Часть 2

Цукуши сидела на коленях возле низкого столика и тихо складывала постель, когда дверь неожиданно распахнулась. — А?! — воскликнула она, увидев на пороге брата. — Цукаса-кун?! — чуть ли не одновременно крикнул Сусуму, вытаращив глаза. Домёдзи сонно поднял голову с её футона, волосы торчали во все стороны. Сусуму (шепотом, но громким от ужаса): — Ты… что… делал… в комнате моей сестры всю ночь?! Цукуши (в панике, краснея): — Н-ничего! Он просто ночевал! Родители же в деревне, и… Цукаса (пытаясь встать, запутался в футоне, упал, вскочил и, волнуясь, выпалил): — Эй, мелкий! Не думай, что я тут… эм… неправильно делал что-то! Я вообще… чист как… как стиральная доска! Цукуши (прикрывая лицо ладонью): — Цукаса, ты хотел сказать "чист как стекло". Цукаса (ещё больше путаясь): — Да какая разница, стекло или доска! Главное, что я не трогал твою сестру… ну, то есть трогал, но не так… Цукуши (в ужасе): — Замолчи, пожалуйста! Сусуму (крича): — Трогал?! Цукаса (пыхтя, пытаясь оправдаться): — Я трогал её руку! Ну, пальцы! То есть… мы держали руки. Но это было… платоническое убийство! Цукуши (в отчаянии): — Платоническое чувство! Цукаса (злится на себя): — Вот! Чувство! Именно это я сказал! Сусуму подозрительно сузил глаза, но вид растерянного и красного, как помидор, Цукасы выбил его из колеи. Сусуму (хохоча): — Ха-ха, я понял, понял! Не волнуйтесь! Я ведь всё равно рад. Цукаса (с удивлением): — Рад? Сусуму (серьёзно, но тепло): — Конечно! Наконец-то моя сестра не одна, а с кем-то, кто её защищает. Ты же всегда рядом, Цукаса-сан. Мне это нравится. Цукуши застыла, уставившись на брата, а Цукаса даже чуть растерялся от такой прямоты. Цукаса (пробормотал, краснея и сбиваясь): — Ну… да. Я же… защитный пояс… этот… безопасности! Цукуши (смеясь): — Воздушная подушка безопасности, Цукаса. Цукаса (нахмурившись): — Подушка, пояс — всё равно. Я твоя защита. Сусуму подошёл к нему и протянул ладонь, как взрослый: Сусуму: — Тогда обещай, что никогда не оставишь Цукуши одну. Цукаса (серьёзно, крепко сжимая его ладонь): — Обещаю. Даже если мне придётся драться с… с целым зоопарком тигров! Цукуши (вздыхает, но с улыбкой): — Орда тигров, Цукаса… Сусуму (смеётся): — Ну всё, я спокоен! Значит, у моей сестры будет счастливое будущее! Он радостно выбежал на кухню, оставив их наедине. Цукуши прижала ладонь к щеке, всё ещё краснея. Цукаса, переминаясь с ноги на ногу, пробормотал: Цукаса (задумчиво): — Знаешь… твой брат классный. Даже он понял, что мы… это… кармическая судьба! Цукуши (смеясь): — Кармическая связь, Цукаса. Цукаса (довольно): — Вот именно! Это! ****** На кухне уже вкусно пахло: Цукуши жарила рыбу, а Сусуму хлопотал рядом, доставая тарелки. Цукаса сидел за столом, подпирая голову рукой, и с важным видом наблюдал. Цукаса (надменно): — Я могу помочь. Я же мужчина. Сильный. Умный. Мастер… кухонных операций. Цукуши (оглянувшись на него, прищурившись): — После того, как ты чуть не разрубил огурец вместе с доской? Цукаса (обиженно): — Это был стратегический ход! Сусуму (поддерживающе): — Да ладно, Цукаса-сан, попробуйте ещё раз. Интересно же! Цукаса важно поднялся, нацепил фартук с зайчиком, который случайно протянул ему Сусуму, и с серьёзным видом взялся за миску с яйцами. Цукаса (сосредоточенно): — Ладно. Яйцо — это мой враг. Но я победю его! Цукуши (подправляет): — Одолею. Цукаса (раздражённо): — Да знаю я! Не мешай. Он замахнулся, стукнул яйцо об край миски… и скорлупа разлетелась во все стороны, половина содержимого оказалась на полу. Цукаса (растерянно, но гордо): — Вот! Теперь оно… повержено. Сусуму (смеётся до слёз): — Цукаса-сан, вы как ниндзя-убийца яиц! Цукуши (вздыхает, убирая скорлупу): — Скорее разрушитель завтраков… Но Цукаса не сдавался. Он схватил второе яйцо, и на этот раз, слегка зажмурившись, аккуратно расколол его. Белок и желток мягко стекли в миску. Цукаса (расплываясь в улыбке): — Видела? Я… профессиональный яичник! Цукуши (в ужасе): — Ты хотел сказать «повар яичницы»! Сусуму (заливаясь смехом): — Нет-нет, оставьте так! «Профессиональный яичник» звучит круто! В итоге завтрак всё-таки был приготовлен: рыба, рис и даже омлет, к которому Цукаса приложил руку (пусть и косвенно). Они сели втроём за низкий стол. Солнце пробивалось в маленькое окно, и атмосфера была тёплой, почти семейной. Сусуму (довольно): — Никогда ещё утро не было таким весёлым. Спасибо, Цукаса-сан! Цукуши (смотрит на Цукасу, смягчаясь): — Да… спасибо. Цукаса (сначала удивлён, потом расправляет плечи и гордо заявляет): — Конечно. Потому что теперь я — часть вашей завтрачной… эээ… Цукуши (поправляет, усмехаясь): — Семьи. Цукаса (довольно): — Да! Завтрачной семьи! Сусуму снова засмеялся, а Цукуши, хоть и покачала головой, почувствовала в сердце тепло: рядом с Цукаcой даже обыденный завтрак превращался в что-то особенное.