Часть 1. Подслушанный разговор.

Гарри Поттер, мальчик, который выжил, крался под мантией-невидимкой за своим лучшим другом. Было без пятнадцати два ночи, и Рон вёл себя подозрительно. Куда можно идти в такое время? Они остановились у грифоновой галереи, ведущей в кабинет директора. Рон, к удивлению Гарри, чётко назвал пароль, и каменная грифона с скрежетом сдвинулась с места. Гарри рванулся было следом, но тяжёлая дверь успела захлопнуться перед самым его носом. Пришлось прильнуть к щели между дверью и косяком. Голосов было слышно отлично. — Профессор, — раздался знакомый голос Рона, но в нём звучала непривычная Гарри усталость и раздражение. — Когда же он, наконец, отправится к его родителям? Мне уже осточертело изображать из себя его верного пса! Гермиона тоже сбилась с ног, притворяясь, что терпит этого зазнайку-очкарика. Сердце Гарри упало и замерло, словно кусок льда. — Да, директор! — вступил другой голос, высокий и тоже до боли знакомый — Джинни. — Я уже не могу смотреть на него! Я каждый день подливаю ему зелье, а он даже не смотрит в мою сторону! Когда он уже влюбится, как было предсказано? Профессор Дамблдор ответил не сразу. Его голос прозвучал спокойно, но устало: —Рон, Джинни, вы должны набраться терпения. План требует...

***

Гарри больше не слушал. Он отшатнулся от двери, словно обжёгшись. В ушах звенело, а в груди всё внутри оборвалось и превратилось в прах. Притворяться... очкарик... зелье... Он не помнил, как добежал до грифонской башни, как поднялся по бесчисленным лестницам и коридорам обратно в башню Гриффиндора. Действуя на автомате, он прошептал пароль портрету какой-то женщины, проскользнул в общую гостиную и вполз в спальню мальчиков. Там, в кромешной тьме, под мерное сопение Дина и Симуса, он сдёрнул с себя мантию-невидимку, сунул её в сундук и рухнул на кровать. Он не плакал. Он просто лежал, уставившись в полог кровати, чувствуя, как рушится весь его мир. Единственная мысль, стучавшая в висках: «Мне не жить, если они узнают, что я это слышал». Искусственное спокойствие оказалось сильнее шока. Его глаза сами закрылись, и он провалился в чёрный, безразличный сон.