Метаморфозы нарцисса

Группе удалось разобрать следы на месте убийства и они пришли к выводу, что в предполагаемом обряде участвовало пять человек. Один из них, видимо, обладал не самыми большими ступнями, либо это вовсе была женщина. Тридцать шестой размер, форма следа очень рельефная, возможно адепт носил, или носила, походные кроссовки. Еще два типа обнаруженных следов были оставлены мужскими туфлями, сорок второго и сорок третьего размеров. Четвертый след был сорокового размера, но вот саму обувь угадать не удалось. И, наконец, самый последний вид следа - тридцать девятый размер, плоская форма и полособразные углубления в земле. Очевидно, кеды. Виктор тут же вспомнил, что он видел дома у Николаса - кеды, испачканные в земле. Подозрения к шкету моментально вернулись. Надо будет расспросить его снова. - решил Виктор. - И на этот раз давить, рассказать родителям свои догадки. Пусть тоже допрашивают свое чадо. Пусть даже дома он не чувствует себя в безопасности, рано или поздно треснет и расколется. В этот раз детектив был уверен, что не ошибается. Пропала именно девушка Николаса и последним ее видел именно он. Уже достаточно совпадений, к которым добавляется земля на обуви подозреваемого. А обстановка в комнате? Вдруг Ник оказался в секте из-за подростковой глупости, очередной попытки бунта? Эта теория также имеет место быть. Всю оставшуюся часть рабочего дня следователи провели за разбором места убийства, за записями деталей в сводку, а также сообщили семье Хлои об утрате. Эта учесть досталась Стэну, он справился. Виктор, предварительно подготовившись к допросу, выехал к дому Николаса. Быстро нашел нужное здание, припарковался и уверенно зашагал к двери. Сейчас нужна жесткость. Он постучал и вновь встретился с матерью подозреваемого. - Добрый день, это опять я. - детектив поздоровался. - Надеюсь не отвлекаю? - Да нет, посуду только что мыла. - протянула женщина. На ней висел фартук, на котором было немного мыльной пены. - Но ваши дела, наверное, поважнее моих. - поспешно добавила она. - Вы ведь по делу той пропавшей? Хлои, если мне не изменяет память. - Именно. - кивнул Виктор. - Мы ее нашли. Вернее её тело. Он помолчал секунду-другую, давая женщине возможность осмыслить информацию. Ее морщинистое лицо чуть вытянулось от удивления, а широко открытые глаза выражали растерянность. Другой реакции было бы глупо ожидать - она ведь не знала убитую, ей остается только изумиться и посочувствовать. - Ох, печально это слышать. - выдавила она и задумалась. - Вы просто сообщить хотели или поговорить о чем-то? - Поговорить. И с вами, и с Николасом. И с отцом, если он дома. - Он пока на работе. - женщина ответила. - Но вы проходите, что нам на пороге беседовать, так? - Так. Они прошли внутрь, на кухню. - Можете позвать сына? - настойчиво попросил Виктор, садясь за стол. Кивнув, мать направилась на второй этаж. Ее шаркающие шаги доносились с лестницы. В это время, детектив осмотрел кухню. С его прошлого визита почти ничего не поменялось. Все те же фрукты в пиале на столе и все тот же порядок везде, кроме раковины - там было несколько грязных тарелок и кружек. Интерьер имел свой стиль и находиться тут было точно приятнее, чем в комнате Николаса. Над столом висела большая люстра, раскинувшая металлические ответвления. Благодаря темному паркету и светло оранжевому потолку, столовая казалась больше. Кухонные ящики все были резные, а большой шкаф со стеклянными дверцами, в котором хранился фарфоровый сервис - вообще загляденье. Виктор также заметил несколько абстрактных картин Сальвадора Даля, висящих на стенах. - Опять вы? - раздался хриплый голос из коридора. Николас с матерью шагали к столу. - Опять я. - холодно улыбнулся Виктор. - Хочу кое-что сообщить. Хлои Шир была убита, ее смерть официально подтверждена. Лицо подростка совершенно не изменилось. Выражало лишь плохо скрытую неприязнь к полицейскому. Он безразлично плюхнулся на стул. - И убили ее не самым обычным способом. Мы предполагаем, что ритуальным. Не увидев никакой реакции от подозреваемого, детектив понял, что надо продолжать. По идее, Николас испугается, как поймет, насколько много уже известно полиции. - Обряд был в лесу, на месте заброшенного лесоповала. Туда ее привез некто на черном пикапе, по пути разбив ее телефон. - тут брови подозреваемого чуть-чуть, едва-едва всползли на верх, почти не заметно. Но это не скрылось от пытливого взора детектива, который тут же продолжил. - Участников было пять. Одна из них, вероятно, женщина. Николас сглотнул. Мать переводила обеспокоенный взгляд с сына на Виктора, и обратно. - Почему вы это нам рассказываете? - не выдержав, спросила она. - Потому, что мы разбирали следы. И множество из них были оставлены парой кед. Тридцать девятого размера. - И что? - наконец-то подал свой, раздраженный голос Николас. - Кеды все носят, да и размер не уникальный. - Согласен. Но в мой прошлый визит я заметил землю на твоей обуви. Будто ты вчера гулял где-то в лесу, после дождика. - Дождик вчера был по всему городу. - Николас нарочно передразнил. - И да гулял. В парке, не в лесу. - Ну конечно, в парке. Со своей леди. - Виктор закивал. - Которая после встречи с тобой пропала и была найдена убитой. - Совпадение. - заявил Ник, смотря в глаза детективу. - Совпадений многовато, Николас. - согласился он. - И они складываются в некрасивую для тебя картину. Виктор бросил быстрый взгляд на мать и увидел, как ее лицо выражало все, что происходило в голове. В основном - неприятный интерес и сомнения по поводу невинности сына. Она услышала достаточно и точно будет расспрашивать отпрыска, но наедине, когда детектив уйдет. Конечно, ей больно, но причинить боль было необходимо и неизбежно. Это - часть дела. - Вы не оставите нас? - мягко предложил Виктор. Мать ему было искренне жаль. Кивнув и тяжело вздохнув, женщина удалилась наверх. - Расстроили маму. - упрекнул Николас. - Ура. - наигранно возликовал Виктор, хотя ему было не слишком радостно от совершенного. - Я старался. На пару секунд воцарилось молчание. - И что теперь? - спросил подросток. - Вы типо чаю хотите? Может кофе с пончиками, или что вы там жрете? - Не. - протянул детектив. - Не хочется. - Тогда зачем мы тут сидим? Вы же тратите мое время. - Наоборот. - покачал головой Виктор. - Сейчас тебе выпал отличный шанс. Расскажешь о секте и не сядешь в тюрьму. Будем сотрудничать? - Я не сектант. - произнес Ник. - И никого не убивал. - Улики уже есть, и они указывают на тебя. Глупо отрицать и отказываться от предложения. - Если улики есть, то почему вы меня не арестуете? А? - тут же атаковал Николас. - Потому, что мне нужная твоя помощь. Секта это целая система, группа. Понимаешь? Если я арестую тебя сейчас, то не поймаю крупную рыбу. Лишь мелкого бегунка. - Бегунка? - саркастично переспросил собеседник. - Да, бегунка. Мальчик на побегушках. Курьер. Убийство тебе бы не доверили, ты еще слишком юный и тупой. Безответственный что ли, несамостоятельный. - Виктор надавил на больное место большинства всех подростков. Ник возмутился, в глазах полыхнул огонек злости. - Я далеко не ребенок, не какой-то там мальчишка. - А кто тогда? Великий жрец? Адепт, раскрывший третий глаз? Гуру крашенных волос? Посмотри на себя. Волосы покрасил, бьешь татухи, пирсинг еще этот. - детектив был уверен, что такие тирады часто обрушивались на Николаса от его отца. - Пьешь пиво и дуешь травку. Тебе ведь ее кто-то из старших адептов покупает? - Ни че я не дую. - Голос-то прокуренный. - заметил Виктор и помолчал. - Кого больше уважаешь, маму или папу? - Это еще причем? - искренне удивился Ник. - Хочу понять, какие у тебя отношения с семьей. Насколько ты ментально здоров и не склонен к насилию. - заверил детектив слегка усталым голосом, изображая желание поскорее закончить диалог. - Оставим секту, просто составим твой портрет. Виктор собирался провернуть психологический прием "Дверь в лицо" - Почему я должен отвечать? - Так ты хотя бы немного поможешь. Если не отменишь, то точно отсрочишь свой арест. Побеседуем и я свалю. - Ладно. - нехотя согласился Николас. - Маму. - Почему же? Ник молчал, размышляя. Детектив начал подгонять мыслительный процесс легкими вопросами. - Она добрее? Пожав плечами, подросток кивнул. - Наверное. - Это она разрешила тебе набить татуировки и сделать пирсинг? - догадался Виктор и получил в ответ еще один кивок. - А отец? Кем он работает? - Он помогает людям распоряжаться их деньгами. - Хорошо. - протянул детектив. - Финансовый консультант. Считаешь его умным? - О да. - тут же заявил Ник. - Я хочу, чтобы ты отвечал честно. - напомнил Виктор, услышав фальшь в голосе собеседника. - Только так получиться настоящее сотрудничество и ты не сядешь. - Ладно. - бросил парень и задумался. - Мы с ним не так много общаемся. - Почему? Он тебя не понимает? Николас вновь потянул плечами. - Можно и так сказать, наверное. - С кем ты проводишь свое свободное время? С кем общаешься? - Друзья, девушка. - Что за друзья? - спросил Виктор. - Вы снова к секте клоните? - Николас бросил чуть более раздраженно. - Нормальные друзья, одноклассники. Тут подросток угадал. Детектив действительно планировал медленно вернуть тему культа. - Ты же отличаешься от обычных школьников, разве нет? - детектив мог предположить, какие люди любят чувствовать себя уникальными и Ник был одним из них. - Хотя бы внешностью, музыкальным вкусом, возможно, мыслями? С отцом же тебя разделили как раз твои представления о жизни? В школе такое же стадо, вряд ли там есть единомышленники. - Ладно. В школе у меня не так много друзей. - признался он. - Но это не значит, что я нашел товарищей в культе. Девушка-то у меня есть. - Была. - Виктор напомнил. - Я не убивал ее. - Я этого не говорил. Лучше скажи, кто мог ее завалить? - Я не знаю. - непринужденно ответил Николас. - Маньяк какой-то, насильник. Культист похитил. - Не похоже, что ты расстроен из-за ее смерти. - Мы встречались всего два месяца. Я не так быстро привязываюсь. - он прозвучал холодно. По крайней мере, постарался прозвучать. Виктор медленно кивнул, его лицо выразило не осуждение, а нечто похожее на понимание. - Правильно. Не к чему привязываться к инструментам. Хлои ведь таковым и была, всего лишь необходимой частью обряда? Николас громко выдохнул через нос, как разъяренный бык, готовящийся к атаке. - Я ее не убивал! - громко заявил он. - Мне очевидно, что ты не убийца, а соучастник. Еще чуть-чуть и мы найдем твое ДНК на теле Хлои, или на том лесоповале. И тогда я получу ордер на арест, и ты сядешь в тюрьму... Но все может быть по другому. Мне надо, чтобы ты рассказал все, что знаешь о секте. - Я ничего не знаю. - процедил Николас. - И запугивания на мне не сработают. - Я не запугиваю. Я один из немногих, кто говорит тебе правду. - детектив успешно изобразил мягкость. - Верхушки культов хорошо промывают мозги. Главари кажутся такими харизматичными и добрыми. Спасителями. Но на деле все иначе... Они якобы приняли твои пороги, тем самым отделив тебя от семьи. От родителей ты ведь не часто слышишь "молодец"? А в секте тебя ценят. Поручают всякую мелочевку и хвалят. У тебя есть подработка? - Есть. - ответил подросток, явно насупившись от услышанного. - Сколько ты отдаешь в общаг культа? - Я ничего не отдаю. И никакой я не адепт. - он продолжал отрицать. Виктор понимал, что, возможно, у них в секте все устроено по другому и сейчас он предъявляет вещи далекие от правды. Но даже ложные обвинения могут привести к тому, что Николас решит его поправить, тем самым подтвердив свою причастность к культу. - Ну-ну. Знаешь, обычно главарь сдирает определенную сумму с участников, а как накопит достаточно, то культу приходит конец. В основном, в виде массового самоубийства всех адептов. Всех, корме главаря. По итогу, он забирает бабки и прощается. А адепты якобы уходят на небо, освобожденные и спасенные. Николас напрягся, будто задумавшись. Смотрел в стол, но слушал. - Слышал о ДжоунсТауне? Девятьсот сектантов отравили себя и умерли менее чем за минуту. Все, мужчины, женщины, их дети. Таких сценариев много, не уникальных, шаблонных и скучных. И ты повелся на один из них. Самому не стыдно? В глаза подростка была видна обида, но не из-за упрека. Обида фанатика, у которого на глазах осквернили его веру. - Ты такая же пешка, которая стоит перед королем. И король шепчет лестные вещи тебе на ухо. - Виктор продолжил давление, подливал масло в разгорающийся костер. - Правда культ у вас поменьше, поскромнее. Там хотя бы был почти косарь человек, а у вас пятерка. Видимо верите в какую-то бессмысленную парашу. Но, к сожалению, из-за этой параши уже был убит один человек. И еще четверо, или сколько там вас, рано или поздно покончат жизнь самоубийством. - Я не буду себя убивать. Самоубийство это удел слабых. - заявил Ник. - А мы далеко не слабые. В комнате повисла давящая тишина. Николас словно споткнулся о свое слово и тут же осознал ошибку. Внутри у него все сжалось, он надеялся, что детектив не обратил внимание на фатальную оговорку. Ник с опаской смотрел на собеседника, ожидая новых вопросов и ища окончательное подтверждение своего провала. Виктор, конечно, услышал "мы" вместо "я" и не смог скрыть ликование. - Кто это мы? - победно спросил он. - Я имел в виду я! - отчаянно оправдываясь, крикнул Ник. - Обычная оговорка! Его страх тут же вырвался наружу. Маска безразличия спала. - Не похоже. - с наслаждением парировал детектив. - Похоже, бл*ть, еще как! - парень вскочил так резко, что опрокинул стул. - Вы все коверкаете! Все мои слова! - Не ори, а то мать услышит. - напомнил Виктор, уже в открытую веселясь, стараясь вытянуть больше из собеседника. - Бл*ть, да иди ты нахер! - он взревел, дрожащей рукой указал на дверь, краснея от бессилия и ярости. - У тебя даже ордера нет, катись отсюда, мразота! Детектив медленно встал и, обойдя стол, направился к двери. - Было приятно пообщаться. - бросил он, покидая дом. - Заткнись! - рявкнул Николас ему вдогонку. Напоследок пнув упавший стул, парень поспешно удалился на второй этаж.