Часть 2. Удивительная встреча.

Глава 2. Удивительная встреча Эйприл резко повернулась на голос, как на взрыв. Прямо напротив неё, метрах в 10, в аду, на другой стороне границы, стоял демон. Настоящий демон, ну надо же! Так вот как они, оказывается, выглядят.. Перед Эйприл стоял не ужасающий монстр с шестью конечностями, хаотично торчащими отовсюду, острыми кривыми волосами-мечами, бордовой кожей, выглядевшей так, словно она окрасилась от большого количества крови, пролитой по вине чудовища, и бешеными, бегающими, съедающими душу глазами, напоминающий человека меньше, чем прожорливая заразная крыса, собирающаяся погубить какое-нибудь молодое тело, полное планов и надежд. Примерно так представлялся демон среднестатистическому ангелу, обучающемуся на девятом столетии, и в этот раз Эйприл не была исключением. Однако прямо сейчас все её фантазии были подняты на смех, они рассыпались, как карточные домики, и сломались, как сухие ветки: быстро, с коротким прощальным треском. Перед ней стоял самый обычный худенький парень, хоть и совсем не похожий на всех, кого она до этого видела. Его волосы, по длине почти не уступающие белокурой копне на голове Эйприл, были чернее, чем ночное небо или тушь, блестевшая на её ресницах — ресницах ангела, рассматривавшего демона без всякого стеснения. Длинная чёлка частично закрывала парню правую бровь и спускалась почти до глаза. Чёрные джинсовые рваные шорты доходили ему до худых коленок, а тонкие щиколотки забавно смотрелись на фоне массивных тёмных ботинок с кислотно-зелёными шнурками и свисающими цепями. Просторная майка висела мешком и была в цвет шнурков, создавая манящий контраст с глазами, горящими опасным красным светом. Взгляд демона был… нет, здесь словно «странный» совсем не подойдёт. Дело в том, что Эйприл всегда, когда смотрела в глаза, видела новую грань личности человека. Нет, не сущность, не намерения, не мысли и не эмоции, а что-то гораздо менее определённое, гораздо менее понятное разуму. Так вот у демона эта грань видна была очень плохо: размытая какая-то, что ли, словно смотреть приходилось сквозь воду. А ещё глаза казались глубже Большого водоёма посреди рая, где никто пока так и не доплыл до дна, хоть его и было видно в прозрачной воде. Эйприл поймала себя на мысли, что совсем не прочь утонуть в этих двух озёрах, полных красной воды, даже если цвет ей придала кровь. С большим трудом, приложив больше сил, чем когда-либо в своей жизни, Эйприл перевела внимание с глаз на улыбку. Она была разговорчивее коварного взгляда, показывала удовлетворение, скрытность и определённую беспечность, мешающую узнать больше. Крылья парня ничем, кроме цвета глубокой ночи, не отличались от ангельских. Незнакомец казался героем, сошедшим со страниц хорошо прописанного романа. Эйприл беззастенчиво рассматривала демона, даже не пытаясь скрыть свои действия. Впрочем, он и сам, чуть прищурившись, разглядывал её с ног до головы. Наверняка, тоже не видел ангелов раньше, они же сюда не ходят. Неожиданно Эйприл вспомнила, что ей задали вопрос. Что она тут делала? Да ничего, видом любовалась… — А ты?! — ответила она чуть рассеянно, но не теряя привычных вызывающих ноток в голосе. — Я просто гуляю, — последовал ответ. В первую реплику Эйприл не обратила внимания на голос. Чуть отрывистый, словно после лёгкой физической нагрузки, немного высокий и с лёгкой ноткой веселья, как будто он пытался поддразнить собеседницу. Но это он не на ту напал. — Ну вот я тоже, — уверенно ответила Эйприл, упирая руки в бока и вызывающе сдвигая брови. — Погоди! У вас сейчас разве нет пар? — заинтересованно спросил парень, делая шаг в сторону границы. — А у вас? — Ну, я-то прогуливаю, — демон ослепительно улыбнулся, его голос стал ниже и бархатистее. — Ну, так я тоже! — невозмутимо ответила Эйприл, продолжая гнуть свою линию. Демон не сдался. — А разве вам можно ходить к границе? Глаза Эйприл взволнованно забегали. Посвящать какого-то демона в свою любовь к границе при первой встрече ей не очень хотелось, поэтому она решила выбрать привычный для себя способ выкрутиться: перевести стрелки. — А вам можно? — Ну, мне всё равно на правила! — Мне тоже! — Всё-всё, ладно, не переспоришь тебя, я понял, не поспоришь! — хмыкнул демон, поднимая руки в шутливом жесте капитуляции. Эйприл самодовольно улыбнулась. Ну, ещё бы!… Повисла довольно неловкая пауза. Эйприл понятия не имела, как продолжить разговор. О чём можно спросить демона? Глупый вопрос, даже дурацкий! Обо всём на свете! Как живётся в аду, какие там правила, дома, школа, развлечения?!?! Но каждый из этих вопросов казался Эйприл совершенно неуместным. Разыгравшееся воображение с лёгкой руки рисовало ей картины стоящего через границу парня, смеющегося над недалёкой ангельской девчонкой за её бестактные просьбы. Пытаясь отвлечься от не самых приятных мыслей, назойливо скребущихся на душе сильнее несчастных кошек и пытавшихся обглодать изнутри, Эйприл машинально опустила руку в сумку, и её пальцы встретили непривычный предмет, что было редкостью для этого сборища совершенно разных и часто несовместимых, но более чем знакомых, почти родных вещей. Из любопытства вынув нечто неизвестное из сумки, юная воровка увидела позаимствованный из столовой без чьего-либо ведома ножик. Эйприл растерянно захлопала глазами, постепенно превращавшимися в два фиолетовых маленьких огонька. Вот он: её спаситель от мерзкой ангельской одежды и заодно (вишенка на торте, своеобразный бонус!!) шанс предстать перед этим ослепительным демоном в образе бунтарки!…. Однако быстро выяснилось, что ничего кроме оладушек тупой нож разрезать не способен: куда там, если даже на руке он оставляет невидимый белую полоску, исчезающую без следа через пару секунд. Эйприл разочарованно вздохнула и с досадой откинула голову назад. Демон всё это время наблюдал за её действиями, и постепенно на его лице созревала и растягивалась та самая снисходительно-насмешливая ухмылка, недавно привидевшаяся Эйприл в ангельских фантазиях. — Я не знаю, что ты творишь, но, если что, справа от тебя лежит очень подходящий камень, — услужливо подсказал он, кивая на какой-то небольшой булыжник с тонким острым углублением посередине. — Камень? Какой камень? Зачем? — удивленно переспросила Эйприл, на ходу, вероятнее всего, думая, что у демонов что-то не так с головой. — Ну, чтобы заточить твой горе-ножик, — усмехнувшись, ответил парень. — Заточить? Нож? О камень? Это как вообще? Эйприл не понимала, как все эти слова вообще можно связать, и чувствовала себя тупой, что ей очень не нравилось. Никому вообще не нравится казаться глупым кому-либо, тем более самому себе, так ещё и абсолютно беспочвенно (разные среды жизни = разные знания, и Эйприл явно не была виновата в том, что ей что-то там не рассказали об ножах). Демон наклонил голову на бок, с любопытством прищурил глаза, всматриваясь в лицо своей новой знакомой. — Ты что, ничего не знаешь об оружии? — спросил он таким голосом, словно разговаривает с животным. — А что, должна?! — взвилась Эйприл. Происходящее её окончательно разозлило, и она явно была готова кинуться через границу и придушить демона голыми руками (ну, или просто улететь к чертям), если тот не изменит тон. — А, точно. Вас же и не учат этому, наверное. Прости, — миролюбиво и вполне искренне поправился парень, заметив, что оскорбил свою собеседницу, тем самым тут же растопив её подмёрзшее сердце, как солнце быстро плавит фруктовый лёд, а затем кивнул на камень. — Просто чиркай, пока не станет острым. Эйприл посмотрела на демона, как на умалишённого, затем на нож, как на совершенно неизвестный ей предмет, но, подумав, всё-таки чиркнула им о камень, потому что здраво рассудила, что терять особо нечего. Потом ещё несколько раз, а затем снова полоснула по своей ладони, и глаза её расширились от удивления: белый след теперь превращался в красно-коричневый и оставался на коже некоторое время. Эйприл удивлённо поморгала, как человек, узнавший о диезах и бемолях в музыке первый раз в жизни, а за тем начала точить с утроенным рвением. В какой-то момент от камня отлетела небольшая искра. Эйприл выронила ножик и уставилась на неё. Огонь отразился в её глазах, и искорка тут же затухла на земле, но создательница ещё долго смотрела туда, где горело её творение, пусть и прожить ему удалось всего секунду. Эйприл с трудом оторвалась от мыслей о вспышке пламени, каким-то образом ей полученной, и продолжила заточку. Через 5 минут усердной работы край ножа опасно заблестел. Эйприл провела остриём по своей ладони, и на этот раз выступила рубиновая кровь. Прогульщица смотрела на падающие на землю алые капли с восторгом ребёнка, которого только что научили какому-то простому фокусу. Из тупого скучного ножичка, чьи способности ограничивались расчленением оладушек, она смогла сделать… как там демон сказал?? Оружие!!! Эйприл натянула ткань юбки и теперь без труда рассекла длиннющий подол, после чего отрезала всё ниже середины бедра, сделав из душной макси дерзкую мини с нелепым неровным краем, что, впрочем, почему-то невообразимо шло горе-дизайнеру — Ты какая-то странная. Но, пожалуй, так ты правда выглядишь лучше, — вывел её из раздумий демон, наблюдавший за ней с удивлённой насмешкой и привычной расслабленной улыбкой. — Я бы посмотрела на тебя, которого заставляют носить всякую дрянь! — невозмутимо ответила Эйприл, моментально выкручиваясь. — Кстати, спасибо за совет! Последние слова были искренними. Эйприл всё ещё оставалась ангелом, и благодарность за малейшую помощь входила в реестр её привычек. — А, да не за что, — демон обнажил зубы в ещё более довольной улыбке и мимолётно подмигнул. — Я, если что, Амперис. — Эйприл, — растерянно пробормотала ангельская нарушительница законов, пытаясь запомнить имя единственного знакомого демона. — У вас все ангелы такие? — вывел её из раздумий Амперис. Казалось, он тоже не выдерживал от количества вопросов в голове, но обладал ценной способностью: структурировать и помнить их. — Какие? — Режущие свою одежду, например. — А что такого?! — Эйприл тут же взвилась с который раз, но использование вызывающей интонации на самом деле было вызвано простой целью: уйти от прямого ответа. Она испытывала к Амперису совершенно непонятные и незнакомые ей до этого чувства, и почему-то очень стеснялась своей непохожести на других ангелов. Эйприл казалось, что на границе он должен был встретить совсем не её, а какую-нибудь другую девчонку: примерную ученицу, не портящую всем вокруг настроение своим идиотским характером, чтобы улыбка у неё была мягче, тело худее и лицо симпатичнее… Но почему-то судьба (совершенная дура!) распорядилась совсем иначе, и теперь перед Амперисом стояла самая непутёвая представительница рая из всех, кого только можно представить в этой роли. Эйприл одновременно хотелось и улететь куда-нибудь подальше, и остаться тут до утра. Пока любопытство побеждало. — Да ничего, в общем-то, — беззаботно ответил демон, надувая пузырь жвачки. — Не вены хотя бы. — Вены? Причём тут вены? — Эйприл удивлённо моргнула дважды: она ненавидела разговоры, в которых половины не понимала. Амперис прыснул. — Да, неважно, забей, — обронил он с лёгкой снисходительностью. — Нет уж, говори! — Эйприл была готова топнуть ногой, как капризный ребёнок, лишь бы получить правду. Амперис театрально вздохнул. — Ну, резать вены — это форма, понимаешь ли, селфхарма… То есть когда людям очень плохо они… как бы это сказать… могут намеренно причинять себе физическую боль, чтобы… облегчить душевную. Очень опасное занятие, на фоне которого кромсание одежды — совершенно безобидное зрелище. Шутка, короче, такая была с моей стороны. Да, для вас так шутить, наверное, аморально. Не подумал, — ответил Амперис, чуть издеваясь, и отвесил дурацкий поклон. Несмотря на поступки и слова собеседницы до этого, он, казалось, ожидал занудной речи о мерзости чёрного юмора. Но Эйприл вообще редко оправдывала чьи-либо ожидания. Речь Ампериса, составленную на ходу с таким старанием, с таким тщательным подбором нужных слов, она забыла через одну-единственную секунду, словно и не слушала вовсе. Не пролетело мимо и крепко засело в мыслях, даже пустив там корни, лишь одно слово… — Чёрт!… Мораль!! — Вам можно упоминать чертей? И что не так с моралью? — удивлённо прищурился Амперис, а затем ляпнул что-то совсем непонятное. — А какие у тебя, кстати, силы? Эйприл махнула рукой, игнорируя вопросы. — Я пойду. Ну, то есть, полечу! Секунда — и Эйприл была уже в воздухе. Ещё секунда — и улетела от границы. Нет, им нельзя упоминать чертей, только вот ей было на это совершенно всё равно. Как, ну, как она могла забыть, что завтра экзамен?!?! Совершенно вылетело из головы! Конечно, можно было бы и не вспоминать об очередной проверке морали и просто получить на ней заслуженный «неуд», но преподаватель свято клялся, что если Эйприл завалит и этот экзамен, то непременно останется на второе столетие, а мучиться лишний век в отвратительной школе не было никакого желания. Интересно, правда: возьмут ли Эйприл с её поведением вообще работать в этот огромный красивый богатый дворец, где исчезают все ангелы, окончив четырнадцать столетий обучения? Что ж, пока не до этого, сейчас бы девять закончить без эксцессов. Минуты через 4 Эйприл оказалась у своего дома и пулей влетела внутрь, сразу же кидаясь к ящику стола за чистыми листами бумаги и учебником по морали, который увидел белый свет, наверное, впервые за лет пятьдесят. Так, переписать определения, даты и вообще всё, что выделено жирным шрифтом, и своё липовое «хорошо» Эйприл получит, а больше ей и не надо в её-то жалкой жизни… Со шпаргалками бедняжка провозилась до позднего вечера: материала было слишком много, а структурировать его и записывать мелким шрифтом — работа кропотливая, и времени на неё жалеть нельзя. Затем Эйприл достала из шкафа самую объёмную зипку, надела и расклеила по рукавам заветные листочки-билеты-в-десятое-столетие. Поместились, правда, не все, но это было предугадано многовековым опытом. Эйприл подвернула зипку, укоротив длину до живота и разместила остатки в образовавшемся пространстве внутри. Ну, вот и подготовилась к экзамену. Да, в зипке будет жарко, но это уж совсем мелочи, и жаловаться на них Эйприл точно не посмеет.  Заработавшаяся нерадивая школьница задумчиво покрутила в руке нож. Поразмыслив ещё подточила (камень она взяла с собой) — на всякий случай. Внутреннее чутьё подсказывало, что может пригодится. Зипку бы она тоже порезала, но шпоргалки — святое, и портить их ценное хранилище — разумеется, не вариант. Руки машинально убрали нож в салфетку, а затем в карман. Эйприл сняла зипку с драгоценным содержимым и полезла на крышу дома: теперь можно отдохнуть. Там она уютно устроилась, свесив ноги, как всегда, на восточном краю. Только тогда она вспомнила обо всём, что с ней сегодня случилось, и чуть не задохнулась, хотя свежего чистого воздуха было в раю в избытке. Почти час она сидела неподвижно и думала о сегодняшней встрече. Амперис…. Демон… Почему у него, всё-таки, такие странные глаза? Почему так плохо видна грань души? И что за бред он сказал про силы? Какие у Эйприл могут быть силы? И почему ей так хочется увидеть его снова?… Может, зря она так резко улетела?… Полная луна освещала город и саму Эйприл. Казалось, будто бы это небесное светило и навевало ей бесконечный поток странных мыслей. Поддавшись мимолётному желанию, стихийному порыву, Эйприл резко вскочила и полетела прямо навстречу луне. Быстро, не останавливаясь, не отрывая взгляда. Как жаль, что её никогда не достать… как жаль, что ей не с кем так взлетать навстречу звёздам каждую ночь… как жаль, что никто в этом идеальном мире на неё, Эйприл, не похож… как жаль что небо нельзя сжечь!!! Эйприл летела всё быстрее, и в который раз признавалась самой себе, что не понимает запрета полётов и не поймёт его никогда. Зачем вообще нужны крылья, если не лавировать в воздухе, словно в бесконечном море, превращаясь в корабль и моряка одновременно, если не сливаться с бушующей воздушной стихией, если не чувствовать свободы от ничтожных земных тягот?… Кем надо быть, чтобы не одобрять такое чудо?…. Эйприл почувствовала комок в горле от обиды. Всё решили за неё и за всех ещё до появления на свет, не оставив даже иллюзии выбора. Но почему только её это не устраивает?… Эйприл сделала несколько пируэтов в воздухе, и мысли растворились в бездонной ночи. Остались только она на лёгких, но сильных крыльях и бескрайние воздушные просторы вокруг — самый лучший собеседник… Тем более, говорить больше не с кем…