Часть 27

Тобирама почувствовал чужую чакру — их словно окружили. Он направился в ту сторону, где были Сакура и Тока, а с ними эта мерзкая девушка, и Ками-сама знает, что у неё в голове. Он бежал, а затем запрыгнул на дерево и начал передвигаться с ветки на ветку. То, что Хаширамы до сих пор не было, волновало его не меньше. Тот, в свою очередь, мог решать какие-то клановые дела, но это было маловероятно. В сторону Сенджу полетело три сюрикена. Он достал из сумки, что крепилась к бедру, кунай и отбил их — они упали куда-то вниз. Он быстро соскочил на землю, подозревая, что нападающий не перестанет атаковать. Но последующей атаки не было. Это было весьма странно. Тобирама сообразил, что, возможно, они пошли на перехват и ждут его в той стороне, в которую альбинос и направлялся. Он знал лес достаточно хорошо, поэтому ему не составило особого труда пойти в обход. Он двигался очень быстро, ловко маневрируя меж деревьями, словно ястреб, вылетевший на охоту. Он пытался вспомнить, не было ли в последнее время чего-то странного, но ощущение того, что он что-то упустил... Почему он перестал ощущать чужую чакру? Неужели предатели были те, кто находился рядом — в одном клане, на одной территории? С этим он разберётся позже. Сейчас его цель — найти двух куноичи, а затем помочь остальным. Где-то сбоку он почувствовал знакомую чакру. Это был Хаширама. — Брат, где Сакура и Тока? — спросил старший Сенджу. Он выглядел серьёзнее обычного, словно повзрослев. — В зоне А. В детстве он поделил лес на несколько зон. Зона А выделялась только тем, что кусты там были не так сильно тронуты. — А Акико-сан с ними? — он нахмурился. — Наверное. Нам стоит продолжить путь, — в голосе была только решимость, смешанная с холодом. Хаширама узнал этот тон. Он появлялся каждый раз, когда его брат собирался вступить в поединок, в котором одержать победу было важным. Иногда ему хотелось, чтобы брат понял, что победа не столь важна. Старший брат много раз сам проваливался в этом, но когда дело касалось Тобирамы, всё менялось... Когда они пришли к месту назначения, в воздухе витал очень сильно знакомый с детства запах — металлический запах, который обозначал черту жизни и смерти. Именно его с детства так боялись учуять взрослые, когда приходили на поле боя, где сражались дети. Вокруг лежало несколько мёртвых шиноби клана Сенджу и двое с клана Учиха. Неужели враг настолько сильный, что даже опытные шиноби не смогли с ними справиться? Из-за деревьев вылетел ястреб — значит, где-то рядом есть те, кто пришёл с ними. Возможно, даже Мадара или сопляк Изуна, если конечно он ещё жив. — Где Сакура и брат? — он подошёл ближе. — Он в зоне Б, — Тобирама ответил сразу. Чакра Мадары отличалась от остальной — она была тёмной, злой. Впрочем, это не важно. — Ладно. А Сакура где? Тобирама присел, приложив два пальца к земле. — Два метра отсюда. Он поднялся, смотря на брата. Тот что-то обдумывал. — Нам стоит разделиться, — выдал Хаширама. — Точнее, мне стоит отделиться от вас. — Но, брат, это рискованно. Да и почему мы не можем отправиться вместе? Вдруг кому-то нужна будет помощь. — Тобирама, я думаю, твой брат прав. Он должен пойти сам, а мы с тобой отправимся этим путём — к Сакуре.

***

Мадара не вмешивался в то, за чем наблюдал, до одного момента. Появление того самого мужчины насторожило его: то, что какой-то подозрительно он выглядит, будто бы его тело не его. Но разве такое возможно? На памяти Мадары была всего лишь одна такая техника. Он следовал за мужчиной незаметно. Тот спешил в сторону, куда направились девушки. К сожалению, в планы Учихи перехват врага не входил именно сейчас, поэтому он вынужден позволить ему начать действовать. Когда мужчина дошёл, он поймал какую-то девушку. Он узнал её — эта та рабыня из дома его друга. Чуть повернув голову, он увидел Сакуру. Она была ранена. Куноичи немного пошатывало из стороны в сторону. — Ты неплохо справилась. Это было лучше, чем я ожидал, — мужчина говорил. Девушка в его руках была при сознании, что было удивительно, если брать в счёт то, с какой скоростью она летела. — А ты... куноичи, я не заставлю тебя мучиться... Он подходил всё ближе и ближе, и каждый его шаг раздражал Мадару всё больше и больше. Учиха медленно, но уверенно терял контроль. Он смотрел на то, как Сакура медленно отступила назад — даже такое движение далось ей через силу. Его раздражало всё, что происходило вокруг него. Кровь медленно стекала с её губ и подбородка. Казалось, ещё чуть-чуть — и она упадёт. Мадара больше не мог ждать. Он очень тихо подходил к мужчине, пока тот сам не почувствовал давящую атмосферу за спиной. Он медленно повернулся. — Что ж, я этого ожидал. Но вместо тебя стоит признаться — Тобираму... — Вместо Тобирамы ты встретил свою смерть... Глаза загорелись алым — тем самым, от которого внутри всё выворачивает. Это были глаза, в которых жила сама смерть. — Как же вы все любите всё усложнять... Хочешь сражаться? Ладно, — он закатил глаза. — Для начала верни свой истинный облик. Он замер. Неужели его раскрыли? Ну ладно. — О чём ты? — в его глазах что-то опасно засверкало. Мадара устал от этой пустой болтовни. Его рука потянулась к горлу мужчины, на что тот среагировал. — Ладно, ладно, — он складывал печати. Мадара запомнил их: Баран, Тигр, Крыса, Птица, Лошадь. Когда он закончил складывать печати, появилась вспышка дыма — небольшая. И перед Мадарой предстал парень на вид их с Хаширамой ровесник. Кареглазый брюнет, одетый в чёрную хакаму и хаори того же цвета. Что это за техника? И чем же она отличается от той, которую Учиха уже знал? Всё было запутано настолько, что проще было избавиться от этого парня. Внешне он напоминал сопляка, у которого кроме пафоса нет ничего. Сломать его сможет даже тот сопливый мальчишка Хироши — если, конечно, он ещё не одомашнился, как кот: к хорошему быстро привыкаешь. — Хм, — Мадара прищурился. — Знаешь, что есть у меня, но нет у тебя? — О, и что же это? Поведай мне? Мадара не ответил. Воздух стал тяжелее от его присутствия, в атмосфере повис запах крови, леса и битвы. Сакура наблюдала за этим. Сейчас её мало волновало то, что намечается битва. Её глаза окутывала дымка, она вот-вот упадёт. Тело перестало её слушаться. Она представляла то, каким будет этот финал. Может, Мудрец наконец-то поможет ей? Или же... Кто-то не дал ей упасть. Её спина оперлась об чужую грудь, и её окутал знакомый аромат мяты. — Сакура? — рядом, кроме Тобирамы, оказался ещё кто-то. Она узнала его по голосу и очертанию развившегося силуэта — это был Изуна. Он бросил взгляд на Акико, которая лежала. — Я свяжу её. Это было правильно — так как младший Учиха понимал: ни он, ни Сенджу сейчас никак не могут помочь в данной ситуации. Неужели ей суждено умереть вот так? Это означает, что она встретит Саске и Наруто? Всех тех, кого она не смогла спасти? Она не прожила красивую жизнь. Зато она встретит всех тех, кого любила. Или это всё же не случится? Наконец-то регенерация сработала. Рана медленно, но уверенно начала затягиваться. Честно, сейчас она хотела взглянуть на бой Мадары и незнакомца, прекрасно зная, что Учиху последний не сможет одолеть — ему нет равных, кроме Хаширамы, который, кстати, вышел из леса. — Сакура!? Что с тобой!? — он подбежал. — Давай я помогу тебе!? Она лишь замотала головой. Сейчас будет лучше, если она справится сама. Она всегда справлялась сама. И сейчас тоже сама. Хотя Тобирама так и не считал. Атмосфера стала какой-то холодной. Сейчас она между трёх огней. Или двух и одной волны. — Сакура, а где Тока? — подал голос Тобирама. — Она исчезла раньше. Мне кажется, на неё напали раньше и завели в ловушку. — Брат, присмотри за Сакурой. Я должен найти Току. Он осторожно передал её Хашираме, но не успел сделать и шагу — его схватили за запястье. — Стой. Я с тобой. Он захотел ей возразить, сказать, что это безрассудство и чтобы она хоть иногда думала о последствиях своих действий. Но это было бессмысленно. Сейчас он не может ей отказать. Даже не так — он не должен ей отказывать. Он прекрасно знал, как ей важна Тока и что это её единственная подружка, которая всегда рядом несмотря ни на что.