Часть 6 (последняя)

      Оббежав добрую половину цитадели, Белег всё-таки нашёл Амариэль в казармах, в компании принца и ещё нескольких капитанов. Они довольно оживлённо о чём-то переговаривались и смеялись, а потому, его присутствие до поры до времени замечено не было. Когда же взгляд принцессы наконец упал на него, она чуть заметно прищурилась и коротко сказала:       — Подождите.       Разговор затих. Все обернулись.       — Леголас… Прости, пожалуйста, мне кажется, кто-то здесь хочет моей аудиенции.       — Всё в порядке, — мягко сказал принц. — Драться не собираешься? Тогда, ребята, подъём.       — Спасибо.       Белег попытался слиться со стеной, когда четверо воинов прошли мимо него, скользнув почти одинаковыми колючими взглядами, которым совершенно точно научились у лорда главнокомандующего, и отлип от неё только после того, как за ними закрылась дверь.       — Я хотел извиниться, — тихо сказал он. Амариэль молча склонила голову к плечу, мол, давай, извиняйся. — Я знаю, что не должен был говорить… Ничего из того, что сказал. Мне очень жаль.       — Слово не воробей, — она тоже отклеилась от стены, на которую раньше опиралась, вероятно потому что сидеть пока даже пытаться не стоило. — Что сказано, то сказано. Здорово слышать, что тебе жаль. Я извиняться за разбитый нос не хочу. Всё?       — Вообще-то всё, — Белег на секунду прикрыл глаза, пытаясь держать себя в руках и не наговорить опять чего-нибудь такого, за что его всё-таки вышвырнули бы из программы.       — Тогда давай я тоже кое-что скажу, — вздохнула Амариэль. Из её уст такие слова могли звучать только угрожающе. — Я не хотела говорить про тебя лорду. Совершенно. Потому что знала, что твоё омерзительное поведение не могло возникнуть просто так, и Фисэмар при воспитательной беседе обязательно всё это из тебя достал бы, выпотрошил и сделал куда менее болезненным — а мне совершенно не казалось, что ты заслуживаешь помилования. Но по мере того, как мастер по оружию выпытывал у меня, какого Моргота случилось, я вспомнила твой взгляд. Поверь, без учёта этого взгляда, в котором были вообще все оттенки страха, я поимела бы выдержку и не сказала бы Фисэмару ни слова. Белег Анорион… Я знаю, что задница болит. Но тебе хотя бы легче?       Белег прибывал в молчаливом изумлении ещё с минуту. Затем, он поднял взгляд и обнаружил на разбитых губах Мари усталую, но довольную ухмылку.       — Легче.