Часть 3

Обернувшись, я увидела его. Того, кого проклинала каждый день прошедшего года. Того, в ком, казалось, не было ни капли человечности, ни проблеска сострадания. Аифал Садер – надзиратель, чьей обязанностью было наблюдать за ходом битвы. Его образ мелькал на экранах, но лицо всегда было скрыто тенью капюшона. Лишь глаза, словно два осколка небесной лазури, сияли в полумраке. Голубые, как горные озера, они притягивали взгляд и гипнотизировали. В глубине зрачков плясали золотистые искорки, делая взгляд пронзительным и невыносимо запоминающимся. Темные, слегка нахмуренные брови придавали лицу оттенок суровой загадочности. Из-под капюшона выбивались пряди густых, платиновых волос, серебристых в холодном свете. Капюшон был частью длинного плаща, ниспадавшего до самой земли, скрывая очертания фигуры. Под ним угадывался кожаный нагрудник, похожий на доспех, украшенный сложным рельефным узором. Небольшие пуговицы удерживали его на теле, подчеркивая атлетическую грудь. Широкий пояс, также украшенный изысканным орнаментом, охватывал талию, подчеркивая мужественную фигуру и, возможно, служил для крепления оружия. Руки были облачены в плотные кожаные перчатки, а на ногах – прочные, предназначенные для холода сапоги. Он возвышался надо мной, высокий и широкоплечий, такая стена мощи и опасности, до которой невозможно дотянуться. Весь его вид кричал об угрозе, один лишь взгляд способен был убить. Он был виновен. Виновен в смерти Ричарда, моей любви, моей жизни. Я не могла думать иначе. Этот… этот монстр в человеческом обличье мог спасти его, мог помочь. Но он предпочёл смотреть. В прошлом году Ричарда отправили на арену. Он выбрал зелье в темной склянке, хотя я молила его выбрать свет. В бою он был великолепен. Зелье наполнило его невиданной силой, он уничтожал тварей быстро и безжалостно. Жестокость его пугала, но и восхищала. Он почти победил, до конца оставались считанные минуты. Ричард мог вернуться домой. Но в последний момент чудовище нанесло удар, оставив глубокую, кровоточащую рану в животе. Ричард обезглавил тварь, но силы его покидали. Он упал и начал ползти к столу с исцеляющими зельями, надеясь выжить. Позади него оставались еще несколько монстров. Он успел бы дотянуться, если бы ему помогли. И тогда Аифал смотрел сверху вниз. Холодно, равнодушно, без единого движения, чтобы помочь. А потом… потом монстры разорвали его на куски. Я застыла, парализованная ужасом. Слова застряли в горле. Мне казалось, сердце остановилось, кровь превратилась в лед. Острая, обжигающая боль пронзила меня от сердца до кончиков пальцев, словно удар электрического тока. Казалось, прошла вечность, прежде чем на экране вновь появился Аифал. Он стоял неподвижно, словно последние минуты ничего для него не значили, никак его не затронули. С этого момента ненависть захлестнула меня с новой силой. Он и так был для меня воплощением зла, теперь это чувство умножилось стократно. Я стояла напротив него, дрожа от ярости, желая разорвать его на части. Если бы у меня была возможность, я убила бы его здесь и сейчас, не дрогнув ни единым мускулом. Он смотрел на меня безразлично, в его глазах не было ничего, кроме презрения. – Если ты закончила меня рассматривать, – произнес он, – я начну объяснять тебе правила игры. Холодный, бесстрастный голос. Чувство гнева во мне росло с каждой секундой. – На столе перед тобой лежат все принадлежности, которые могут пригодиться в бою, начиная от оружия и заканчивая целебными мазями, – он медленно прошелся вдоль стола, заложив руки за спину. – На подготовку перед битвой у тебя будет двадцать минут, сама битва длится четыре часа. Число атакующих будет выставлено на экране через несколько минут. Перед тобой две склянки, о значении которых ты и сама осведомлена. Выбираешь ту, что ближе душе, и начинаешь. Если выживешь – получишь вознаграждение. Если нет – станешь кормом для зверушек. Я не видела его лица, но была уверена, что последние слова он произнес с насмешкой и презрением. Он наслаждался моей болью, моей яростью. И это лишь усиливало мою решимость выжить. После инструктажа Садер отдалился от стола и опустился на стул, извлекая откуда-то старинный пергамент. Он погрузился в его изучение, словно вчитываясь в древние письмена судьбы. Что было там начертано? Меня это не волновало. Сейчас в моей голове билась лишь одна мысль: смогу ли я заключить с ним сделку? Прибыв сюда, я видела лишь два пути: победа или смерть. Но какой ценой будет эта победа? Даже если я выживу, смогу ли я сохранить рассудок после всего, что мне предстоит пережить? И если смерть настигнет меня сегодня, то эта жертва должна быть не напрасной, должна защитить мою семью даже после моей гибели. Ужас этого места пропитал меня до костей, я не могла допустить, чтобы кто-то из моих близких оказался здесь. И ради этого я готова была рискнуть всем. – Я хотела бы изменить награду, – произнесла я, стараясь придать голосу уверенность, которая казалась мне чужой. Садер приподнял голову, отрываясь от пергамента, словно мои слова вырвали его из другого мира. Содержимое свитка больше не занимало его. – Хм, и чего же ты хочешь? Мы учтем все ваши пожелания, Алетрис Кэролл, – произнес он ровно, не поворачиваясь ко мне. Его взгляд был устремлен вдаль, словно мое присутствие было досадной ошибкой, нарушающей его покой. – Если я одержу победу, я хочу получить свободу для моей семьи вместо ремедиума. Чтобы они никогда не появлялись здесь. Услышав мои слова, он медленно повернул голову, бросая взгляд через плечо. Затем, плавно поднявшись со стула, он двинулся ко мне, словно хищник, готовящийся к прыжку. Каждый его шаг был исполнен грации и опасности. – Теперь я должен принять твои условия? И с чего бы мне на это соглашаться? – Он продолжал приближаться, пока между нами не осталось меньше метра. Расстояние, казалось, наэлектризовалось напряжением. – Думаю, для вас это будет выгодная сделка, – ответила я, не отводя взгляда. Гордо вскинув подбородок, я смотрела прямо в его ледяные голубые глаза. – Не в ваших интересах отдавать ремедиум. Мне дороже моя семья, и ценой их жизни и безопасности я рискну своей. Выживу – неприкосновенность моей семьи. Если же нет – умру. Оба варианта должны вас устроить, ведь эликсир жизни останется у вас. Разве я не права? Он замолчал, лишь скользнув по мне взглядом с головы до пят. Словно оценивал добычу перед охотой. Вернувшись к пергаменту, он вновь погрузился в чтение. Лишь спустя несколько томительных мгновений он произнес: – Я принимаю твое предложение. Повернувшись, я увидела, как уголки его глаз приподнялись, и поняла: он улыбается. Слабая, холодная, зловещая улыбка. – И жду от тебя зрелища. С нетерпением буду наблюдать, как тебя разорвут на части сегодня. Произнеся это, он откинулся на спинку стула и продолжил читать, словно мои слова не имели ни малейшего значения. Его слова… Он психопат! Как можно было говорить такое человеку, обреченному на смерть? Если бы у меня была возможность, я бы прожгла его голову своим взглядом. Но времени на это не было. Оставалось семнадцать минут. На экране высветилось число тварей: сто. Целых сто монстров. Сегодня мне явно везло… Утреннее открытие должно было мне помочь. Я не могла медлить. Нужно действовать быстро и точно. Открыв аптечку, я принялась собирать склянки, лихорадочно пробегая глазами по этикеткам: "Восстанавливающее", "Крововосполняющее", "Регенерирующее", "Антисептики". Меня интересовали их свойства, их воздействие. Народ Энгельхейма представил некоторые виды растений в знак мира с людьми. Но о каком мире могла идти речь? Это было лишь изощренное издевательство, ложная надежда на исцеление и примирение. Ученые и исследователи со всего мира безуспешно пытались приживить эти растения в нашем мире. Они не выдерживали и недели. Но в лабораториях смогли изучить некоторые из них и их функции. Одним из таких растений был "Цветущий Посредник". Так его назвали в лаборатории. Он обладал способностью создавать "связь" между двумя растениями и останавливать и восполнять кровь. Его использовали во время войны как крововосполняющее средство, так как он быстро восполнял потерю крови. Я читала о его свойствах в интернете, в библиотеках, везде, где только могла найти информацию. Даже начала изучать легенды и мифы, рассматривая сказания о сказочных существах, в поисках знаний, которые могли бы помочь мне в битве. Я верила, что даже в самых невероятных историях можно найти ключ к выживанию. И теперь, осматривая всё вокруг, я обнаружила крововосполняющее зелье, с надеждой гадая, не тот ли это самый Цветущий Посредник? В древних книгах говорилось, что растения в волшебных мирах могли служить источником перемещения, другие же утверждали, что они способны создавать связь между душами, позволяя ощущать эмоции, боль и страх другого тела. Всё это казалось фантастикой, чем-то нереальным, но разве Энгельхейм был сказкой? Нет… Это была жестокая реальность. В моих планах было соединить свою жизнь с ним, с тем, кого я ненавидела всем сердцем. Но именно он мог бы помочь мне в решении моей проблемы. Теперь, когда у меня было крововосполняющее зелье – а значит, и Цветущий Посредник – я должна была разделить его на две части и в каждую добавить кровь двух тел, мою и его. Проблема заключалась в том, как достать его кровь. Если бы я просто попросила, думаю, в тот же миг лишилась бы головы. Сделка, которую я заключила, была чудом. И теперь я должна добыть его кровь, от этого зависело всё моё будущее. Разделив зелье на две части, я взяла нож и сделала неглубокий разрез на запястье. Лёгкий укол боли пронзил руку, но я не обращала на это внимания. Важно было, чтобы всё сработало. Добавив свою кровь в обе склянки, я приступила к следующему шагу. Мне нужно было выбрать зелье для усиления моих способностей: светлую или тёмную сторону. Каждый раз меня мучил один и тот же вопрос: почему ни один участник не додумался смешать эти две, казалось бы, несовместимые силы? Если подумать, они действительно были противоположностями. Но разве бывает абсолютно светлая сторона? И разве существует тьма без проблеска света? Мне казалось, что есть что-то среднее между ними. Я думала, что смешение света и тьмы порождает хаос, а из хаоса рождается созидание. Это был вечный цикл возрождения и разрушения. Эта мысль была безумной, но разве происходящее здесь не было безумием? Смешав два зелья в прозрачной склянке, я увидела, как образовалась густая жидкость, напоминающая звёздное небо – тьма, пронизанная искрами света. Волшебно и страшно. Я всегда восхищалась красотой природы, а теперь и красотой магии. Вся моя надежда была на эту склянку и на то, что я хотела осуществить. Выпив холодную жидкость без вкуса и запаха, я ничего не почувствовала. Ни прилива сил, ничего. Возможно, я ошиблась. Возможно, зелью требовалось время. Я надеялась на последнее. Взяв взрывчатку, лежавшую на столе, я побежала к месту прибытия монстров. Я раскладывала заряды на расстоянии полутора метров друг от друга, чтобы потом с большего расстояния взорвать их, выстрелив из лука. Здесь были обычные стрелы и стрелы со взрывчаткой. Мой план состоял в том, чтобы взорвать заряды, когда монстры достигнут этой зоны. Я также заметила, что справа, в ущелье у окраин, скопилось много снега. Если я смогу прицелиться, то смогу вызвать лавину, которая собьёт хотя бы часть тварей. Всё это время Садер не сдвинулся с места. Он всё так же сидел и изучал свой пергамент. Ему не было дела до меня и моих действий. Я надеялась, что мои следующие действия так же не привлекут его внимания. Я понятия не имела, как добыть его кровь. Что ж, буду импровизировать, как мы с сестрой всегда делали. Он всё так же сидел спокойно, даже когда я подошла к нему со спины. – Что тебе нужно? – в его голосе не было ни чувств, ни эмоций. – Мне нужна помощь, – я сама не понимала, что говорю, но выхода не было. – В мои обязанности не входит помощь участникам сражения. Сделав резкий рывок, не знаю, как у меня получилось, но я нанесла ему неглубокий разрез на плече. Я хотела быстро собрать немного крови, но он выхватил у меня нож и, схватив за шею, повалил на землю. Моя голова ударилась о твёрдый снег, и острая боль пронзила меня, заставляя закрыть глаза. Тьма на мгновение поглотила меня. – Что ты себе позволяешь, ничтожество? – он говорил тихо, но в его голосе было столько злобы, что я задрожала. Он не использовал всю свою силу. Если бы захотел, то давно бы меня задушил. Но даже так, я еле дышала, отчаянно цепляясь за его руки. Бесполезно. Вспомнив о ране, я потянулась к его руке и сжала её изо всех сил, надеясь причинить ему боль и вырваться. – Если ты думаешь, что этим причинишь мне боль, то ошибаешься. Ты никогда не сможешь ранить меня настолько сильно, чтобы я почувствовал боль. Его глаза, словно два уголька ада, прожигали меня насквозь, оставляя пепел на душе. Это было убийство без оружия, казнивший взгляд, от которого хотелось задохнуться. Предчувствуя этот кошмар, я предусмотрительно взяла с собой шприц, наполненный двумя таинственными компонентами. Дрожащей рукой я воткнула иглу в его кровоточащую рану, стараясь не думать о последствиях. Небольшое количество его крови окрасило шприц алым, и я, задыхаясь от недостатка кислорода, молила, чтобы мне не показалось. Быстро введя содержимое обратно в его тело, я почувствовала, как он попытался отбросить мою руку, но было поздно. Победа была за мной, пусть и такая незначительная. Ярость вспыхнула в его глазах, и он принялся душить меня с удвоенной силой, выбивая остатки воздуха из легких. Сознание ускользало, превращаясь в серую дымку. Земля содрогнулась в предчувствии грядущего. Время вышло, и с каждой секундой приближался час тьмы, когда из глубин ущелья должны были вырваться чудовища. - Тебе повезло, цветочек, – прошипел он, растягивая губы в зловещей ухмылке. – Если бы не надвигающаяся битва, твоя голова давно бы уже валялась в снегу. С этими словами он отпустил меня, растворяясь в надвигающейся тьме. Я жадно глотала холодный воздух, пытаясь вернуть контроль над телом и разумом. Взгляд упал на мою руку, испачканную его кровью. Вспомнив о своей безумной идее, я, спотыкаясь, побрела к столу. Крови было катастрофически мало, но в этом мире, пропитанном волшебством, я надеялась на чудо. Смешав его кровь с мутной жидкостью из склянки, я набрала получившийся эликсир в шприц и, приподняв край своей боевой экипировки, сделала себе укол. Боль пронзила тело, но это было ничто по сравнению с той, что он причинил. Настоящим монстром был он, Аифал Садер, безжалостный разрушитель жизней. Он стоял в нескольких метрах от меня, прожигая взглядом, полным ненависти и презрения. Неудивительно, ведь я осмелилась сделать то, на что никто другой, вероятно, не решился бы. Забрав пергамент, он двинулся в сторону леса, исчезая в надвигающейся тьме, а из глубин ущелья начали вырываться первые чудовища. Собрав остатки воли, я схватила свой лук, стрелы, меч и ножи, и двинулась к центру ущелья. Ужасающий рев монстров достиг меня мгновенно, сотня тварей мчалась ко мне, жаждущих моей смерти. Я ждала, затаив дыхание, пока они не достигли нужной точки. Когда они оказались в зоне поражения, я выпустила стрелу в заснеженный склон горы. Произошел оглушительный взрыв, и на монстров обрушилась лавина. Посмотрев на экран, я увидела, что погибло всего восемь тварей. Слишком мало, но это было только началом. Заняв позицию, я приготовилась к дальнейшей обороне. Страх сковал меня ледяными объятиями, колени дрожали, но я не могла сдаться. Я обещала вернуться к Мелиссе. Я знала, что они наблюдают за мной оттуда, беспомощные, не имеющие возможности помочь. Если бы они могли, они были бы здесь, рядом со мной, сражаясь плечом к плечу с оружием в руках. Выпустив стрелу со взрывчаткой в поле, усеянное взрывчаткой, я увидела, как пламя охватило несколько монстров, разрывая тишину жуткими криками. Мне удалось уничтожить двадцать семь тварей, но этого все еще было недостаточно. Оставалось еще шестьдесят пять чудовищ, жаждущих моей крови. Не давая им приблизиться, я продолжала стрелять из лука, посылая в их ряды стрелы со встроенной взрывчаткой. Когда расстояние между нами сократилось до критической отметки, я выхватила меч, готовясь к рукопашной схватке. На мне была боевая экипировка, состоящая из брони, выкованной из темного, почти черного металла. Доспехи состояли из нескольких частей: наплечники, соединенные с кирасой, плотно облегающей грудь и торс. Металлические пластины кирасы были искусно выкованы, с выпуклыми элементами, подчеркивающими женственность моей фигуры. Тонкий кожаный ремень с круглой металлической пряжкой стягивал талию, подчеркивая ее стройность. Под ремнем виднелись металлические чешуйки, образующие юбку доспехов. Все элементы брони были скреплены заклепками, что добавляло образу функциональности. Вопреки ожиданиям, доспехи не казались тяжелыми. Они словно стали продолжением моего тела, не сковывая движений. С рывком вперед я отсекла мечом руку монстра. Ужасный рев разорвал воздух, и тварь попыталась сбить меня с ног, но, предугадав ее действия, я отрубила ей голову. Снежный покров окрасился в багровый цвет, но это было лишь началом. Они наступали быстро, не давая передышки. Им нужна была я. Один за другим я убивала их, не понимая, откуда берется сила. Возможно, моя безумная теория сработала, но временами я ощущала ужасную слабость. Борьба продолжалась. Я не могла понять, почему все обернулось таким образом, почему судьба так жестока ко мне. Но времени на раздумья не было. Тьма сомкнулась вокруг, и твари, эти порождения ночного кошмара, наступали с неумолимой жестокостью. С каждым вздохом я понимала, что мои силы на исходе, что я не смогу продержаться до конца этой адской битвы. Внезапный, предательский удар в спину обрушил меня на землю, отбросив на несколько мучительных метров. Боль пронзила тело, словно раскаленный клинок. Я не могла сразу подняться, мои мышцы отказывались подчиняться. Собрав последние крохи воли, я встала, но острая, нестерпимая боль пронзила низ живота. Рана… я была ранена. Нужно было добраться до стола с зельями, перевязать рану, выпить эликсир, восстанавливающий силы. Но силы покидали меня с каждой секундой. Внезапно одна из тварей повалила меня на землю, и я, в отчаянии, выставила меч перед собой. Зверь клацал челюстями, пытаясь добраться до моей шеи, откусить голову. Давление было невыносимым, и я сопротивлялась изо всех сил, черпая силы из глубин души. Собравшись с последним рывком, я отбросила чудовище и, мгновенно вскочив, пока оно не настигло меня слишком близко, нанесла глубокий разрез в области туловища. На одну тварь стало меньше, но победа эта далась мне слишком дорогой ценой. Как оказалось, монстр успел нанести мне еще одну рану – небольшой порез на бедре, но достаточно глубокий, чтобы лишить меня сил. Ноги отказывались держать, мир вокруг поплыл. Я уже не могла идти, я ползла… медленно, отчаянно ползла в сторону аптечки, словно к последнему оплоту надежды. Я повторяла трагическую судьбу Ричарда, видела перед глазами, как он, истекая кровью, полз к аптечке, чтобы быть растерзанным на куски, так и не добравшись до спасения. Боль отзывалась в каждом движении, сил почти не оставалось. Я больше не могла встать и сражаться, я просто ползла к этому месту, которое казалось последней надеждой, последним оплотом жизни. Сзади раздался ужасающий рев, предвещающий новую волну монстров, надвигающуюся тьму, готовую поглотить меня. Я остановилась. Идти дальше не имело смысла, я не успела бы добраться до цели. Я понимала, что за мной наблюдает весь мир, моя семья, те, кто верил в меня. Я не хотела, чтобы они видели этот кошмар, мой бесславный конец. - Пожалуйста, не смотрите… я не хочу, чтобы вы это видели, – прошептала я, задыхаясь, сдерживая слезы. Мой взгляд был прикован к земле, я не хотела, чтобы в последние минуты моей жизни они видели, как меня растерзают. - Я вас очень сильно люблю… Мелисса, прости… ты самое дорогое, что у меня есть на свете… – тут я не сдержалась и уронила горькую слезу. Закрыв глаза, я ждала, когда тьма сомкнется надо мной, и надеялась, что все пройдет быстро и безболезненно. В следующее мгновение на землю с глухим стуком упало три отрубленные головы монстров. Я все еще лежала, парализованная страхом, и, повернув голову, увидела его. Аифал Садер стоял в боевой готовности, словно демон, сошедший с небес, и только что лишил голов трех чудовищ. Но их оставалось еще около сорока, и они надвигались, словно волна цунами, готовая смести все на своем пути. Бросив мимолетный взгляд на меня, он направился ко мне. Я смотрела на него, не отрывая взгляда, ожидая удара, думая, что он добьет меня здесь, положит конец моим страданиям. Но от следующего его шага я впала в шок. В одной руке он держал окровавленный меч, а другой… он взял меня за руку и помог подняться. Я не понимала, что происходит, что движет им. И в следующий миг, обхватив меня за талию, он произнес, глядя прямо в глаза: - Возьми меня за шею и держись крепко. Постарайся не падать. - Что? – выдохнула я, не в силах поверить своим ушам. Я не понимала, что он хочет сделать, и тем более не собиралась выполнять то, что он говорит. - Ты глухая?– рявкнул он грубо. - Нет, – твердо ответила я, стараясь скрыть дрожь в голосе. - Тогда выполняй, если хочешь жить,– он все еще смотрел на приближающихся монстров, и только теперь взглянул на меня, прожигая взглядом. - Я не буду ничего делать! – я была слаба, изранена, но отвечала уверенно, или, может быть, мне так казалось. - Я не знаю, как ты смогла это все провернуть, но обещаю, после я сделаю так, что ты обо всем пожалеешь. Каждая минута будет для тебя адом. - Не смей меня трогать, – я попыталась оттолкнуть его, но ноги подкосились, и я начала падать. Он успел меня схватить, удерживая от падения в объятия смерти. - Либо ты сейчас выполняешь то, что я говорю, либо ты будешь приятной закуской для них,– он ухмыльнулся, и в его голосе слышалось наигранная легкость, словно для него это все было лишь жестокой игрой. - Я лучше умру… В следующую секунду он убил сразу четырех монстров, не представляющими для него ни малейшей угрозы. Но тьма сгущалась, и остальные твари надвигались с неотвратимой яростью. Конечно же, я не хотела умирать. Я мечтала вернуться домой, вдохнуть полной грудью запах свободы. И для этого мне нужно было сделать то, что он говорит, подчиниться его воле. В глубине души теплилась слабая надежда, что он действительно мне поможет. Один из монстров совершил прыжок, пытаясь сбить нас с ног, но Аифал молниеносно подхватил меня на руки. От неожиданности я инстинктивно вцепилась в его плечи. Сделав шаг в сторону, он одним смертоносным ударом лишил жизни прыгнувшего монстра. - Держись крепко и не отпускай, пока я не скажу. – Он не кричал, его взгляд был прикован к приближающимся монстрам, но от его низкого, хриплого голоса по телу пробежала дрожь. Было страшно находиться рядом с этим человеком, чувствовать его силу и непредсказуемость. Я ничего не ответила, лишь сделала то, что он сказал, подчиняясь инстинкту самосохранения. Силы покидали меня с каждой секундой, в глазах двоилось, мир вокруг расплывался. Я потеряла слишком много крови, и тьма медленно, но верно подступала. Аифал держал меня крепко, словно я была самым хрупким сокровищем, и продолжал сражаться с оставшимися монстрами. Удивляло то, с какой невероятной скоростью и беспощадностью он расправлялся с ними, словно не испытывая при этом ни капли усталости. Я же, вцепившись в его плечи, прижималась к нему еще сильнее, пытаясь найти хоть какую-то опору в этом хаосе. В моменты его столкновений с тварями боль усиливалась, и я невольно шипела от страданий. - Мы скоро дойдем до аптечки, потерпи, не смей терять сознание! – Его голос прорвался сквозь оглушительный рев тварей, словно удар грома. Он кричал, чтобы я услышала, чтобы не позволила тьме поглотить меня. Но мне казалось, что я уже теряю связь с этим миром. Убив последнего монстра, Садер отбросил меч на землю, и быстрым шагом направился к столу с зельями. Он все еще держал меня на руках, и, достигнув цели, аккуратно опустил на землю. Я поняла, что он дает мне крововосполняющее зелье, помогая приподняться и выпить его до последней капли. Я уже даже не могла сама себе помочь, голова кружилась, тело будто окаменело и одновременно чувствовало все, каждую рану, каждую царапину. Вдруг меня охватила мелкая дрожь, которая постепенно усиливалась, превращаясь в неконтролируемую тряску. Аифал, перевязывавший мне раны, заметил дрожь в моем теле и остановился, нахмурившись. Сняв с себя свою темную мантию, он накинул ее на мои плечи, пытаясь согреть. Но это не помогло. Дрожь усилилась еще больше, я уже не могла понять, где нахожусь, тело словно погрузили в ледяную воду. Я слышала голоса, не понимая, чьи они, далекие и приглушенные. Может быть, последние минуты моей жизни проносились передо мной, словно кадры старой киноленты… Неужели так ощущается смерть? И в следующее мгновение тьма окончательно поглотила меня…