глава 8

Солнце ещё не успело окрасить верхушки деревьев, когда Белла вышла на плантации. Воздух был влажным, прохладным, и пах землёй и росой. С каждым вдохом она будто очищала мысли, но где-то глубоко внутри всё равно жила странная тревога. Вдалеке, среди рядов зелени, она заметила Ньюта. Он стоял, чуть сутулясь, работая мотыгою — будто в землю вбивал не только усталость, но и то, что мучило внутри. Белла не знала, почему подошла. Может, просто не хотела, чтобы он снова перегрузил себя. А может... просто хотела увидеть его. — С утра опять здесь, — тихо сказала она, подходя ближе. Ньют обернулся. Улыбнулся — робко, как будто не знал, можно ли. — А что делать? Кто-то же должен копаться в этой грязи. Белла склонилась рядом, взяла другую мотыгу. — Тогда вдвоем — сказала она упрямо. Он хотел ответить, но лишь кивнул. Некоторое время они работали молча — только стук металла, дыхание и шорох листвы. Ветер мягко шевелил волосы Беллы, прикасаясь к её щеке. Ньют украдкой взглянул — и сердце будто дрогнуло. Он чувствовал её рядом. Каждый её вдох отзывался под его рёбрами, будто напоминание о том, что слишком долго жил без этого звука. Он хотел сказать хоть слово, но боялся разрушить хрупкую тишину между ними. Потом всё случилось быстро. Ньют занёс мотыгу — рукоять сорвалась, и лезвие полоснуло по ладони. — Чёрт! — выдохнул он, отдёргивая руку. Белла резко подняла голову. — Что случилось? — Ничего страшного. Я сам, — пробормотал он, пряча порезанную ладонь. — Сам? — её брови сдвинулись. — Дай сюда! Он хотел отступить, но не смог. Белла уже схватила его за руку — уверенно, почти грубо, но в этом касании чувствовалась забота. Её пальцы — тёплые, дрожащие. Она молчала, только дыхание чуть сбивалось. Губы прикусаны, взгляд сосредоточен. Ньют смотрел на неё — на то, как мягко движутся ресницы, как утренний свет отражается в её глазах. Если бы она знала, как я скучал по этому... по ней. — Готово, — тихо сказала Белла, затягивая повязку. Она отпустила руку, но кожа всё ещё помнила её прикосновение. — Спасибо, — выдохнул он. — Не благодари. Просто будь осторожнее. Он кивнул. А когда она отошла, в груди стало пусто. Он смотрел на повязку, будто в ней осталось что-то от её тепла. Ещё немного — и я бы сказал, как она нужна мне. Но нельзя... Ведь таким образом он предаст друга. После обеда воздух дрожал от жары. Белла шла к тренировочной площадке с комком в груди. Минхо уже ждал — стоял прямо, руки скрещены, глаза холодные и настороженные. С того вечера, когда они поссорились, между ними висела натянутая тишина — хрупкая, как стекло. — Готова? — спросил он коротко. — Всегда, — ответила Белла, и в голосе звенел вызов. Первые минуты — только движения. Удары, уклонения, ритм. Минхо был точен, резок, будто проверял её на прочность. Белла чувствовала, как внутри растёт раздражение. — Быстрее, — бросил он. — Я и так быстро бегу. — Могла бы лучше. Белла резко отбросила палку. — Может, хватит командовать?! — Я пытаюсь тебя защитить, Белла. — Смешно! От кого — от себя?! Она шагнула ближе, глаза горят, дыхание сбилось. — Думаешь, ты всё знаешь? Думаешь, я не справлюсь без тебя?! — Да ты даже сейчас злишься не на меня, а на себя! — резко сказал он. Она замерла, сжала кулаки. — Замолчи! — её голос дрогнул, почти сорвался. — Я устала, Минхо! Устала от того, что ты всё время прав! Что ты решаешь, как мне жить, как мне бежать, как мне дышать! Он сделал шаг ближе, глядя прямо в глаза. — Потому что я боюсь за тебя, понимаешь?! — почти выкрикнул он. — Потому что, если с тобой что-то случится, я... — он запнулся, голос дрогнул, — я не переживу. Она отпрянула, будто получила удар. Сердце билось в горле, в голове гул. Она резко ушла, не оглядываясь. Минхо остался стоять посреди площадки, сжимая кулаки. В глазах — злость, усталость и боль. Она ничего не понимает... а может, это я не умею сказать правильно. Вечером воздух был густой, пропитанный дымом. Белла сидела у костра. Огонь отражался в её глазах, делая их ещё более выразительными. Всё внутри было спутанным — злость, обида, вина, и что-то ещё, что она не могла назвать. К ней подошёл Минхо. — Можно? — негромко спросил он. Белла не ответила, просто чуть кивнула. Они сидели рядом, молчали. Только треск пламени заполнял паузы. Минхо смотрел на огонь, потом — на неё. — Я перегнул, — наконец сказал он. — Прости. Она слабо улыбнулась. — А я вспылила. Мы квиты. — Значит, ничья? — Ничья. Они оба засмеялись — тихо, устало, будто смеялись не над словами, а над всем, что накопилось. И в этот момент она почувствовала, как напряжение между ними растворяется. И стало снова просыпаться то самое чувство. Чувство любви. Минхо протянул руку, и Белла коснулась его пальцев — почти случайно. Но ни один не отдёрнул. Тишина между ними больше не была тяжёлой. Белла посмотрела на него — в его взгляде была забота, тепло, и что-то, от чего сердце предательски дрогнуло. Минхо чуть улыбнулся, и этот взгляд был таким искренним, что она вдруг забыла, как дышать. Всё вокруг будто исчезло — остались только они и пламя между ними. В тени деревьев стоял Ньют. Он смотрел, как она смеётся, как её лицо освещает огонь, как Минхо склоняется ближе. Утром она держала мою руку, и переживала за меня, а теперь — его взгляд. Он тихо выдохнул. Главное, чтобы она была счастлива. Хоть и не со мной. Но сердце сжалось так сильно, что дышать стало больно. Он отвернулся, уходя прочь, чувствуя, как под ногами хрустит сухая трава — будто что-то ломается. Но ломалась не только трава. Ночь. Лагерь стих. Белла лежала в кровати, глядя в потолок. Перед глазами — лица. Минхо. Ньют. Их слова, их взгляды, их прикосновения. Она вспомнила, как утром перевязывала Ньюту руку. Его глаза — тёплые, растерянные, благодарные. Как он молчал, но в этом молчании было всё. И как вечером Минхо смотрел на неё у костра — с тем самым выражением, от которого хочется и улыбаться, и плакать одновременно. Белла закрыла глаза. Минхо — огонь. Он яркий, прямой, сжигающий. С ним больно, но живо. Ньют — тишина. Он лечит, но оставляет след, как шрам. И между ними — она. Сердце, разорванное пополам. Кого выбрать? С кем ей будет лучше? Так много вопросов и так мало ответов. Может время расставит все на свои места? Она перевернулась на бок, обняла подушку и прошептала в темноте: — Почему всё так сложно?.. Тишина не ответила. Только где-то за окном треснул уголёк костра — как последняя искра их дня. ____________________________________ Жду вас в своем тгк: сказки Miksis📕🪶 эта история так же есть на ваттпад