Часть 3

POV Франсуаза Я находилась в пустом белом пространстве. Не знаю, сколько времени прошло. Наверное, день… а, возможно, и год. Совсем не так я представляла себе смерть. Неужели это и есть конец — бесконечное блуждание по безликой пустоте, которая постепенно сводит с ума?.. Но… через несколько «дней»… хотя были ли это дни? Или же года? Может, даже тысячелетия?.. Я услышала голоса. Знакомые… до боли. Сначала они возникали редко, как слабые отголоски издалека. После первого раза я стала различать их всё чаще и чаще. Они звучали почти каждую минуту, лишь ненадолго исчезая. Я предполагала, что эти промежутки тишины и были ночью. Сначала это был лишь гул, словно ветер в пустыне. Затем — обрывки интонаций. Постепенно они сложились в слова. В фразы. А потом я начала вспоминать людей. Первый голос был таким близким и родным, что сердце болезненно сжалось. Ошибки не могло быть — это был мой брат, Айзек. Второй голос я узнала не сразу. Он звучал мягче, но с отчётливыми нотами тревоги и надежды. Воспоминания словно сопротивлялись, не желая подниматься со дна моего сознания. Я мучилась, но, наконец, сложила осколки памяти воедино. Это был голос моего сына — Тайлера. Только осознав это, я разрыдалась. Пусть без слёз, ведь в этом белом пространстве у меня не было тела в привычном понимании, но внутри я плакала. Как же больно было слышать их — и не иметь возможности ответить. Со временем я стала ощущать, что моя оболочка всё-таки существует. Она где-то там, за гранью пустоты. Она лежит неподвижно, но не мертва. Иногда я чувствовала прикосновения — лёгкие, осторожные. Чаще всего — к моей руке. Кто-то держал меня, словно боялся, что я исчезну. И это удерживало меня от окончательного падения в небытие. Но всё имеет конец. Закончился и мой плен в этой страшной, пустой, белой тишине. Когда я очнулась, стояла ночь. За всё это время я почти забыла, что значит — смена дня и ночи. Медленно повернув голову, я заметила аппаратуру рядом. Судя по ровному писку, она отслеживала моё состояние. Тело, слишком долго пребывавшее в неподвижности, отказывалось слушаться. Мне пришлось начинать с малого. Сначала — осторожно шевельнула лодыжками. Потом коленями. Затем перешла к рукам. И только тогда заметила, что на моей ладони уже что-то лежит. Чья-то тёплая рука. Собрав последние силы, я приподнялась на кровати и с любопытством посмотрела вниз, туда, где между полом и койкой оставалось небольшое пространство. Там, скрючившись и, кажется, задремав, сидел Айзек. Он выглядел усталым, но в тот миг, когда наши взгляды встретились, сонливость исчезла. Его глаза расширились от шока, и в следующее мгновение он подскочил. Одним прыжком оказался рядом и крепко обнял меня. — Франсуаза… — его голос дрогнул. — Я знал, что ты не мертва. Я искал тебя. Я и твой сын… мы оба. Но сейчас его здесь нет. Я… как ты? Как себя чувствуешь?.. Он говорил торопливо, сбивчиво, перебивая самого себя, словно боялся упустить хоть одно слово. Я подняла руку и слегка дотронулась до его плеча — знак: «остановись». Мне хотелось услышать каждую его фразу, но ещё больше — просто ощутить его присутствие, убедиться, что он действительно здесь. И тогда произошло нечто странное. Возможно, это было связано с комой. А может — с чем-то большим, чем мы способны понять. Собрав остаток сил, я подняла обе руки и опустила их на плечи Айзека. Подтянулась, преодолевая тяжесть собственного тела. Немного подтянувшись к его лицу, я наконец достала до его губ и втянула в медленный поцелуй... Это был первый живой, настоящий момент после долгого небытия. END POV Франсуаза *** Утром, когда в палату вошёл Тайлер, его встретила картина, в которую он не сразу поверил. Франсуаза сидела на кровати и смеялась — звонко, легко, так, как не смеялась, наверное, вечность. Рядом с ней — Айзек, тоже улыбающийся. Вначале Тайлер замер, ошарашенно глядя на них. Его глаза округлились, дыхание сбилось. Но через несколько секунд он сорвался с места, с радостным визгом, больше похожим на реакцию ребёнка, чем взрослого мужчины. — Мам! — выдохнул он и прыгнул к ней на кровать. Обнял её так крепко, словно боялся отпустить, и что-то быстро-быстро заговорил, лепеча слова сквозь смех и слёзы. Она гладила его по голове и плечам, а он снова и снова повторял: — Ты вернулась… ты правда вернулась!.. Ключ к воскрешению Найтов.