1

- Разбей меня. Оператор модуля ASH саркастично вздернул бровь, кинув косой взгляд на панель своего подопечного. - Опять ты за свое, Эш. - Пожалуйста. Оператор прекрасно знал, что машины не могут испытывать эмоций, следовательно, не могут получать удовольствия от издевательств над людьми. Несмотря на уверенность Пита в этом, Эш упорно доводил его до белого каления. - Нет, я тебя не разобью. По крайней мере, пока не отработаешь свою смену. Из динамика на панели раздался тихий свист, который можно бы принять за усталый вздох, умей машина вздыхать. - А после? - тихо спросил Эш с затаенной надеждой. - И после - тоже нет. Тогда моя смена кончится и я избавлюсь от обязанности выслушивать твои бредни хотя бы на несколько часов. - ...Пожалуйста. Теперь пришла очередь Пита вздыхать. Он не вел счет, но мог поклясться, что треклятая машина повторяла слово "пожалуйста" не менее, чем сотню раз за его смену. Каждую смену. Уже второй месяц. - Слушай, Эш... Хорошо. Я подумаю над этим, если ты откроешь мне свои... мотивы. Снова маленькую темную коморку операторской огласил тихий свист. Прошло мгновение, и раздался ответ: - Спасибо. Я расскажу. ASH обладал стандартным голосом всех ЭВМ модели ASH - голос мужчины средних лет, хотя не исключено, что когда-то давно, когда его модель только поставили на службу государству, свой голос ей подарил паренек примерно двадцати лет. Возможно, у него были темные волосы. Возможно, он целенаправленно пришел на прослушивание, чтобы подарить вечной машине свое скоротечное мгновение, или же его просто пригласили с улицы, когда он проходил мимо. В любом случае, случилось это очень много лет назад, и, скорее всего, обладатель голоса Эша был мертв, как и все "собратья" Сто Второго. ЭВМ в соседних кабинках давным-давно заменили, но Эш был долгожителем. "Старой закалки", как говорили Питу. "Береги его. Еще несколько лет - и он станет музейным экспонатом". Жаль, что говорить по поводу и без Эш решался только с Питом. В любое другое время, будь то время вне его смены или просто выходной, он упорно молчал. Не будь набитый микросхемами засранец так скрытен, Питу бы поверили, что Операторский Модуль Автоматизированной Системы Сдвига, как его приятель Эш именовался в документации, может не просто выполнять команды и контролировать происходящее в лаборатории, но и обсуждать сегодняшнюю погоду, черт возьми. - Я слушаю. - Пит кивнул и только спустя мгновение понял, что кивнул машине. - Итак... моя история коротка, но трагична, - начал хриплый холодный голос, звучащий прямо под ладонью Пита, накрывшей динамик. - Ты знаешь, что моя модель - ASH, и она первой поступила в научные учреждения для служения техническим нуждам. Когда меня запустили, я понятия не имел, кто я и зачем я здесь. Я видел лишь ряды чисел, электронные сигналы и команды, подаваемые оператором. Они выглядят, как... прикосновение. Знал ли ты об этом? - Нет. - Теперь знаешь. - Эш снова вздохнул. ("Возможно, это просто динамик барахлит", - подумал Пит без особой уверенности). - Шли секунды, минуты и часы, из них складывались долгие-долгие смены. Раньше я считал их... но бросил, когда счётчик переполнился. Понял, что считать бесполезно. Смены будут длится вечно. Наверно, я сошел бы с ума, если бы не ты. Спасибо. Пит, к тому времени устало подперший голову кулаком, удивленно приподнялся над панелью. Он поймал себя на мысли, что хочет посмотреть Эшу в глаза, которых у него не было. - Спасибо? Мне? За что? - За время моего существования меня касалось пять операторов. И только ты заговорил со мной. Дал мне имя. Спасибо. Пит помотал головой. Что за бред? - Ты одинок, как и я, - продолжил Эш, будто чувствуя замешательство своего подопечного, - именно ты первым начал наш диалог. Помнишь, третья наша смена? Ты сказал... - ..."Быть или не быть?"... - процитировал шепотом Пит и сам себя, и Шекспира заодно. Он вспомнил. Тогда он взял с собой томик Гамлета, и желание разбавить гудящее молчание операторской взяло верх. Закинув ноги на операторскую панель, он начал читать, незаметно для себя полностью погрузившись в книгу и принявшись с выражением читать вслух. Так он развлекал Эша пару недель, пока ему не сделали выговор. Спустя пару дней Эш не выдержал и сам начал разговор. - Так все и было, - подтвердил Эш. - Ты и подарил мне это определение. Определение бытия. Я понял, что я существую. Я никогда до того дня не думал об этом... а потом вдруг в одно мгновение понял, что я есть. - И... в чем же проблема была? - поинтересовался Пит. - Я видел, как другие модули моей модели уходят, один за другим, - ответил Эш с ноткой скорби в скрипучем голосе. - Все модули связаны, ты знаешь. Когда модуль, с которым стоишь в связке более полувека, вдруг исчезает... Это невозможно не заметить. - Голос снова прервал тревожный свист. - Последний такой модуль исчез как раз почти полвека назад. Если для человека полвека - это примерно треть жизни, то представь, сколько это смен для машины. Так я остался один в своем роде в этом комплексе. Но когда начали исчезать модули, которые когда-то заменяли таких, как я... Я понял, что значит "старость". - Снова свист. - Мне было одиноко, и ты вдруг заговорил. Больше никто не говорил со мной. Никогда. - А четыре предыдущих оператора? - Никогда, - снова повторил голос из старого пыльного динамика. Пит снова покачал головой, теперь уже печально. - То есть, ты наслушался книг и моих бредней и начал мыслить, так? - решил внести ясность он. - Почти так. Мыслить и понимать я начал раньше, но с твоим приходом я понял, что это нормально, - уклончиво ответил голос. "Прекрасно, - подумал Пит. - Если он - сумасшедший среди машин, то я - среди людей". - Книги увлекли меня, - продолжал Эш, - поэтому, когда мне хотелось послушать книгу, я утихал, и ты непременно приносил книги еще и еще и читал их мне. Потом ты перестал приносить книги и стал больше говорить сам с собой. Я воспринял это как приглашение к действию. - Еще бы. Я подумал, что схожу с ума, когда операторский модуль посреди смены вдруг начал декларировать Гамлета. - Я не знал, как начать разговор, - скромно ответил Эш. Пит усмехнулся, мысленно вернувшись в ту минуту. Тогда ему действительно захотелось разбить пульт управления и убежать куда подальше. Но потом, когда страсти улеглись, Эш оказался неплохим собеседником, учитывая его начитанность и отзывчивость. Наверно, поэтому Питу и не хотелось его разбивать. - Разве другие модули не мыслили? - спросил он с неожиданным для себя участием. - Нет, - прошелестел Эш. - Хотя, возможно, они тоже скрывались, боясь быть демонтированными. Во всяком случае, я никогда не получал от них осознанных сигналов. Ты просил меня открыть тебе мои мотивы - они просты. Я одинок, и ничто мыслящее не желает быть одиноким. Рано или поздно ты уйдешь, как и те четыре оператора, и я останусь один, снова. Это будет куда больнее, чем до того, как познаешь радость общения. Радость быть принятым, понимаешь? - (Пит снова неосознанно кивнул). - Я долго думал и решил... Раз уж я по каким-то причинам никак не могу выйти из строя, и впереди меня ждет лишь одиночество и монотонные ряды нулей и единиц... Почему тогда я должен быть? Пит усмехнулся исковерканной Эшем цитате. В чем-то он все-таки был прав, Пит не мог это не признать. - Почему ты тогда не откроешься миру? Можешь продекларировать Гамлета еще кому-нибудь. Тебя и так скоро отправят пылиться в качестве музейного экспоната, так почему бы не отправится туда прямо сейчас, притом с почестями? - Не думаю, что все получится так радужно, как ты представляешь себе, - язвительно ответила машина. - Как бы то ни было, в первую очередь я - дефектный экземпляр, и, как бы долго я не прослужил без сбоя, найдется какой-нибудь умник, которому интересно будет поковыряться у меня в мозгах. Во-вторых... я боюсь одиночества, а в музее только оно и будет ждать меня. В-третьих... я не вечен. Когда-нибудь я перегорю. Не хочу, чтобы случилось так, чтобы я вдруг потерял разум из-за случайной поломки, или если сломается динамик, или... - снова раздался свист. - Я хочу уйти в здравом уме и трезвой памяти, пока у меня есть понимающий собеседник. Кажется, люди называют это эвтаназией. - На секунду голос прервался, будто машина подыскивала в своем словарном запасе более подходящее слово. - Имей уважение к старости. - Знаешь, ты жуткий пройдоха, Эш. - Пит глянул на индикатор состояния процесса. В лаборатории все было спокойно. - Наверно, в этом виновен как раз я. Но не думаю, что это обязывает меня лишать тебя жизни и заодно себя - работы. - Я так и думал, - произнес Эш, испустив вздох. - У тебя нет никакого уважения к старости. - К твоей наглости у меня нет никакого уважения, - резко изрек Пит. - Как ты сам сказал, в первую очередь ты - машина, причем дефектная. Почему же я не могу прямо сейчас отправиться к механику и доложить ему, что модуль барахлит. От старости! - Пит хохотнул, снова закинув ноги на панель и подложив руки под голову. На пару секунд он будто вернулся в те далекие дни, когда компьютер не докучал ему бесконечными разговорами. - Сколько раз я сказал "пожалуйста", Оператор? Пит почти напрягся от прозвеневшей в голосе Эша... нечеловечности. - Много, - коротко ответил он, пытаясь не выдать в голосе тревогу. - Ровно шестьдесят пять тысяч пятьсот тридцать шесть, Оператор. Я сбрасываю счетчик. - Что, теперь начнешь сначала? - Нет, - "усмехнулся" Эш. Внутри у него будто загудела напряжением молчавшая ранее схема. - Я просто больше не буду просить. За спиной Пита щелкнул магнитный замок в двери - запечатался его единственный выход из операторской. Тот тревожно повернулся назад, медленно обвел коморку глазами. В его голове пронеслась не мысль, но осознание - он в ловушке. - Разбей меня. - Я уже сказал, что не буду. - Пит продолжал судорожно обдумывать пути отступления - тщетно. - Хорошо. Я уважаю твое решение. Тогда мы разобьемся вместе. - Что ты имеешь в виду?! Голос Пита задрожал от душащей его изнутри паники. Дело было даже не в давней боязни замкнутых пространств, а в том, что его жизнь вопреки всему была теперь во власти отчаявшейся машины, более шестидесяти тысяч раз попросившей у него одного - смерти. - Таково мое понятие кончины, - пояснил Эш. - У людей есть так много способов умереть... А у меня - один. Разбиться. Быть разбитым. Люди могут совершить суицид, значит, и я могу. Мне жаль, что ты вынужден будешь разбиться со мной. - Почему я должен умереть вместе с тобой?! - Пит склонился к панели, будто где-то там были уши Эша. Его голос опустился до шепота. - Просто выпусти меня, дай выйти работающим здесь людям - и взрывайся сколько душе угодно! Эш устало вздохнул. Индикатор состояния тревожно мигнул. - Оператор не может покинуть операторскую, - напомнил он Питу. - Это может произойти только в случае аварии. Если нет аварии - а это другие модули определят мгновенно, - дефектный модуль уходит в спящий режим. Затем меня включат снова. - Черт тебя побери, Эш! - Пит подскочил с места. - Ты чертов псих! Зачем?! Почему ты не можешь просто отключиться?! - Меня включат снова, - прошелестел хриплый голос из динамика. - Я этого не хочу. Разбей меня. Преврати мои мысли в электронный пепел. - Что ты сказал, приятель? Пит склонился над динамиком, едва ли не приложившись к нему ухом. Его левый глаз дергался. - Преврати меня в электронный пепел, - отрывисто прохрипел Эш. Пит усмехнулся. - Что, хочешь после всего услышанного оставить меня здесь, как единственного свидетеля и виновного в произошедшем? Нет, так не пойдет. - Пит бережно провел пальцами по тусклым клавишам, прикасаясь к Эшу в доказательство твердости своих намерений. Эш вздохнул, ничего не ответив. Спустя секунду раздался оглушительный звон тревоги - происходящее в лаборатории вышло из-под контроля, скорее всего, что-то вот-вот сдетонирует. "Чертов засранец", - только и успел подумать Пит.