Глава 14. ШКОЛЬНЫЕ БУДНИ.

      Когда родители ушли, миссис Лоренс повела класс внутрь.       Классная комната была яркой и уютной — разноцветные стены, маленькие столики и стульчики, полки с игрушками и книгами, большой ковёр в центре с нарисованным алфавитом.       — Садитесь, где хотите, — предложила учительница. — Пока что вы можете выбрать место сами, но позже я, возможно, пересажу вас.       Дадли сразу же занял место у окна и похлопал по соседнему стулу, приглашая Гарри. Но Гарри заметил, как Пирс уже направляется к этим местам с явным намерением занять их силой.       — Дадли, пойдём вот туда, — быстро сказал Гарри, показывая на столик в среднем ряду, подальше от Пирса.       — Но там нет окна, — начал было протестовать Дадли, но Гарри уже тянул его за руку.       — Зато отсюда доску лучше видно. И учительницу.       Дадли неохотно согласился. Они заняли свои места, и Гарри с облегчением отметил, что Пирс хоть занял место у окна, но теперь находился на прилично-безопасном расстоянии.       Миссис Лоренс начала урок с представления.       Гарри внимательно всмотрелся в её лицо, пытаясь пробудить воспоминания столетней давности. В его первой жизни начальную школу вела совсем другая учительница — вечно раздражённая и холодная мисс Клэридж, которая из-за бывших козней Дадли сразу записала Гарри в уродцы и хулиганы. Миссис Лоренс была совершенно незнакомым лицом из этого изменившегося потока вероятностей, и её искренняя доброта стала приятным сюрпризом нового таймлайна.       — Давайте познакомимся! Каждый скажет своё имя и расскажет что-нибудь о себе. Начнём вот с этой милой девочки.       Маленькая светловолосая девочка в первом ряду робко поднялась со своего места.       — Меня зовут Салли Томпсон. Мне пять лет. Я люблю играть со своими куклами.       — Прекрасно, Салли! — одобрила миссис Лоренс. — Следующий?       Представления продолжались. Некоторые дети говорили уверенно, другие мямлили, третьи вообще молчали, и учительнице приходилось вытягивать из них информацию. Когда очередь дошла до Дадли, он важно встал.       — Меня зовут Дадли Дурсль, — громко объявил он. — Мне пять лет. Я люблю играть в солдатиков. А это мой двоюродный брат Гарри, — он ткнул пальцем в Гарри. — Мы живём вместе.       Гарри встал, чувствуя на себе любопытные взгляды одноклассников.       — Меня зовут Гарри Поттер, — сказал он спокойно. — Мне тоже пять лет. Я люблю читать книжки и собирать пазлы.       — О, ты уже умеешь читать? — удивлённо спросила миссис Лоренс.       — Да, мэм, — кивнул Гарри.       — Замечательно! Значит, ты сможешь помогать тем, кто ещё не умеет читать.       Когда Гарри сел, он поймал презрительный взгляд Пирса.       — Зазнайка, — прошептал тот.       Гарри сделал вид, что не заметил.       После представлений миссис Лоренс начала первый настоящий урок — изучение алфавита.       Для Гарри это было мучительно скучно, но он старательно притворялся заинтересованным, повторял буквы вместе со всеми, выводил их в тетрадке.       Дадли сопел рядом, старательно выводя кривую букву «А».       Язык у него высунулся от усердия, и на лбу выступили капельки пота. Гарри поглядывал на его тетрадку, готовый помочь, если понадобится.       В середине урока одна девочка, сидевшая впереди, начала плакать.       — Что случилось, Мэри? — обеспокоенно спросила миссис Лоренс, подходя к ней.       — Я не умею писать, — всхлипывала девочка. — У меня плохо получается.       — Ничего страшного, дорогая. Мы только начинаем учиться. Смотри, вот так нужно держать карандаш...       Пока учительница объясняла Мэри, Гарри услышал, как кто-то за его спиной злорадно хихикнул.       — Плакса, — прошипел Деннис достаточно громко, чтобы Мэри услышала.       Девочка заплакала ещё сильнее. Миссис Лоренс повернулась к Деннису со строгим выражением лица.       — В нашем классе мы не дразним других детей, — твёрдо сказала она. — Все мы здесь учимся, и у всех что-то получается по-разному. Понятно?       — Понятно, — буркнул Деннис, но по его лицу было видно, что он не раскаивается.       Урок продолжился. Гарри механически выводил буквы, размышляя о том, как долго ему придётся притворяться.       Несколько лет начальной школы до того, как он сможет поступить в Хогвартс. Несколько лет алфавита, таблицы умножения, простейшей истории и географии.       Но выбора не было. Это была необходимая маскировка, способ оставаться нормальным в глазах окружающих. К тому же, школа давала возможность следить за Дадли, защищать его от таких, как Пирс и Деннис.       После первого урока была перемена. Детей вывели во двор, где были качели, горки и песочница.       Дадли тут же помчался к горке, где уже собралась группа мальчиков. Гарри последовал за ним, но держался чуть в стороне, наблюдая.       — Эй, толстяк, отойди! — крикнул Пирс, оттолкнув Дадли от горки. — Ты её сломаешь!       Дадли покраснел — не от стыда, а от злости. Он сжал кулаки, готовясь наброситься на Пирса, но Гарри быстро шагнул вперёд, вставая между ними.       — Дадли, пойдём на качели, — сказал он, беря кузена за руку. — Там свободно.       — Но он меня обозвал! — возмутился Дадли.       — Знаю. Но если подерётесь, вас обоих накажут. Учительница рядом, стоит и смотрит.       Дадли неохотно оглянулся и увидел, что миссис Лоренс действительно наблюдает за ними.       Он нехотя позволил Гарри увести себя к качелям.       — Почему мы убежали? — спросил он, когда они отошли подальше. — Я бы его!       — Я знаю, что ты сильный, — спокойно сказал Гарри. — Но Пирс специально хочет, чтобы ты подрался. Тогда тебя накажут, а он скажет, что ты первый начал.       Дадли нахмурился, переваривая эту информацию.       — Он плохой, — наконец решил он.       — Да, — согласился Гарри. — Поэтому лучше держаться от него подальше.       Они качались на качелях, пока не закончилась перемена.       Благодаря громкому заявлению Дадли весь класс теперь чётко знал, что они кузены. Хотя внешне мальчики были полной противоположностью и ни единой общей чертой не выдавали родство: крупный, розовощёкий блондин Дадли и худощавый, невысокий брюнет Гарри.       Следующим уроком была математика — точнее, простейший счёт до десяти. Миссис Лоренс раскладывала на столе разноцветные кубики и просила детей посчитать их.       Для Гарри это было даже скучнее алфавита. Он мог в уме решать дифференциальные уравнения, использовавшиеся при создании сложных артефактов. Считать до десяти было... унизительно.       Но он послушно считал, поднимал руку, когда учительница спрашивала, старательно притворялся заинтересованным пятилетним ребёнком.       — Гарри, сколько будет три плюс два? — спросила миссис Лоренс.       — Пять, мэм, — ответил Гарри.       — Правильно! Умница. А теперь покажи на пальчиках.       Гарри послушно показал пять пальцев, чувствуя себя идиотом. Сто двадцать девять лет «ребёночку», а он показывает на пальчиках, сколько будет три плюс два.       Наконец, в полдень, прозвенел звонок, возвещающий об окончании первого школьного дня.       Родители уже ждали у ворот.       Петунья первой заметила мальчиков и помахала им рукой.       — Ну как? — с волнением спросила она, обнимая обоих. — Понравилось?       — Да! — радостно закричал Дадли. — Мы писали буквы и считали кубики! А ещё качались на качелях!       — А тебе, Гарри?       Гарри подумал секунду, выбирая слова.       — Интересно было, — дипломатично ответил он. — Учительница добрая. И мы с Дадли сидели вместе.       По дороге домой Дадли взахлёб рассказывал обо всём, что произошло в школе. Петунья слушала, улыбалась, задавала вопросы. Гарри шёл рядом молча, наслаждаясь покоем.       Дома, после плотного обеда и обязательного дневного сна, который Гарри ни в коем случае не пропускал ради правильного развития нервной системы, он наконец дождался уединения. Поднялся в свою комнату и достал свой блокнот. Открыл на новой странице и написал:       «Первый день в школе (Протокол адаптации).       Притворяться пятилетним ребёнком в социальной группе оказалось сложнее, чем я предполагал.       Требуется непрерывный мониторинг каждого слова и жеста. Запрещено решать задачи мгновенно.       Запрещено демонстрировать когнитивное превосходство.       Новая миссис Лоренс кардинально отличается от мисс Клэридж из первого таймлайна. Она искренне добра к детям, что значительно упрощает маскировку. Уроки невыносимо примитивны — алфавит, счёт до десяти. Придётся терпеть эту рутину несколько лет.       Из плюсов: Дадли под полным контролем. Пирс Полкисс уже обозначил себя как потенциальный деструктивный элемент, но конфликт во дворе удалось купировать за счёт перенаправления внимания кузена. Главная задача прежняя — держать золотую середину и не привлекать лишнего внимания.       До Хогвартса осталось шесть лет».       Гарри закрыл блокнот и спрятал его.       Шесть лет.       Он переживёт это. Он пережил гораздо больше.       Это только начало.