Глава 2

Ночь выдалась для Малти беспокойной, ещё бы, после такого-то дня. Тем не менее, она гордилась своей стрессоустойчивостью, потому через час-другой она всё же уснула. Но и здесь ей не повезло, ведь рано утром её новый хозяин грубо разбудил, ее поставил перед ней тазик, наполненный водой, и приказал умыться. Вчерашние мысли всё ещё не давали ей покоя, а потому, несмотря на абсурдность подобного варварского обращения, она сделала, как ей было приказано. Затем, когда она закончила, он принёс ей миску с простым на вид рагу, но ей оно показалось очень даже аппетитным, ведь она была очень голодна, и мысль о том, что это крестьянская еда, не помешала ей слопать всё в считанные минуты. Малти была благодарна ему за то, что он принёс еду в их комнату, а не заставил её есть внизу на глазах у зевак, не говоря уже о том, что в этот раз она ела явно не как принцесса. Честно говоря, ей казалось, что он будет намного более жестоким, услышав о его предложении её матери вчера на сцене. По крайней мере, будь она на его месте, она бы так поступила. Затем, собравшись, они спустились вниз, словив на себе несколько самых разных взглядов, в которых читалось восхищение, явно направленное не на неё, за то что точно было адресовано ей — так это отвращение и презрительные усмешки. Время, пока они спускались, показалось ей вечностью; она впервые чувствовала себя так на публике. Наконец, спустившись, они вышли на улицу, где их уже ждала повозка, запряжённая огромным Филориалом, которым, как ни странно, была та самая девочка, похожая на ангела. Этот факт всегда удивлял её; она знала о возможности перевоплощения некоторых монстров, но никогда не слышала о Филориалах, способных на подобное. Её мать и сестра определённо были в восторге от этого зрелища, ведь они всегда испытывали влечение к этим нелепым, по её мнению, птицам, что она не разделяла и считала довольно странным. Она молча забралась в повозку и села рядом с девушкой-получеловеком, которую звали Рафталия. Она вспомнила об этом ночью и решила на этот раз, по крайней мере, запомнить её имя. С ней, естественно, никто не разговаривал, и, как следствие, она понятия не имела, куда направляются в такую рань. Она лишь надеялась, что это не будет связано с её очередным унижением. Пока они ехали, она заметила, что Наофуми задремал; видимо, ему вчера тоже не очень хорошо спалось. Посмотрев влево, она увидела, что Рафталия тоже смотрит на него, и она отлично знала этот взгляд — это был взгляд по уши влюбленной девицы. Раньше ей казалось, что она его любовница, но, посмотрев на них поближе, она поняла, что это не так. Малти отлично разбиралась в чтении людей, и, судя по тому, что она видела, он воспринимает её явно не как объект воздыхания, чего не скажешь о ней. Возможно, ей удастся это использовать, подумала она. Когда они приехали, Рафталия встала и мягко разбудила Героя Щита, а Фиро тем временем уже превратилась обратно и также подошла, чтобы с улыбкой сообщить, что они прибыли. Пунктом назначения оказалась Церковь, теперь уже четырёх героев, на вершине которой на шпилях красовался новый символ со всеми четырьмя священными орудиями, что не забыла подметить ушастая спутница Героя Щита, сказав, что за это они должны быть благодарны королеве. Их целью, как оказалось, было повышение класса. Совсем недавно она лично предложила ныне не существующей церкви трёх героев, чтобы отряду Героя Щита не позволили сделать это перед второй волной, и даже так его отряд казался намного сильнее, чем её собственный, во главе с Героем Копья. Она до сих пор не понимала, как это возможно. Дойдя до песочных часов эры дракона, их встретила ещё одна девушка-получеловек, одетая в классическую одежду мага и молодого рыцаря; их обоих она вчера видела в импровизированной процессии для Щита. По их словам, королева поставила их охранять часы, что было ещё одним глупым решением её матери. Когда двое спутников Героя Щита поднялись к часам, чтобы начать ритуал, бывшая принцесса, а ныне рабыня, заметила, что сама теперь находится в отряде Героя Щита. Видимо, он в какой-то момент добавил её, ведь, так как она его рабыня, её согласие для этого не требуется. Малти не понравилась эта мысль. Когда же начался ритуал, и вокруг этих двоих загорелся яркий жёлтый цвет, из-за чего ей и щиту пришлось закрыть глаза. В своём собственном интерфейсе Малти заметила, что их характеристики выросли не на 50 процентов, как это обычно бывает при повышении класса, а на все 100. Затем Фиро подбежала к Наофуми и грустно сказала: — Хозяин... — Что-то не так, Фиро? — спросил Наофуми, погладив её по голове. — Я не смогла выбрать, что хотела. — А? — Я тоже поддержала Рафталия. — Эй, как это понимать? — довольно грубо спросил Герой щита у юного Рыцаря. — Я не знаю, Господин Герой, никогда раньше такого не видел. — И это действительно единственное, что вас интересует? — вдруг в разговор вступила сама Малти. — О чем ты, сука? — все присутствующие немного поежились от такого обращения, так как ещё не привыкли, что теперь это её новое имя. — О том, дорогой хозяин, — воскликнула она с очевидным сарказмом, — что у этих двоих явно слишком сильно выросли характеристики по сравнению с обычным повышением класса, — закончила она, указав изящным пальцем в сторону двух спутников Героя. Наофуми задумался, приложив палец к подбородку, затем щёлкнул пальцами и сказал: — Фитория! Скорее всего, это связано с тем охаге, которое она дала Фиро. — Закончив, он тронул этот самый охаге на голове Фиро, что последней не очень-то понравилось. Затем он снова обратился к Малти. — А какой у тебя класс, сука? — Боевой маг, — просто ответила она. Наофуми вздохнул. — Ладно, ничего не поделаешь. Жаль, конечно, что вам не удалось самим выбрать класс, но, по крайней мере, судя по словам суки, в этом тоже есть свои плюсы. — Закончив, он посмотрел в сторону Малти и кивнул, на что она просто кивнула в ответ. Это определённо было лучшее их взаимодействие, и она подумала, что не зря высказалась, хотя изначально хотела промолчать. Затем подошла монахиня, в которой Малти узнала одну из теней её матери. — Господин Герой щита, Королева хочет с вами поговорить. Пройдёмте со мной во дворец, — воскликнула тень со стоическим выражением лица и немного поклонившись. Наофуми снова вздохнул. — Хорошо, — сказал он.