Глава 10. Новое знакомство

      Юстина оказалась весьма милой, но вместе с тем удивительно амбициозной девушкой. Всего лишь год назад она окончила Высшую академию волшебства, расположенную в Старом Лондоне, и теперь прибыла в Лос-Анджелес, чтобы занять должность Верховного Архимагистра Ордена Белой Луны. При ордене действовала та самая школа, о которой упоминал Джером, брат Юстины. В неё принимали исключительно чистокровных магов; чужакам путь туда был закрыт — в отличие от Хогвартса, где место находилось даже для маглорожденных. Здесь же зачисляли лишь потомков древних династий, родов и семейств, некогда основавших орден. Исключения делались только для уникальных детей с поистине редким магическим даром: их забирали ещё младенцами, а у родителей и всех, кто был связан с ребёнком, безжалостно стирали память. Иззи, насколько я понял, не оказалась среди учеников лишь потому, что до двадцати лет жила в Канаде.       Юстина рассказала, что школа скрывалась на окраине города, в складке пространства. Найти её случайно, без особого знания или дара, было невозможно, разве что обладать особым зрением. Думаю, будь артефакт Иззи развит сильнее, она наверняка сумела бы заметить этот проход.       Попасть внутрь незамеченными было почти нереально. Академию окружали десятки барьеров — защитных и сигнальных, — и о проникновении постороннего, тем более такого «мастодонта», как я, стало бы известно мгновенно.       Потому я предложил Юстине повременить с местью. Ей в любом случае требовалось восстановиться: проклятье такой силы оставляет следы не только на душе, но и на теле. Организм испытывает чудовищный стресс, магия ослабевает, а органы изнашиваются куда быстрее, чем при обычной жизни. Действовать сейчас было бы верхом безрассудства.       — Проходи, — я открыл дверь своего номера и пропустил девушку вперёд. — Пока можешь жить здесь.       — Ага… Спасибо, — Юстина немного растерялась, но в её голосе звучала искренняя благодарность. — Но… почему ты всё это делаешь? Разве твои обязательства уже не выполнены?       — Я обещал помочь тебе отомстить, — прикрыв глаза, ответил я, падая в кресло. — Снятие проклятья было лишь первой частью нашего договора. Девушка прошлась по номеру, внимательно осматриваясь.       — Такое чувство, что здесь уже кто-то живёт, — заметила она.       — Живёт, — кивнул я. — Моя горничная, Эмма. Не беспокойся, вы не помешаете друг другу. Я же живу напротив.       — Почему не в Аду? — в её голосе прозвучало неподдельное удивление.       — Так удобнее, — я пожал плечами.       — Ясно… Рейнард, верно?.. — она устроилась в кресле напротив и взглянула прямо в глаза. — Когда я изучала демонологию в Лондоне, мне доводилось слышать о загадочных фигурах, способных обратить человека в демона. Это правда?..       Я усмехнулся.       — Неужели ты сама жаждешь стать одним из созданий Геенны Огненной?       — Допустим… — тихо протянула волшебница. — Демоны обладают невероятной силой, и магия повинуется им, словно верный питомец, стремящийся угодить хозяину. Людям же приходится договариваться с ней, изобретая всё новые способы подчинить её себе. Став демоном, я могла бы…       — Да, ты права, — я кивнул. — Демоны действительно способны обратить человека в себе подобных. Но не всё так безоблачно, как тебе кажется. Подобная сила имеет множество подводных камней…       — За любую силу нужно платить, — усмехнулась Юстина.       «И в этом она права», — подумал я, вспомнив о своём собственном грехе.       — Эти артефакты называются Фигурами Зла, — продолжил я. — Они способны обратить любое существо в демона или даже спасти от самой смерти. В прямом смысле — вернуть с того света, если, конечно, душа ещё не покинула тело окончательно. Каждому высшему демону выдаётся пятнадцать фигур: ферзь, два епископа, два коня, две ладьи и восемь пешек.       — Шахматы?.. — в голосе Юстины звучало удивление.       — Именно. Королём же является сам высший демон.       — Значит, фигуры обязывают служить тому, кто обратил? — догадалась она.       — Всё зависит от демона, — я выдержал её взгляд. — Многие обращённых действительно считают своими слугами, и в Аду это обычное дело. Но есть и иные. Например, я. Для меня важнее видеть в них товарищей, семью, но никак не рабов. В будущем такое отношение куда полезнее. Я не настолько самоуверен, чтобы думать, будто обращённые никогда не пойдут против меня. История знает немало случаев, когда слуга убивал своего хозяина. К чему жить, наслаждаясь мнимым превосходством, но в постоянном страхе за собственную жизнь?       — Хм… — тихо вздохнула девушка, её взгляд на миг помутнел, будто она ушла в собственные мысли. — Понимаю.       — К тому же, демон-слуга никогда не будет так же верен, как друг или товарищ, — спокойно продолжил я. — У него не будет стимула развиваться, не возникнет желания трудиться на благо рода. Поэтому все мои фигуры для меня — семья. Если с ними случится беда, я приду на помощь. Если же беда настигнет меня, я надеюсь, что они поступят так же.       — Почему ты всё это рассказываешь мне? — с лёгкой настороженностью спросила Юстина. — Разве подобное не должно храниться в тайне?       — Всё это можно отыскать, если постараться, — я равнодушно пожал плечами. — Тем более, наш контракт ограничивает нас обоих. Так заведено, чтобы демон и призыватель не могли причинить друг другу вред. Ты просто не сможешь раскрыть то, что не должно быть раскрыто. То же самое касается и меня.       — Понятно… — девушка слегка опустила голову, принимая мои слова.       — У меня есть предложение, — произнёс я.       — Я согласна, — вдруг ответила она, едва я договорил, — но с одним условием.       — Даже не спросишь, о чём идёт речь? — удивлённо приподнял бровь я. — Ты весьма решительна. Насколько помню, и на сделку согласилась без долгих раздумий.       — После того, что ты сказал, твой выбор очевиден, — её голос стал твёрдым. — Становление демоном. Стать твоей фигурой. Я согласна. Тем более, что контракт уже делает меня и Орден твоими подчинёнными…       — Какое же условие?       — Ты говорил о свободе… — Юстина выдержала мой взгляд. — Я хочу остаться в Ордене. Стать архимагистром и управлять школой. Это возможно, если я приму твою фигуру?       — С одним условием, — ответил я её же интонацией, вызвав на её лице лёгкую улыбку. — В Аду существуют Игры Рейтинга. Их учредили для того, чтобы исключить убийства чистокровных демонов между собой. Мы — народ гордый и вспыльчивый: кто-то предпочитает вызвать обидчика на дуэль, кто-то способен напасть без всякой причины. Чтобы избежать кровавых конфликтов, ввели Игры. Они проходят по принципу шахматной партии, где демоны выставляют свои фигуры. Никто там не может погибнуть или покалечиться: любое серьёзное ранение означает лишь выбывание из игры. Боец мгновенно переносится в комнату ожидания, где все его раны излечиваются. Эти Игры проводятся и как ежегодный турнир.       — Хм… — задумчиво произнесла Юстина. — Это приемлемо. Думаю, я смогу участвовать.       — А что скажешь насчёт своего брата? — спросил я.       — Джером? — удивилась она. — Причём тут он?       — Именно он вызвал меня, чтобы я помог тебе, — с лёгкой усмешкой напомнил я.       — То есть…       — Нет, мы сделки не заключали, — я покачал головой. — Он был слишком слаб и ничего не мог предложить. Поэтому я нашёл тебя сам. Когда тебя прокляли, его решили убить. Джером сбежал, но был серьёзно ранен.       — Что?! — Юстина резко вскочила с кресла, её голос дрогнул. — Где он сейчас?!       — В безопасном месте, — успокоил я. — Его раны почти затянулись, но он всё ещё без сознания. Не знаю, когда именно он придёт в себя.       — Но обращение полностью исцелит его, ты сам говорил!       — Я не могу обратить в демона против воли, — строго произнёс я.       — Я сама даю разрешение! — горячо перебила она. — Как его магический опекун, я имею полное право распоряжаться его жизнью!       — Тогда, думаю, ладья подойдёт ему лучше всего, — тихо произнёс я.       — А я?.. — девушка смотрела напряжённо, словно от этого зависела её судьба.       — Оба епископа уже заняты, — задумчиво протянул я. — Но ты ведь не только маг, я прав?       — Как ты узнал?.. — её глаза чуть сузились.       — Походка, — ответил я уверенно. — Воина легко распознать по движениям, манере держаться, даже по взгляду. А ещё — по цепочке, что ты носишь. Полагаю, это уменьшенный меч.       — Верно… — Юстина опустила глаза и нервно потеребила золотую цепочку с крестиком. — Это Хрисаор, меч Королевы Фей. Он достался мне от матери.       — Я уже знаю, какую фигуру дать тебе, — сказал я, пристально глядя на неё.

***

      — Мы с Джеромом с детства были одни… — тихо произнесла Юстина, осторожно зачесав ладонью прядь волос со лба спящего брата.       Мы находились в переоборудованной больничной палате, которую я отвёл под укрытие для раненого юноши. До этого момента я не спешил с обращением: нужно было быть уверенным в своём решении. Эти двое обладали поразительным потенциалом. Сестра — юная волшебница, чьё владение мечом не уступало опытному воину. Уже в столь молодом возрасте она стала кандидатом на звание архимагистра, а её магическая сила по уровню маны приближалась к высшим демонам. Брат же — оборотень, Элурантроп, чьи физические характеристики превышали даже показатели Райзера Фенекса, чистокровного высшего демона. Конечно, им было далеко до моего уровня или до уровня Сайраорга, но чисто физически этот парень превосходил большинство демонов моего поколения. Скоростью он уступал Джесу — но тот всегда был исключением для своего вида. Даже не владея полным контролем над превращением, он в скорости обгонял ровесников клана и мог сравниться с альфой. Впрочем, Джес был уникален, и на фоне его таланта отставание Джерома не выглядело слабостью.       Я прикидывал варианты: можно было сделать его ладьёй, усилив физическую мощь и превратив в «танка» группы. Но был соблазн дать ему фигуру коня — подвижного, стремительного бойца. В Играх Рейтинга такой выбор мог принести огромные стратегические преимущества, позволив мне строить куда более гибкие комбинации. А вместе с победами приходили бы артефакты, редкости, новые возможности… Я поймал себя на мысли: с этим ненасытным голодом я стал слишком алчен. И всё же рассуждать трезво я умел. За все свои жизни, эту и прошлую, я научился видеть людей насквозь. Их суть, характер, то, что прячется за словами. Порой хватало одного взгляда, чтобы определить: врёт человек или говорит правду. Профессиональный навык, знакомый многим мафиози и копам. Потому я и здесь почти сразу понял, кем были эти двое. Но всё же следовало перестраховаться, приглядеться внимательнее. Слишком уж непредсказуем этот мир, слишком часто он преподносит сюрпризы.       По тому, как брат и сестра относились друг к другу, я понял: они были готовы отдать жизнь и душу ради второго. Люди с подобной жертвенной преданностью вызывали у меня уважение. Как говорил мой учитель, самурайская добродетель начинается именно с готовности к самопожертвованию.       — Мы сироты, — тихо сказала Юстина, подняв на меня глаза. — Орден взял нас, когда я впервые пробудила магию. Джером всегда был таким… всегда защищал меня, защищал других ребят. Хоть он был младше, но неизменно лез вперёд, получал тумаков, ходил весь в синяках, и при этом улыбался во весь рот. И в приюте, и в Ордене. Он никогда не менялся. Даже проклятье крови не заставляет его поступаться принципами.       — Ты никогда не задумывалась о том, что всё было не так, как вам рассказывали? — спросил я, внимательно глядя ей в глаза.       Девушка опустила взгляд на брата и печально улыбнулась.       — Да… — прошептала она. — И не раз. Возможно, Орден забрал нас из семьи и изменил память…       Но узнать правду мы уже не сможем. Да и, пожалуй, не нужно.       — Ясно, — отозвался я, переводя взгляд на юношу. — Не стоит торопиться с обращением.       — Верно, — согласилась Юстина без тени возражения. — Встань он сейчас, тут же кинется обратно в Орден. Вечно с этой своей справедливостью… Только всё испортит.       — Тогда сперва разберёмся со всем остальным, — кивнул я. — Уже есть план, как попасть внутрь?       — Есть один… Но для этого придётся убить пару человек, — её голос прозвучал глухо, с тенью мрачности.       — М-мм? — я изогнул бровь. — Объясни.       — Существует место, где часто бывают маги из Ордена. Если выследим их, убьём и проведём ритуал… нам понадобятся их тела.       — Дай угадаю, — хмыкнул я. — Вы хотите, чтобы мы приняли их облик?       — Верно, — кивнула девушка.       — Тогда зачем убийство? Я могу менять внешность и без жертв. Но барьеры школы всё равно распознают мою силу.       — Есть ритуал, — Юстина понизила голос. — Запретный и страшный. Но разве для демона это имеет значение?       — В чём его суть? — нахмурился я.       — Плоть убитых магов станет нашей плотью. На время, — сказала она быстро. — Этот метод использовал архимаг Орен, когда проникал в Ватикан за реликвией. Барьеры не ощутили его. Ритуал стирает любые следы чуждой магии. Для всех мы будем теми самыми магами.       — Ты уверена, что барьеры школы не заметят меня? — спросил я, обведя руками собственное тело. — Моя энергия слишком отличается от людской.       — Если Ватикан не заметил людей Орена, то и Орден не заметит тебя. Главное — провести ритуал верно.       — Подозреваю, для этого нужны ингредиенты, — скептически приподнял бровь я. — Надеюсь, не придётся бегать по всему свету.       — Конечно. Но кое-что у нас уже есть, — улыбнулась Юстина.       — Например?       — Кровь высшего демона, чешуя дракона, глаза кошки…       — Ясно, — прервал я. — А что ещё?       Девушка посерьёзнела.       — Всё решает последний ингредиент. Его почти невозможно достать. Даже для сильнейших — это безумие. И уйти живым после получения ещё труднее.       — Драматизируешь, — фыркнул я.       — Нисколько, — покачала головой она. — Нам нужна кровь божества.       — Божества, значит… — протянул я, задумчиво глядя в сторону.       — Если ты откажешься, я пойму, — Юстина печально улыбнулась. — Даже для демона это слишком.       — Нет, — криво усмехнулся я. — Просто подумал. Как раз, недавно я заключил сделку на убийство бога.       — Ч-что?! — глаза девушки расширились.       — Да так… перепала халтурка от Летиции Блаз. Королевы Вампиров этого города, — небрежно пожал плечами я. — Я всё откладывал… Но, похоже, придётся заняться всерьёз.

***

      — Всем доброго утра, — произнёс я, появляясь в просторной школьной аудитории, заколдованной так, чтобы простые люди не замечали моего присутствия. Класс этот почти всегда пустовал, занятия здесь проводились редко, и потому мы решили использовать его для собственных нужд.       За учительским столом сидела Эмма. В её руках был раскрыт увесистый том с золотыми буквами на обложке: «Новая история Ада». Похоже, она решила начать обучение ребят именно с этого. И была права — история всегда являлась ключом к пониманию настоящего. Она помогала определить своё место, осознать традиции и правила, без которых не прожить в демоническом обществе. Многие «короли» допускали роковую ошибку, не утруждая себя обучением фигур. Для демонов знания о семидесяти двух столпах, владыках, дворянских родах, нормах поведения и культуре казались чем-то очевидным, но обращённые люди этого знать не могли. Вот и случались нелепые казусы, когда слуга позорил хозяина, не зная простейших приличий.       Ученики, среди которых была и медсестра Иззи, сидели за партами и внимательно слушали. А кто не слушал — быстро получал за это. Ярчайшим примером служил Джес: опухшие щёки, покрасневшие уши и надутый вид делали его похожим скорее на хомяка, чем на гордого волка.       — Милорд, — Эмма, заметив меня, приподнялась с места и с лёгкой улыбкой изящно поклонилась.       — Господин! — радостно воскликнула Иззи, дёрнувшись с места, но тут же снова уселась под строгим взглядом горничной.       — Ну что, как идут дела? — обратился я к детям. — Эмма не слишком строга с вами?       — Госпожа Эмма объясняет всё очень понятно и чётко, — первой ответила Нацуми, опередив хотевшую вставить слово Иззи. — Мы занимаемся недолго, но с первого же часа стало ясно, что эти знания необходимы в Аду.       — Просто кто-то слишком тупой, вот и не может усидеть на месте, — усмехнулась Аки, бросив хитрый взгляд на Джеса.       — Эй! — возмутился тот.       — Ну-ну, — я поднял ладонь, примиряя их. — У меня для вас две новости.       — Да? — оживилась Аки, вскинувшись с места. Её восторг меня не удивил: девчонке явно пришлась по душе демоническая жизнь, где за выполнение пустяковых поручений можно получать весьма щедрые «карманные расходы».       Эмма перевела взгляд на дверь и едва заметно вздохнула — похоже, она уже уловила присутствие нового члена группы.       — Юстина, зайди, пожалуйста, — произнёс я.       Дверь тихо скрипнула, и в аудиторию вошла волшебница. На ней была простая повседневная одежда — белая блузка и джинсы, — и выглядела она скорее студенткой академии, чем архимагистром в будущем. Проведя пальцами по чёлке, девушка остановилась у учительского стола и повернулась к подросткам.       — Юстина Данбра, — коротко представилась она. — «Конь» Рейнарда Гремори.       — Юстина — одарённая волшебница, — добавил я, решив представить её более полно. — В столь юном возрасте она стала кандидатом на пост главы ордена волшебников. Более того, она мастерски владеет мечом. Её умение сравнимо с мастерством закалённого в битвах фехтовальщика.       — Приятно познакомиться, — произнесла Юстина и склонилась в вежливом поклоне.       Подростки переглянулись, не зная, как отреагировать на появление «новенькой». Лишь Эмма кивнула и улыбнулась мне чуть теплее, чем обычно, — в её взгляде я безошибочно уловил намёк на приватный разговор. Ей было интересно, где именно я нашёл эту девушку.       — И вторая новость, — продолжил я. — Завтра мы все отправляемся в отпуск.       — Отпуск?! — Аки едва не подпрыгнула на месте.       — Верно. Небольшая поездка на юг, — кивнул я.       — А академия? — встревоженно спросила Иззи. — Не возникнет проблем?       — Я обо всём договорился. Не беспокойся, — заверил я. — Радуйтесь: я устроил вам каникулы.       — Куда мы едем? — тут же выпалила Аки.       — Теотиуакан, — ответил я.       — Тео… что? — нахмурился Джес.       — Теотиуакан, — оживилась Нацуми. — Это священный город ацтеков, где, по легенде, рождались и жили боги. Там стоят две знаменитые пирамиды — Луны и Солнца. Их красота и величие сравнимы с египетскими.       — Смотрю, ты увлекаешься историей, — с лёгкой улыбкой заметил я.       — Это действительно интересно, — смущённо призналась девушка.       — Вот и хорошо, — подвёл я итог. — На сегодня занятия окончены. Отправляйтесь по домам и готовьтесь к поездке.       — Ура! — радостно выкрикнула Аки и, не удержавшись, выбежала из кабинета. Остальные потянулись за ней медленнее. Лишь Иззи, задержавшись у двери, бросила на меня странный, полный смущения взгляд, покраснела и, словно подстреленная, вылетела следом за другими. «Неужели сквозь одежду посмотрела?..» — мелькнула мысль.       Неловко. Но не смертельно.       Сейчас было важнее другое: я был готов сожрать слона. И Эмма это прекрасно видела. Она знала меня с детства и умела читать такие мелочи.       — Милорд, чего пожелаете на обед? — тихо спросила она.

***

      Перебраться в древнюю столицу ацтеков через круг переноса не удалось: вокруг города и всей прилегающей территории был возведён мощный барьер, отделяющий их пантеон от остального мира.       Потому пришлось прибегнуть к более «приземлённому» варианту — перелёту на самолёте. Впрочем, и этот транспорт оказался не столь уж обыденным: род Гремори располагал собственным воздушным судном, полностью магическим. Оно не требовало топлива, пилота и даже экипажа. Всё работало само собой — тихо, безупречно и надёжно. И что особенно приятно, внутри всегда находилось всё необходимое: обильные запасы еды и напитков, словно машина сама знала вкусы хозяина.       От размышлений меня отвлекла Иззи: девушка тихо присела напротив и поставила на столик поднос с чаем и сладостями.       — Здесь так много еды… — задумчиво проговорила она, оглядывая уставленный стол.       — Потому что Милорд очень любит поесть, — с лёгкой, почти заговорщической улыбкой ответила за меня Эмма, аккуратно положив чайные ложечки, о которых Иззи забыла. Рядом вертелся Горудо, умудрившийся раздобыть себе какой-то пирожок и с довольным видом его уплетающий.       — О! — оживилась Аки. — Пьём чай? М-м-м! Первый раз пробую нечто подобное! А это что?       — Драконьи яблоки, — пояснил я, слегка кивнув. — В сыром виде они несъедобны для людей и демонов, но после обработки превращаются в настоящий деликатес.       — Можно и мне попробовать? — осторожно спросила Юстина.       — Разумеется, — кивнул я.       — Это просто потрясающе! — воскликнула Аки, попробовав кекс. — Нацуми, скорее попробуй! Я не могу остановиться!       — А не потолстеешь ли? — лениво протянул Джес, потянувшись на своём кресле.       — Да иди ты! — фыркнула Аки. — Мы же теперь демоны! Можно есть сколько угодно! М-мм… вкуснятина! Нацу, попробуй, это в разы лучше всего, что мы ели раньше!       Пока девочки увлечённо дегустировали сладости, я заметил, что Иззи украдкой смотрит на меня.       Из-под её чёлки пробился зелёный свет артефакта, будто око, просвечивающее сквозь завесу. Она пыталась разглядеть мою ауру.       — И что ты видишь? — спросил я, приподняв бровь. Девушка вздрогнула, не ожидая, что я замечу её занятие.       — Тьма… — тихо прошептала она. — Нечто очень тёмное, ужасающее… Но это не всё. За ней скрывается что-то иное. Сила, которую не видно из-за этой тьмы. Она заслоняет обзор, мешает увидеть больше…       Я усмехнулся. Любопытно. Возможно, система действительно скрывала мои умения, не позволяя никому взглянуть слишком глубоко. Но было и другое объяснение: за этой «скрытой силой» мог таиться мой грех.       — Вот как, — сказал я, улыбнувшись. — Значит, твой артефакт уже достаточно силён. Но это ещё не предел. Уверен, ты всех нас удивишь тем, на что способна.       — Ох… ну что вы, господин Рейнард… — пробормотала Иззи, заливаясь румянцем. — Я ведь всего лишь простая учительница…       — Это не так, — мягко возразил я и, накрыв её ладонь своей рукой, посмотрел прямо в глаза. — Верь в себя, и однажды ты действительно поразишь всех.       — Д-да… — совсем тихо ответила она, будто боясь собственного голоса.       — Милорд, мы приближаемся к городу, — прервала нас Эмма.       — Благодарю, — я отпустил руку Иззи и взглянул в иллюминатор. За облаками уже проступали очертания Теотиуакана. — Не каждый день удаётся увидеть такую красоту…

***

      Теотиуакан находился к северо-востоку от современного Мехико. Дальше мы продвинуться не могли — барьер, установленный вокруг города и всей прилегающей территории, надёжно отрезал пантеон ацтекских богов от остального мира. Проникнуть внутрь напрямую было почти невозможно.       Ацтекские божества всегда отличались закрытостью и крайне редко покидали границы своего домена. Тем не менее, они не были полностью отрезаны от внешнего мира — связь всё же поддерживалась.       О них знали мало. Тайна, молчание, упрямое нежелание делиться даже малой крупицей сведений о своём мире — таков был их обычай. И всё же Сазексу каким-то образом удалось договориться о дуэли. Тем самым он лишил меня любых возможностей для манёвра, оставив лишь один путь выполнения задания. Как я понял, в качестве платы он предложил ацтекам несколько предметов, наполненных сильнейшей духовной энергией. И боги ухватились за этот шанс, ведь вера в их пантеоне иссякла, энергия поклонения стремительно уходила, и теперь они готовы были хвататься за любую возможность её восполнить.       Когда вернусь в Ад, непременно серьёзно поговорю с Сазексом и с отцом. Они отправили меня «становиться самостоятельным», а при этом продолжают вмешиваться в мои дела. Если так пойдёт и дальше, однажды всё закончится очень плохо. Чёртовы махинаторы… С ними всегда напряжённо иметь дело.       Вздохнув, я осмотрелся.       Мы двигались по руинам древнего города, постепенно приближаясь к его сердцу, где находился проход в домен богов. Нацу шагала чуть впереди, воодушевлённо рассказывая остальным об истории этого места, совершенно не обращая внимания на недовольные взгляды туристов. Люди косились на слишком шумную девочку, но она не замечала — слишком уж увлеклась. Сегодня она открылась нам с другой стороны: обычно холодная, спокойная и рассудительная, сейчас Нацу напоминала точную копию своей сестры. Разница была лишь в том, что болтала она не о пустяках, а о культуре и архитектуре погибшей цивилизации.       А город и правда был велик. Центр империи, по величию сравнимый с самим Римом. Сюда стекались народы со всей территории нынешней Мексики, считая его священным местом. Долгое время люди полагали, что жители Теотиуакана отличались от других племён Центральной и Южной Америки, будто бы были «иными».       Считалось, что они ценили мир и занимались земледелием — выращивали кукурузу и зерновые. И действительно, они делали это. Но недавние раскопки под пирамидой Луны разрушили привычную картину. Учёные обнаружили доказательства жертвоприношений. Оказалось, что традиции древних никуда не исчезли. Люди приносили жертвы своим богам, хотя от каннибализма они отказались. Более того, на фресках были изображены добровольцы — те, кто сам поднимался на жертвенник. Но однажды, когда засуха обрушилась на эти земли, а кровь не приносила дождей, жрецы пошли дальше — стали приносить младенцев, веря, что слёзы невинных умолят небеса. Тогда люди восстали. Они жгли собственные дома, убивали жрецов, и в конце концов просто ушли. Так Теотиуакан стал городом-призраком.       «Интересно, что думают об этом сами ацтекские боги? — мелькнула мысль. — Хотелось бы услышать историю из первых уст, а не версию археологов, собранную из обрывков догадок и гипотез».       Мы остановились у входа на «Дорогу мёртвых» — широкую, выложенную камнем аллею, ведущую к центральной площади, где когда-то собиралось более ста тысяч человек. Я протянул руку и ощутил барьер — невидимую стену, непроницаемую для глаз обычных людей и слабых существ. Вот он, вход.       — Что ты делаешь? — удивлённо спросил Джес. Он, разумеется, ничего не видел.       — Пойдёшь дальше — и просто останешься туристом, любующимся развалинами, — пояснил я. — А если сделать вот так…       Я надавил ладонью на прозрачную стену, вложив в жест ману, и открыл проход. За ним открылся совсем иной город.       Руины ожили. Разрушенные здания выглядели новыми, словно только что отстроенными. Пирамиды сияли красками — красной и синей, их вершины отражали солнечный свет. Поблекшие фрески вспыхнули снова, переливаясь яркими красками, и воздух наполнился древним величием.       Прямо передо мной возник великан — полуголый мужчина с кожей цвета тёмного золота и длинным копьём в руке. Его тело излучало мощь. Я едва скользнул взглядом по его ауре и прикинул: трёхсотый уровень. Все параметры ниже моих, кроме одного. Сила. Её у него было пять тысяч. Одним ударом этот исполин мог убить любого из стоящих рядом.       — Демоны… — нахмурившись, произнёс он, втягивая носом воздух. — Зачем вы пришли в земли богов?       Его лицо оставалось мрачным лишь миг. Затем суровая маска спала, и губы растянулись в широчайшую улыбку.       — Да шучу я! — он громко рассмеялся и с силой хлопнул меня по плечу так, что я едва удержался на ногах. — Проходите, гости! Чувствуйте себя как дома!

***

      Город оказался живым, ярким и удивительно красочным. Постройки завораживали необычной архитектурой и резными узорами, будто ожившими из древних мифов. Жители, пусть и немногочисленные, наполняли улицы шумом и движением: дети носились меж домов, мешая взрослым, которые сердито раздавали подзатыльники провинившейся ребятне; женщины в ярких тканях и с массивными украшениями тащили корзины с фруктами; а блудницы в экзотических нарядах, расшитых перьями и бисером, завлекали прохожих, извиваясь в медленных, гипнотических танцах.       На первый взгляд не было в этом народе ничего от жестокости и кровожадности, которой их окутали легенды. Жизнь кипела так же, как и в любом другом городе, только сама сцена выглядела иной — слишком древней, слишком настоящей. Совсем не то, что я ожидал увидеть от города, где обитают боги одной из самых суровых мифологий.       Но это переставало удивлять, если верить словам нашего провожатого.       Актош, тот самый могучий мужчина с кожей цвета тёмного золота, объяснил: ацтекские боги вовсе не так кровожадны, как о них говорят, по крайней мере, не все. Человек-пророк, построивший Теотиуакан, распространял истинную волю богов — волю гармонии между людьми, природой и мирозданием. Но, как всегда бывает, нашлись недовольные. «Солнце светит слишком тускло, дожди редки, урожай скуден, ветер злой, еда невкусная — принесём жертву богам, и они вознаградят нас», — твердили те, кто отвергал новую веру.       Город разделился надвое. Одни выбрали гармонию, другие — кровь. Началась гражданская война, если можно так назвать безжалостное истребление первых вторыми. Всё это звучало правдоподобно и неплохо ложилось на версии учёных, выстроенные по находкам среди руин. Но поверить, что всё объясняется столь просто, у меня не получалось. Слишком уж гладкая картина.       После экскурсии по «городу богов» нас поселили в одну из построек, внешне напоминавшую пирамиду без вершины. Впрочем, здесь почти все здания имели схожий облик. Внутри же помещение оказалось неожиданно современным: пусть это и не был номер класса «люкс», но на уютную квартиру в малосемейке походило вполне.       О самом Актоше я узнал чуть больше. Он не бог, как могло показаться при первой встрече, и даже не полукровка. Он один из двадцати Таната — воинов-защитников, героев этого пантеона. Что-то вроде валькирий у скандинавов. Сильный до ужаса.       Нет, в схватке один на один я бы его одолел: достаточно лишь уйти от первого удара — и скорость сыграет на моей стороне. Но его грубая физическая мощь внушала уважение. И заставляла задуматься: если простой Танат настолько силён, то каким же окажется бог, которого мне предстоит убить?       Мысль скользнула дальше. Интересно, получится ли у меня запечатать божество в себя? Стать чем-то вроде джинчурики, носителем силы бога. Забавно. В принципе, идея не лишена смысла. В этом мире подобное возможно: взять хотя бы носителей «живых» святых механизмов. Моей выносливости должно хватить… Но сначала нужно победить. Да и способа пока нет. Единственный путь, что вижу сейчас, — пожрать его. Грубо, но действенно.       Я готовился к битве. Она была назначена уже на сегодняшнюю ночь — ацтеки, похоже, тоже не любили ждать. На мне лежали печати и баффы, приготовленные в Аду специально для этого поединка. Остальные откровенно нервничали. Даже Джес, обычно безразличный, изобразил что-то вроде беспокойства, когда узнал, что я выйду против бога. Не ожидал от него. Но мысли в сторону. Время близилось.       Жаль, что ни поговорить, ни даже мельком увидеть моего противника не удалось. Актош тоже молчал, будто нарочно скрывал подробности. Впрочем, тревоги особой я не испытывал. Лишь лёгкая ностальгия шевельнулась в груди — всё это напоминало подпольные бои из моей прошлой жизни. Та же атмосфера предстоящего поединка, та же публика, тот же азарт.       Разве что теперь бой был договорным. Всё уже решено за меня. Сазекс обо всём позаботился заранее. Даже если я проиграю, меня не убьют. Умирающий пантеон не рискнёт пойти войной на Ад. Это было бы самоубийством. В случае поражения нас просто вышвырнут за дверь, взяв плату за мою жизнь и сохраняя всё в тайне.       Мне отвратительно было действовать подобным образом, но выбора не оставалось. Такова натура демонов. Сазекс не зря стал Люцифером — одной силы для этого мало.       — Ты готов? — вырвал меня из размышлений голос Актоша. — Все уже ждут. Сегодня будет славная битва…       — Ага, идём, — я поднялся с пола и поправил пояс кимоно, на котором покоилась катана.       — Он, похоже, любит японскую культуру? — услышал я вслед голос Аки.       — Милорд долгое время обучался у японского мастера меча, — ответила за меня Эмма.

***

      Мы шли по «Дороге Мёртвых», и звуки барабанов гулко отдавались в груди, словно само сердце города билось в такт. На главной площади, называемой «Цитаделью», передо мной возник огромный силуэт мужчины. Он стоял прямо у входа в пирамиду Луны, над вершиной которой величественно сиял серебряный месяц. В руках незнакомец держал копьё и круглый зеркальный щит, и сразу было ясно: это артефакты, источающие собственное свечение. Голод внутри меня разыгрался не на шутку, и я стиснул зубы. Неприятное, раздражающее чувство.       Когда он подошёл ближе и остановился, барабаны внезапно смолкли. В тишине прозвучал твёрдый женский голос:       — Спасибо, Кацки. Теперь можешь идти, дальше я сама.       Могучий воин послушно растворился в воздухе, оставив копьё и щит воткнутыми в землю. Из-за его спины шагнула девушка: смуглая, с длинными белыми волосами, одетая в красный наряд, больше похожий на купальник, но с длинными белыми рукавами, украшенными орнаментом. На её животе и бёдрах поблёскивали крупные татуировки. Она подняла на меня гордый взгляд.       — Так, значит, это ты вызвал моего отца на дуэль… — сказала она. — Извини, но он сейчас не в состоянии сражаться. Поэтому за него выйду я, как та, что унаследовала титул Тецкатлипока!       Она схватила копьё и щит. Вновь загремели барабаны. Я прищурился: её уровень был всего восемьдесят, но характеристики уже впечатляли. Почти вдвое выше, чем у Риас.       Что-то не сходилось. Эта девушка не могла быть тем самым Тецкатлипока, голову которого требовала Летиция.       — Прости, но… — я не успел договорить.       Она сорвалась с места с такой скоростью, что обычный глаз не уследил бы. Но я просто сделал шаг в сторону. Что происходит? Она говорила, что унаследовала титул… Значит, она дочь настоящего Тецкатлипока? Тогда где он сам? Неужели с ним действительно всё настолько плохо?       — Девочка, ты кто? — спокойно спросил я, когда она ещё даже не успела выдернуть копьё из земли.       — Я нынешний Тецкатлипока! Владыка Севера и богиня Ночи! — раздражённо выкрикнула она. — А ты сегодня умрёшь, жалкий демон!       Похоже, титул достался ей недавно. И она не до конца понимала, во что ввязалась.       Она отбросила щит и, схватив копьё обеими руками, снова рванула в атаку. Под её ногами взметнулись комья земли, а за спиной закрутился вихрь ветра.       Я выхватил катану и лёгким движением отбил копьё вместе с самой богиней в воздух. Каменная кладка за моей спиной разлетелась в щебёнку.       Неплохо.       Она сгруппировалась, перекрутилась вокруг копья и попыталась ударить меня пяткой. Я снова шагнул в сторону, одновременно полоснув её клинком. Её удар обрушился в землю, разнеся плиты площади, и я вынужден был отскочить в сторону.       Я мягко приземлился на носки и встряхнул катану, смахивая с лезвия капли крови.       Толпа замолкла. Барабаны били всё громче. Никто даже не заметил моего удара. Девушка, шатаясь, поднялась на ноги, опираясь на копьё.       — Прекрати, это бессмысленно, — сказал я.       Но она и не думала слушать. Подняла руку к небу, и лунный свет собрался в ослепительный луч, опустился на неё и исцелил рану. Неожиданно.       — Может, поговорим? — предложил я ещё раз.       — Бейся! — закричала она и снова бросилась на меня, теперь заметно быстрее.       Я перехватил древко копья, ударом ноги выбил её из равновесия и оставил оружие у себя. Но девушка, перекувыркнувшись, мгновенно поднялась и пошла в атаку голыми руками.       — Ладно, понял, — выдохнул я. — Ты из тех, кто слушает только после того, как их изобьют.       Я спрятал копьё в инвентарь и сблизился с ней быстрее, чем она успела заметить. Мой кулак впечатался ей в живот, отбрасывая назад. Под ногами земля раскрошилась в воронку. Девушка пробила барьер и вылетела за пределы арены.       Я снова переместился к ней и ударил так же. Её тело отбросило в противоположную сторону. Её жизненная сила почти угасла. Ещё один удар — и она умрёт.       — Хватит. Не поднимайся, — серьёзно сказал я, накрыв её аурой. — Я не хочу тебя убивать.       — Ч-что?.. З-зачем тогда?.. — она сплюнула кровью, пытаясь приподняться на локтях.       Я нахмурился. Она явно не понимала, в чём дело. Настоящий Тецкатлипока должен был быть здесь. Почему его дочь вышла вместо него? Может, её заставили? Молодая правительница наверняка мешала многим. Совет, знать, оппозиция, родня прежнего владыки — причин хватало.       — Может, поговорим в более приватной обстановке? — сказал я, бросив взгляд на собравшуюся толпу. — Барьер всё равно разрушен.       — Ты не понимаешь… Убей меня! — выкрикнула девушка.       — Что? Зачем? — я искренне удивился. Позади меня появилась Эмма и тихо пояснила:       — Милорд, таков обычай их народа. Если воин пощадил врага, тот обязан прожить всю жизнь ради него.       — Поэтому убей меня! — повторила богиня, сжав кулаки. — Если ты не сделаешь этого сейчас… Я тяжело вздохнул. Бессмысленно проливать кровь.       — Нет, — сказал я твёрдо. — Ты мне понравилась. Гордая, сильная духом. Вспыльчивая, да. Но это поправимо. У тебя огромный потенциал. Живи ради меня. Нет, лучше так — живи ради себя, начни новую жизнь.       Эмма тихо напомнила:       — Милорд, но по контракту вы должны были убить Тецкатлипока. Или вы…       — Конечно, Блаз не уточняла, какого именно из носителей титула она имела в виду, — я усмехнулся. — Но сомневаюсь, что она подразумевала эту юную, неопытную богиню.       Я посмотрел в глаза поверженной девушки:       — Так что… поговорим в другом месте?

***

      — Только не говори мне, что ты знала об этом заранее, — устало вздохнул я, бросив взгляд на подошедшую Эмму. Та держала поднос с чаем и сладостями.       — Нет, Милорд, — поклонилась горничная, спокойно отвечая. — Я слышу об этом впервые.       — Это и не предавалось широкой огласке, — твёрдо произнесла богиня, сидя на коленях передо мной. — Даже дружественные мифологии не знают о гражданской войне, что произошла десять лет назад. Тогда многие старшие боги погибли.       — Поднимись, — поморщившись, сказал я, облокотившись щекой на ладонь. — Я не настолько горделив, чтобы требовать подобных жестов. И уж тем более не называй меня владыкой. Ты ведь сама не горишь желанием идти ко мне на службу.       — Теперь у меня нет выбора, — спокойно, но безжизненно ответила она. — Вы публично пощадили меня. Большего позора для бога не существует. Мне нельзя оставаться в Теотиуакане. Я здесь лишь потому, что вы — гости города. Моя роль Бога Ночи перейдёт к дяде. Но я не против служить столь сильному воину.       — Хм… — я тяжело вздохнул. Теперь всё стало ясно: сделку заключал именно её дядя. Вот почему всё обернулось таким образом. Неудивительно, что братец и здесь успел приложить руку. Слишком уж просто достался мне «бог» в качестве кандидата в фигуры. И ведь даже если бы я её убил, выгода осталась бы немалой. Сазекс продумывает всё на несколько шагов вперёд… и это начинает раздражать.       — Возможно, вы просто разочарованы тем, что не встретили достойного соперника? — мягко заметила Эмма.       — Это тоже, — не стал я отрицать и кивнул. — Мимитех, не обижайся. Ты обладаешь огромным потенциалом, но пока он спит. А я — провалил сделку. Конечно, Летиция не знала, что твой отец уже давно мёртв, но… Братец… он всё больше выводит меня из себя. Кстати, можно звать тебя Мити? Полное имя для повседневного общения не слишком удобно.       — Как пожелаете, — склонила голову девушка.       — Скажи, ты ведь не против стать демоном? — спросил я прямо. — Если откажешься, я пойму. Я не оставлю тебя, даже если ты решишь остаться богиней. Только знай: у меня нет «слуг». Все, кто рядом со мной, — семья. Но в Аду к тебе могут относиться… настороженно. Даже мать моей сестры, какой бы доброй она ни казалась, остаётся демоном старой закалки. Для неё другие расы — отребье.       Пусть к обращённым она относится мягче, но таких, как она, в Аду всё ещё много.       — Обращение подарило бы вам вечную жизнь, которой боги ацтеков уже лишились, — добавила Эмма. — Это щедрое предложение молодого господина.       — Эмма, не дави на неё, — я нахмурился. — Решать должна она сама.       — Прошу прощения, Милорд, — поклонилась горничная.       — Я приму любую вашу волю, владыка, — по-прежнему каменным голосом сказала богиня.       — Нет, — покачал я головой. — Так не пойдёт. Я не признаю связь «слуга-хозяин». Для меня мои фигуры — семья.       Мимитех задумалась. В её взгляде мелькнула тень сомнений, и впервые за всё время голос стал живее:       — Возможно, вы правы… Тогда… могу я подумать над вашим предложением немного дольше?       — Конечно, — я невольно улыбнулся. Наконец-то она перестала изображать безвольную куклу. — А теперь давайте собираться. Хочу закончить всё здесь и вернуться в город. Эмма, собери остальных. Мы уезжаем.       Я обернулся к богине:       — Кстати, не сочти за грубость, но у тебя есть доказательство смерти твоего отца? Не хотелось бы потерять материал, который мне заказали, если уж он давно мёртв.       — Есть, — кивнула она. — Моё копьё — доказательство. Копьё Лунного Света. Артефакт, который я унаследовала от отца.       — Но разве оно не должно перейти следующему Тецкатлипока? — приподнял я бровь.       — Нет. Отец сам разделил своё огненное зеркало, создав копьё и щит. Щит передаётся по наследству титула, а копьё он оставил именно мне, перед смертью.       — В нём чувствуется божественная сила, — подтвердила Эмма. — Думаю, этого достаточно, Милорд.       — Отлично, — я поднялся. — Тогда отправляемся.

***

      — Господин невероятен! — в который раз восторженно воскликнула Иззи, шагая по древним улицам вместе с остальными.       — Мы это поняли уже на десятом повторении, Иззи, — устало протянула Аки, закатив глаза.       — Она всегда такая? — с лёгким недоумением спросила Юстина, бросив взгляд на медсестру, чьи глаза так и сияли обожанием.       — Не обращай внимания, — усмехнулась Аки. — Она вечно в кого-нибудь влюбляется. Только вот в этот раз случай совсем уж тяжёлый.       — Но Рейнард действительно оказался силён… — задумчиво проговорил Джес. — Та девушка ведь была богиней, а он так легко…       — Что правда, то правда, — покачала головой его подруга. — Я даже не заметила, как он двигался.       — Его скорость выше границ нашего восприятия, — холодно заключила Нацу, шагавшая чуть в стороне и погружённая в свои мысли.       — Что ты имеешь в виду? — нахмурилась её сестра.       Нацу остановилась и заговорила сухо, почти по-учёному:       — Он двигается на скоростях, близких к гиперзвуковым. Чтобы вы понимали: обычная пуля девятого калибра из пистолета Беретта 92 летит со скоростью примерно триста девяносто метров в секунду — чуть быстрее звука. И уже её человеческий глаз не может отследить. А теперь сравните: размеры Рейнарда, расстояние, на котором мы наблюдали бой, и время, за которое он преодолевал его. Выходит около двух тысяч метров в секунду, а то и выше. Это примерно пять махов. На такой скорости движется беспилотный экспериментальный аппарат NASA X-43. Или, если вам так понятнее, — Флеш из твоих комиксов, Джес, на заре карьеры и близко не развивал подобной скорости. Мы должны становиться сильнее, если не хотим отставать от нашего «короля». В этом мире многие существа способны двигаться на таких скоростях.       Девушка замолчала и только потом заметила, что остальные остановились и смотрят на неё круглыми глазами.       — Нет, я, конечно, знала, что ты умная, сестрёнка, но чтоб настолько… — протянула Аки, качая головой.       Остальные переглянулись и двинулись дальше.       — Господин невероятен! — ещё громче и восторженнее выкрикнула Иззи.       — А-а-а-а! — не выдержала Юстина, схватившись за голову.       — Боже, заткните её уже… Ай, — простонал Джес.       — Дурак! — тут же осадила его подруга. — Нам ясно сказали: мы больше не можем молиться Богу.       — Ну и кто тут дура? — хмыкнул оборотень, но тут же впечатался лицом в чью-то ладонь. Отлипнув, он увидел перед собой Эмму — горничную своего короля.       — Ч-что? Ты?!       — Милорд ожидает вас, — спокойно произнесла она. — Мы отправляемся обратно в Лос-Анджелес.

***

      Когда мы вернулись в город, первым делом я направился к Летиции Блаз, чтобы завершить сделку.       Разумеется, её не обрадовало известие, что голову врага я ей не принёс. Но весть о его смерти и о гражданской войне, что разорвала пантеон ацтеков, доставила ей немало удовольствия. Ей хватило доказательства в виде копья Мимитех — артефакта, в котором она сразу же узнала божественную силу Тецкатлипоки.       Сделка была зачтена, и в награду я получил гримуары и море опыта. Целых десять уровней. Сильный рывок вперёд. Но радость длилась недолго — голод внутри меня вновь заявил о себе. Я ощущал его отчётливее, чем раньше: рядом были артефакты Юстины и Мимитех, и мой «грех» неумолимо требовал пищи. Нужно было как можно скорее изучить новые книги и поглотить их. Но, увы, сначала я должен был заняться делами: проверить свою группу, выдать поручения, расставить приоритеты.       К тому же, впереди ожидало дело куда более важное — покорение Ордена магов вместе с Юстиной. Все ингредиенты для ритуала мы уже собрали, включая и кровь божества. Её месть будет исполнена, Юстина станет архимагистром, а я получу в союзники гильдию магов. Немалая сила. Кроме того, пора было готовиться к летним каникулам. Учебный год близился к концу, а именно в это время в Аду проводились Игры Рейтинга.       Я собрал свою группу. Да, они неопытны, но потенциал был огромен. Сырой силой они уже превосходили большинство команд молодых демонов. Но без тренировок победы не будет. А выиграть этот турнир мне хотелось особенно сильно. Я слышал: в этом году призом станет артефакт, выкованный самим Гефестом. Такое творение способно надолго утолить голод моего «греха»… Я уже устал от этого вечного чувства пустоты внутри.       В моей группе сильнейшей в физическом плане теперь была Мимитех — сразу после Эммы, разумеется. Девушка решилась стать демоном, но с условием: союз её пантеона с Адом и помощь в продлении жизни её народа. Она была готова пожертвовать всем, даже телом и душой. Это требовало уважения. Я дал ей фигуру коня. Осталось лишь пять пешек.       В магии сильнейшей, конечно, была Юстина. Её уровень и запасы маны могли соперничать с высшими демонами. Возможно, в честном поединке она сумела бы одолеть и меня — её магия воздействовала не напрямую, но могла менять саму природу боя. Я видел в её навыках даже падение метеора… До конца не знал, насколько разрушительным оно будет, но в любом случае перспектива тревожила. Логично было бы сделать её епископом, но обе фигуры уже заняты. И хотя это решение выглядело ошибкой, я понимал — Нацу и Иззи тоже обладают огромным потенциалом. Им нужно лишь время и обучение. Они могут даже превзойти Юстину. К тому же сама волшебница была не только магом, но и искусным мечником, а фигура коня идеально подходила для раскрытия её потенциала.       Эмма, Мимитех и Юстина — моя ударная тройка. Уже сейчас они могли поставить на колени большинство групп молодых демонов.       Остальным требовалась работа. Особенно Джесу. Он всю жизнь занимался спортом и хорошо чувствовал своё тело. Сильных ошибок не совершал, но учиться ему ещё много. Клан изгнал его за то, что он не умел контролировать обращение и был уязвим к серебру и акониту. Но фигура зла лишила его этих недостатков. Теперь он стал быстрее своих сородичей и обрёл настоящую физическую силу.       Ладья усилила его тело, и теперь парень мог пробудить в себе что-то новое — возможно, даже форму демонического волка. Кто знает? В любом случае, он был верен. Верен, как пёс. Пусть звучит грубо, но однажды он это уже доказал: заступился за товарища и получил побои от хулиганов, которым не нравилось внимание к моим ученикам. Итог — четыре разбитых носа, два перелома и помятый Джес. Он даже не собирался рассказывать мне об этом.       Кстати о нём. Судя по звукам, он снова влез в драку. И по ауре — в весьма необычную.       Напряжно… Но выбора нет. Нужно идти выручать подчинённого.       Я спрыгнул с крыши, где сидел, не заботясь о том, что кто-то заметит: уроки шли, а значит, двор был пуст. Приземлился мягко, прямо перед Джесом, и застал его в окружении двоих оборотней. Сам Джес выглядел удивлённым моим появлением, но двое противников — ещё больше.       Первый был громила под два метра ростом, с загорелой кожей и гладко выбритой головой. Вторая — девушка, почти равная ему ростом, с длинными чёрными волосами и большими янтарными глазами.       И пахли они друг другом — явно пара.       — Рейнард? — ошарашенно проговорил Джес, прячась за моей спиной.       — Что-то случилось? — улыбнувшись, спросил я у пары оборотней.       — Ты кто ещё такой?! — взревел мужчина, но я лишь прикрыл глаза, не убирая улыбки. Девушка же, принюхавшись, похоже, уже поняла, с кем имеет дело.       — Похоже, вас не учили манерам. Чтобы узнать чужое имя, сперва нужно назвать своё, — заметил я, хотя и прекрасно видел их имена и уровни. Ничего интересного.       — Рейнард, это моё дело, не вмешивайся! — резко сказал Джес.       — Майк, давай уйдём, — попыталась остановить его женщина.       — Нет! Как ты смеешь вмешиваться в дела клана Вермаджи?! — рявкнул оборотень, замахиваясь.       Но удар не состоялся: его остановила рука Джеса, перехватившая отцовскую ладонь.       — Я давно не часть клана Вермаджи… Отец, — сухо сказал он, и в его глазах сверкнула ярость.       Я удивился. Запах у него другой. Энергетика иная. Он ведь говорил, что сирота…       — Что это значит, Джес? — опешил его отец.       — Это значит, что с того момента, как меня выкинули из клана, я перестал быть его частью, — хрипло ответил парень. — Я слышал, что говорили старейшины: что я никчёмный мусор, что меня нужно было убить при рождении. И я благодарен вам двоим, что вы этого не сделали. Но теперь я часть рода Гремори. И я не позволю тебе, отец, поднять руку на моего господина и моего друга. А ты продолжай служить вампирам.       — Так это твои родители, Джес, — усмехнулся я. — Я — Рейнард Гремори. Приятно познакомиться.       — Значит, из-за тебя началась охота на нашего сына… — прорычал Майк.       — Дорогой, хватит, — остановила его женщина, положив ладонь ему на плечо. — Рада познакомиться, мистер Гремори. Я Анна, мать Джеса, а это мой муж Майк. Знаю, что прошу многого… но прошу: не отказывайтесь от него. С тех пор как он стал демоном, старейшины объявили на него охоту, считая это позором клана.       Она склонила голову и, схватив мужа за руку, увела его прочь. Но уже за воротами я слышал, как она отчитывала его:       — Дурья башка, он прихлопнул бы тебя, даже не заметив! Ты чувствовал его ауру? Это жуть.       Я сложил руки на груди.       — Хм. Интересное знакомство, — протянул я.       — Извини, — глухо сказал Джес.       — За что? — приподнял я бровь.       — Я создаю проблемы.       — Н-да… — я усмехнулся. — Старейшины твоего клана явно без мозгов, если объявляют охоту на члена правящего рода демонов. Не волнуйся, я разберусь. Они просто не понимают, на кого лают.       — Спасибо… Но прошу, не говори об этом никому. Особенно Аки. Не хочу, чтобы она волновалась.       — Договорились. — Я похлопал его по плечу. — Пойдём. Похоже, Эмма уже заметила наше отсутствие.       — Ага, — кивнул Джес.

***

      Вопрос с обращением Джерома и планами мести Юстины я решил пока отложить. Девушка должна была остыть, тщательно подготовиться и войти в сражение с холодной головой. Для ритуала уже всё было готово: Горудо отдал выползок, Мимитех поделилась своей кровью, я добавил свою. Мы могли начать в любой момент. Но спешка в таких делах — глупость.       Не зря ведь говорят: месть — блюдо, которое подают холодным.       К тому же мне самому нужно было закончить изучение гримуаров, чтобы встретить будущее во всеоружии.       Мы всей группой переместились в недавно отреставрированное поместье рода Гремори за пределами города. И то, что я увидел у входа, удивило меня куда сильнее, чем сама роскошь дома. На каменных ступенях сидела девочка с золотистыми волосами, в пышном розовом платье, и клевала носом над маленьким чемоданчиком. Райвель?       — Милорд, я ведь говорила вам о прибытии госпожи Фенекс, — напомнила Эмма.       — Хм… — почесал я висок. — Видимо, запамятовал.       Услышав голос горничной, девочка встрепенулась, вскочила на ноги и, мгновенно сменив сонную небрежность на натянутую серьёзность, радостно посмотрела на нас.       — Рада вас видеть, господин Рейнард Гремори, — произнесла она, поклонившись и аккуратно придерживая края платья.       — Кто эта девочка? — удивлённо спросила Аки.       — Не знаю, — пожал плечами Джес.       — Она знакомая господина? — с интересом прошептала Иззи, но дальше решила промолчать, как и остальные.       — Рад встрече, Райвель, — мягко улыбнувшись, сказал я. — Можно было и предупредить о приезде, тогда мы бы встретили тебя как положено. Ты давно ждёшь? Дом ведь только что отреставрировали, и я… не ожидал гостей.       — Я… я хотела сделать сюрприз, — девочка смутилась и опустила взгляд. — Прибыла сегодня утром. Простите за неудобства!       — Брось, — отмахнулся я. — Я всегда рад тебя видеть. Ах да… где же мои манеры. Позволь представить. Это мои фигуры: Иззи Марок — слон, Аки — пешка, Нацу Мисато — слон, Мимитех — конь, Юстина — конь, и Джес — ладья. С Эммой ты уже знакома. — Я перевёл взгляд на девушку. — А это Райвель Фенекс. Чистокровный демон… и моя невеста.       — Невеста?! — в унисон ахнула вся группа.       — Приятно познакомиться! — стеснительно произнесла блондинка, изо всех сил стараясь сохранить серьёзное выражение лица. Но румянец и дрожащие пальцы выдавали её с головой. — Н-надеюсь, мы поладим…       — А ты похорошела, — сказал я с лёгкой улыбкой, разглядывая Райвель. Девочка заметно выросла и теперь походила на настоящую юную леди. Угловатость детства сошла на нет, и передо мной стояла красивая блондинка с чистым взглядом. Я подошёл ближе и, не удержавшись, слегка взъерошил её волосы.       — О-ой… — тихо пискнула она, смутившись ещё больше.       — Чувствуй себя как дома. Эмма поможет тебе с этим, — сказал я и обернулся к группе. Джес всё ещё пребывал где-то мыслями далеко, и это настораживало. — К сожалению, я не могу остаться с тобой надолго. У меня есть дела.       — Н-нет, что вы! — всплеснула руками Райвель. — Я не смею вас задерживать!       — Эмма, ты знаешь, что делать, — бросил я коротко.       — Да, Милорд, — поклонилась горничная.       Я посмотрел на Джеса:       — Оставь свои вещи Аки. Мы с тобой немного прогуляемся.       — Ага, — неуверенно кивнул он.

***

      — Спокойнее, Джес… спокойнее, — мягко проговорил я, в очередной раз перенаправляя атаку взбешённого оборотня и отправляя его кубарем катиться по земле.       — Я спокоен! — гаркнул парень, вскочив и снова бросаясь в атаку.       — По тебе видно, — усмехнулся я, легко отбив когтистую лапу в сторону. Лёгкий удар в область почек заставил его согнуться и глухо взвыть. — Хочешь поговорить?       — Заткнись и бейся! — сорвался он, с силой ударив меня, но я просто поймал его руку и заломал за спину. — Я и так ради тебя тренировки с командой пропускаю!       — Понимаю, — сказал я тихо. — Старые раны всегда болят сильнее. Но мы — семья, Джес. А в семье каждый должен помогать друг другу. Давай, выплесни всё, что держишь в себе. Кричи, злись — только не молчи.       Я толкнул его вперёд, уже решая, что если не удастся разговорить его, придётся применить один из новых вампирских навыков. Внимание! Навык «Связь» активирован. Эмпатическое понимание усиливается. Создана кровная связь. Все существа, получившие вашу кровь, ощущают ваше присутствие и получают 10% вашей силы. Вы же получаете 5% их силы.       Хм. В описании такого не было…       — Заткнись! Ты ничего не понимаешь! — взревел оборотень и снова кинулся в атаку. Я легко ушёл с линии удара и кулаком врезал ему в живот. Джес рухнул, ткнувшись лицом в землю.       — Ты не сможешь стать сильнее, пока не победишь внутренних демонов, — сказал я твёрдо. — Как бы иронично это ни звучало для нас.       — Я… я всё детство был один! — голос его дрожал, но в глазах полыхала боль. — В клане издевались, презирали… Взрослые смотрели с отвращением, дети избивали. «Дефект. Выкидыш. Омега!» — так они меня называли! И в итоге старейшины… они приказали моим родителям… — он зарычал, словно сдерживая клокочущую ярость.       — Давай, Джес. Выпусти всё, прими свою боль, — подбодрил я.       Парень рухнул на колени, тяжело дыша. Его тело дрожало, голос срывался:       — Они должны были избавиться от меня… от собственного сына! Я ненавижу этот проклятый клан! Ненавижу себя, за то, что заставил родителей пережить это! И я!.. я!..       Он выдохся и обмяк, вернувшись в человеческий облик.       — Говори, я выслушаю, — мягко сказал я, усаживая его на землю и садясь напротив.       — Всё это время после моего обращения… — тихо проговорил он, кулаки дрожали. — Родители прикрывали меня. Отговаривали половину клана, убивали разведчиков, сбивали следы. Настроили всех против себя, но не оставили меня. Сегодня пришли сказать… что больше не могут. Что охота начнётся. А я ничем не могу их отблагодарить. Я… ужасный сын.       Я слушал его молча, но внутри уже клокотало раздражение.       — Значит, не весь клан обратился против тебя… занятно. — Я поднялся и протянул ему руку. — Джес, не кори себя. Всё разрешится. И когда придёт время, я дам тебе шанс отомстить. А пока… вернёмся к тренировке. Надеюсь, теперь, когда лишние мысли ушли, ты перестанешь драться, как девчонка.       — Заткнись, — ухмыльнулся он, принимая мою руку.

      ***

      Тем временем, в гостиной поместья на мягких диванах сидели девушки. Пока Рейнард и Джес занимались тренировкой, они с явным интересом рассматривали Райвель — маленькую блондинку в розовом платьице, которая робко сжимала подол и всё никак не могла избавиться от смущения. Аки светилась от восторга, представляя романтические картины и с любопытством рассматривая будущую «невесту господина». Нацу, как обычно, оставалась холодной, но взгляд от Райвель не отводила. Мимитех сохраняла спокойствие, однако в её глазах мелькнули первые, ещё неосознанные нотки ревности. Для неё это было новым чувством. Юстина лишь иронично хмыкала, изучая чуждые ей правила демонического общества. А вот Иззи выглядела подавленной. Медсестра успела напридумывать себе сказок о будущем с господином, вплоть до имён для детей. И теперь её мир рушился.       В этот момент в комнату вошла Эмма с подносом.       — Прошу, госпожа, ваш чай, — спокойно сказала горничная и подала чашку Райвель. — Ваша комната уже готова.       — С-спасибо, Эмма… — девочка взяла чашку в маленькие ладони и стала дуть на горячий пар.       — Какая же она милая! — восторженно протянула Аки.       — А вы почему ещё здесь? — голос Эммы оставался ровным, но её взгляд был ледяным. — Милорд ясно сказал, что я на сегодня главная. Почему вы не в библиотеке?       У всех по спине пробежали мурашки. Даже Райвель невольно поёжилась.       — Н-но ведь… — тихо пробормотала Иззи, бросив взгляд на блондинку.       — Слушай, а сколько тебе лет? — вдруг весело спросила Аки, разряжая обстановку. — И когда вы познакомились с Рейнардом?       — М-мне четырнадцать, — робко ответила Райвель. — Впервые мы встретились, когда я была совсем маленькой. Тогда и состоялась наша п-помолвка…       — Четырнадцать? Такая маленькая… — пробормотала Иззи.       — Я взрослая! — вспыхнула Райвель, стараясь держать серьёзность.       — Какая прелесть! — не унималась Аки.       — Но почему ты называешь его господином? — вмешалась Юстина. — Разве вы не должны быть равны?       — Я-я… — девочка запнулась, но быстро выкрутилась: — Я слишком слаба перед господином Рейнардом. Я не могу иначе к нему обращаться.       — Вот как… — протянула Иззи и тут же задала вопрос, который мучил её больше всего: — А ты сама согласна на этот брак? Это ведь не твой выбор…       — Я? — Райвель удивлённо округлила глаза и густо покраснела. — Р-разумеется. У меня нет выбора. Но я не против… если моим мужем будет господин Рейнард.       — Он действительно обрадовался, когда увидел тебя, — улыбнулась Аки.       — П-правда? — Райвель вспыхнула ещё сильнее, забыв о своей серьёзности.       — В детстве госпожа Райвель часто бывала в поместье Гремори, — ровно сказала Эмма. — Ей нравилось наблюдать за тренировками Милорда. У них сложились хорошие отношения. Но сейчас госпоже нужно отдохнуть. А вам всем — марш в библиотеку.