глава 9

Солнце ещё не поднялось, когда Белла и Минхо уже стояли у ворот. Воздух был влажным, холодным, будто сам Лабиринт не хотел их впускать — будто предупреждал. Небо тянулось серым полотном, а внизу, между плитами, клубился утренний туман, похожий на дыхание чего-то живого. Белла молчала, сжимая ремень сумки. В груди стучало сердце — громко, отчётливо, как будто отбивало ритм предстоящего дня. Каждый раз, когда ворота начинали открываться, у неё в животе поднималась волна того самого чувства — смеси страха и восторга. Туда, где можно умереть. Туда, где она чувствует себя настоящей. Минхо бросил на неё короткий взгляд — тёплый, проверяющий. — Готова? — А у меня есть выбор? — усмехнулась она, чувствуя, как уголки губ дрожат. Он чуть улыбнулся — быстро, почти незаметно, — и побежал первым. Белла глубоко вдохнула, и, словно переступая грань между миром и хаосом, побежала следом. Внутри Лабиринта всё было как всегда — высокие, безжалостные стены, пахнущие пылью, мхом и металлом. Тишина здесь не была настоящей — она шептала в каждом повороте, отзывалась в эхо шагов, билась в груди. Они двигались быстро, слаженно, будто две части одного целого. Минхо иногда оборачивался, подавая короткие сигналы жестом. Белла понимала их без слов, заранее чувствовала, куда он свернёт. Это — настоящее доверие, подумала она. Всё остальное — лагерь, ссоры, тревога — оставалось за пределами этих стен. Здесь оставались только они и путь. — Смотри под ноги, — крикнул Минхо через плечо, перепрыгивая через узкий разлом. — Это ты смотри, — отозвалась она, фыркнув, — я-то не падаю каждые пять минут! Он обернулся и хмыкнул. — Ещё немного — и ты начнёшь командовать мной. — Может, пора уже, — поддела она, не удержав улыбку. Он рассмеялся, и этот смех, звонкий и живой, эхом отразился от каменных стен. Белла поймала себя на том, что улыбается в ответ, чувствуя, как лёгкое тепло расползается внутри. Этот звук... он делает всё легче. Даже Лабиринт кажется не таким страшным, когда он рядом. Когда они выбежали обратно к воротам, солнце уже клонилось к закату. Лучи били в глаза, окрашивая пыль в золотисто-красный цвет. Тела гудели от усталости, но внутри было странное чувство — лёгкости, освобождения, будто они вырвались из челюстей чудовища. Белла выдохнула, прислонившись к стене, ощущая, как дыхание рвётся из груди. Минхо вытер лоб, усмехнувшись: — Хорошая работа, бегун. — Мы оба знаем, кто сегодня спас задницу, — парировала она. — Ага. Мою. Она хотела что-то ответить, но вдруг землю пронзил металлический гул — глухой, глубокий, будто само сердце забилось сильнее. Лифт. Толпа мгновенно собралась у ямы. Белла стояла рядом с Минхо, сердце снова начало колотиться — но теперь не от бега. Каждый раз, когда лифт приходил, он приносил перемены. А перемены здесь редко были добрыми. Когда створки с лязгом открылись, в воздухе повисла тишина. Из темноты медленно вышла девушка. Худая, бледная, с чуть взъерошенными светлыми вьющимися волосами и дрожащими пухлыми губами. Её глаза цвета океана настороженные, но живые. Это была вторая девушка за всю историю Глэйда. — Привет... — тихо сказала она. Голос дрогнул. Было видно она очень напугана. Ньют первым шагнул вперёд, помогая ей выбраться. — Добро пожаловать, имя свое помнишь?— сказал он мягко, стараясь, чтобы это прозвучало ободряюще. — Я… Я Ванесса… Белла стояла чуть в стороне, наблюдая. Парни оживились, кто-то принес ей воду, кто-то что-то спрашивал. Ванесса улыбалась всем — открыто, тепло, будто давно ждала этого момента. Будто не попала в неизвестное место где одни парни, она была слишком живой. Но Белла не могла отделаться от чувства, что в этой улыбке что-то не так. Слишком правильная. Слишком ровная. Словно отрепетированная. И всё равно, когда их взгляды встретились, Белла почувствовала — холод. Небольшой, едва уловимый, но реальный. День прошёл суматошно. Ванесса с лёгкостью влилась в лагерь — слишком легко. Смеялась, помогала, спрашивала, запоминала имена. Даже Галли улыбнулся, что случалось раз в столетие. Белла наблюдала со стороны, пытаясь понять, почему ей так не по себе. Иногда Ванесса подходила к ней, будто стараясь сократить дистанцию. — Ты сильная, — сказала она однажды, глядя на Беллу почти с восхищением. — Наверное, одна из самых. Я бы хотела быть как ты. Белла сжала губы. — Белла, а как ты стала бегуном? Просто Минхо послал меня к тебе. — Чего? Вот Минхо послал у него и спрашивай. Белла была возмущена почему Минхо перекинул Ванессу на нее. Внутри — всё закипало. Почему она такая? Почему все так быстро ей поверили? Зачем ей быть бегуном? Минхо и Ньют наоборот были спокойны. Они показывали Ванессе лагерь, рассказывали, где что находится. Белла видела, как они улыбаются ей — вежливо, спокойно, но слишком... тепло. Раньше они так улыбались ей, а теперь какой то Ванессе. Сердце на секунду пропустило удар. Они просто помогают. Она новенькая. Ей их внимание важнее. Но мысли не слушались. С каждым взглядом, с каждым смехом у костра внутри Беллы будто росла колючка. Незаметно. Больно. Вечером она спряталась в картохранилище. Запах земли, пыли и старых мешков был тяжёлым, но странно успокаивающим. Белла сидела на мешках, крутя в руках фонарь. Тусклый свет дрожал, отбрасывая по стенам длинные тени. Почему я так себя чувствую? Почему будто всё рушится? Она провела рукой по лицу, пытаясь выгнать эти мысли. — Эй, — послышался тихий голос за спиной. — Можно? Белла вздрогнула. Минхо. — Если пришёл за своим блокнотом, то он там на полке, — пробормотала она, не оборачиваясь. Он усмехнулся, садясь рядом. — Не за блокнотом.— Пауза. — За тобой. Она ничего не ответила. Свет дрожал между ними. — Я заметил, ты не ладишь с Ванессой, — сказал он спокойно. — Она новенькая. Ей тяжело. Постарайся быть с ней мягче, ладно? Белла напряглась. — Я не грубая. — Нет. Но холодная. — Он чуть улыбнулся. — А она просто хочет подружиться. А и еще она хочет стать бегуном, после потери Бэна нам нужен новый человек, экзамен будешь принимать у нее ты. Она опустила взгляд, чувствуя, как обида и злость борются внутри. Почему я? Почему не он? Он не понимает. Он не видит. — Не злись, — тихо сказал он. — Я просто хочу, чтобы в лагере было спокойно. И вы девочки тебе с ней будет легче чем со мной. Он поднялся и ушёл, оставив её в полумраке. Белла долго сидела неподвижно, слушая, как его шаги удаляются. Не будь холодной и проведи экзамен. Эти слова резали сильнее, чем любые упрёки. Она подняла голову, глядя в темноту. — А если ты перестанешь смотреть на меня вообще? А будешь только на Ванессу?— прошептала она. Но ответа не было. Ночью лагерь спал. Треск углей у костра доносился сквозь стены. Белла лежала с открытыми глазами, чувствуя, как каждая мысль становится громче. Всё в груди стягивалось тяжёлым комком. Когда сон всё же пришёл — он не принёс покоя. Она стояла в белой, ослепительно яркой комнате. Воздух пах лекарствами. Перед ней — Ванесса. Та же улыбка. Только теперь в руках у неё был шприц. — Что ты делаешь?.. — прошептала Белла, чувствуя, как спина прижимается к холодной стене. — Помогаю тебе, — сказала Ванесса мягко, почти ласково. — Не бойся. Это хорошо. Белла хотела двинуться, но тело не слушалось. Ванесса подошла ближе, глаза её потемнели, стали пустыми, как у куклы. — П.О.Р.О.К. — это хорошо, Белла. — Голос стал глухим, неестественным. — Мы — часть его. Мы — правильные. Игла коснулась кожи. Боль ударила, будто молния. Белла закричала — и проснулась. Дыхание сбилось. Пот холодными струйками стекал по вискам. Снаружи — тишина, мир спал, будто ничего не случилось. Но в голове всё ещё звучало шёпотом: П.О.Р.О.К. — это хорошо. Белла прижала ладони к лицу. Сердце билось быстро, беспорядочно. И впервые за всё время в Безвыходке ей стало по-настоящему страшно. Не из-за Гриверов. Не из-за Лабиринта. А из-за того, что теперь страх был рядом с ней. Дышал тем же воздухом. И улыбался чужой, слишком идеальной улыбкой. ____________________________________ Жду вас в своем тгк: сказки Miksis📕🪶 как только там появится достаточно большое количество людей там будут проходить опросы в которых вы сможете принимать участие и влиять на сюжет. эта история так же есть на ваттпад