Тепло

В полной темноте были слышны возгласы. —Свят-свят-свят! —Тьфу на тебя, чего ты опять крестишься! —Други, прекратите браниться! —В самом деле, какова суета! —А мне не печаль того! —Хи-хи, а мне вот потешно! —Товарищи, кажется, нас слышат! —Кто? —Кто? —А ты не брешешь? —Ну раз вы такие умницы-разумницы, догадайтесь сами! —Да кому мы нужны, кто нас услышит… —А давайте, чтобы нас точно услышали, споём! —Давайте! —Давайте! —Ну, будем!

И голоса запели. Так звонко, так ладно, а главное, песня эта согревала сердце. Родная, заставляющая вспоминать всё самое тёплое и доброе. Но потом, голоса начали прерываться. Они стали звучать обрывисто, то громко, то тихо, а потом во все десять закричали: «ПРОСНИСЬ!» И Аз проснулся, весь холодный и дрожащий. Всё он действительно услышал их во сне. Он знал, что всё это были мертвецы, пускай лица были закрыты дымкой. Всё, что сейчас мог сделать Аз, со всей силы стукнуть кулаком по кровати. Это несправедливо. Он хотел всех их увидеть, по настоящему, заглянуть им в глаза и обнять. А вышло…Очередное напоминание о том, что их больше нет. И Аз решил пойти к Буке. В такие моменты только он мог его утешить. В конце концов, они оба—самые первые. Через несколько минут, вторая буква услышал стук в дверь. На пороге стоял главный симболар во всём Алфавите с поникшим взглядом. Тут всё было понятно и без слов. Как только они улеглись в скромную постель Буки, Аз крепко сжал его, сказав: — Расскажи про Ивана Купалу. Друг широко улыбнулся, так же обняв Аза. — Ну, слушай. И Бука начал рассказывать: — Пока все сидели у костра, ты, я, Ведя, Глаголь и Добро надевали обереги и белые одежды. Ты сам, всем нам их подбирал, на каждый узорчик смотрел, чтобы подходил. Вот помню, стою в нашей избушке, ноги вместе, руки врозь, а ты вокруг меня ходишь кругами, да на вышивку смотришь. Я вот помню, уже устал жутко и спрашиваю: «Ну на что тут ещё можно смотреть?». А ты, ты же тогда другой был, таким серьёзным взглядом на меня уставился и говоришь: «Мне кажется, у тебя боярышник криво вышит!». Вот умора-то была! Ну так вот, приходим мы впятером к костру, а все на на нас смотрят, начинают радоваться, хлопать и свистеть. У тебя тогда глаза смеялись, но ты всё равно пытаешься быть таким серьёзным, руки в замочек, откашливаешься и наконец объявляешь: «Иван Купала!». После этого мы сразу же начинали плясать и водить хоровод. Ещё все поём эту, нашу любимую: «Ой на Ивана, да на Купала»! А потом все в разнобой начинаем через костёр прыгать. Ты потом кстати настаивал, чтобы лично со всеми попрыгать. Когда уже все не так задорно прыгали, кто-то всегда говорил: «Айда в речку!», и все мы стремглав мчались туда. Там уже каждый бедокурил, как хотел. Вы-же вот с Юсмой очень любили друг друга топить. А главное, главное-то, все довольные и счастливые! И многие для вида ломались, говорили: «Да ну эту вашу речку, не хочу купаться!», но это они для вида, на самом-то деле на них чуть-чуть надави, так они уже сломя голову сами бросались. Я вот любил до конца времени плавать, а ты нет. Многие там уже в кружок собирались, и начинали на венках гадать, ну вот и ты с ними. А вот Зело, Зара и Ксий, помню, очень любили горящие колёса катать. Потом наступало время искать цветок папоротника. Чаще всего его Юсма с Юсбой находили, не знаю кстати, почему. И затем до рассвета водили хороводы, снова пели и играли. На утро мы все уже слегка уставшие были, а ты, помню, всегда бодрячком был. Там уже сил на такие гулянки не было, все тихонечко росой умывались и травки собирали. Напоследок садились в круг, и друг друга угощали. Мне всегда в такие моменты было очень вкусно, что ни ешь. А потом, кто как уходил. Ты вот кстати никогда один домой не шёл, с тобой были мы да Юсма и Юсбой. Ещё смешно, когда мы от усталости ложились кто куда. Помнишь, на сеновал улеглись, а ты потом позже всех просыпаешься, и кричишь во всё горло: «А почему у меня во рту сено?!». Вот так мы раньше Ивана Купалу и отмечали. Весело, дружно, одним словом — хорошо! Сейчас всё изменилось, конечно, но всё равно… Аз уже спал. Обняв Буку, он улыбался. В ту ночь ему наверняка виделись самые добрые сны.