Часть 25

Тяжёлые шаги раздались эхом по коридору, заполняя пространство тьмой. Если бы тишина могла говорить, она точно просила о пощаде. Тот, кто зашёл в комнату, не обладал ничем, что было присуще ангелу, — это скорее демон. — Хаширама, — огоньки свечей дрогнули. Хаширама оторвал грустный взгляд от свитков. — Мадара! Старший Сенджу моментально вскочил. Резкое изменение в настроении делало его тем же мальчиком, что и много лет назад, — в нём ничего не изменилось. — Ой, а ты чего такой злюка? Что стряслось? — его лицо удивлённо изучало друга. Такая тяжёлая аура... хотя… «может, он не мылся просто». Он принюхался: «да нет, чистый вроде». — Ты что делаешь? — Мадара приподнял брови. — Ты когда мылся в последний раз? — Ты идиот? — на откровенный дебилизм друга он отреагировал не так резко, как хотел. — Извини, просто ты такой... ну, не такой. Вот думаю, вдруг ты не моешься... — он безобидно улыбнулся. Мадара закрыл глаза, мысленно отсчитывая до десяти. — Я не за этим пришёл. — А за чем?

***

Сакура пошла к себе в комнату. Тока задерживалась очень сильно, и сидеть ждать её не было смысла. Открыв двери в комнату, возле окна она увидела его... Он даже не обернулся — настолько ему было плевать. Холодная дистанция росла, как и злость Сакуры на этого придурка. Она же ничего не сделала. Пройдя в глубь комнаты, она и не ждала ни одного хорошего слова в свою сторону. Унижаться за просто так Сакура не будет — в её жизни и без этого хватает дерьма. Пусть он сам делает что считает нужным, даже если это будет клеймо предательницы, ей уже плевать. — Харуно. Одно сухое слово. — Да, лорд Тобирама? Он медленно оборачивался к ней, но в её глазах не было страха. Сакура уже не та девочка, которую можно было напугать подобным. Будь она двенадцатилетней девочкой, возможно, испугалась бы, но она прошла потери друзей и родных, она пережила войну, похищение, и сейчас предательство ощущалось не менее больно, но ожидаемо, как ей казалось. Хотя где-то в глубине души она надеялась на обратное. — Что ты скрываешь, Харуно? Его глаза — алые, как кровь — могли бы выдать его, будь он как Изуна. — Ничего, — она знала, это было бесполезно. Сенджу был всегда упёртым, как баран, от него ничего ожидать нельзя было. Он тот тип людей, что даже под угрозой смерти ничего не скажет. — Я никогда ничего не скрывала. — Перестань врать. Он оказался сзади неё. Розоволосая хотела бы его хорошенько ударить — может, тогда этот осёл придёт в себя. Хотя маловероятно. — Если вы не верите мне, можете устроить допрос. Уж поверьте, если бы я что-то скрывала, то как минимум я бы давно начала действовать, — про себя Сакура ругалась: зачем она сейчас это сказала? Это ни к чему хорошему не приведёт... а уж тем более если это белобрысый. — Просто признайся — и всё, — его дыхание уже обжигало её кожу. Харуно уверяла себя, что хочет отойти, но тело не слушалось, словно яд, который парализует. Кто ты, чёрт возьми, Тобирама Сенджу? Всё же девушка нашла в себе силы отойти, таким образом показывая, что его действия ей безразличны. Тобирама мысленно оценил это, хотя его это раздражало. Когда всё закончится, он спросит за это у Харуно — это же для неё самой. В дверь постучала Тока, которая, как всегда, вовремя. Сакура благодарила подругу. — Что ж, лорд Тобирама-сама, я пойду. Надеюсь, вы не против? — Издевка в её глазах блестели, так же как и слёзы. А может, это они? — Иди. Он проводил её взглядом. И всё же Сакура ему нравилась, очень сильно. Ему не нравилось, что им приходилось вот так, но другого выбора не было...

***

— А за чем? — если бы интерес был человеком, он бы наверняка был другом Хаширамы. — Нам нужно отправиться на соколиную охоту. Возьмёшь с собою и Харуно, и эту служанку. Как раз там будет больше шансов разглядеть её намерения. И брата своего предупреди. — Охота? — он задумался. Это было любимое хобби Мадары, да и в целом интересное для кого-то занятие. — Ну, если ты утверждаешь, что это поможет, то конечно, давай. При других обстоятельствах он тоже бы согласился, потому что вся эта бумажная волокита была сравнится с пыткой. Да и кому бы нравилось заниматься чем-то подобным? Только кому-то очень странному, как его младший брат. Он был немножко странненьким всегда, и некоторое время Хаширама думал, что у брата проблемы. Ну... с этим ладно, не важно... — Тогда в субботу рано утром отправимся в путь. Не проспи и не забудь. Я знаю тебя... — Учиха прищурил глаза, его слова словно стремительно летели в бедного Хашираму, уничтожая весь его энтузиазм. — Сделай все дела, которые нужно. Вижу, работы у тебя не мало, так что приступай, а я понаблюдаю со стороны. — Может, чаю? Или перекусим что-то? — он ожидал, что друг согреет его душу, но нет. Мадара игнорировал его слова полностью. --- Тока чувствовала напряжённость, что исходила от подруги, и даже думала, что та вот-вот всех поубивает. Но в душу лезть не стала — если захочет, сама расскажет о том, что происходит с ней. Они шли по тропе, которая вела к огромному красивому дубу. Он был огромен, его ветви создавали тень, что и спасала их. Они не говорили, просто молча шли. — Слушай, а что Усаги и Исаги? — наконец-то заговорила девушка. — С ними? С Исаги не знаю, а вот Усаги сидит в темнице. А что? — Тока отчасти понимала интерес подруги: всё же этот человек причинил ей страдания. Да и она чувствовала вину за то, что в тот момент не оказалась рядом. Если бы всё было по-другому... — Почему его не забрал клан Хьюга? Это же их человек... разве нет? — Ни один клан не хотел бы такого позора. Забрать его — это как забрать то, что выбросили. За его поступки — если не казнь, то пожизненное заключение, — Тока знала: таких мразей нужно убивать. Её руки сжались в кулаки. — А его глаза? Что будет с ними? — Вырвут, — ответила спокойно. Они обе понимали, что этот человек не изменится. Он промывал детям мозги, в последствии чего они становились теми, кого тяжело было назвать хорошими людьми. Мерзко было наблюдать за его жалкими попытками подчинить себе всех и вся — недоимператор. Они закрыли эту тему так же быстро, как и начали её. Сакура вспомнила, каким хорошим мальчиком стал Хироши. А ведь и не скажешь, что это тот засранец, который приходил к ней в подвал, а в конце концов помог ей сбежать. Всё же в этом мальчике было то, чего не было у других, — и это желание идти на свет, даже когда вокруг сплошная тьма.

***

Хаширама доделал все дела поздно ночью, затем отправился к брату. Тот сидел на энгаве, смотря на ночное небо, полное звёзд. Он долго думал, стоит ли говорить ему о том, что предложил Мадара. — Ты что-то хотел? — голос ровный, без лишних эмоций. Тобирама с удивлением услышал ответ брата о том, что предложил его друг. Он согласился сразу — это было на него не похоже. Но план Мадары ему показался хорошим. И всё же у них сейчас одна цель, и пусть в дальнейшем они не будут с этим Учихой контактировать, важно то, что сейчас им нужно держаться вместе, одним стадом, которое в дальнейшем сможет образовать хоть что-то подобное на деревню.