1

      В первый раз Вики умирает мгновенно. Закрывает глаза, когда поворачивает руль, чтобы свернуть с дороги в лес, а открывает уже совсем в другом месте. И если уж на то пошло, смерть — полная фигня, думает Вики, никакой боли, никакого страха, вообще ничего не чувствуешь. А она всегда хотела, чтобы ее смерть была наполнена смыслом, чтобы в кругу родных и близких, чтобы держать чью-то руку перед тем, как испустить последний вздох. Потом ее несомненно ждал бы Ад; она всегда считала, что если и уготовлено для нее что-то после смерти, то только кипящий котел и пляшущие вокруг него мохнатые черти, потому что ну не верила Вики в светлую сторону своей души. А ее вдруг закинули в Рай, причем какой-то не слишком продуманный: где деревья из золота, где прекрасные ангелы с сияющими нимбами и огромный трон в самом центре с восседающим на нем Богом?       И вот так умирать в пять раз обиднее, потому что не по сценарию, который она в своей голове продумала до мелочей. И не переиграть ведь теперь, придется привыкать к этой новой загробной жизни, хотя к адскому котлу и дурацким кривым рожкам на башках чертей привыкнуть было бы куда проще: слишком много правил, которые она не понимает, поэтому нарушает все время, слишком много тайн, ангелы повсюду, демоны, и смотрят они на нее свысока, может, потому что знают, насколько глупо ей пришлось умереть, чтобы попасть сюда, может, просто так, хотя просто так ничего не бывает, говорит ей Мими. А еще крылья за спиной и частые полеты, от которых потом все тело ломит так, словно на нем дракон спал.       Вики не жалуется, если только Мими иногда перед сном, но та в ответ смеется — ей, конечно, все дается проще, ей крылья не вырывают чуть ли не каждый день, она родилась демоницей, а Вики — просто Вики с Земли, Непризнанная, и каждый урок для нее как пытка.       Пять секунд, говорит ей Геральд, нужно, чтобы подняться до вершины башни и спуститься обратно. Вики управляется почти что за десять, и учитель недовольно хмурится. Пять секунд, повторяет он, и Вики, превозмогая ноющую боль в спине, снова взлетает. Пять секунд — это слишком мало, думает она, этого хватит, чтобы умереть, но на задание — никогда.       Когда Вики снова приземляется, Геральд по-прежнему недоволен.       Ангелы — заносчивые ублюдки, демонам лучше вообще не доверять, объясняет Мими, когда они собираются на вечеринку. Вики насмешливо-удивленно смотрит на нее. Мне — можно, но осторожно, шутит демоница и помогает выбрать наряд. Кусок тонкой блестящей ткани, едва прикрывающий грудь, и до невозможного короткая юбка смотрятся крайне вызывающе, такое Вики на Земле бы точно не надела. Но сейчас ей даже нравится, так что она распускает волосы и красит губы темно-бордовой помадой Мими. Я бы тебя прямо сейчас трахнула, шепчет демоница, и в ее глазах шаловливые огоньки разгораются сильнее. Вики смеется, пачкая зубы в помаде, и толкает подругу к двери.       На вечеринке Мими знакомит ее с Сэми и Ади и еще с некоторыми демонами, имена которых Вики не запоминает. Она внимательно разглядывает каждого, на ком останавливается ее взгляд, и делает вывод, что демонов на вечеринке больше, чем ангелов. Белоперые задницы слишком правильные для таких вечеринок, пренебрежительно отзывается Ади и тянется к Сэми за поцелуем, но тот отвешивает ему несильный подзатыльник и называет мудилой. Они вместе, зачем-то поясняет Мими, но Вики и сама все видит, не слепая.       Потом Мими тащит ее через всю толпу к импровизированному бару, заказывает два глифта и заставляет Вики выпить один до дна. Горячий напиток обжигает горло, смешивается с кровью и растекается по всему телу. Вики нравится, она проворно выхватывает из рук Мими второй бокал и залпом опустошает его под недовольное «эй!». Вики на вечеринке последний раз была давным-давно, еще на Земле, и сейчас ей становится так весело, словно она празднует собственные похороны — у нее в голове это сравнение крутится с того момента, как она пришла, но более подходящее было бы сложно подобрать. И от этой мысли хочется смеяться и заказать третий глифт, чтобы напиться вдрызг, но Мими берет ее за руку и ведет на танцпол.       Музыка здесь так похожа на земную, и Вики не может не спросить подругу почему. Потому что мы часто спускаемся к людям и часто перенимаем что-то от них, Мими говорит так, будто это обычное дело — перенять что-то у людей. Перенять что-то у низших созданий, к которым и ангелы, и демоны обычно относятся с презрением. Нет, Вики никогда не привыкнет ко всем этим противоречиям. Она закрывает глаза, прислушивается к музыке и начинает плавно двигаться, подстраиваясь под ритм. Где-то рядом трется об нее, танцуя, Мими. Протискивающиеся мимо ангелы и демоны то и дело скользят руками по ее спине и бедрам. Одна мелодия сменяется другой. Чужие голоса, подпевающие знакомой песне. Шелест крыльев почти не слышен. Сердце тоже танцует в груди, бьется то прерывисто, то слишком быстро.       Вики останавливается и открывает глаза, когда чувствует подступающую к горлу тошноту. Мими рядом уже обнимается с каким-то демоном, закрыв глаза и положив голову ему на плечо. Вики тормошит ее, спрашивает, где здесь туалет. Демоница указывает куда-то в сторону. Вики идет туда, пробирается через толпу, в которой танцующих стало гораздо больше, потому что после глифта хочется только танцевать, а уже потом блевать — Вики проверила это на собственном опыте.       Туалета там, куда указала ей Мими, нет, поэтому приходится спросить еще у троих демонов. Музыка теперь кажется невыносимо громкой, в висках стучит кровь и голова кружится. Вики еле ногами перебирает, смотреть перед собой — слишком трудно, и она утыкается взглядом в пол — зато так тошнит меньше.       Впереди вдруг вырастает стена, когда Вики поднимает на нее глаза, то оказывается, что стена — совсем не стена, а демон, высокий, мрачный, с красными глазами, и Вики готова поспорить, что они светятся в темноте, как огоньки на рождественской елке или как угольки в камине. Смотри, куда идешь, раздраженно бросает он, но продолжает стоять у нее на пути, Вики молча утыкается прямо в него, потому что нужно же показать ему, что она не сможет пройти сквозь него, потому что подвинься, демон, или меня вырвет прямо тебе под ноги. Демон злится, она чувствует это по тому, как он весь напрягается, когда она прижимается к нему. Демон отстраняется, отталкивает ее от себя, рычит, блять, ты охуела, Непризнанная. Но Вики не отвечает ему, ей кажется, что это и без того крохотное помещение сжимается, ей кажется, что у нее клаустрофобия, и от этого становится так плохо, что хочется растечься грязной лужицей по полу.       Кто-то подхватывает ее под руки и утаскивает в сторону, как набитый тряпьем мешок. В туалете — слишком светло, аж глазам больно. За спиной кто-то раздраженно бормочет, что она дурочка, но все равно подводит к раковине и наклоняет голову, убирая волосы за спину.       Вики блюет долго. Знакомый голос за спиной говорит, что нужно было пить меньше глифта, а она думает, что нужно было не пить вообще. Когда тошнота проходит, Вики поворачивает ручку крана, умывается и полощет во рту. В зеркале ее лицо кажется почти белым, как перья на крыльях ангелов. Мими сзади выглядит недовольной, потому что Вики — совсем беспомощная, если остается одна, впервые на вечеринке и уже влипла в неприятности. Неприятностью бы было, если бы меня вырвало прямо на того демона, спорит Вики. Неприятность — это когда просто встречаешь Люцифера, говорит Мими, если бы тебя вырвало на него — это была бы уже трагедия, потому что твои останки потом бы долго соскребали с пола.       Вики склоняется к тому, что подруга не преувеличивает. У демона, с которым она столкнулась, аура действительно очень мощная, она чувствовала ее, когда прижималась к нему, и наверное, если бы ауры были видимыми, его была бы красного цвета, такого же, как глаза. Только имя Люцифер совсем не подходит ему. Люцифер — это вредный и жирный котяра из мультика про Золушку.       Люцифер — это сын Сатаны, коротко отвечает Мими.