III часть. Отнюдь не твоя собственность.

♡

Почему-то каждое пробуждение за последнее время становилось открытием. Чаще всего нерадостным. Активные лёгкие удары по щекам прилетали один за другим, сопровождаясь размеренной речью, заметно подкреплённой еле прослеживающимся волнением: – Эй! Подъём! А то мне придётся делать тебе искусственную вентиляцию лёгких. Окончательно распахнулись глаза только после того, как едкий запах протухших яиц ударил в нос. На нижних веках блеснули слезинки –такой был отвратительный запах. Похищенная валялась безвольно на постели, распластав руки по сторонам, и активно моргала глазами. – О! Жива! Иди сюда. Холодная ладонь прильнула к коже, больно сжала запястье и потянула на себя резким движением. Казалось, рука оторвётся. До сих пор не до конца управляемое тело оказалось оплетено длинной рукой. – На, держи. Перед глазами появилась матовая абсолютно белая кружка, видимо с чаем, так как цвет жидкости отдавал зеленоватым, а приятный аромат выбил из носа остатки обжигающего запаха. Из ниоткуда возникшая слабость стала ощутима только в тот момент, когда тоненькие ухоженные пальцы не смогли удержать кружку за ручку, после чего фарфоровое изделие чуть не разбилось вдребезги. Но всё те же ловкие пальцы сидящего рядом спасли ситуацию. – Давай помогу. Пей, а то это повторится, – то ли на почве минутного волнения, то ли предвкушая близость, он пододвинулся вплотную, прижавшись боком и предплечьем к ослабшей. А рука его невесома покрыла поясницу. Мурашки прошлись по спине, вызывая противоречивые ощущения. Даша не знала куда деть руки. Возможно именно по этой причине она обвила его ладони своими, приближаясь к тёплому напитку ближе. Так и застыли они на долгие две минуты. Пока девушка пила из широкой кружки ароматный зелёный чай, её ладошки крепко сжимали чужие, стараясь изо всех сил не уронить кружку, несмотря на то, что держала её не она. – Знаешь, не будь мы в таком положении, могли бы и сойтись, –вроде шутка, а вроде и нет, звучит из уст Алексея. Даша чуть ли не давиться чаем, на что тот только приглушённо хихикает. – Я оставлю здесь тарелку с едой. Позже приду, проверю. Если ты не хочешь больше падать в обмороки, то лучше поешь, – похититель слегка отодвигается и следом плавно поднимается. В его руке материализуется всё та же бутылка алкоголя. Поблёскивая на свете ламп, наклоняется. Сделав несколько глотков, Алексей останавливается. Кивает своим мыслям. После чего поворачивается и хватает второй рукой склянку, какую девушка замечает только сейчас и то мимолётно. Не стоит на месте и пары секунд – широким шагом пересекает порог "уютной" комнатки. И только перед тем как деревянная дверь окончательно закрывается из-за неё слышатся удивительные для девушки, знакомые всем слова: – Спокойной ночи. Такая неподходящая и крайне неудобная фраза поднимает настроение и вводит в непонимание. Одно твёрдо понятно – вряд ли удастся заснуть спокойно. Тень исчезает вместе с её обладателем. Всё что свидетельствует о приходе всё ещё таинственного мужчины –бутылка виски, оставшаяся около выхода. Странно, что Даша не заметила её присутствия сразу же после его ухода. Девушке захотелось просто-напросто расслабиться и она, следуя своей цели рухнула на покрывало. Разом накатила тяжёлая усталость. Неаккуратные прядки золотистых волос покрывали и плечи, и покрывало и даже лицо. Успевшая где-то запылиться, одежда, выглядела неопрятно и небрежно. Желания, да и сил раздеваться не присутствовало отнюдь. А отяжелевшие веки так и намеривались каждую секунду закрыться на долгие часы. Дарья не стала сопротивляться такому порыву. Погрузившись в царство Морфея она и не предполагала всего того, что её ждёт в будущем. Всё относительно. Ты никогда не узнаешь и не поймешь чувств другого человека. Всегда есть что-то неуловимо мелкое, но играющее такую непомерную роль в самопознании. Все те качества, что приобрел человек, появились не из воздуха – они возникли под влиянием окружающей среды, а в частности, общества. И то, что прошло когда-то вспять не вернуть... к сожалению. Прошлое. Вот что связывает судьбы... Прекрасно узнаваемый аромат американо вскружил голову с самого пробуждения. Если бы не воспоминания прошлых дней, можно было бы подумать будто это утро ничем не отличается от прочих. Но как только веки лениво приоткрываются, жестокая действительность предстаёт "во всей своей красе". Готовая увидеть знакомое лицо, Даша поднимается на локтях и оглядывается. Никого, только источник аромата стоит на округлом столике близ кровати. Первое пробуждение в этом месте оказалось бы ещё приятнее если бы не толстовка с джинсами. Спустя минут десять умственных сражений, девушка всё же решается выпить напиток. Не наблюдая предполагаемых последствий после опустошения кружки она спокойно выдыхает. И чем теперь заниматься? Долго бездействовать банально не получилось – очень приспичило в туалет. Спустя минуты две, справив нужду, похищенная возвращалась к постели, но успевает сделать только три шага к двери из ванной... – Ааааа! Даша теряет равновесие: ноги подгибаются, не сдерживая вес тела. Голова останавливается на полпути к кафелю, безвольно повисая в воздухе. Спина опирается на плоскую ладонь так, что позвонки неприятно хрустят. А владелец "спасительной" ладони в панике дышит громче, чем спасённая. Его льдинки останавливаются в сантиметрах девяти от зелёных омутов. Податливые губы приоткрываются, а с них срываются мелодичным глубоким, скрывающим испуг, голосом слова: – Ааам, а я тут одежду принёс. Типичная поза влюблённой парочки, в которой застыли эти двое, напоминала кадр из сопливого сериала. Непонятно что произошло, но море взяло в плен лес и не отпускало. Они зависли так, вглядываясь в черты лица друг друга. Но это не могло длится вечно –Алексей опомнился первым. Он вытягивается по струнке, попутно приподнимая тело девушки. Холодные пальцы больше не морозят позвонки, они покоятся в карманах необычных штанов. Белых. Видимо это его любимый цвет... Словно чары развеиваются и Дарья видит перед собой озадаченное лицо, явно чего-то выжидающее. – Ты слышала что я тебе сказал? – с прежней напускной серьёзностью говорит он. – Нет, – робко, опустив в пол глаза, лепечет она. Он закатывает глаза. Жертва этого не видит, но готова поклясться, что знала об этом, будто эти двое знакомы многие годы и играли в песочнице вместе ещё в детском саду. Только после удаляющихся почти беззвучных шагов, она поднимает взгляд и следует хвостиком за высоким силуэтом. Гигант остановился около кроватей. Завел длиннющую руку за спину сверху и помял шею. Этот жест был так знаком... точно, также делал тот упрямый парнишка в музее! Продолжая стоять спиной и смотреть куда-то в пол, он не двигался. – В общем я тут...кхм, накупил всего, не знаю какой у тебя размер одежды, но должно подойти, – неловкость данного момента ощущалась в каждом движении, звуке или взгляде. Особенно странные нотки в голосе напрягали больше всего. Похоже на ложь, вот только в чём. До этого момента не до конца понимая о каких вещах идёт речь, Дарья прозрела. Алексей отошёл чуть в сторону открывая вид на массивную спортивную сумку с аккуратно сложенными стопочками разнообразной одежды. – Зачем всё это? – этот вопрос не должен был быть услышанным, но время вспять не вернуть. – А? – отчётливое ощущение того, что этот человек всё услышал, но, видимо, ради забавы переспросил, появилось и не исчезало. Всё шло так хорошо. Максимально хорошо для той, кто являлась заложницей вероятно больного на голову маньяка, вот только по нему и не скажешь... А тут этот вопрос вслух и паранойя лживости слов будто стали первыми и последними каплями терпения и стойкости. Истерика. Такая частая вещь в её жизни стала каким-то невидимым пределом сил. Если у тебя больше нет ног, ходи на руках, если у тебя нет рук, ползи, если осталась только голова, то вгрызайся в землю зубами и живи, продолжай бороться, но если от тебя ничего не осталось, то истерика – единственный способ очистки, осознания себя. Так себя успокаивала Даша по вечерам где-то лет шесть назад... – Зачем всё это?! Я спокойно жила, радовалась каждому дню! В конце концов я была свободна! Зачем я тебе?! Что я сделала?! – обилие активных жестов и раскрасневшееся от злости и слёз лицо, выглядели устрашающе и... так знакомо. – Я отвечу на все твои вопросы спустя время, – каменное лицо буквально излучало безразличие, что раздражало ещё больше. – Да я твоя рабыня! Убей уже меня и всё! – Чшшшшш, – он начал приближаться раскинув руки в стороны, видимо намереваясь захватить в объятия. Но впустив в себя какого-то демона, девушка отбивалась как могла. Её маленькие кулачки разрезали воздух, целясь в грудь "врага", но тот либо ловко уворачивался, либо терпеливо принимал удары. Да и ударами то это трудно было назвать – из-за ослабшего состояния все эти махания не давали результата. Всё-таки подойдя на очень близкое расстояние, Алексей перетерпел очередной шквал ударов и захватил дрожащее существо в плен мягких объятий. Тепло чужого тела оказало соответствующее успокоительное действие. – Я скоро отвечу на твои вопросы, потерпи, поверь мне я часто делаю то, чего поистине не хочу. Эти наигранные на первый взгляд словечки значительно повлияли на психику. Теперь гнев сменился отчаянием и взрослая девушка превратилась в маленькую страдающую сиротку. Она рыдала без остановки, выливая свое горе прям на кофту единственного слушателя. Благо она светлая и мокрых пятнышек не было видно. А слушатель продолжал внимать плач и успокаивать своими поглаживаниями её плечи. Чуть наклонившись, острый подбородок упирается в макушку. Будто бы похититель пытался прижать к себе каждый сантиметр напряжённого тела. Возможно посчитав рациональным такой подход он продолжил, прошептав: – Всё с тобой будет хорошо, я тебя не собираюсь убивать, даю слово. Всхлипы вместе со шмыганьем начали постепенно затихать, в конце концов пропав вовсе. Но приятные и такие нужные в данную секунду объятия не разрывались впредь до того, как Даша не успокоилась вовсе и не промяукала в грудь Алексею: – Я могу задать хотя бы один вопрос? – Да, конечно. Вибрация от голосовых связок четко ощутилась макушкой, и мурашки не заставили себя долго ждать. – Зачем я здесь? – заданный вопрос звучал крайне жалостливо. – Много причин, но одна из них – ты видела меня в тот самый день, а позавчера хотела меня сдать в полицию. И это, я думаю ты понимаешь, является для меня опасностью. Звучало всё логично до смерти, но почему-то эту мысль даже не рассматривала девушка до того, как её произнес Алексей вслух. В последнее время мало что приходило в её голову самостоятельно. Но несмотря на всю адекватность ответа, стало обидно. Почему? Даша догадывалась, но не осмеливалась признать... – Почему ты стал таким? – Каким? – Ну, таким, каким ты являешься сейчас. – У меня есть идея получше. Давай я оставлю тебя с твоими вопросами ненадолго, чтобы ты обдумала и выделила только один, и я на него отвечу настолько искренне, насколько способен. Ответа не последовало. Это слегка смутило мужчину и он, отстранившись опустился на корточки. Поднял голову, в поисках светлых радужек. И только тогда, когда восстановил зрительный контакт, спросил: – Хорошо? – Хорошо... – еле различимо пробурчала та. Милая улыбка украсила и без этого божественной красоты профиль. – Отлично. Тогда... я приду позже, – " красавец" лениво распрямляется, не отпуская внимательных глаз напротив. Специально смотрит на сумку с вещами не отворачиваясь, как бы напоминая и исчезает. Щёки всё еще рделись алым, но внутри ни эмоции, только бескрайняя тишина и спокойствие. Эмоциональное опустошение сказывается спустя час-два, когда веки перестают сопротивляться и закрываются против воли, так и не открывшись больше этим днём.

♤