Глава 2: Тени за фасадом рая. Часть 1

Элен проснулась от яркого солнечного света, проникающего сквозь неплотно задернутые шторы. Несколько мгновений она лежала неподвижно, слушая шум прибоя и пение экзотических птиц, пытаясь понять, где находится. Затем воспоминания о вчерашнем вечере нахлынули на неё волной – вечеринка на пляже, встреча со старыми друзьями и, конечно, Николя. Николя... Даже сейчас, спустя столько лет, одна мысль о нем вызывала в ней смешанные чувства. Боль предательства, которую она так долго пыталась похоронить в работе, снова всколыхнулась. Тот вечер, когда она вернулась домой раньше обычного и застала его с другой, до сих пор стоял перед глазами с мучительной ясностью. Её мир рухнул в одно мгновение, и никакие объяснения или извинения не могли склеить разбитое сердце. Элен села на кровати, обхватив колени руками. Она не планировала возрождать старые раны, приезжая на остров. Её целью был благотворительный проект, работа, которой она посвятила последние годы своей жизни, пытаясь заглушить боль от предательства. Но судьба, казалось, имела другие планы. Взглянув на часы, Элен обнаружила, что уже почти полдень. Она проспала дольше, чем планировала, но после бессонной ночи это было неудивительно. Встав с постели, она подошла к широкому окну и отдернула шторы, позволяя солнечному свету полностью заполнить комнату. Вид, открывавшийся с террасы её бунгало, захватывал дух – бескрайняя лазурная гладь океана, золотистый песок пляжа и пышная тропическая зелень. Элен глубоко вдохнула соленый морской воздух, чувствуя, как напряжение последних недель постепенно отпускает её. После освежающего душа и легкого завтрака, состоящего из тропических фруктов и свежевыжатого сока, Элен решила прогуляться по территории отеля. Сегодня ей предстояло посетить медицинский центр, который был уже полностью готов к открытию. Оставалось лишь несколько формальностей перед торжественной церемонией, запланированной через три дня. Спускаясь по извилистой дорожке к пляжу, Элен наслаждалась красотой окружающей природы. Пальмы мягко покачивались на легком бризе, экзотические цветы наполняли воздух сладким ароматом, а где-то вдалеке слышался смех играющих детей. Элен направилась к небольшому пирсу, уходящему в море. Это место всегда было её любимым – здесь можно было сидеть часами, глядя на горизонт и размышляя о жизни. – Глубокие мысли? – голос Кати вырвал Элен из размышлений. Она обернулась и увидела подругу, стоящую на пирсе с двумя стаканами в руках. – Принесла тебе лимонад, – улыбнулась Кати, протягивая один из стаканов. – Подумала, что после вчерашних коктейлей тебе это не помешает. – Ты читаешь мои мысли, – с благодарностью ответила Элен, принимая прохладный напиток. Кати присела рядом, и некоторое время они молча смотрели на океан. – Я видела, как вы с Николя разговаривали вчера, – наконец сказала Кати. – И как он провожал тебя утром. Элен почувствовала, как краска приливает к щекам: – Ничего такого не произошло. Мы просто... говорили. – Я знаю, – мягко ответила Кати. – Но иногда разговоры могут значить больше, чем действия. Особенно между вами двумя. Элен вздохнула: – Я не знаю, что чувствую, Кати. Вчера, когда я увидела его, все эти годы словно исчезли. Но потом я вспомнила, как все закончилось, и... – Пятнадцать лет прошло, Элен, – тихо сказала Кати. – Люди меняются. – А ты? – внезапно спросила Элен, глядя на подругу. – Ты счастлива с Этьеном? Кати отвела взгляд, и на её лице промелькнула тень грусти: – Внешне у нас все прекрасно, не так ли? Красивый отель, двое замечательных детей, успешный бизнес... – Она горько усмехнулась. – Но правда в том, что мы с Этьеном уже давно больше деловые партнеры, чем муж и жена. Нас держит вместе только общий бизнес, да и то... – Кати замолчала, собираясь с мыслями. – Мы всерьез подумываем о разводе. – Кати, я не знала, – Элен положила руку на плечо подруги. – Мне так жаль. – Не стоит, – Кати попыталась улыбнуться. – Мы оба пришли к этому решению, – она вздохнула. Элен не знала, что сказать. Она всегда считала брак Кати и Этьена идеальным, и это откровение застало её врасплох. – Кстати, о детях, – сказала Кати, меняя тему. – Мне пора забирать их из школы. Поговорим позже? – Конечно, – кивнула Элен. – И спасибо, Кати. За лимонад и за... откровенность. Когда Кати ушла, Элен еще некоторое время сидела на пирсе, размышляя о её словах. Жизнь на острове впервые оказалась не такой идиллической, как выглядела со стороны. Интересно, что еще скрывалось за этим фасадом райской жизни? Вздохнув, Элен встала и направилась обратно к бунгало. Ей предстояло много работы перед открытием центра, и сейчас было не время для личных переживаний. После обеда Элен отправилась в медицинский центр. Здание медицинского центра располагалось на небольшом возвышении в деревушке недалеко от отеля. Раньше здесь была старая школа, но благодаря благотворительному проекту, которым руководила Элен, её полностью реконструировали. Невысокое строение с белоснежными стенами и широкими окнами выглядело свежо и уютно на фоне буйной зелени. Сердце Элен наполнилось гордостью, когда она поднималась по ступеням к входу. Последние два года она посвятила этому проекту, собирая средства, согласовывая планы, убеждая спонсоров. Идея создать бесплатный медицинский центр для нуждающихся местных жителей родилась у неё после разговора с Кати, рассказавшей о проблемах с доступом к медицинской помощи на острове. – Элен! Как я рад вас видеть! – доктор Мартин встретил её в небольшом, но светлом холле. Пьер Мартин был невысоким полноватым мужчиной лет пятидесяти с добрыми глазами и седеющими висками. Он переехал на остров три года назад из Парижа, оставив престижную должность в клинике, чтобы помогать местным жителям. – Мы только что получили последнюю партию лекарств, – с энтузиазмом сообщил он. – Всё готово к открытию! – Это замечательно, – улыбнулась Элен. – Я хотела бы осмотреть всё еще раз, убедиться, что мы ничего не упустили. Они прошли по короткому коридору, стены которого были украшены яркими плакатами о здоровом образе жизни и профилактике заболеваний. – Здесь у нас кабинет терапевта, – доктор Мартин открыл одну из дверей. – Всё необходимое оборудование уже установлено. Комната была светлой и уютной. Возле окна стоял медицинский стол, рядом – стеллаж с инструментами. В углу разместился компьютер с монитором. – А это наша гордость, – доктор Мартин провел Элен в следующее помещение. – Лаборатория. Теперь мы сможем проводить основные анализы прямо здесь, не отправляя образцы на материк. Лаборатория, хоть и небольшая, была оснащена всем необходимым для проведения базовых исследований. Элен с удовлетворением отметила, что всё оборудование, на которое она так долго собирала средства, наконец нашло своё место. – А здесь будет принимать педиатр, – доктор Мартин показал еще одну комнату, оформленную в ярких, жизнерадостных тонах. На стенах висели картинки с мультипликационными персонажами, а в углу стоял небольшой столик с игрушками. – Доктор Ксавье прилетает послезавтра. – Всё выглядит просто прекрасно, – искренне сказала Элен, чувствуя, как её наполняет теплое чувство удовлетворения от проделанной работы. – В следующем году, если всё пойдет по плану, мы оборудуем и стоматологический кабинет, – продолжил доктор Мартин, показывая ей пустующее помещение в конце коридора. Они вернулись в небольшой кабинет, служивший одновременно приемной и административным центром. Здесь за столом сидела Софи, местная жительница, которая должна была выполнять функции администратора и помощника врачей. – Элен! – воскликнула она, вставая. – Как хорошо, что вы приехали. Запись на консультации на первые две недели уже закрыта. Весть о центре разлетелась по всему острову. – Главное, что теперь у людей будет доступ к бесплатной медицинской помощи, – сказала Элен, присаживаясь на стул возле стола Софи. – Особенно у детей и пожилых. Они еще немного обсудили последние приготовления к открытию – список приглашенных, программу церемонии, небольшой фуршет для гостей. Покидая центр, Элен чувствовала, что ее раздирают противоречия – гордость за почти завершенный проект, предвкушение предстоящего открытия и легкое волнение от множества мелких деталей, которые еще предстояло уладить. Но где-то глубоко внутри продолжали мелькать мысли о Николя, воспоминания, которые она так старательно пыталась забыть все эти годы. После посещения медицинского центра Элен решила прогуляться по пляжу. День выдался чудесный – яркое солнце, лазурное море и легкий бриз, приносящий прохладу. Она сняла босоножки и пошла босиком по теплому песку, наслаждаясь его бархатистой текстурой между пальцами. Пляж был полон людей – туристы загорали на шезлонгах, детей визжали в воде. Элен направилась к небольшому пирсу, где заметила знакомую фигуру. Джоанна сидела на краю, свесив ноги, и что-то записывала в блокнот. – Джоанна! – окликнула её Элен. Джоанна обернулась и приветливо помахала рукой. Стройная, загорелая, с выгоревшими на солнце волосами, собранными в небрежный пучок, она выглядела как настоящая морская нимфа. – Элен! Какой сюрприз! – Джоанна похлопала по месту рядом с собой. – Присаживайся. Я как раз составляю план завтрашнего погружения для группы новичков. Элен присела рядом, подставляя лицо солнечным лучам. – Как твои дела? – спросила она. – Давно мы не виделись. – Всё по-прежнему, – улыбнулась Джоанна. – Море, солнце, туристы. Жизнь прекрасна. Джоанна работала инструктором по дайвингу уже почти десять лет. Она обучала туристов подводному плаванию, проводила экскурсии к коралловым рифам, иногда сопровождала научные экспедиции. Элен всегда восхищалась её независимостью и свободолюбием. – Слышала, что Кри-Кри и Жозе наконец-то переезжают на остров насовсем? – осторожно спросила Элен. При упоминании имени Кри-Кри Джоанна едва заметно напряглась, но быстро взяла себя в руки. – Да, их бар почти готов к открытию, – кивнула она. – Они так долго к этому шли. Ремонт затянулся, но результат обещает быть впечатляющим. Живая музыка, коктейли, танцы до утра – всё, как они мечтали. – И как ты себя чувствуешь из-за его возвращения? – мягко спросила Элен. – Вы ведь еще не виделись, да? Джоанна задумчиво посмотрела на горизонт: – Нет, не виделись. Жозе сказал, что он прилетает на днях, – она сделала паузу. – Прошло пятнадцать лет, Элен. Я давно перестала думать о нем... По крайней мере, так я себе говорила. – Это было тяжелое время для тебя, – Элен положила руку на плечо подруги. – Сначала его исчезновение, потом выкидыш... – Знаешь, что самое странное? – Джоанна повернулась к ней. – Я не ненавижу его. Иногда мне кажется, что было бы проще, если бы я могла его ненавидеть. Но я просто... ничего не чувствую. Пустота. Элен понимающе кивнула: – Защитный механизм. Ты закрылась, чтобы больше не испытывать боли. – Наверное, – согласилась Джоанна. – С тех пор я предпочитаю не усложнять. Курортные романы, легкие отношения – никаких обязательств, никаких ожиданий, никаких разбитых сердец. – И ты никогда не хотела... попробовать снова? По-настоящему? – спросила Элен. Джоанна покачала головой: – Зачем? Чтобы снова пройти через это? Нет, спасибо. Мне хорошо так, как есть. Море не предаст, солнце не обманет, – она натянуто улыбнулась. – Так, как я любила Кристиана, я больше не смогу полюбить никого. И, честно говоря, не хочу. А ты? Ты готова рискнуть снова с Николя? Элен задумалась. Этот вопрос крутился в её голове с того момента, как она увидела его вчера на пляже. – Я не знаю, – честно ответила она. – Часть меня хочет бежать как можно дальше, защитить себя от новой боли. А другая часть... другая часть думает, что, может быть, нам стоит поговорить. Пятнадцать лет – долгий срок. Люди меняются. – Или остаются теми же, – тихо сказала Джоанна. – Вопрос в том, готова ли ты узнать, какой вариант верен в случае с Николя. Они сидели молча, глядя на море. Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая воду в золотистые тона. – Знаешь, – наконец сказала Джоанна, – иногда я думаю, что мы слишком много значения придаем прошлому. Оно формирует нас, да, но не должно определять наше будущее. – Она повернулась к Элен. – Если ты чувствуешь, что между вами что-то осталось, что-то недосказанное, – может, стоит дать этому шанс? Не обязательно для того, чтобы вернуться в прошлое, а может быть, чтобы наконец по-настоящему отпустить его и двигаться дальше. Элен улыбнулась: – Когда ты стала такой мудрой? – Когда начала проводить слишком много времени под водой, – засмеялась Джоанна. – Там хорошо думается. Элен внимательно посмотрела на подругу: – А ты? Ты бы смогла поговорить с Кри-Кри? Джоанна долго молчала, прежде чем ответить: – Не знаю. Часть меня знает, что заставило его бросить меня в такой момент. Другая часть боится это услышать. – Она вздохнула. – Но теперь, когда он возвращается, мне, вероятно, придется столкнуться с этим. Остров не такой уж большой. Они еще немного поговорили о предстоящем открытии медицинского центра, о планах Джоанны организовать благотворительные погружения для местных детей, о новых коралловых рифах, которые она обнаружила недалеко от северного побережья. Вскоре Джоанна взглянула на часы и поднялась: – Мне пора. У меня еще встреча с поставщиком оборудования. Они попрощались, обменявшись теплыми объятиями. Джоанна направилась к своему бунгало, а Элен осталась на пирсе, глядя на закат. Разговор с Джоанной заставил её задуматься. Может быть, подруга права? Может, ей стоит поговорить с Николя, раз и навсегда разобраться в том, что произошло пятнадцать лет назад? Не для того, чтобы вернуться к прошлому, а чтобы наконец отпустить его и двигаться дальше. Элен вспомнила, как они с Джоанной поддерживали друг друга в тяжелые дни. Тогда они были просто студентками, полными надежд и мечтаний. Теперь они взрослые женщины, построившие свои жизни, но, похоже, прошлое не отпускало ни одну из них. Элен глубоко вдохнула соленый морской воздух. Остров всегда действовал на неё умиротворяюще, помогал собраться с мыслями, найти внутреннюю гармонию. Возможно, именно поэтому судьба снова привела её сюда – чтобы она наконец смогла закрыть эту главу своей жизни и открыть новую. Вечер опустился на остров, окутывая его мягким покрывалом сумерек. Элен направилась в пляжный ресторан, где договорилась поужинать с Бенедикт и Лали. Ресторан представлял собой открытую террасу под соломенной крышей, с деревянными столиками, расставленными прямо на песке. Вокруг горели факелы, отбрасывая теплый, мерцающий свет, а из динамиков лилась тихая босанова. Подойдя ближе, Элен заметила Бенедикт, сидящую за дальним столиком у самой кромки воды. Перед ней стоял высокий бокал с коктейлем, украшенным долькой ананаса и маленьким бумажным зонтиком. – Бене! – окликнула её Элен, приближаясь. Бенедикт подняла голову и улыбнулась, но Элен сразу заметила, что улыбка не коснулась её глаз. – Элен! Наконец-то! – Бенедикт поднялась и крепко обняла подругу. – Лали немного задерживается, у неё какая-то срочная встреча с клиентом. Они сели за столик, и официант тут же подошел принять заказ. Элен выбрала легкий салат с морепродуктами и белое вино, а Бенедикт заказала ещё один коктейль. – Как прошёл твой день? – спросила Бенедикт, когда официант удалился. – Кати говорила, ты ходила в медицинский центр? – Да, всё почти готово к открытию, – кивнула Элен. – Осталось уладить лишь несколько формальностей. А как ты? Как работа гидом? Бенедикт вздохнула и отпила из бокала: – Если честно, я устала, Элен. Физически и морально. Элен внимательно посмотрела на подругу: – Что случилось, Бене? – Знаешь, со стороны кажется, что я живу в раю, – Бенедикт обвела рукой окружающий пейзаж. – Тропический остров, пальмы, лазурное море, экзотические птицы... Но на самом деле водить туристов по эко-тропам – это адски тяжёлая работа. Жара, насекомые, постоянные подъёмы в гору. К вечеру я чувствую себя выжатым лимоном. Мне тридцать пять, и знаешь что? Я хочу чего-то другого. Она замолчала, глядя на океан. Солнце почти скрылось за горизонтом, окрашивая небо и воду в насыщенные оранжево-розовые тона. Лёгкий бриз играл с прядями её волос, выбившимися из пучка. – Чего именно ты хочешь, Бене? – тихо спросила Элен. – Свою семью, – просто ответила Бенедикт. – Свой дом, не съемную студию на пару месяцев, а настоящий дом с садом и верандой. Ребёнка. И мужчину рядом, который бы действительно заботился обо мне, а не только о своих амбициях. Элен удивлённо подняла брови: – Ты говоришь о Жозе? Бенедикт кивнула: – Последний год он периодически приезжал сюда, чтобы проконтролировать ремонт бара. Последние месяцы он вообще почти всё время здесь из-за работы, и я решила присоединиться к нему. Думала, это будет новым началом для нас. – Она горько усмехнулась. – Какая же я была наивная. – Что произошло? – спросила Элен, чувствуя, как сердце сжимается от боли за подругу. – Ничего, в том-то и дело, – вздохнула Бенедикт. – Жозе интересует только его бар. Он приходит домой поздно, уходит рано, всё время говорит о каких-то проблемах с поставщиками, дизайнерами, строителями... Для него этот бар – воплощение мечты всей жизни. А я... я просто оказалась рядом. Официант принёс заказ – ароматный салат для Элен и новый коктейль для Бенедикт. Они помолчали, пока он расставлял тарелки и приборы. – Знаешь, что самое смешное? – продолжила Бенедикт, когда официант ушёл. – Джимми сейчас мой напарник по эко-турам и ведёт себя как мужчина моей мечты. Он всегда готов поддержать, помочь, выслушать. С ним так приятно просто сидеть на пляже и смотреть на звёзды, – она покачала головой. – А с Жозе... у Жозе на такие глупости нет времени. Элен задумчиво помешивала вино в бокале: – Ты говорила с Жозе об этом? – Пыталась, – пожала плечами Бенедикт. – Но он не слышит. Или не хочет слышать. Всё время обещает, что после открытия бара у нас будет больше времени друг для друга. Но я уже не верю. Сначала будет открытие, потом раскрутка, потом расширение... Всегда найдётся причина не быть со мной. Она отпила из бокала и посмотрела на Элен с грустной улыбкой: – Прости, что вываливаю на тебя всё это. Ты пришла отдохнуть, а я тут со своими проблемами. – Не говори глупостей, – мягко возразила Элен. – Мы же друзья. Для того и нужны друзья, чтобы делиться и радостями, и горестями. Бенедикт благодарно кивнула: – Спасибо, Элен. Ты не представляешь, как мне не хватало человека, с которым можно просто поговорить. Они сидели в уютном молчании, наблюдая, как последние лучи солнца исчезают за горизонтом, уступая место звёздам. Океан тихо шептал у их ног, накатывая волнами на песчаный берег. Где-то вдалеке играла гитара, и чей-то смех разносился по воздуху. Остров дышал безмятежностью и покоем, предлагая своим обитателям райскую жизнь, наполненную красотой и гармонией. Но Элен теперь видела, что за этим идиллическим фасадом скрывались те же человеческие страдания и сомнения, что и везде. Даже в раю сердце может тосковать и стремиться к чему-то большему. Глядя на грустное лицо Бенедикт, освещённое мягким светом факелов, Элен думала о том, как странно устроена жизнь. Кто-то, как Бенедикт, живёт в месте, о котором другие могут только мечтать, но чувствует себя несчастной. А кто-то находит счастье в самых простых вещах, в самых обычных местах. Может быть, дело не в месте, а в людях, которые рядом с тобой? В чувствах, которые ты испытываешь? В том, насколько твоя жизнь соответствует твоим истинным желаниям? Эти мысли заставили Элен задуматься о собственной жизни, о Николя, о том, что она действительно хочет от будущего. Но прежде чем она успела погрузиться глубже в свои размышления, Бенедикт тронула её за руку: – Смотри, кажется, идёт Лали, – сказала она, указывая на стройную фигуру, приближающуюся к ресторану. Лали приближалась к ресторану неторопливой, плавной походкой. В белом льняном платье, с длинными волосами, собранными в свободную косу, и нитками деревянных бус на шее, она выглядела как воплощение спокойствия и гармонии. Элен невольно залюбовалась подругой – в каждом её движении чувствовалась какая-то первозданная грация, словно она была частью окружающей природы. – Простите за опоздание, – мягко улыбнулась Лали, присаживаясь за столик. – У меня была консультация с клиенткой, которая никак не могла отпустить свои страхи. – Ничего страшного, – ответила Элен. – Мы с Бене как раз вспоминали старые времена. Лали заказала травяной чай и салат из свежих овощей, отказавшись от вина. – Я не употребляю алкоголь уже пять лет, – пояснила она в ответ на вопросительный взгляд Элен. – Он затуманивает сознание и мешает духовному росту. Бенедикт закатила глаза: – Боже, Лали, ты говоришь прямо как эти брошюры из твоего центра. Лали не обиделась, лишь улыбнулась с лёгкой снисходительностью: – Возможно. Но это действительно работает, Бене. Я никогда не чувствовала себя лучше, чем сейчас. – Расскажи о своей работе, – попросила Элен, искренне интересуясь. – Кати упоминала, что ты специализируешься на холистической медицине? Лали оживилась: – Да, уже семь лет. Я веду курсы йоги, медитации и осознанности. Помогаю людям найти баланс между телом, разумом и духом. – Её глаза светились, когда она говорила о своей работе. – Знаешь, Элен, большинство болезней начинаются в сознании. Если научиться контролировать свои мысли, можно контролировать и своё здоровье. – И как ты пришла к этому? – спросила Элен, отмечая, как изменилась Лали за эти годы. В университете она была импульсивной, эмоциональной девушкой, часто менявшей увлечения и партнёров. Лали на мгновение задумалась, её взгляд стал отстранённым: – После того, как... я оказалась в глубокой яме... – она осторожно подбирала слова, явно избегая упоминания Себастьена, – меня кидало из крайности в крайность. Я пережила всё – алкоголь, случайные связи, неконтролируемые истерики... Пустота внутри становилась только больше. Элен и Бенедикт молча слушали, не решаясь прервать этот редкий момент откровенности. – В какой-то момент я поняла, что медленно убиваю себя, – продолжила Лали. – И тогда я схватилась за соломинку, я отправилась в Индию, в ашрам. Хотела найти просветление, успокоить свой разум. – Она улыбнулась воспоминаниям. – Первые месяцы были адом. Ранние подъёмы, строгая вегетарианская диета, часы медитации... Но постепенно я начала чувствовать изменения. Словно туман в голове рассеивался, и я впервые видела мир таким, какой он есть. – И ты нашла то, что искала? – тихо спросила Элен. – Я нашла себя, – просто ответила Лали. – И поняла, что никто другой не может сделать меня счастливой или несчастной. Только я сама. Официант принёс чай и салат для Лали. Она поблагодарила его лёгким кивком и продолжила: – Сейчас я веду курсы для таких же потерянных душ, какой была сама. Людей, которые ищут себя после жизненных неурядиц, которым нужна крепкая почва под ногами. – Она сделала глоток чая. – А недавно мне предложили работу в новом велнес-центре "Лазурный Рай". – Серьёзно? – оживилась Бенедикт. – Том самом, что строит Питер Ватсон? Это же супер-элитное место! – Да, – кивнула Лали с лёгкой улыбкой. – Я буду вести там курсы для VIP-клиентов. Знаменитостей, бизнесменов, политиков... Людей, которым особенно нужно научиться расслабляться и отпускать контроль. – Вот это да! – искренне восхитилась Элен. – Поздравляю, Лали. Ты действительно добилась успеха. – Кто бы мог подумать, – подхватила Бенедикт с шутливым удивлением, – что наша Лали, которая могла танцевать на столе в баре и уходить с незнакомцами, станет гуру для миллионеров! Лали рассмеялась – мягким, мелодичным смехом: – Жизнь полна сюрпризов, не так ли? – она отпила ещё чая. – Но знаете, что самое удивительное? Я действительно счастлива. Не тем лихорадочным, эйфорическим счастьем, которое быстро проходит, а глубоким, спокойным удовлетворением. – А как насчёт личной жизни? – осторожно спросила Элен. – У тебя есть кто-то? – Сейчас нет, – покачала головой Лали. – Несколько лет я была совсем одна, пока не выбралась из своей психологической ямы. Потом была пара отношений, но... – она пожала плечами, – это всё не то. Не для долгосрочной перспективы. – И тебя это не беспокоит? – удивилась Бенедикт. – Не хочется семьи, детей? – Возможно, когда-нибудь, – задумчиво ответила Лали. – Но я не тороплюсь. Если это должно произойти, оно произойдёт. А если нет – значит, моя дхарма в другом. – Дхарма? – переспросила Элен. – Предназначение, путь, – пояснила Лали. – В индуизме считается, что у каждого человека есть своя дхарма, своё место в мировом порядке. – Она посмотрела на подруг с лёгкой улыбкой. – Возможно, моя дхарма – помогать другим находить свой путь, а не создавать собственную семью. – Ты действительно изменилась, Лали, – мягко сказала Элен. – Повзрослела. – И поумнела, – добавила Бенедикт с искренним восхищением. Лали засмеялась: – Надеюсь, что так. Хотя иногда я скучаю по той безрассудной девчонке, которой была когда-то. – Её взгляд на мгновение затуманился, словно она вспомнила что-то из прошлого, но она быстро вернулась в настоящее. – А как твой проект, Элен? Кати говорила, что открытие центра уже скоро? Разговор перешёл на более нейтральные темы – медицинский центр, туристический сезон, новые достопримечательности острова. Они вспоминали забавные истории из студенческой жизни, делились планами на будущее, смеялись над старыми шутками. Но Элен не могла не заметить, как тщательно они все избегали определённых тем – Себастьена, Николя, своих обид и разочарований. Словно под этой лёгкой, непринуждённой беседой скрывались глубокие воды непроговорённых эмоций. Когда ужин подошёл к концу, Лали первой поднялась из-за стола: – Мне пора, девочки. Завтра рано вставать – у меня занятие на рассвете, – она обняла подруг. – Было так приятно увидеть вас обеих. Давайте не теряться снова. После ухода Лали Бенедикт тоже засобиралась: – Я тоже, пожалуй, пойду. Обещала заглянуть к Джимми, нужно обсудить маршрут на завтра, – она замялась. – Не говорите Жозе, ладно? Элен понимающе кивнула: – Конечно. Спасибо за вечер, Бене. Оставшись одна, Элен заказала ещё бокал вина и повернулась лицом к океану. Луна отражалась в тёмной воде серебристой дорожкой, факелы мягко потрескивали, где-то вдалеке играла музыка. Казалось, что остров был создан для безмятежности и счастья. Но за этим идиллическим фасадом Элен теперь видела другую реальность – Бенедикт, тоскующую по настоящей любви и семье; Лали, построившую вокруг себя стену из духовных практик, чтобы защититься от новой боли; Кати и Этьена, чей брак трещал по швам несмотря на внешнее благополучие; Джоанну, которая боялась снова открыть своё сердце. И себя – женщину, которая пятнадцать лет пыталась забыть мужчину, но стоило ей увидеть его снова, как все стены, которые она так тщательно возводила, рухнули в одно мгновение. Райский остров, думала Элен, глядя на звёздное небо, – это всего лишь декорация. Настоящая жизнь со всеми её сложностями, болью и радостями происходит внутри каждого из нас, независимо от того, где мы находимся. С этой мыслью она допила вино, расплатилась и медленно пошла по пляжу к своему бунгало, слушая шёпот волн и размышляя о том, что ждёт её завтра.