Галлахер, мне хорошо. 18+

С Галлахером трудно иметь дело. Даже в обычных ситуациях — когда он грубо с тобой обращается и не спеша выжимает оргазм за оргазмом — худшее вовсе не в физическом напряжении или боли. Хуже всего то, как глубоко под кожу пробираются его издевки, как бы ты ни пыталась их игнорировать. Его действия буквально пропитаны высокомерием и снисходительностью, и он заботится о том, чтобы ты понимала это так же хорошо, как и он. Ведь, что бы ни случилось, преимущество всегда будет на его стороне. Даже сейчас, когда ты сидишь у него на коленях на диванчике в баре, а его ноги переплетены с твоими, пока он тремя пальцами проникает внутрь тебя, игнорировать его покровительственную манеру просто невозможно. Твое белье спущено до середины бедер, он крепко прижимает твои запястья к груди, чтобы ты не могла даже шелохнуться в попытке прервать его ласки. Его щетина покалывает щеку, пока он наблюдает за тем, что делает, — слегка ухмыляясь и тихо напевая под нос низким голосом, будто занимается каким-то повседневным делом. Ты ненавидишь это. Кажется, ты никогда ничего не презирала больше, чем то, как проходят эти моменты. Но Галлахер, черт возьми, умеет сделать так, чтобы тебе было слишком хорошо, особенно когда он вот так подгибает подушечки пальцев, задевая особую точку внутри. Поверить трудно, насколько ловко он обращается со своими руками: хотя его пальцы не назовешь изящными, он с идеальной точностью надавливает на твое самое чувствительное место, при этом потирая клитор большим пальцем в одном и том же неизменном ритме. Это заставляет дрожь наслаждения пробегать от самого входа до середины живота, и как только Галлахер находит этот ритм, его уже не остановить. Почти невольно ты выгибаешь спину, отрываясь от его груди, и издаешь долгий, неровный звук — смесь стона и всхлипа, который не оставляет места сомнениям ни для него, ни для тех, кто мог оказаться поблизости от бара. Слабо сопротивляясь его хватке, ты подаешься вперед, подсознательно пытаясь избавиться от слишком интенсивного ощущения. Однако тебе не удается прервать его темп ни на секунду: мужчина лишь посмеивается тебе на ухо и наклоняется вместе с тобой, фактически заставляя тебя принять еще более податливую позу и еще сильнее ограничивая твои движения. Твои усилия не могут сдержать стремительно нарастающий оргазм, и вскоре ты уже только жалобно поскуливаешь от удовольствия, пока он подталкивает тебя к разрядке. — Ах, как это мило с твоей стороны, — задумчиво произносит Галлахер, прижимаясь к твоей голове и чувствуя знакомые сокращения вокруг своих пальцев. Он осторожно доводит тебя до оргазма, массируя изнутри и потирая клитор, пока судорожные подергивания твоей плоти не сменяются беспокойным ерзаньем. Для верности он доводит тебя до гиперстимуляции — просто чтобы получить дополнительное удовольствие для себя, но через мгновение решает, что с тебя хватит, и плавно вынимает пальцы. Ты чувствуешь, как он касается носом твоих волос, крепко сжимая тебя в объятьях. Он начинает мягко покачивать тебя из стороны в сторону, пока ты пытаешься просто перевести дыхание. — Знаешь, мы могли бы делать это чаще, будь ты со мной честна, — говорит он, оставляя несколько щекотных поцелуев на твоем затылке. — Похоже, тебе это было нужно. И если когда-нибудь захочешь еще — просто попроси.