Часть 10

Сев за стол, они заметили, что мальчишка ел помалу, словно боялся, что еды будет мало. От этого Мадаре стало как-то даже грустно, ведь мальчик ещё ребёнок. И тогда Учиха решил поговорить с мальчиком о семье, друзьях и увлечениях. – У тебя есть брат или сестра? – Мадара спросил это, словно не знал ничего о клане, хотя прекрасно знал о брате и о том, кто станет главой. – Да, старший брат Коичи, но я его ненавижу, потому что моя судьба – умереть ради него, – грустно ответил мальчик. – У меня есть младший брат, и есть у нас печать или нет, но мы друг за друга умрём только потому, что мы братья. И пусть у нас разные взгляды на жизнь, но у нас одна кровь и плоть, – Изуна гордо закивал на слова брата. – Это не одно и то же! Вы же не понимаете, я не хочу умирать за того, кто командует мной! Тут Изуна увидел, как брат напрягся и стал походить на ту версию себя, что обычно появлялась на поле боя. – Не забывай, с кем разговариваешь... – опасно предупредил Мадара. – Я ведь могу позабыть, что перед мной ребёнок. – Но вам все равно не понять моих чувств! – Хироши словно не слышал ничего и никого вокруг. – Успокойся, – он пытался сохранить спокойствие. – Я принял тебя в свой дом, несмотря на то, что ты чужой нам. А Изуна привёл тебя домой. И раз на то пошло, прояви хоть чуть-чуть благодарности, что я ещё не решил убить тебя. – А я вас и не просил помогать! – не отступал Хьюга. Изуна решил вмешаться. – Ты сопляк, что помешан только на своих чувствах. Хватит ныть, что тебе хуже, чем остальным. Мы похоронили своих братьев. В мире постоянно кто-то умирает. Война идёт на протяжении многих лет. А ты ноёшь, как сопляк. Успокойся и веди себя достойно, – Изуна говорил спокойно, но голос иногда срывался. Нет, он не говорил, что плакать нельзя, но говорить, что ему хуже, и ныть – это уже слишком. Хироши слушать это было неприятно. Он встал со стола, чтобы устроить истерику, но Мадара абсолютно ровным голосом остановил его. Вот тогда мальчику стало по-настоящему страшно. – Иди, куда хочешь. Вот только вряд ли ты выйдешь за территорию Учих живым. В лучшем случае без руки или ноги, а может, сильно ранен. Ведь ты чужак на наших землях. Он не мог поверить этим словам. Как? Как такое возможно!? Угрожать ребёнку!? Да кто он такой!? Мадара, видя, что мальчик не совсем понимает, кто перед ним, решает представиться. – Я Мадара Учиха. Не думай, что я буду нянчиться с тобой. – Неужели тот самый? Тот, которому равных нет, кроме Сенджу? Посмотрев на Изуну, все стало ясно: они братья. Это тот Изуна, который никогда не проигрывал, а в дуэте с Мадарой был непобедим. Тот Учиха, у которого чакра была особенно сильна, а его мастерство владения шаринганом было настолько велико, что ни один шиноби не мог предугадать его слабые места. Мальчик знал, их дуэт равен дуэту Сенджу, и его поведение казалось ему глупым. Ведь если они захотят расправиться с ним, то у него не выйдет даже спрятаться. И извиняться он не хотел, ведь признать вину – это уже проиграть. А проигрывают слабые и никчёмные. Только вот если бы это услышала Сакура... Она бы оторвала ему язык. Ведь проиграть – не значит быть слабым. Просить прощения – не значит быть слабым и проиграть. Ведь только сильные могут извиниться и признать вину, а слабые они прикроются щитом проигрыша. – Изуна, отведи мальчика в комнату, где он будет временно жить, – Мадара встал из-за стола. – Идём, – Изуна подтолкнул мальчика в сторону коридора. – Следи за языком. Он твой враг, а не мы. – Я лишь хотел, чтобы меня поняли... – Ты лишь хотел ныть. Всем плохо. И все пытаются выжить. Но если только сопли пускать, то погибнешь ещё быстрее, чем стукнет восемнадцать. Мы пришли, – он открыл двери. Взору Хироши предстала комната: просторная, со столом и футоном на полу. На столе лежали аккуратно сложенные свитки и какие-то вещи. Он шагнул внутрь, словно боясь, что это мираж. Хироши давно не спал в хороших условиях. Он сразу вспомнил родителей и свою комнату... – Если что-то нужно – позовёшь, – Изуна ушёл, оставив его наедине с собой. Хироши погрузился в свои грустные мысли.

***

Главе клана Хьюга сообщили, что Сенджу нашли мальчика, и по описанию мальчик очень напоминал их сыночка, их Хироши. – Как думаешь, это он...? – женщина смотрела словно в пустоту. Она хотела верить в лучшее, ведь их сынок пропал три года назад, и Харуко надеялась, что с ним всё хорошо. И вот вчера двое Сенджу сообщили, что нашли мальчика в доме бывшего со-клановца. – Я не знаю, но надеюсь, что это наш сынок... – мужчина по имени Наги подошёл сзади к жене, ложа руки ей на талию, а голову на плечо. – Нашёл мальчик... наш Хироши, – слёзы катились по её щекам. Она ведь любила его, и пропажа сына стала ужасным потрясением в её жизни. Отец стал строже и словно совсем погрузился в себя, но его последней ниточкой с этим миром стали старший сын и любимая жена. На Коичи пропажа брата очень повлияла: он замкнулся в себе, винил себя и жалел о том, что он старше Хироши. Он чувствовал вину, и когда узнал, что нашли мальчика, и, судя по всему, это его брат, то был несказанно рад и благодарил всех богов и богинь за то, что они даровали им эту новость.

***

На следующий день Учиха Мадара привёл мальчика на нейтральную территорию к Сенджу. Там рядом с другими Хироши увидел девушку, розоволосую, одетую в красное кимоно. Он рванул к ней с криками: – Сакураааааа! Она впустила его в свои объятия. Изуна и Мадара невольно улыбнулись, наблюдая за этой картиной. – Ты как!? Тебя накормили? Ты цел!? Ничего не болит!? – Сакура очень переживала за него. – Всё в порядке, а ты как? – Со мной всё хорошо. У меня для тебя есть один сюрприз, – Сакура немного отодвинулась от него. – Какой? – осторожно спросил мальчик. – Посмотри налево, – она указала пальцем в ту сторону. Он застыл, не веря своим глазам. Слезы моментально хлынули из глаз. Мама... – МАМА! – он ринулся к ней. Женщина прижимала сына так сильно, что казалось, вот-вот он пропадёт опять. – Сынок... мой мальчик... моя жизнь. Ты не представляешь, как мы ждали этой встречи, как мечтали увидеть тебя. Я думала, что я плохая мама, что не достойна тебя. – Мамочка, не говори такого, пожалуйста... – он вытирал её слёзы. – Ты самая лучшая. Это я плохой, раз подумал, что вы меня не любите... – Брат! – послышалось Хироши где-то сзади. – Коичи! Коичи подошёл к ним. – Извини меня за то, что заставил почувствовать себя нелюбимым. Сакура прослезилась от этих слов, ведь редко бывает так, что брат за брата готов умереть. Но Коичи продолжил: – Если бы я мог... я бы не родился старшим. – Брат, не стоит. Я лишь думал о себе. Но двое шиноби дали мне понять, что в этой жизни не важно, кто я и кто мой брат, ведь мы одной крови. Он кинул взгляд на Мадару. Тот стоял со скрещёнными руками на груди, на нём были красные доспехи, и глаза, что видели боль. А потом на Сакуру – ту, что после всего дала ему шанс. И, возможно, они и не те, кто должен был встретиться. Ведь в том другом прошлом Хироши умер незадолго до восемнадцати, сразившись со старшим братом не на жизнь, а на смерть. Брату было тяжело убить брата, но раз он пошёл против всех, то прощения ему нет. Или есть? Сакура слышала их историю и много раз сравнивала с одним своим знакомым, только, к сожалению, она не помнила, с каким. Сзади к ним подошёл мужчина, судя по всему, отец семейства. Его имя ей тоже было известно – Наги Хьюга. Он, казалось, тоже плакал. И вот они все вместе обнимаются. Вернувшись домой, Сакура заметила: Тобирамы нет в постели, и в комнате слишком чисто, хотя там всегда так было. Она дрогнула, когда почувствовала горячее дыхание на своей коже. Обернувшись, она увидела его. Как он оказался сзади неё в один миг? Бездонные... – Сакура, – он шагнул к ней. Она смотрела на него, пытаясь понять, что он хочет и почему он встал. – Сакура, ты бы хотела начать отношения со мной? – Извини, что? – она переспросила, не веря своим ушам. Возможно, он из-за ранения бредит? Тобирама закатил глаза, понимая, что она всё прекрасно понимает. – Ладно, я повторю. Ты хочешь отношений со мной? – Хочу, – ответила розоволосая, до сих пор не веря в происходящее. Он смотрел на неё, а она на него, не понимая, что делать дальше и как реагировать на всё это. Тобирама улыбнулся, понимая, что теперь ей никуда не деться и она теперь всегда будет рядом. Может, теперь он обретает вечный душевный покой? Пока она рядом с ним, то он будет стараться всегда выигрывать. А может, он уже победитель? Ведь Сакуру тяжело быть достойным, она не простая. Для него она особенная и самая лучшая, даже если и он не всегда её понимает, но он старается. Не ради себя, а ради неё. Ради их совместного будущего, чтобы их дети жили в мире и любви, без боли и страданий, без капельки сомнений в том: "А мама меня любит? А папа?" И "папа постоянно не дома, он точно наш папа?" Хотя за эти слова он скорее придушил бы их. Как можно усомниться в том, точно ли он их отец!? В детстве он боялся о таком даже подумать. Хотя время идёт, и всё изменяется в лучшую сторону для всех, в том числе и их.