Глава 2

Война. Война никогда не меняется. Избитая фраза неизвестного вояки. Однако, мне она и снилась — война. Я сидел в окопе. Над моей головой пролетали странные снаряды. В моих руках автомат, а в ножнах клинок. Я высовываюсь из окопа и начинаю стрелять по неизвестным для меня тварям. Издалека они напоминали жуков, с конечностями из железа. Примечательной чертой этих инсектоидов было их вооружение, что было на несколько голов выше нашего. Но их защита оставляла желать лучшего, даже свинец их спокойно брал. Почему-то мне казалось, что я уже знаю, что делать против них. Начал стрелять. Убиваю первого, второго, пятого, десятого. Господи, вас за углом там рожают что-ли? Хотя я и в эту теорию поверю. Стреляю в очередного жука. Жук, стоящий за другим, насаживает на свои острые механические когти труп другого и прёт на меня. Я не растерялся и выстрелил ему в голову. Рикошет. Выстрелил ещё. Рикошет. Только сейчас я понял, что голова у этого существа была металлической. — Кусо. — проговорил я, нацелившись на его оружие. Выстрел, оно повреждено. Прячусь в окоп. Слышу взрыв. Ко мне прилетает голова этого пришельца. Его глаза смотрят прямо на меня, а после… угасают. Не задумываясь я вытащил клинок и вонзил его в головёшку со всей силы. ****** Я проснулся в холодном поту, будто пробежал стометровку. Резко поднявшись, я осмотрелся. Я всё ещё был в своей комнате… Нет никакого окопа и… жука? — частично сон уходил в туман, но основную часть я помнил. — Что за странные сны… — протёр я глаз и лёг обратно. Трудно привыкнуть к тому, что у тебя всего лишь… один глаз. Ну… у этого есть и положительные стороны. Никто не будет задавать мне лишних вопросов. Я привстал и сел на кровать. Я включил телефон и, глянув на время в девять утра, я открыл фронтальную камеру осмотрев себя. Состояние было не ахти. Только сейчас я заметил мешки под глазами и чуть ли не красный глаз. Щёки опущены. Место же, где должен быть второй глаз так же было перевязано с головой и не кровоточило. Это говорило о плотности перевязки и длительности её пребывания у меня на голове. Я встал и снял футболку, осмотрев своё тело. Оно было крайне… спортивным. Если учитывать, что он воевал, это вполне естественно. Шрамы были заметными. Колющие, режущие, ожоги. Но не серьёзнее того, что было на месте моего глаза, скорее всего. Хотя и глаз свой не видел, может… Нет, опасно проверять. Вдруг рана ещё не зажила. Внезапно, я услышал, как мою дверь бесцеремонно открыли, на что я обратил внимание. Открыла дверь девушка, лет двадцати пяти или около того. Она также была в костюме, как и остальные. — Босс, вас зовёт Ниш… — она резко прикрыла дверь, но не закрыла её. Понимаю. Заходя в комнату мужчины необходимо стучаться. Может я здесь самоудовлетворяюсь по-тихому? Девушка слегка приоткрыла дверь, посмотрев на меня, будто осматривая с ног, до головы. — Так что там хотел Нишида? — как бы предсказал я, что она скажет. При этом одевая футболку обратно. — Д-да… Нишида-сан хотел с вами поговорить. Он сейчас ждёт вас на первом этаже. — Хорошо, я сейчас приду. Иди. — Да! — резко и с волнением ответила она, после пулей выскочив из моей комнаты. — Боже… надеюсь, что она одна такая. Помехи. /И не надейся/ Помехи. Уже который раз, но мне это начинает надоедать. — Может хоть как-то пореже этой хуйнёй будешь страдать? — спросил я, но ответа так и не услышал. Ладно. Может когда-то и ответит на эту просьбу. Может и нет… мне как-то не принципиально. Выйдя из комнаты я заметил, что та самая девушка ждала меня возле двери, чему я удивился. А точнее чуть не надристал в штаны от её появления перед моим лицом. — Ты ещё здесь?! — спросил я, чуть успокаивавшись. — А… извините… — девушка побежала в неизвестном мне направлении… Похуй. Я пошёл в этот самый обеденный зал. Он находился ближе к краю дома. Ну что же… обширная комната со столом у пола. А также увешенная всяческой символикой семьи Ямагучи. А также открывающийся вид на двор, как раз на эту речку с бамбуком. За столом сидел Нишида без какого либо намёка на еду. А напротив было место, и за ним стояла различная японская еда. Не суши, как может показаться, хотя они там тоже были. Название половины даже я не знаю. Я, не спрашивая разрешения, сел за стол с едой и посмотрел на Нишиду. — Ты хотел меня видеть, Нишида? — спросил я его, взяв палочками какие-то странные белые макароны. Как не странно, на вкус они напоминали грибы. Довольно съедобно. Как и суши… не помню, как они назывались, но рыба на вкус лучше, чем то, что я когда-то давно заказывал у себя. — Да, сэр. Надеюсь вы выспались. Вчерашнее событие, должно быть, вас знатно потрепало. — он общался немного по другому. Не естественно для Якуздзы. Хотя тоже есть люди со странностями в команде… интересно, та девушка пошла сюда из-за нехватки кадров? Смею полагать, что да. — Ты и дальше будешь вести себя, как… — Как? — он приподнял бровь. — Как какой-то дворецкий. Это напрягает, знаешь ли. — Моя работа состоит в том, чтобы присматривать за вами, пока вы не восстановитесь. Таковые методы самые эффективные из моей практики. — я удивился его ответу. — И сколько составляет твоя Практика? — поинтересовался я, пока жевал. — Двенадцать лет. — я подавился от его слов. То есть, он двенадцать лет горбатиться на мою семейку. — Так долго? — Да. — сказал тот и продолжил, — Но я не об этом хотел поговорить. — его лицо вновь приняло серьёзную гримасу, — Вы отправитесь снова в школу. Я… ничего не мог сказать на его заявление. С одной стороны, не удивительно. Но… разве мне не девятнадцать? Либо я неправильно считаю. — Это ещё с какой стати? — озадачено спросил я его, положив палочки на салфетку. — В связи с тем, что ваш отец на год отстранил вас от учебной деятельности, а также с вашим уходом на фронт ещё на два. Вы, в общей сумме, отсутствовали три года в школе. Ваш класс успел выпуститься, но ваш документ остался. — Так забери его. В чём проблема? — спросил я на полном серьёзе. Правда, кто будет перечить буквально мафии? Особенно в школе? — Сэр… — как-то устало проговорил он, — Господин Ямагучи предвидел эти слова, поэтому процитирую… «Либо учишься, либо в киоск с тояки тебе дорога, а не в главы Якудза. Шкет». Воу… Батя серьёзно взялся за моё воспитание. Хотя я и ожидал такого. Не ходить же без среднего образования. Когда-то империя отца может рухнет, или перейдёт ко мне в руки, что может быть равноценно первому варианту, если я буду безграмотным. — Хорошо, я не против, в принципе. — Я надеялся, что вы это скажите. Вообщем, мы пошлём уведомление в школу в ближайшее время. Мы постарались… найти для вас примерного классного руководителя. — Лучше ищи того, кто не будет драть мозги по поводу и без… и я не про сами предметы говорю. Я про степень их шизи, которую они изливают ученикам и студентам. — я помнил практику из Иркутского политехнического. Это было ужасно. — Вообще-то… мы уже присматривали варианты. Большая часть классов в вашей школе переполнена девушками, а свободный класс… только у одного мужчины. — Мужчины? — спросил я удивлённо, — Разве все не ушли на войну с ксеносами во имя императора? Нишида как-то непонимающе приподнял бровь. — Да… все. Только некоторые учителя и врачи остались на местах. А также некоторые из наших. И то, не многие. Конкретно в Кумон-ми, официально, он чуть ли не единственный мужчина. — Звучит как заготовка под фильм для взрослых, Нишида. Не находишь? — впервые он слегка усмехнулся с улыбкой. — Иногда я тоже задаю себе этот вопрос, господин. Во всяком случае. Вы попадаете к нему. — он вытащил из-под стола какую-то папку и положив на стол, пододвинул её ко мне. Я, слегка отодвинув тарелочку с едой и взял папку, которую и раскрыл, увидев подробную биографию. Аракава Синдзи. Дебильное лицо; странные очки; аномально маленькая голова для высокого роста. Блеск. По описанию он является психологом, который преподаёт более двух лет в женском классе. Родился в Кумон-ми Умер в Кумон-ми. Детей не имеет, не женат. Не верующий. Был исключён из набора в Объединённые Войска Земли. Причина неизвестна. — И это всё? — Всё, что мы успели составить из наблюдений, Сэр. В последние дни он проявлял активность на территории сугубо своего кабинета. — Ясно. Буду надеяться, что это подобие мужчины не разочарует. — что вызывает у меня жестокие сомнения по этому поводу. Если его не приняли в армию, а армия, как где-то говорили, «тебя любым примет», то это уже о чём-то говорит. Необходимо изучить это чудо-юдо. — Будем надеяться. В ином случае разберёмся, не велика проблема. — Нишида потёр затылок, — За сегодня вы обязаны привести себя в порядок. К вечеру наш мастер поправит ваши татуировки и привезут новый образ формы, которую вы будете носить. — Подожди… Татуировки? — Да… — как бы уже привыкший к таким проявлением амнезии, ответил он, — У нас у всех они есть, только у каждого они индивидуальные. Мнение рознятся, но я считаю, что наши татуировки отражают нас самих. Поступки, действия, решения. Всё это сокрыто в татуировках. — Ясно… — проговорил я, продолжив есть молча. Через некоторые время Нишида поклонился и покинул комнату, оставив меня одного, со сквозняком в спине. ****** Прошёл день. Я проснулся рано утром от будильника, в виде очередной будящей меня девушки. Я должен радоваться от такой картины, но радости не прибавилось. Вставать жутко не хотелось. Однако, пришлось. Ведь если я не встану, придётся приходить Нишиде. А видеть его лишний раз угрюмым желания нет. За вчерашний день я успел привести себя в порядок. Помыться и примерить форму, которая была на меня влитая и имела брелок с меткой клана Ямагучи. Привести в порядок линии на татуировке, которая, кстати, оказалось драконом, да не простым, а «возвышающимся», как мне сказал татуировщик. У якудзы такая татуировка что-то вроде почётной. Как у паханов на зоне, но не до такой степени, чтобы им подчинялись. Скорее как знак уважения и повода для опасения. Ну, если брать в учёт людей, которые немного иначе воспринимают их, то могут и подчинятся человеку с таким вот знаком. Бес их знает. Крайне неожиданно, но приняли мою заявку на восстановление в учёбе почти сразу, как она поступила. Странно. Чтобы в садик отдать ребёнка, они тянут чуть ли не год, а тут вона как. Хотя… не знаю даже. Я в Японии самой не бывал, так что всех прелестей жизни здесь не ведаю. Может быть тут действительно настолько быстро работает бюрократия? О, ещё я попробовал фугу. Один повар мне её приготовил, предварительно попробовав самолично, передо мной. Спустя пол часа он не отравился и я её опробовал. Специфическая рыба. Но в больших количествах опасная. Вообщем. Теперь я, позавтракавший говяжьим бульёном, названным Мисо-супом, и куском обжаренного, как стейк, лосося. Хотя я не житель Приморского края, чтобы есть морепродукты каждый день. Я поехал в школу. Точнее меня подвёз водитель. Нагонять на себя внимания я не стал, поэтому высадился не подъезжая к самой школе. Подходя к ней пешком, я, то и дело, ловил заинтересованные взгляды девушек, словно они увидели нечто за гранью их понимания. Некоторые даже пытались сфоткать меня, что я удачно избегал. — Да что они пристали то? — спросил я себя, переводя взгляд на саму школу. Сразу же вспоминаются свои школьные годы. Они… были не из лучших. Даже не из нормальных. В своё время я был крайне замкнут в себе из-за семейного положения. Но в институте моя гордость взяла верх и избавилась от этой черты характера напрочь. Однако… почему-то я вновь чувствую его… страх… страх перед обществом. Сомнения по поводу всей этой идеи идти куда-то. Будто я вернулся туда… Помехи. Небо стало красным. Школа стала белой. Окна стали фиолетовыми. На лицах людей ERROR. А у меня заболела голова от вида сверху. Странное нечто начало спускаться оттуда. Я сразу понял, что это не может быть реальностью и, что есть мочи, въехал себе по лицу. Помехи. Всё вернулось в норму. Люди вокруг также шли, а я не чувствовал даже боли после своего удара. Будто его и не было. Эти миражи становятся всё страннее и страннее. Я пошёл дальше и увидел шкафчики, где все девушки оставляли свою обувь и некоторые личные вещи. По типу блокнотов, брелков или книг. Бесполезняк, который не украдут, вообщем. Я же подошёл к случайному шкафчику и проверил, свободен ли он. Там ничего не оказалась, и я кивнул положил туда обувь. — Слышала? К нам мальчика перевели? — услышал я голос по даль. Было стойкое ощущение, что они смотрят на меня. — Да… стрёмный он. Будто с войны вернулся. — Будто? Так и есть! Ты что, новости не читаешь? — То есть… он тот самый? — А какого ещё мужчину могут прислать в Кумон-ми, если не его? — …классно. — как-то с восхищением проговорила последняя. Я поспешил переобуться в сменку и закрыл шкафчик с обувью, поскорее ретировавшись от женской толпы. Это оказалось сложнее, чем кажется. Благо, меня спас звонок, который и поуменьшил толпу, вскоре сведя её на ноль. — Так… — я достал телефон. Как оказалось, я уже опаздывал на минут десять. Долго же я возился с женской компашкой. Ну да ладно. Я открыл заметки и глянул аудиторию, которая мне нужна. — 2-Е… ну ладно, начнём искать Как оказалось, класс находился на втором этаже, где уже все попрятались по кабинетам. — Что-то ищешь? — услышал я какой-то заспанный голос. Поворачиваюсь, вижу женщину с фиолетовыми длинными волосами и теми же зрачками. Когда она успела здесь появиться? — Да… Ищу. Класс 2-Е. Он на этом этаже? — Оу… так ты и есть новенький. Я думала опять кто-то из этих Ямагучи… — я решил промолчать на счёт того, что я часть этой семьи. — Да, так и есть. Так где класс? — Иди прямо. На одной из табличек должен быть класс Аракавы. — А вы… — Я Вакана Ватабэ. Для тебя я Вакана-сэнсэй. Как бы я не хотел поспорить, но факт есть факт. Хотя зачем я вообще общаюсь даже не со своим учителем? В пизду. — Приятно с вами познакомиться. Кстати, у вас приятные мешки под глазами. Ещё увидимся. — сказал я и пошёл вперёд по коридору. Мне всё казалось, что она хотела что-то сказать в мою сторону, но воздержалась. Итак. Пройдя сквозь стену женского внимания, я всё-таки дошёл до этой аудитории. Как у каждой японской школы, стояли именно раздвижные двери. Я слышал какую-то суету в кабинете, и мужской голос. Я решил не церемониться и войти сразу. Ибо слишком уж я долго сюда шёл, чтобы стоять и ждать, пока рак на горе свиснет. ****** «От лица господа». — Доброе утро всем! — Сэнсэй, в своей манере поздоровался с классом, — Я, эмм… думаю, я начну с того, что скажу… Подождите. — он присмотрелся своими глазками на своей маленькой голове. — Вроде кого-то не хватает? Я уверен, что должно быть десять учениц. — Ох, Юми сегодня не придёт. Она сказала, что останется дома, потому что плохо себя чувствует или типа того, и просила вам это передать. Сэнсэй постоял и повтыкал в потолок, подумав о своём существовании. О наличии супа в своей тарелке прошлой ночью, а также о том, что ему что-то говорила Ами. Но что, он помнил только из банки флегмы. — Что же… спасибо. Итак, как я и говорил… Не успела Чика поднять руку, как тут же распахнулась дверь. Все посмотрели в сторону входа. В неё вошёл парень с перевязанным глазом, на вид лет девятнадцати, осматривая класс взглядом охотника, найдя им учителя. Взгляд у того был задумчивый. — Аракава, полагаю. — спросил он, повернув голову на бок. — Кто? — спросил он, глядя на парня через очки. Осторожно и тихо, в разговор вклинилась Ами. — Это твоя фамилия, Сэнсэй! — шёпотом проговорила Ами. — Я не знаю, какого Аракаву ты ищешь, но я не он. — Сэнсэй сделал вид, будто не услышал. — Мужик… — мягко начал он, но после посмотрев на него, как на голубиный помёт, — Тебе только что шепнули, что это твоя фамилия. — начал с место тот злиться. Сэнсэю такое поведение не понравилось, но он промолчал. Майя и остальные же начали смотреть на парня с удивлением, в особенности Майя, ведь для этой аномалии, второй мужчина был в новинку. Мужчина вздохнул и зашёл, закрыв за собой дверь. — Короче. Я не знаю, сообщили тебе или нет, но отныне я часть этого класс. — Погоди, ты же… — Всё правильно. — вмешалась Миямура, не вставая с места. — Сегодня должен был прийти новенький в наш класс. Но я не знала, что это будет мужчина. — Подождите! Разве это не о вас писали в новостях? Я видела вашу фотографию в соцсетях! — тут же взбудоражилась Чика, — Вы же герой войны. Тот с усталостью посмотрел на Чику своим алым зрачком. — Знаешь… я польщён. Но ты уже двадцатая или тридцатая девушка, которая мне это сказала… — А можно автограф? — послышалось со стороны Рин. Он повернулся к ней, из-за чего она немного опустила поднятую руку и растерялась. — Может позже? Я ж, как бы, только пришёл. Всё это время Сэнсэй был как-будто лишний. — Ладно садись, а я про… — Подождите, Сэнсэй. — остановила его Миямура, — Вы должны представить нам ученика и дать ему поприветствовать нас. — … — Сэнсэй странно посмотрел сначала на Макото, потом на парня. В свою же очередь парень начал на него смотреть с приподнятой бровью, будто что-то ожидая от него. — Ну представься… — как-то неуверенно сказал Сэнсэй, — На вот… имя на доске напиши. — хоть что-то вытащил из себя он. — Премного благодарен. — он написал имя на доске на чистом русском, но никто даже не заметил этого, ведь /помехи/ исправили всё на японский. — Меня зовут Агнис Ямагучи. Мне девятнадцать лет и я надеюсь, что никому из вас не интересно, что я в такие годы здесь забыл. — Мне интересно. — произнесла Аянэ. Но Агнис, будто её не услышал. — Буду учиться с вами до самого выпуска. Так что давайте не будем устраивать перестрелки, поножовщин… и что там ещё могут в школах устроить? — П-перестрелки? — Сана, сидящая в дальнем углу, немного испугалась. — Ты, кажется, путаешь с улицей… — как-то неловко проговорила Мику. — Ой… точно. В любом случае, надеюсь сработаемся. Он прошёл за предпоследний стол и сел за парту, положив портфель рядом. ****** Я сел на место. Учитель мне сходу не понравился. Как будто смотришь на аутиста, который пытается что-то сказать. Боже, ему его ученица подсказывает его фамилию! Помощь зала, блять. На меня косились многие, но в частности эта девчёнка справа, с зелёными зрачками. Я не смотрел в её сторону, но краем глаза это заметно. Учитель дальше плёл что-то своё. Но мне было не до него. Я хотел вытащить из сумки толстый блокнот для записи. Однако, пока этому не суждено было сбыться. Внезапно, я почувствовал, что что-то в меня летит. Я поднял руку и поймал что-то. Это был блокнот, с черепком и бабочками. — «Если бы я его не поймал, он бы попал мне прямо в голову». Я осмотрелся чтобы понять, откуда стрелял этот Ворошиловский Стрелок. Я увидел девушку, виновато махающую рукой в мою сторону. — «Вроде именно она просила у меня автограф» Я пожал плечами и положил блокнот себе на стол. Что я теряю от того, что подпишу безобидную бумажку? Я открыл случайную страницу, где были… написана мечта трахнуть каждую девушку в этом классе… я этого не видел. Перевернул страницу на другую и вижу фотографию Сергея Хэдшота. Перевернул на самую первую. Наконец, увидел пустую позицию для подписи и текста. Вытащил из портфеля ручку и написал следующее. «Метко метаешь, но лучше будет так». И оставил большую подпись. После я закрыл блокнот и хотел кинуть его девушке. Она уже протянула руки, но я кинул его в стенку за её соседкой, от чего тот отрикошетил и прилетел прямо на стол девушке так, будто она его и не бросала. Она сначала не поняла, потом посмотрела на стол и открыла рот от удивления. Она открыла страницу и улыбнулась. Странные же тут, всё-таки, девушки. Сначала прислуга, а теперь и эти… они все поголовно странные. Как в хорошем, так и плохом смысле. — Агнис. — услышал я голос учителя, но не отозвался. — Агнис! -он уже крикнул, но я продолжал его игнорировать, вытаскивая свои вещи на стол. — Ямагучи! — как-то неуверенно послышалось из его уст. — Да-да? — Спросил я, соизволив обратить на него своё драгоценное внимание. — А к нему вы по фамилии обращаетесь?! — как-то странно произнесла Мику. — А должно быть иначе? — спросил я, откровенно не понимая, что происходит. — Ты слышал, что я сказал? — Естественно. — Естественно нет? — спросила меня блондинка, сидящая позади меня. — Естественно. — Сэнсэй, как и староста, сделали фейспалм. Что-то явно было не так, и мне было плевать, что именно. — Ладно, не суть. Вообщем я не буду поручать вам никаких заданий, и просто доверяю вам занятия днём пока я сплю или что-такое. — Сдурел? — спросил я его, на что обратили внимания все. — Зачем тогда в принципе приходить на твои занятия, если ты просто спишь на них? — Да, Сэнсэй. Зачем? — Надо. — как-то вновь неуверенно ответил он. Пиздец, а не ответ. В этот же момент прозвенел звонок. — А теперь, если вы не против, я просто отдохну. — сказал тот и буквально улёгся на парту. — Ебануться. — сказал я в слух, но не так громко. После звонка многие… точнее большая часть класса подошла ко мне и начала пытать вопросами. Включая эту старосту. В основном это были вопросы про армию и войну. А также не встречал ли я их отцов на фронте. К сожалению, я могу информацию о войне взять из своей головы, а по поводу отцов… я без понятия. Тем временем за мной пристально наблюдала эта девушка с зелёными зрачками. Назову её Зелёнка. Так вот, она смотрела прямо на меня не отворачивалась, словно изучая. Ну ладно с ней. С остальными я уже успел познакомиться. Точнее с многими. Девушку черепок, как я её назвал, звали Рин Рокухара; Пацанку звали Мику Маруяма. И к Мику из бесконечного лета она не имеет никакого отношения; Скромняшку звали Сана Сакакибара. Ну и пиздец, конечно, фамилия. Однако, что-то она в моей памяти вызывала. Только не пойму что; Футаба Факуяма, прозванная мною Книжный Червь. Ибо, по описанию Рокухары, из книг она не вылезает. Я даже для проверки попросил её назвать второе предложение, пятого абзаца, страницы номер 102 в книге "Война и мир". И знаете что? Она его дословно произнесла. Я в ахуе бля. И, в завершение, постоянно молчаливая Чика Тёсокабэ, которая всё время просто смотрела на меня. Будто у неё кость в горле застряла и она ничего не может произнести. По крайней мере это все, кто со мной говорил. Как я понял, остальным просто принципиально я не интересен, либо они увидели боль моей популярности и решили не сыпать соль на рану. — Эй, можно тебя на минутку? — не заметив Тёсокабэ… я бы называл её по имени, но как-то не позволяет менталитет. Я кивнул и мы отошли за дверь кабинета. — Да, Тёсукабэ. Что случилось? — опёрся я на стену посмотрел на неё. Я пытаюсь быть как можно дружелюбным с людьми. — Да так… Спросить тебя хотела. У тебя случайно нет родственников под именем… Пророк <Помехи> — …под именем… Юми. Я удивлённо посмотрел на неё. Неужели ответ сам пришёл ко мне в руки. А может и… плохие новости. Я надеюсь, что новости хорошие. После небольшой паузы я ответил: — Случайно есть. — сказал я и взял из кармана телефон, показав главный экран ей. На лице Тёсукабэ промелькнула смесь удивления/радости/ошеломления. — Воу… Это же прекрасно. А как ну… какие у вас были отношения? — как-то расплывчато спросила она. Что это за вопрос такой? Я не понимаю её мотивов. — Были… в своё время хорошие. Можно сказать с самого её детства. Тогда ой как тяжело было её воспитывать. — Да… с детьми всегда так. — Тоже имела дело? — с интересом спросил я. — Да. У самой сестра непоседа. Представляешь, волшебницей себя кличет. — я усмехнулся вместе с ней. — Ещё ждёт каждый раз подарка на мой день рождения. Она считает, что если праздновать, то вместе. — Мда… а моей даже подарки не нравились в своё время. Хотя и дарил их ей без перерыва. Но самое интересное, она их никогда не выбрасывала. — Так вот, что это был за хлам в коробке, когда она переезжала в общежитие. — Чика понимающе улыбнулась. — Эй, — я недовольно посмотрел на неё, от чего она вздрогнула, — Для кого хлам, а для кого сокровище. — Понятно… Мы несколько минут стояли молча, даже успел прозвенеть звонок и многие заходили. Но мы так и стояли у входа в кабинет. — Слушай… Как ты сейчас относишься к ней? — серьёзно спросила она. Этот вопрос заставил меня задуматься над вопросом «Что бы ответил настоящий Агнис Ямагучи?». Но я понимал, что я не знал, что он чувствует к ней сейчас. Поэтому решил, что лучше сказать всё, что я чувствую ей. — Так же, как и раньше. Люблю и хочу дать ей лучшей жизни, но… прошло два года и… я даже не знаю, что она обо мне думает. — Ты боишься изменений? — Возможно… хоть я и отправлял ей деньги, которые нам платили, как военным. Я всё равно не знаю, что она обо мне думает. — я отвечал отчасти откровенно. Ведь я действительно боялся встречи с ней. Я не её кузен, но я должен сделать её счастливой. И если меня оттолкнут в первый же день… я не знаю, что я буду делать. — У нас не было связи, как таковой, лишь изредка передавали друг другу письма и то… Большая часть из них терялась. На поле боя не было места стабильности, поэтому… мне немного страшно. Вдруг она подумала, что я забыл о ней и заботился только из чувства долга? А мы, я думаю, оба знаем, как она это ненавидит. Она положила руку мне на спину, мягко улыбнулась, но не торопилась сближаться. — Юми не зла на тебя… она о тебе рассказывала много хорошего. И теперь я знаю, откуда у неё каждый месяц были деньги, хоть она и не работала толком. — она улыбнулась. Пытаясь меня подбодрить. — Ты так в этом уверена? — А почему бы и нет? Всё таки она твоя кузина и ты был с ней, не как с родственником, а именно как с сестрой. Не находишь? Я задумался. В её словах был смысл. Вот, я нашёл человека, который знает Юми. Но теперь боюсь даже с ней встретиться. Ну что это такое? Глупость же… или человеческий фактор. Не важно. Мне надо с ней встретиться и поставить точки. Если для неё во мне теперь действительно нет необходимости… так тому и быть. — Слушай, может ко мне? Вечером должна прийти Юми, а так хоть со мной и сестрой моей подождёшь. — Эм… — я был слегка озадачен, — А тебе не кажется странным предлагать неизвестному парню прийти к вам домой? — спросил я её. — Ты не неизвестный. — она повернулась ко мне и положила руку на плечо, смотря на меня снизу-вверх. — Ты брат Юми. И теперь я это знаю. В этот момент я и понял, что надо действовать. Я не могу отказать. Я улыбнулся и кивнул. — Эй! Вы там скоро? Оу… — Мику вышла и вошла обратно. Мы стояли в немой сцене. — Забудь об этом. — О чём? — Действительно. Мы оба засмеялись и осторожно пошли в класс.