогда не думал о них в таком ключе, но меня не могло не радовать, что они не остались одни. Глядя, как они сидят вплотную друг к другу, в памяти тут же всплыли все поцелуи в щеку Лео от дочери Афродиты, как они заботились друг о друге на так и не построенном Арго II. Может, они и должны были быть вместе, если бы Гера не вмешалась?.. Как бы то ни было, меня не касались их отношения, это было абсолютно не мое дело, и я поспешил лазарет. Но Артемиды там не было. От детей Аполлона я узнал, что богиню переместили в принципию, в комнату Джейсона, и поспешил к ней. Принципия ничуть не изменилась: мрамор на полу, мозаика на потолке, большой длинный стол посреди комнаты, преторские стулья и небольшие диванчики вокруг него. И все заставлено различными римскими атрибутами: штандартами, знаменами и прочими приблудами, на которые мне было абсолютно наплевать - прости, Рейна. Я поднялся на второй этаж и подошел к бывшей комнате Джейсона. Немного постояв в нерешительности, я все же вошел внутрь и замер, чувствуя, как бешено забилось сердце. — Артемида? — я изумленно посмотрел на сидевшую на кровати девушку. Она действительно очнулась. Но... это была не та богиня, которую я помнил - дерзкая, самоуверенная, излучающая опасность и одновременно холодное спокойствие. Девушка, что сейчас находилась передо мной, выглядела невероятно слабой, будто она пробежала тысячекилометровый марафон, а перед этим провела в коме лет сто. Божественная аура силы, все время исходившая от Артемиды, исчезла. А прекрасные серебристые глаза, всегда приводившие меня в трепет, сильно потускнели. — Паша, — Артемида слабо улыбнулась, заметив меня. Я присел на кровать рядом с девушкой, с беспокойством осматривая ее. Какой же слабой она выглядела. — Ты... Ты давно очнулась? — я проглотил ком в горле. — Еще утром. А вот смогла сесть минут пятнадцать назад, — невесело усмехнулась она и тут же поморщилась. Я даже не улыбнулся в ответ. Глядя на нее, слушая ее тихий и слабый голос, я все окончательно понял. Я давно догадывался, что с ней происходит, хоть и не был уверен в своих догадках на сто процентов. Но сейчас пазл в моей голове окончательно сложился, все последние сомнения отпали! Излечение ран, которое ей давалось с трудом; перенос большого количества полубогов на дальнее расстояние; кома после использовании магии; и, наконец, невероятно слабый, болезненный вид. — Артемида, ты потеряла божественные силы, да? — прямо спросил я, хотя ответ и не требовался. Дочь Зевса слегка удивленно посмотрела на меня и тут же опустила голову, пряча взгляд. Но я успел заметить, что на ее глаза выступили слезы. — Да, — едва слышно прошептала она. Бедная девушка... Предать Олимп и отречься от своего отца. Потом потерять навсегда родного брата. А теперь еще и перестать быть тем, кем ты являешься с рождения - богиней... И все это в течение двух недель! Видимо, мое напоминание совсем выбило девушку из колеи. Силы оставили ее, не сдерживаясь, она горько расплакалась, закрыв лицо руками! Не говоря ни слова, я обнял ее за плечи и прижал к себе. Нисколько не сопротивляясь, Артемида уткнулась головой мне в плечо и продолжила всхлипывать. Блин, прям какое-то дежавю. Кажется, мы уже сидели так... Мягко поглаживая девушку по спине и прижимая ее к себе, я вспомнил, что мне однажды сказала Талия: «Артемида является одной из самых сильных богов. Она сможет справится со всем: с любым врагом, с любой болью». И я был с ней полностью согласен! И мои чувства к богине были совсем ни при чем, Артемида была действительно не только сопоставима по силе с Аполлоном или Аресом, но и невероятно сильна духом. Но сейчас, после всего, что с ней произошло, она была сломлена! Последние события ее окончательно уничтожили. Я даже не представляю, какого сейчас бедной девушке! Я вспомнил нашу первую встречу... Какой прекрасной и невероятно могущественной была она, оценивающе рассматривая меня своими прекрасными серебристыми глазами. Я влюбился в нее тогда с первого взгляда. Но я никогда даже не думал, что однажды Артемида все потеряет. Я и представить себе не мог, что она будет сидеть вот так - беспомощно рыдая на моем плече и ища утешения в моих объятиях. Пожалуй, только в своих самых влажных мечтах. Вот только от пошлых мыслей не осталось и следа, хотя, надо признать, они периодически и возникали - особенно, когда я смотрел на ее бедра, обтянутые синими джинсами. Но в данный момент никакой похоти не было, от романтического влечения к ней ничего не осталось. Лишь огромное сострадание! Каждый всхлип этой прекрасной девушки болью отзывался у меня в душе. От ее горького плача я уже и сам едва сдерживался, чтобы не разрыдаться. С трудом проглатывая подступившие к горлу слезы, я, как мог, пытался держаться. Всё, чего я сейчас желал, чтобы она перестала плакать, чтобы успокоилась и пришла в себя. Я бы, наверное, сейчас на все пошел, чтобы облегчить ее чудовищную боль, но что я мог сделать? Только обнимать ее, мягко поглаживая по пахнущим хвоей темно-рыжим волосам, и шептать слова утешения. Не описать словами, как мне было жаль ее... Ей понадобилось минут... десять? Пятнадцать? Двадцать? Понятия не имею, сколько мы так сидели. Но наконец Артемида отстранилась. Я внимательно посмотрел на нее. Растрепанные рыжие волосы, красные от слез и потерявшие свой божественный блеск глаза, невероятно болезненный вид. Не богиня... обычная девушка! — Артемида, расскажи мне все, пожалуйста, — мягко попросил я. Может, это и неправильно - выуживать сейчас из нее какую-то информацию и удовлетворять свое любопытство. Но, возможно, разговоры помогут ей хоть немного отвлечься. Не став возражать, Артемида тяжело вздохнула и, немного успокоившись, начала свой рассказ. — Все началось после того, как мы вступили в противостояние с отцом. Я почувствовала, что со мной что-то не так. Последнее заклинание, что мне удалось без проблем сотворить, это был барьер, который мы с Лу Эллен установили вокруг Лагеря Полукровок. Но далее, с каждым разом магия давалась мне все с большим и большим трудом. — Я видел, как тебе трудно было исцелять меня, — кивнул я. — Да, это было очень нелегко. Я никому не говорила, думала, что сама смогу с этим разобраться, но я просто понятия не имела, что могла сделать. Как могу вернуть себе силы, — растерянно сказала Артемида и замолчала, собираясь духом. Через несколько минут она едва слышно продолжила. — Потом мы отступили из лагеря. Талия и остальные полубоги хотели, чтобы я перенесла всех сразу в Лагерь Юпитера, но я решила повременить с этим. Я понимала, что если пойду на этот шаг, мне может попросту не хватить сил... — Ты могла умереть? — я перебил ее. — Может, и могла. Не знаю. Как бы то ни было, когда на нас напали боги, мне стало понятно, что полубоги не смогут справиться с Аресом и Гермесом, — ее лицо исказилось от ярости. — Их необходимо было спасти любой ценой, и я решилась на отчаянный шаг. Я перенесла их, но в результате полностью обессилела. Я потеряла все божественные силы в результате этой магии. — Это сделал Зевс? — мрачно спросил я. — Не знаю. Я сперва думала, что это из-за того, что я отрезана от Олимпа, но это бред. Бог не перестает быть богом, если не посещает Олимп. Так что, наверное, да. Скорей всего, это сделал мой отец. — И ты теперь обычный человек? — меня охватила тревога. — Нуу... Полагаю, все навыки остались при мне, но магия мне теперь неподвластна, и я... — она замялась. — Стала гораздо слабей физически. Как обычный человек, — предположил я. Артемида медленно кивнула и быстро заморгала, отгоняя вновь нахлынувшие слезы. Мне было сложно понять, что она чувствует. У меня никогда не было каких-то сил, но наблюдая за девушкой, я попытался поставить себя на ее место. Ты всю жизнь был всемогущим существом, сильным, независимым, мог делать все, что пожелаешь... И теперь ничего этого нет! Ты стал обычным человеком: слабым, беспомощным, ограниченным в своих способностях. Но ведь, потеряв божественные силы, Артемида не перестала быть собой, не так ли? — Артемида, хочу, чтоб ты знала. Лично мне плевать, богиня ты теперь или нет. Ты дорога мне, кем бы ты ни была. А то, что ты сделала, на что пошла ради ребят... это просто невероятно! Я очень рад, что ты являешься моим другом и невероятно горжусь тобой! Не думаю, что у меня хватило бы мужества пойти на такое! Артемида тепло улыбнулась, пытаясь проглотить ком в горле. Она выглядела такой милой, беззащитной и по-человечески смущенной, что я поддался нахлынувшим чувствам. Может быть, раньше, когда она еще была богиней, я бы и не решился на такое. Наклонившись, я по-дружески поцеловал Артемиду в щеку! Она удивленно глянула на меня, но никакого всепоглощающего гнева на ее лице не было, хотя легкое недовольство все же проскользнуло. — Однако, ты остался в Лагере Полукровок, чтобы отвлечь богов на себя, — хрипло сказала Артемида. — Это был храбрый поступок, и я тоже рада, что ты... что ты являешься моим другом! — осторожно сказала девушка. Ох, это, наверное, лучшее, что я слышал от Артемиды. Я почувствовал, как мои щеки покраснели. Дочь Зевса слегка улыбнулась, видя мою реакцию, но улыбка почти сразу померкла, девушка нахмурилась и прикоснулась к своей щеке. — Но больше никогда так не делай! — Да брось, я же по-дружески. — Может быть. Но ты, кажется, забыл, кто я! — в ее голосе послышалось недовольство. — Артемида, с чего такая неприязнь? Я прекрасно знаю, что ты дала обет безбрачия и уважаю твой выбор. Но это был просто дружеский поцелуй в щеку. Я ведь ни на что больше не претендую, я не самоубийца. Да мне это и ни к чему, у меня есть Рейна! — сестра Аполлона непонимающе на меня посмотрела. Ах, ну да, она же не знает. — Да, мы с Рейной теперь встречаемся! — Поздравляю, конечно. Но разве из-за этого ты стал как-то по-другому ко мне относиться? — она посмотрела мне в глаза. Я замер, так и не ответив ей, и почувствовал, как меня бросило в жар. Артемида прекрасно знала, что я был к ней неравнодушен. Она даже хотела меня убить меня за это, до всего этого безумия. До того, как мы с ней сблизились и стали друзьями! Но действительно ли я по-прежнему любил ее? Сложный вопрос. Мое сердце по-прежнему трепетало, когда я смотрел в ее серебристые глаза, когда чувствовал запах хвои и костра от ее кожи. Я чувствовал к ней какую-то привязанность, но любил... даже не знаю. Я мог однозначно сказать, что я люблю Рейну! Но Артемида... Блин, как же все сложно-то. — Возможно, и стал. Не знаю, — пробормотал я, стараясь не смотреть на нее. — Артемида, как бы то ни было, я дорожу общением с тобой и очень не хочу разрушать нашу дружбу. Извини, пожалуйста, если я перешел границу. Обещаю, этого больше не повторится! — Мне тоже приятно общение с тобой, и я не против дружбы. Просто не перегибай палку! — ее взгляд слегка смягчился. — А что произошло с тобой в Лагере Полукровок? Как ты выбрался? Я вкратце рассказал ей о событиях последних двух недель: о смерти Аннабет - глаза Артемиды расширились от шока, она пробормотала какие-то ругательства - как мы с Рейной удрали от богов на пегасе, о нашей долгой дороге и встрече с Дионисом - глаза богини охоты вспыхнули гневом, но ярость сменилась удивлением, когда она узнала, что я отправил бога вина в Тартар - о нашей встрече с амазонками и наконец о плененной богине. — Мы понятия не имеем, кто она такая. Может, какая-то малая богиня, не знаю, но она явно не олимпиец, раньше я ее не встречал. Вдобавок, она невероятно сильная. Мы с Рейной вдвоем едва ее одолели, — закончил я свой рассказ. — Она здесь? — Артемида явно заинтересовалась пленницей. — Да. Я оставил ее у ворот. Если римляне никуда ее не увели, то, думаю, она еще там. Хочешь взглянуть на нее? Артемида кивнула и попыталась встать, но тут же поморщилась и села обратно. Уж не знаю, как чувствует себя богиня, когда теряет свои силы, но марафон она явно бежать не готова, раз самые простые движения вызывают такое напряжение. Бедняжка... — Давай помогу, — предложил я. Не дожидаясь ответа, я взял девушку за руки и чуть ли не силой поднял ее. Морщась от боли и опираясь на мою руку, она сделала несколько шагов. Спустя несколько минут, она уже уверенно стояла на ногах и, вроде, могла передвигаться самостоятельно, хоть и с большим трудом. Да уж, и в таком состоянии она еще хочет как-то сражаться с богами. Сколько же времени должно пройти, чтобы она хотя бы физически восстановилась? Мы медленно спустились вниз и, покинув принципию, потихоньку двинулись в сторону ворот. На богиню удивленно и радостно смотрели все полубоги, проходящие мимо, а кто-то даже подходил к ней и благодарил за то, что она перенесла ребят и спасла всех. Артемида сдержанно принимала благодарность, но я видел, как ей было приятно такое внимание. Ее глаза просто блестели от радости. — Ты стала прямо знаменитостью среди ребят, — заметил я, пока мы шли. — Ты преувеличиваешь, — она слегка зарделась. Я не смог сдержать улыбки. Да, Артемиде, как и другим богам, была присуща спесь, но, пожалуй, из всех богов именно она была наиболее... человечной что ли? Артемиде не были чужды человеческие эмоции, она не была так высокомерна и оторвана от реальности, как остальные боги, хотя лесть, конечно, любила не меньше. Вот только не похоже, чтобы ребята льстили или заигрывали с ней. Было видно, они действительно рады, что в наших рядах есть такой могущественный союзник. Вот только они пока не знают, что Артемида, к сожалению, уже не так могущественна... — А я все мечтал, что ты меня исцелишь, когда очнешься, — печально вздохнул я. — Нога? — Артемида мельком глянула на меня. Она явно заметила, что я прихрамываю. — Да. Повредил колено в аварии с Дионисом. Вся надежда была на тебя, но, похоже, придется мучиться дальше. — Ну, извини, — чуть виновато пробормотала она. — Я бы помогла, но сам понимаешь, у меня нет сил. — Да ладно, я ведь тебя нисколько не обвиняю и все прекрасно понимаю, — отмахнулся я. — Хорошо, что ты очнулась, а остальное неважно. — Сильно болит? — с беспокойством спросила Артемида. — Есть немного, но по сравнению с тем, что было, значительно лучше. Мне одна психованная амазонка вправляла колено без анестезии. Вот тогда было действительно больно, сейчас вполне терпимо. Хорошо, что твои охотницы не такие чокнутые садистки! — усмехнулся я. Прости, Нэнси, ты не садистка, я знаю. — Скажи, мне сейчас сделать вид, что я не заметила очевидного лицемерия в твоих словах или свернуть тебе шею за то, что ты назвал моих охотниц садистками? — Артемида многозначительно на меня посмотрела. — Хм, сложный выбор, — я демонстративно задумался. — Пожалуй, все-таки первое. Девушка усмехнулась и закатила глаза, недовольно качая головой. Блин, почему я влюбляюсь в тех, кто постоянно грозится меня прибить? На подходе к воротам к нам подбежала Рейна и радостно бросилась Артемиде на шею. — Артемида, я так рада, что вы очнулись! — прошептала претор, обнимая богиню за шею. Дочь Зевса выглядела смущенной, но все же обняла Рейну в ответ. Через несколько минут претор отстранилась, в ее глазах стояли слезы радости. Ох, нет, родная, только не плачь! Я быстро подошел к своей девушке и аккуратно смахнул большим пальцем слезинку с ее щеки. — Девочки, может, хватит рыдать. Вы точно утопите всё в слезах, — проворчал я. Девушки в ответ засмеялись. — Я вам не мешаю? — раздался вдалеке наглый голос. — Когда меня уже отведут в мой люкс? Мы перевели взгляд на пленницу, все так же стоящую в окружении полубогов, и направились к ней. Подходя к богине, Артемида слегка замедлила шаг, осматривая ее. — Не понимаю, почему все называют ее малой богиней? — удивленно сказала Артемида. — Она титанида - дочь титанов Перса и Астерии. Она одна из старейших богов, она даже старше меня. И намного сильнее большинства олимпийцев! — девушка перевела взгляд на пленницу. — Не очень-то тебе помогла твоя магия против двух подростков, да? — усмехнулась богиня охоты. — Что-то я не чувствую твоей божественной ауры, Артемида. Ты никак потеряла свои силы? — парировала блондинка. Лицо Артемиды исказила злость. — О чем она говорит? — нахмурилась Рейна. — Я потом все объясню, — пробормотала Артемида и уже громче добавила. — Вы пленили Гекату, богиню магии.