Пролог

Мир уже не был прежним. Принять это было сложно. Эрагон несколько дней не показывался бессмертным на глаза. Он понимал, что все надеятся на него, все хотят увидеть спасение в его глазах, но сам ангел давно понял, что спасения нет. На его плечах ответственность за жизнь всех живых, которым он не может помочь. Шепфа давно мёртв. Сложно представить как Орден Сопротивления может справиться с всадниками апокалипсиса, и с тем, чьё имя вызывает страх. Мальбонте. Этот метис ведёт свою игру. Все это поняли. Но что ему нужно? Казалось бы, его жизнь с Вики была идеальной, бессмертные начали доверять ему, но как только пришли всадники — он потерял доверие ангелов и демонов. Он встал на сторону разрушителей привычного для всех мира. День клонился к закату, и серое небо будто отражало усталость бессмертных, не решаясь подарить хоть луч света. Воздух стоял неподвижно, как перед бурей, и тягостное ожидание давило сильнее любой битвы. — Я не понимаю, чего мы ждём, — Вики скрестила руки на груди и подняла взгляд к мрачным тучам. — Всадники с каждым днём ближе к своей цели. В любую минуту всё может оборваться, а мы просто сидим и смотрим. Бездействие — тоже злодейство. Последние слова сорвались с её губ почти шёпотом, как признание собственной беспомощности. — Мы ждём Дино и Донни, — тихо ответил Ади, собирая остатки сегодняшнего ужина со стола. — Может, в Хранилище судеб они найдут хоть что-то, что даст нам шанс победить всадников. — Я устала просто ждать, — чуть опустив голову, и закрыв ладонями лицо произнесла Вики. Никто не спорил. Все знали: боль в её голосе глубже страха. Когда-то Вики отдала всё ради Мальбонте — семью, близких друзей, убеждения и собственную гордость. Десять лет рядом с ним прошли как в тумане, полном недосказанности. Она привыкла к его холодным взглядам, к бесконечным сомнениям, но не смела спросить прямо, что в их отношениях на самом деле. И только с приходом первой всадницы, которая вырвала из неё частицу силы Мальбонте, правда раскрылась сама. Он произнёс несколько простых слов: «У тебя была моя сила. Теперь, когда я вернул её, ты мне больше не нужна». Их было достаточно, чтобы весь её мир рухнул. Вики видела в его глазах то, чего боялась больше всего, — холодное, бесстрастное отвращение. И поняла, что эти десять лет были ложью, а сердце, которому она доверяла, никогда не принадлежало ей. Ночь медленно опускалась на лагерь, когда последние бессмертные уже собирались разойтись по комнатам. Воздух становился прохладнее, в темнеющем небе зажигались первые звёзды. Вдруг Ади, задержав взгляд на горизонте, резко выпрямился. — Они возвращаются! — голос демона прорезал тишину. Все взгляды устремились туда, куда он указывал. На фоне сгущающихся сумерек действительно скользили две тёмные фигуры, стремительно приближаясь. Из главной пристройки вышла Ребекка. Лицо матери Вики было напряжено, но в глазах вспыхнула едва заметная искра надежды. Все знали: она ждала новостей, которые могут переломить исход их безнадёжной борьбы. Крылья коснулись земли, и Дино с Донни приземлились среди собравшихся. Пыль ещё не успела осесть, как Ребекка шагнула вперёд. — Ну? — её голос прозвучал твёрдо, почти властно. — Нашли что-нибудь? Дино обменялся быстрым взглядом с напарником и, помедлив, произнёс: — Да, кое-что есть. Возможно, у нас появился шанс… крошечный, но шанс. В лагере повисло тяжёлое молчание. Слова ангела звучали почти как насмешка. Никто не верил в победу над всадниками, но ни один взгляд не отвёлся от двух бессмертных. — Одними силами мы их не одолеем, — продолжил Дино. — Нам нужен тот, кто сможет противостоять им на равных. Такой бессмертный есть, и мы все знаем, что это Мальбонте, который ведёт свою игру, и помогать нам точно не станет… — Ближе к делу, — перебила его Ребекка. — Что вы узнали? Донни шагнул вперёд, обогнав друга. — Он хочет сказать, что существует ещё один бессмертный, способный встать против всадников. Ребекка вскинула брови. — Ещё один? Кто может быть сильнее первого рождённого метиса? Вокруг сгущалась тишина, тяжёлая и вязкая, как предгрозовое небо. Все смотрели на ангелов, затаив дыхание. — Так кто же он? — голос матери Вики дрогнул, но в нём прозвучала властная нота. Дино наконец выдохнул: — Настоящий первый метис. Рождённый от ангела и демона. Сокрытый от глаз Шепфа. Он жив. И его сила равна силе Мальбонте. Слова повисли в воздухе, будто сама ночь задержала дыхание. Никто не шелохнулся. Даже ветер стих, словно внимал откровению. На краю толпы, оставаясь в тени, стоял Эрагон. Он пришёл незаметно и теперь молча следил за происходящим. В его взгляде не было ни страха, ни удивления — только холодный расчёт. Впервые за долгое время в его мыслях зародилось то, что он так давно не ощущал. Надежда.