Глава 1

Нет, нет, нет, подумала Малти в страхе. Человек, сделавший для нашей страны так много, господин Герой Щита, даровал своим угнетателям величайшую милость. Посему отныне Короля Олткрэя будут звать Мусор, а Принцессу Малти — Сукой, а её псевдоним как авантюристки будет заменён на Стерву, а также право на владение её рабским гербом передаётся Господину Герою Щита и его группе. Да будет так. Тот день определённо был худшим в её жизни. Мало того что её планы сорвались, и её осудили и прилюдно унизили, дав ей такое позорное имя, так ещё и теперь она вынуждена была стать рабыней этого мерзкого Демона Щита. Теперь её руки были практически связаны. Но это не значит, что она сдалась; она ещё всем им отомстит, они поплатятся за это, в том числе и её подлые мать и сестра! Пока Щит грубо тащил прочь со сцены, Королева объявила о роспуске церкви трёх героев и что отныне религией Мелромарка будет церковь четырёх героев. Затем, когда они уходили, какие-то крестьяне сделали что-то вроде процессии для Щита и его группы. Затем эта мелкая идиотка Мелти выбежала со слезами на глазах и начала благодарить этого ублюдка Наофуми за то, что он спас её и якобы спас отца, и саму Малти, чёртова подхалимка! Когда мы наконец ушли, он привёл её в ту самую таверну, в которой она обвинила его в изнасиловании. Видимо, это какая-то извращённая ирония. С того момента, как они ушли от Мелти и этих крестьян, он не проронил ни слова. Это настораживало; она не любила, когда не знала, чего ожидать. Затем он заказал:две комнаты, в одной остановятся его спутники — девушка-получеловек и это странное дитя, похожее на ангела, а вторая, судя по всему, была предназначена для них двоих, и тогда она поняла, чего он добивается. Конечно, как она могла быть настолько глупой? В конце концов, он ведь всего лишь мальчишка. Ей нужно будет просто очаровать его этой ночью, тогда она сможет втереться к нему в доверие и убедить снять с неё печать. Это будет легко, подумала она. Затем девушка-получеловек выразила обеспокоенность, что он останется с ней наедине этой ночью, на что он жестом показал приблизить к нему ухо и шепотом что-то ей сказал. После этого она, казалось, успокоилась и пошла спать вместе с другой девочкой. И тогда он наконец заговорил с ней: «Следуй за мной», — сухо сказал он и повел их на второй этаж. Пока они шли, она задумалась, что теперь делать: притворяться уверенной или испуганной? Пожалуй, лучше казаться испуганной, ей не следует вести себя так, будто она хочет, чтобы он это сделал, иначе он может сразу ее раскусить. «Пойдём, сука», — сказал он и отпер дверь. В этот момент она почувствовала странное возбуждение, но списала это на волнение от того, что она скоро снова будет контролировать ситуацию и возможность получить свободу. Когда они вошли, она увидела ту же самую комнату, в которой они ночевали в тот день, разве что кровать на этот раз была только одна. «На пол!» — сказал он, указав пальцем на деревянный пол. Он хотел, чтобы она сделала это ртом, и он определенно пожалеет о своем выборе. Она гордилась своим мастерством в ублажении мужчин своим языком. Совсем скоро он будет с придыханием произносить ее имя. Но вместо того чтобы подойти к ней, он приказал ей лечь спать. «Что? Разве ты не собираешься...», — она демонстративно перевела взгляд с него на кровать. Он приподнял бровь и посмотрел на нее как на идиотку. Затем нахмурился и произнес слова, которые шокировали ее: «Ты и правда шлюха, да? После всего, что ты мне сделала, ты всё ещё считаешь, что если ты раздвинешь ноги, все твои проблемы исчезнут?» Сказав это, он посмотрел на нее сверху вниз, как на насекомое. «Заткнись! Не тебе судить меня, демон щита!» — закричала она в ярости и тут же поняла свою ошибку. Он посмотрел на нее, в его глазах читался чистый гнев. Она вздрогнула под его взглядом, и вскоре он подошёл к ней и дал сильную пощечину, отчего ее голова упала на пол с глухим звуком. «Кажется, ты ещё не совсем поняла своего положения. Ты не имеешь права меня затыкать. Теперь ты моя собственность, запомни». Сказав это, он вернулся на кровать и лег спать, как ни в чем не бывало. В это время она кипела от злости, стиснув зубы. Она попыталась встать, чтобы лечь на кровать, но ее тут пронзила волна боли, и она вскрикнула. Услышав это, он усмехнулся: "Боже, ты действительно тупая сука, не так ли? То, что я приказал тебе лечь спать, не значит, что ты будешь это делать на кровати. Твое место на полу." Когда он закончил, она уже легла обратно на пол, чтобы перестать чувствовать боль. Она посмотрела на него с такой убийственной яростью, что если бы ее взгляд мог причинить ему вред, он бы умер в мгновение ока. На это он ответил абсолютно победоносным взглядом, ухмыльнулся, затем повернулся к ней спиной и лег на бок, и вскоре уснул. От злости она на секунду подумала встать и задушить его, но тут одумалась: даже если рабская печать не убьет ее до того, как она доберется до него, она все равно не сможет задушить его из-за его абсурдных показателей защиты. Все, что ей оставалось, это сделать, как он приказал, и лечь спать на жесткий пол, пытаясь уснуть. Она даже не приняла душ, из-за всего этого она сильно вспотела, не говоря уже о том, что она была очень голодна, не только потому, что ела в последний раз еще утром, но и из-за всего пережитого ею стресса. Затем она впервые по-настоящему осознала, что ее жизнь буквально была в его руках, ведь если мать согласилась на ее казнь, значит, она не станет возрожать, даже если он решит самостоятельно ее убить. При этой мысли она стала бледной, как призрак, и начала дрожать. В ту ночь она так и не смогла нормально поспать.